Провокативный метод

      Аделина кричит во сне и подскакивает. Несколько дней она и не вспоминала про кошмары, до сегодняшней ночи. Снова все было таким ярким и четким, что девушка была уверена в том, что сойдет с ума, если не вырвется из этого ужина.       — Что случилось? — одетый в одни серые боксеры, на пороге ее спальни появляется Артем. Он выглядит сонным и встревоженным одновременно.       — Просто приснился кошмар, — бормочет она, пытаясь прийти в себя. Артем проходит через комнату, в которой оказался первый раз за все время, что жил тут. Осмотреться у него все равно не получилось — в комнате горел только маленький светильник, который стоял на тумбочке около кровати, — снова.       — Но их не было какое-то время, да? — Стрелецкий осторожно опускается на край кровати. Аделина коротко кивает. При таком освещении они видят только очертания друг друга, — дерьмово, — констатирует Артем.       — Значит, что терапия — не работает, — устало выдыхает Аделина.       Осознание того, что она прошла весь этот путь зря вызывало панику. Она просто хотела отпустить свое прошлое и хоть на какое-то время перестать погружаться в кошмары, но они не собирались отпускать ее так просто. Аделина закрыла лицо руками. Предательские слезы брызнули из глаз. Она вздрогнула всем телом, когда Артем опустил руки на ее спину и потянул девушку к себе.       — Так, не паникуем, — ободряюще сказал он, — будем искать другой способ. Ты же не думала, что я так просто сдамся, — Аделина не сразу поняла, что сидит у него на коленях, опустив голову на обнаженный торс. Артем определенно был из тех мужчин, которые следят за своим внешним видом. У него была хорошо развитая мускулатура.       — Я знаю, что ты не сдашься, — бормочет она. Ей не хотелось убежать или скрыться. Аделина осталась сидеть на коленях у Стрелецкого, позволяя ему обнять ее и успокаивающе поглаживать по плечу.       Пока что он туго соображал, так как проснулся от крика Аделины, но завтра, когда сможет выспаться, обязательно что-нибудь придумает. Может быть снова использует гипноз, так как на него у Аделины был самый хороший отклик. В любом случае, он не собирался бросать ее в таком состоянии. Да и Стрелецкий привык бороться до конца, пока его клиентам в самом деле не становилось лучше.       — Давай попробуем снова лечь спать? — просит Артем, понимая, что сейчас они все равно ничего не смогут сделать. Главное, постараться выспаться и прийти в ресурсное состояние, так как завтра обоим на работу.       — Останешься со мной? — просит Аделина, с мольбой посмотрев на Артема. С ним она действительно чувствовала себя в безопасности. Раньше, она не подпускала к себе людей так близко, но со Стрелецким все получалось совершенно иначе.       — Конечно, — ответил Артем. Он осторожно пересадил ее на кровать, после чего откинул одеяло и лег с другой стороны, — о чем ты думаешь, когда засыпаешь? — спрашивает Стрелецкий, когда они ложатся и в полумраке смотрят друг на друга.       Артему просто хотелось ее поддержать и быть рядом до тех пор, пока это требуется. Даже сейчас, когда они полуголые лежали под одним одеялом, у него не возникало по отношению к Аделине никаких романтических чувств. В какой-то степени, ему было комфортно воспринимать ее, как просто хорошего и надежного друга, которому он может доверять.       — Я… я не знаю, — она растерянно пожала плечами, ведь никогда не акцентировалось на этом, — обо всяком.       — Постарайся думать о чем-то хорошем, — советует Артем.       — Знаешь, не тот совет, который хочешь получить от психолога твоего уровня, — хмыкнула она, скривив губы. Стрелецкий усмехается, — ну серьезно, это советы уровня школьного психолога, который только что сказал, что ваш разговор останется между вами.       — Ты недооцениваешь школьных психологов, — отметил Артем. Он пригладил ее волосы, которые упали на лицо, — тебе правда стоит думать о чем-то, кроме того ужаса, который ты пережила. Да, я понимаю, что это не просто сделать, но пока ты не сможешь замечать что-то положительное — любая терапия не будет иметь смысла. К какому-бы сильному психологу ты не пошла.       Аделина всегда с пренебрежением относилась к школьным психологам, ведь они просто игнорировали тот факт, что у них есть ученица, которая систематически подвергалась насилию. Они просто делали вид, что ее не существует и Аделина не понимала, как можно быть такими безучастными и безответственными. Когда она получала образование, то проходила практику в школе и детей, у которых в семье было не все в порядке, она замечала сразу. Конечно, когда она говорила об этом с Александром Стрелецким, он сослался на то, что Сторожилова просто хорошо знает эти паттерны, намного лучше, чем рядовой школьный психолог, который привык иметь дело с диагностикой когнитивных процессов и условиями адаптации. Но Аделину такие ответы не устраивали. Нет оправдания тому, что никто не замечал в каком бедственном положении она находилась.       — Знаешь, теперь я думаю о маленьком мальчике, которому могу помочь, если верну ему любящего отца, — она сонно зевает.       — Ну, он уже не такой уж и маленький, — отмечает Артем, — но я правда благодарен тебе за этот титанический труд. Не каждый будет так ответственно подходить к решению чужой проблемы.              — Что уж поделать, если я такой человек, — девушка усмехается. Ее медленно клонит в сон. Все же усталость начала брать свое и глаза слипались, — можешь обнять       меня? — просит она Артема.       — Хорошо, — соглашается Стрелецкий, опустив руку на ее плечо, — а теперь спи. И пускай твои сны тебя больше не тревожат, — он осторожно погладил ее по руке, — и если ты не можешь думать о чем-то хорошем, то тогда просто старайся не думать совсем. Иногда пустота — лучшее решение.       Она засыпает почти сразу, ощущая тепло, которое исходит от Артема. И в этот раз кошмары не пытаются окутать ее, как погребальный саван. Просто наступает пустота. Та самая, про которую ей говорил Стрелецкий. Он все еще обнимал ее, прижимая к себе. Было не привычно, даже немного страшно, но усталость победила и этот страх, позволяя Сторожиловой проспать до самого утра.       Первое, что ощущает Аделина проснувшись — жар. так жарко ей не было давно. Открыв глаза, она понимает, что Артем все еще спит, прижав ее к себе. Одна его рука лежит на ее торсе, чуть ниже груди, а вторая запущена под голову. Ей становится немного неуютно и даже стыдно от того, что она попросила Стрелецкого остаться с ней на ночь, но он выглядит вполне довольным. Сторожилова же успокаивает себя тем, что ничего лишнего между ними не было, ничего такого, что могло бы только обострит ее старые раны.       — Доброе утро, — бормочет Артем, приоткрыв глаза, — уже утро?       — Доброе, ага, — отвечает Аделина, — а ты горячий. Ну не в том смысле, — она густо покраснела, — а в том, что от тебя очень жарко.       — Настоящий пожарище, — рассмеялся Стрелецкий, — ладно, давай вставать, а то опоздаем на работу, — он встает с кровати и покидает спальню.       Аделина все еще сгорала от стыда. Это был первый раз, когда она спала с кем-то в одной кровати по доброй воли и своей инициативе. Обычно, ее не спрашивали. Да и заканчивалось все не так радужно, как в этот раз с Артемом, который просто обнял ее, словно защищая от кошмаров. Ее поражала его тактичность, которой Аделина не встречала у людей раньше. Для провокатора он был слишком сдержанным и уравновешенным.       Когда она выходит на кухню, переодев черную водолазку и серые штаны с высокой посадкой, то Артем уже ставит греться чайник. Он в серой футболке и спортивных штанах цвета асфальта. Выглядит бодрым, как практически всегда. Аделина же, немного сонная, с еще растрепанными волосами, которые она собрала в подобие пучка перед тем, как начать умываться.       — Как ты? — спрашивает Стрелецкий, посмотрев на девушку.       — Спасибо, намного лучше, — улыбается она и подойдя к нему со спины, обнимает. Ей хочется касаться его. Вероятно, сказался долгий тактильный голод, который она стремилась восполнить.       — Ого, — усмехается Артем, растерявшись, — неожиданный жест от тебя, — отмечает он. Артем прекрасно понимал, что на ее языке это показатель большого доверия, так как Аделина была не самым тактильным человеком. Значит, на данном этапе, он все делает правильно, — но мне определенно нравится. Что будешь на завтрак? — Аделина пожимает плечами и отходит от Артема, — хорошо, сейчас что-нибудь придумаю.       — Артем, а с Кириллом когда-то работал психолог? — она все еще морально готовилась к тому, что скоро у них будет суд и нужно подготовится по всем фронтам.       — Да, — почти сразу отвечает он, — одна моя знакомая — Майя. Когда мы жили в Калининграде и потом в Москве. Когда Кирилла забрали в интернат, то она составляла все необходимые характеристики. Тебе нужны ее контакты?       Аделина закусила губу и задумалась. Это было хорошо, что был независимым специалист, который мог помочь в составлении нужных бумаг. Им все равно бы пришлось искать детского психолога для заключения, а так, это хоть немного сокращало работу.       — Не просто контакты, Артем, — выдохнула Сторожилова, — нужно, чтобы она снова поработала с Кириллом. Провела полную диагностику. Ну, что я тебе рассказываю, — он коротко кивает.       — Я свяжусь с ней, — обещает Стрелецкий.       Да, прошло почти три года с того момента, как они общались, но почему-то он был уверен в том, что Майя ему не откажет в помощи. Пока они жили в Калининграде, то Майя прекрасно ладила с Кириллом, да и ее участие серьезно помогло, пока мальчик был в приюте.       — Ну и будет нужно согласие Даши на работу с психологом, — еще одна формальность, без которой они не могли обойтись, — и Артем, нам важно, чтобы все было проведено максимально в рамках закона. Любая бумажка, которую мы получим или сделаем вне законодательства, может пойти против нас. Твой отец может подавать апелляции?       — Не знаю, — ответил Артем, — думаю, что да. А что, это как-то усложняет дело?       — Не то чтобы, — пожала плечами девушка, — просто тогда тебе и Даше стоит пройти психологическое освидетельствование. Во избежание проблем. Я такое написать не могу. Мотя твой — только подозрения вызовет. Я могу попросить Руслана. Он хороший специалист и сделает все в лучшем виде.       Ему нравится наблюдать за ней такой — живой и активной. Она рассуждала о том, какие документы могут им понадобиться во время судебных заседаний. Артем в это время жарил сырники и их аромат наполнил кухню, смешиваясь с ароматом горячего кофе. Стрелецкий не хотел думать о том, что эта ночь могла что-то изменить. Он просто побыл с ней, так как она нуждалась в поддержке и не более. Не стоило воспринимать это, как смену статуса их отношений. Да и с Аделиной все будет не так просто, как с Дашей, Лерой или кем-то еще. Отпечатки прошлого будут долго преследовать Сторожилову и несмотря на то, что Артем был готов к любым трудностям, он все еще испытывал сомнения.