Незнакомец

      Провести выходные в арендованном доме на Барбари-стрит, 476 было хорошим выбором. По крайней мере, так тебе казалось первые несколько часов. Ты знакомилась со стенами, проникалась интерьером и была поглощена разработкой дизайнов. Когда заказы были размытыми, а времени на то, чтобы угодить требованиям клиентов, почти не оставалось — ты часто пользовалась этим методом. Что бы ни требовалось придумать — когда ничего не помогало, для тебя этот метод был единственным эффективным. Суть заключалась в том, чтобы обжиться на несколько дней в доме, о котором ты ничего не знаешь. Как давно владелец лично бывал здесь? Какая работа у владельца? Есть ли семья? Какая, тогда, семейная рутина? Какие увлечения? Секреты?.. Вопросы норовили быть заданными. Ты отвечала себе самой, придавая значение любой прячущейся подсказке. Витающий аромат чистого постельного белья, с примесью стирального порошка. Или слой пыли, щекочущий нос. Окна, открывающиеся тихо и плавно. Или с натужным скрипом. Полы, зеркала, водопроводные краны. К слову, на постельном белье здесь будто совсем недавно кто-то лежал. Постель не застелена — так бывает в утренней спешке. Ты сама так делаешь, когда знаешь, что вернёшься к вечеру, и обязательно всё поправишь. Даже уставшая. Ты знаешь, что если бы перед бронированием здесь была проведена уборка — простынь и одеяло не остались бы смятыми, свисающими до пола. Но вот остальное так и убеждает в том, что домом какое-то время точно не пользуются. Окна наотрез заклинило, и открыть хотя бы одно у тебя так и не получилось. Полы не поскрипывают, отказываясь выдавать, когда по ним ходили. За разводами грязного зеркала, висящего в ванной, ты едва видишь своё отражение. Грязь и сырость здесь незаметны твоим глазам, но ощущаются инстинктивно. Со сказкой про девочку и медведей, конечно же, мало общего — постель, стулья, тарелки и прочее здесь не принадлежат тебе. Как не принадлежат и предыдущим арендаторам, пусть и таким неаккуратным. Бессовестно неприбранно здесь не только из-за них — но и из-за халатности персонала. В голове у тебя обосновывается ещё один вопрос — не мучает ли владельца, сдавшего жильё в таком состоянии, совесть? И сайт, и объявление сразу не казались надёжными, добираться до Детройта с несколькими пересадками вряд ли было оправданной мерой — но дом казался как раз таким, в каком тебе будет под силу справиться с коварным проектом. Ты польстилась на возможность реализовать давнюю идею проектировки без суеты, в тихом районе. Первое впечатление резко контрастировало с тем, что оказалось реальностью. Переступив порог и осмотревшись, ты осознала, что тебя приманили, как ребёнка сладостями. Дом был совсем не таким, как обещали фото. Зная свою рассеянность, делаешь пометку в блокноте, чтобы позже написать развёрнутый возмущённый отзыв. Чувствуешь себя глупо, когда решаешь привести дом в порядок, прежде чем приступить к работе. Кран скрипит так, что купить беруши на два коротких дня, — даже если они никогда больше не понадобятся по истечении воскресенья, — не кажется тебе расточительством. Вода из обеих раковин здесь разбрызгивается во все стороны, но в ванной это похоже на серьёзную поломку. Это ты тоже упомянешь по окончании аренды, непременно. Но чуть позже. Вечереет, и естественное освещение затухает. Так или иначе, всё это — ответы на вопросы. Всё может быть рассказано, как занятная история. Даже скрипучие водопроводные вентили. А ты здесь для того, чтобы выслушать, прочувствовать настроение этого дома — и даже в этих запущенных стенах найти вдохновение, взяться за чертежи и рендеринг. Этот метод — черпать вдохновение из съёмного жилья, — кажется странным всем, с кем ты общаешься. Родители, друзья, коллеги, новые знакомые — все они не преминут усомниться, подшутить или ещё что-то. Это раздражает, но тебе всё равно. Зато горящие ярким пламенем дедлайны и выгорание не мучают. Метод вправду странный, ты признаёшь. Но это провоцирует тебя вдумываться в одни чужие жизни, чтобы придумать что-то, что другим человеческим жизням будет соответствовать, пригождаться и нравиться. Путешествия, из которых вместо сувениров ты забираешь планировки, цветовые шпаргалки и воспоминания. Отчасти, этим-то ты и наслаждалась в своей работе. Возможностью путешествовать не рейсами и билетами, а собственными размышлениями. И сейчас этот перевёрнутый вверх дном, вывернутый наизнанку дом — твоя мотивация. Напевая заедающую песню, путая все слова припева, ты наслаждалась собственноручной чистотой вокруг. Привкус горячего кофе со сливками и предстоящего успеха был сладок. Проект, казавшийся невыполнимым, был почти готов — а ты была почти счастлива... Пока не донёсся шум. Из запертого подвала. Хлопок двери. Тяжёлые шаги. Низкий мужской голос. Откуда здесь взяться ещё кому-то?.. Наверное, это и есть тот, кто оставил постель незаправленной?.. Или валяющуюся на полу зубную щётку?.. Нет-нет, ты наверняка надышалась этой химической дряни, пока убиралась – и тебе просто послышалось. Шум нарастает, прохаживаясь от угла к углу. Чуть не поперхнувшись кофе, ты вслушиваешься в странные звуки. Как назло, шум сразу же прекращается. Так же неожиданно, как раздался. Какой бред... Не могла же ты настолько заработаться, чтобы услышать галлюцинации. Кто-то всё ещё там, ты чувствуешь. Чтобы проверить, что творится в подвале, ты спускаешься — остановившись на полпути. Дверь, ведущая вниз, закрыта. Как и было, когда ты въехала сюда утром... Пробравшийся в дом незнакомец очень любезен, если так заботится о твоей сосредоточенности. Или незнакомец попросту воображаемый. Тебе нужно продолжить делать то, для чего ты арендовала этот дом — продолжить работу. Открыв свёрнутые вкладки, возвращаешься к зонированию макета помещения. Подсознательно побаиваешься услышать хлопки, шаги и обрывки фраз снова. Но теперь в комнатах звенит настраивающая на нужный лад тишина. Вот и славно.

***

      Покончив с проектировкой и выслав готовый коллаж заказчику на электронную почту, ложишься в постель с непередаваемой радостью. Ты сделала это. В задуманной тобой идее нет изъянов, всё идеально. Сон окутывает тебя за считанные мгновения. Усталость сменяется расслабленностью, когда твои веки закрываются... И из подвала снова доносится чёртов шум. Почти уже уснув, ты прячешься с головой под одеяло — запутавшись в нём, чуть не падаешь с кровати. Шум не прекращается так, как прекратился днём. Тебе не послышалось, не почудилось. Кроме тебя здесь точно находится кто-то ещё. Кто-то, кто прошёлся по коридору вечером. Пару часов тому назад, когда ты наносила на лицо уходовую маску. Никакого мужского голоса. Только шаги, хлопки и грохот. Значит, сейчас там никого нет. Даже если днём ты и ощущала присутствие незнакомца, сейчас он не выдаёт своего присутствия. Не думая о подкатывающем к горлу страхе, ты решаешь проверить ещё раз своё тревожное предположение. Сейчас дверь в подвал открыта. Пусть так, но кто угодно на твоём месте не задумываясь подопрёт её, чтобы не влипнуть случайно в неприятность. Ты так и делаешь. Считаешь ступени и ёжишься от темноты. Не имея при себе фонарика, используешь зажигалку в виде огнетушителя. Свою счастливую. Свет теряется в ведущем ещё ниже коридоре, когда ты протягиваешь руку. Что-то виднеется там, куда ты идёшь почти наощупь. Должно быть, хлам, оставшийся здесь от владельца дома. Что-нибудь бессмысленное, бесполезное. Стоп, разве хлам движется сам по себе? Может, это хитрая толстая крыса, решившая прогуляться? Или... Это детская бутылочка. Огромная, зажатая в такой же огромной руке. Почти перед твоим носом. Похожие на речь звуки, которые ты не пытаешься разобрать. Твой похожий на писк крик. Зажав рот руками и рефлекторно выключив зажигалку, ты бежишь наверх. Захлопываешь злополучную дверь. Толкаешь неподъёмный низкий шкаф, чтобы перекрыть возможность к выходу тому, что обитает за дверью. — Думаю, тебе нужна помощь с этим. — мужской голос, звучащий ближе некуда, прямо за твоей спиной, кажется теперь знакомым. — ...О Боже. Чёрт возьми, Кит, что ты здесь делаешь? — повернувшись и встретившись с ним взглядом, ты не веришь своим глазам. Хорошо, что это он. Почти двухметровый, смотрящий исподлобья, весь в пыли и крови... Такой он пугает тебя, но он не незнакомец. Значит, риск развития клишированного сюжета фильма ужасов не стопроцентен. Ты знаешь Кита и его музыку несколько лет, как и он несколько лет знает тебя и твои дизайны. Вы общаетесь, то и дело перестаёте общаться из-за занятости — но не исчезаете надолго. Чаще всего ты забываешься и пропадаешь, но Кит умудряется найти лазейки. Может, и здесь он для этого?.. — Атмосфера казалась способствующей рабочему настрою. Пока милая леди, орудующая внизу, чуть не откусила мне руку. Так что, Т/И, очень советую тебе отойти подальше от подвала. — он буквально оттаскивает тебя от захлопнутой двери и полированного шкафа, с легкостью заканчивая начатое тобой дело. — Если внизу так опасно, — смотришь на локоть Кита, чтобы убедиться в его словах и увидеть свежий укус. — почему ты сам всё ещё говоришь со мной, а не уходишь? — Девушка, которая въехала сюда вместе со мной по ошибке, так и поступила. — Кит кивает, склоняясь над тобой. — Но из-за её побега здесь такой разгром. Еле поднялся наверх и пережидал, пока милая, но кровожадная леди прекратит устраивать беспорядок. Наклоняясь ещё ниже к тебе, вжавшейся в стену, Кит улыбается. Будто только что ничего страшного не произошло. — И долго пережидал? Почему не выбрался из дома до сих пор? Может быть, ты наблюдал за мной?.. — задираешь нос, чтобы казаться хоть немного выше. Всё равно едва достаёшь до его плеч. — Сутки до того, как ты оказалась здесь. А потом я не просто наблюдал за тобой, Т/И. Я нагло подглядывал, — он шутит с преувеличенно серьёзным лицом, глупо и неуместно. Но ты смеёшься. — Поэтому-то и не спешил выбираться. — Ты просто отвратителен, Кит! Я намерена отомстить тебе сполна, — ты, подпрыгивая, шутливо бьёшь его ладонями по груди. Кадры сменяются нешуточно быстро. Кит поднимает тебя над полом, держа за талию. Прижимается своими губами к твоим губам, нетерпеливо и настойчиво. Тебе уже не смешно, а жарко. Похоже не на фильм ужасов, а на предваряющую всё самое невообразимое сцену из фильма для взрослых. Наверное, так действует страх, который вы вдвоём пытаетесь подавить? Как переключатель? С холода, бегущего по всему телу, на жар внизу живота? Как бы там ни было, возбуждение мешает адекватно воспринимать опасность — и ты обхватываешь ногами широкую спину Кита. Он целует тебя ещё много, много раз — и уносит в ванную. Чуть не сбив кран, Кит включает воду. Вся одежда на вас промокает насквозь. Он срывает с тебя халат и ночную рубашку. Ты изо всех сил пытаешься стянуть с него футболку, но в конце-концов, он раздевается сам. Млея от его прикосновений и горячего пара, ты осознаёшь, что нужно было позволить ему сделать это гораздо раньше. Таким ты его ещё не знала. Какими бы долгими ни были ваши разговоры. Ты предполагала, что он может быть таким. Ты засыпала, представляя каждый волнующий штрих. Ты уверена, что Кит тоже засыпал, ворочаясь в этих пошлых фантазиях. Но это никогда не происходило. Как бы ни накалялась недосказанность между вами. Ты забираешь свои недавние мысли обратно — прямо сейчас он незнакомец. Прямо сейчас это всё равно, что заниматься сексом с незнакомцем. Но это будоражит, в самом лучшем смысле из возможных. Смущение нисколько не побуждает тебя отступить. Что уж там, даже вероятность того, что существо ворвётся, распахнув дверь, не останавливает. Лишь сильнее заводит. Как стимул успеть почувствовать то, чего вы уже давно хотите, побыстрее. Первый секс при таких обстоятельствах кажется слишком ирреальным, чтобы не попробовать. Одна ладонь Кита почти полностью прячет обе твои груди. Тебе требуется вся твоя смелость, чтобы посмотреть на его бёдра и... О нет. Кит был прав — тебе точно нужна помощь с этим. Взявшаяся из ниоткуда неловкость достигает пика, когда ты утыкаешься своей обнажённой кожей в обнажённую кожу Кита и подмечаешь это вслух. Он уверяет, что знает, как помочь тебе. Струи почти кипящей воды хлещут холодный кафель, над которым ты левитируешь в руках Кита. Скулишь и кричишь от наслаждения, как в самом непотребном жанре, когда он входит в тебя. Он большой ровно настолько, чтобы ты забыла обо всём за пределами ваших тел. Когда он входит в тебя, медленно, осторожно, но нетерпеливо — в твоих глазах пляшут отсветы потолочной лампы и безымянные звёзды, ты тряпичная под его натиском. Придя в себя и привыкнув к его размеру, просишь ускорить темп и рисуешь узор на запотевшем стекле душевой кабины. Кит выбивает из тебя душу, продолжая целовать. И Кит снова оказывается прав. Когда он толкается в тебя, глубоко и неистово — ритм восхитителен.

***

      Наутро ты обнаруживаешь себя под одеялом, но не в одиночестве, а в удушающе-крепких объятьях Кита. Все твои конечности приклеены к нему. Провести ночь с Китом было изматывающе, просыпаться с ним уютно. Зеваешь и пытаешься подняться, но он не выпускает. События ночи ты помнишь волнующе-хорошо, а когда он сонно тянется за поцелуем — понимаешь, что повторения не избежать. Но вы обоюдно решаете, пусть это повторится в другой обстановке. Собрав вещи и переступив порог дома, вспоминаешь — твоя счастливая зажигалка осталась в подвале. В одной из шумных мэлвиндейлских кафешек, Кит предлагает связаться с агентом по недвижимости на этот счёт, а заодно предложить владельцу дома получше изучить собственный объект. Что ж, ты согласна с ним. К тому же, вас сейчас заботит кое-что намного важнее.