Опосредованный.

После разговора с Матерью, – или как та себя называла Начало – Лололошка хотел обсудить всё сказанное, только вот Джон явно не был настроен на беседу или какой-либо мозговой штурм, ибо отошёл к скинту, уселся около него и достал книгу, принимаясь что-то читать. Мироходец вздохнул, и оглядевшись, направился ко входу то ли в город, то ли в деревню, наблюдая очередную разруху и Воплощённых. Немного побродив в поисках чего-нибудь и подравшись с заражёнными, Лололошка вернулся обратно к скинту, присаживаясь около него с кряхтением старого деда, шурша и позвякивая бронёй. Спустя пару секунд мироходец ощутил восстанавливающие свойства скинта, чувствуя, как слабость, сковывающая тело, стала потихоньку уходить, а воздух словно стал чище и ощущался легче, нежели минуту назад, позволяя на одно короткое мгновение забыть о витающем в воздухе смраде смерти, отчаяния и безысходности, что был подобен яду для разума и рассудка. Втянув очищенный кислород поглубже, мироходец прикрыл глаза и откинулся на одну руку, укладывая голову на плечо. Спустя пару минут, Лололошка открыл глаза и скосил взгляд в бок, в сторону своего двойника, что всё также продолжал читать книгу, тихо шурша страницами. Мироходец решил сменить позу, сгибая и обнимая свои колени, укладывая на них голову, отчего стал похож на влюблённую школьницу, что смотрит на свой объект воздыхания. Правдой было всё, кроме школьницы. Да, в какой-то момент Лололошка осознал, что влюбился в Джона. Что тот ему импонирует гораздо больше, чем друг. Мироходец довольно быстро проскочил все пять стадий принятия, запрятывая свою влюблённость куда поглубже, ибо не до неё было в их то ситуации и иногда, когда смотрел на Харриса, Лололошка задавался вопросом: Можно ли считать это самовлюблённостью, если ты влюбился в свою альтернативную версию? Свой ответ мироходец мог получить только от учёного. Лололошка дал себе мысленное обещание, что признается только тогда, когда они одолеют Отца и всё более-менее устаканится. Он был уверен, что Харрис над ним посмеётся, покрутит пальцем у виска, и конечно же, откажет. Мироходец лишь надеялся, что после отказа его глупые чувства пройдут не оставив после себя и следа, чтобы он сам мог над своей глупостью посмеяться. Смотря на брови, что сошлись на переносице, Лололошка боролся с желанием тыкнуть пальцем в складку меж бровей и сказать Джону, чтобы не хмурился, а то морщинки появятся и это только испортит их – как говорил сам Джон – симпатичное личико. А также размышлял, это Харрис так сосредоточен или же хмуриться, ибо чем-то недоволен? Ведь причины для недовольство как раз были. Спустя пару минут учёный вздохнул и поднял на него взгляд, задавая хлёсткий вопрос с крайне раздраженной интонацией: -Что? -Слова Начала тебя задели, - не вопрос – констатация факта. Харрис фыркнул. -С чего ты это взял? -С того, Джон, что мы провели немало времени вместе и более или менее, но я запомнил твои реакции на раздражители. -И что? Мне тебя похвалить? – вскинул бровь Джон, исторгая сарказм, который служил защитной реакцией, на неприятные вопросы и ситуации, – Поаплодировать? Лололошка никак не ответил, продолжая пристально и выжидательно смотреть на него, прожигая взглядом голубых глаз, которые было видно из-за того, что очки слегка съехали с переносицы. Поиграв в гляделки некоторое время, Харрис шумно вздохнул, проигрывая эту битву. И то, только потому что крайне сильно устал как эмоционально, так и физически. Плечи учёного поникли, а с губ сорвался сардонический хмык. -Ты прав, задели. За живое. Я всегда стремился быть лучше всех, Лололошка, но Её слова словно… всё обесценили. Все мои знания, все мои достижения и труды, все мои стремления, цели, всё, что я сделал до этого момента, мою Вспышку и меня самого в принципе обозвав лишь… опосредованным, - Джон, сняв очки, горько усмехнулся, не поднимая взгляда, вертя в пальцах свой любимый и неизменный аксессуар. Лололошка поднял голову и придвинулся чуточку ближе. -Джон, это не так, и ты это знаешь, - сказал твёрдым, уверенным и непоколебимым голосом мироходец. – Ты чертовски умён и без тебя я бы не смог продвинуться так далеко! А ещё я бы не смог бы спасти Альфреда, если бы ты неожиданно не объявился у хижины охотников, ведь тогда… - мироходец судорожно выдохнул, представив худший из вариантов. – Тогда бы я просто убил друга собственными руками, - Лололошка опустил взгляд на собственные руки, которые давно по локоть в крови жителей этого мира и не только. - Друга, что стал монстром, хотя всего пару секунд назад был простым парнем, охотником, что выживал в этом мире как мог. -Я не смог спасти твоих друзей багряников, - почти бесцветно произнёс Харрис, скользя взглядом по оранжевой, с лёгким отливом в красный, оправе, но в его голосе проскользнула вина. -В этом нет твоей вины. Мы не знали многого о багряниках. -Лучше бы ты отправился в Храм. -Не думаю, что это что-нибудь изменило, - горько усмехнулся Лололошка, качая головой. Между ними повисла гнетущая тишина. Ветер гонял пыль на дороге, шуршал листьями в кронах деревьях и доносил до их слуха отдалённые завывания заражённых, что наводило определённую жуть. Мироходец поёжился, поведя плечами, когда холодный ветерок забрался под одежду, пуская мурашки по коже, а учёный всё также продолжал рассматривать свои очки, словно в тёмных линзах он отыщет ответы на свои вопросы. -Смогу ли я дойти до конца…? – прошептал себе под нос Джон, но мироходец его услышал. -Сможешь, - услышав голос двойника учёный оторвал взгляд от аксессуара, поднимая его на мироходца. - Обязательно сможешь, - Лололошки ободряюще улыбнулся. – Ведь я с тобой, - мироходец вытянул руку, но Харрис как кошка, которая не любит прикосновения, отклонился назад. -Давай пока не будем проверять слова Матери, ага? – Джон взглядом указал на руку и Лололошка, усмехнувшись, опустил конечность. – И твои последние слова звучат не очень обнадеживающие. -Эй! – возмущённо вскликнул мироходец, забавно куксясь. -Но… спасибо тебе, - учёный мягко, благодарно улыбнулся. – Я… правда рад, что не один в этом мире. Обменявшись улыбками, между ними повисло приятное молчание, а Лололошка ещё чуть-чуть ближе подвинулся к Харрису, на что тот кинул нечитаемый взгляд, но ничего не сказал и не отодвинулся. Учёный вернулся к книге, слова и предложения которой больше не наплывали друг на дружку из-за чего ранее та была крайне нечитабельной. -Эй, а Начало и вправду похоже на рыбу-каплю? – спустя пару минут с интересом спросил мироходец. -Насколько я могу судить по очертаниям – да. -А как по мне на креветку похожа была. -Мозг у тебя как у креветки. -А вот сейчас обидно было, - обидчиво надул губы Лололошка. -Ну заплачь, - но вместо слëз, раздался мягкий, мелодичный смех, а на губах Джона загуляла развеселенная улыбка. -Кстати, насчёт нашего слияния, - отсмеявшись, произнёс мироходец, на что учёный заинтересовано и вопросительно промычал. – Считаю, что оно должно называться Лолоджон. -Фигня! Джонолошка звучит гораздо лучше и органичней. -Не фигня! Пойдём-ка у ребят поинтересуемся. -О, нет, - покачал головой Харрис, усмехаясь. – Они же выберут твой вариант, очевидно. -О, уверен, ты удивишься, - с лукавой улыбкой сказал Лололошка. Мироходец коснулся скинта и исчез во вспышках, а Джон, вздохнув, забросил книгу во Вспышку и со слабой улыбкой прикоснулся к проксу.

***

Двое стояли перед могущественным врагом. Переглянувшись, мироходцы повернулись к друг другу и сцепили руки. Золотые вспышки и голубые искры на мгновение ослепили их противника. Через секунду на месте двух мироходцов теперь стоял один. -Ну что, - слияние слегка приспустило разноцветные очки, сверкая гетерохромными глазами, цвета неба и солнца, - потанцуем? – мироходец одарил врага игривой ухмылкой. Видимо оценив предложение, противник издал боевой клич, а слияние, усмехнувшись, достало клинки, заняло стойку, а на кончиках пальцев заискрилась пустотная магия.