комната для двоих

Это безумство, когда ты влюбляешься в своего друга. Ну точнее в человека, с которым ты знаком относительно недавно и с которым тебя связывает одно обстоятельство – жизнь в Глэйде. Томас попал в это место не так давно, но уже за это время сумел повидать многое. Он никогда не забудет того ужаса, как оказался один без памяти в поднимающемся лифте. Как потом двери распахнулись, и со всех сторон на него смотрели десятки незнакомых глаз. И как спустя время ему пришлось привыкнуть к этой сложной жизни в Глэйде и начать всё с чистого листа. Казалось, всë это могло бы быть одним сплошным кошмаром, если бы не одно неожиданное знакомство, которое перевернуло жизнь Томаса на 180 градусов. В памяти брюнета на всю жизнь останется момент, когда среди всех испуганных и недовольных подростков, был человек, который смотрел на Томаса как-то иначе. В его взгляде читалась какая-то надежда.... И спустя время общение именно с этим человеком приносило брюнету необъяснимую радость. Его глаза каждый раз начинали светиться, а сердце колотиться быстрее, когда на горизонте показывался Ньют. Да, Ньют был тем самым человеком, в которого Томаса угораздило по уши влюбиться. Неизвестно, какой ориентации был брюнет до лабиринта, и были ли у него отношения, но тут всё шло по другим правилам. Ньют всегда был с ним приветлив, с удовольствием проводил много времени и порой, как бы невзначай, касался, что только усугубляло положение и ещё больше заставляло Томаса мечтать о нём по ночам. Но парень совершенно не представлял, как на подобное может отреагировать блондин, поэтому и держал всё в тайне. Его правилом номер один было – не показывать своих чувств Ньюту, и он с этим отлично справлялся. Ну, по крайней мере, пока... Как-то давно, когда Томас находился в Глэйде всего несколько дней, Алби провёл ему экскурсию, рассказывая об особенностях этого места. Но, как потом выяснилось, темнокожий парень показал далеко не всё. И именно то, что осталось нерассказанным, и стало причиной непонимания Томасом многих шуток глэйдеров и поводом насмешек над ним.

***

Дело шло к вечеру, и все подростки Глэйда собирались на открытом пространстве, чтобы обсудить прошедший день и хорошенько повеселиться. Обычно их любимыми занятиями были различные игры или бои на победителя. И сегодняшний день не был исключением. – А где Чак? – спросил Галли, обводя взглядом всех присутствующих. – Если бы он был постарше, я бы подумал, что он в той самой комнате, – засмеялся кто-то из парней. – Фу, что за мысли в твою голову лезут! – воскликнул рядом сидящий Минхо и пихнул его локтем. – Эй! А что я такое сказал? Чем он лучше нас? – продолжал улыбаться тот, не обратив внимания на недовольные взгляды многих глэйдеров. – Про меня говорите? – послышался весёлый детский голос, и все увидели Чака. Тот, распихивая других подростков, пробирался в первую линию. Вообще их собрание выглядело следующим образом: в центре сидел Алби, а вокруг него в несколько рядов располагались остальные глэйдеры. Увидев мальчика, все мигом стихли и смущённо заулыбались. – Вот и ты, Чак! А то мы тебя уже потеряли, – сказал Алби, стараясь перевести тему, – Ну, парни, кто начнёт и расскажет, как прошёл его день? Пока глэйдеры бурно говорили о событиях дня, Томас задумался. Он никак не мог понять, про какую комнату они говорили, и почему так резко все засмущались, когда появился Чак. Мысль о том, что ему что-то не рассказали о Глэйде, никак не покидала Томаса. Ему не нравилось, что они смеялись над тем, что он не мог понять. Да и какое право глэйдеры имеют скрывать что-то от него? Ведь все они живут тут на равных условиях. Он аккуратно повернул голову и посмотрел на Ньюта, который сидел чуть поодаль и о чём-то шептался с Галли. На миг внутри всё сжалось от ревности, но Томас постарался сразу отогнать это чувство, чтобы не сделать себе ещё больнее. Ведь блондин не принадлежит ему и никогда не будет принадлежать. И чем меньше Томас будет о нём мечтать, тем лучше. – Томас, а ты что хочешь сказать? Или, может, у тебя есть вопрос? – послышался голос Алби, вернувший его в реальность. Брюнет на мгновение замер, обдумывая, что сказать. Ведь из-за мыслей о Ньюте, он так ничего и не придумал. Но тут в его памяти снова всплыл момент про комнату, и он решил спросить о ней. – А что за комната, про которую вы говорили? На миг все удивлённо на него посмотрели, а потом дружно прыснули со смеха. Теперь и Томас смутился. Он взглянул на Ньюта. И тот, тоже поймав взгляд брюнета, казалось, отчаянно пытался держать себя в руках и не засмеяться, как остальные. Его лицо стало слегка красноватым, и в эту секунду Томас готов был провалиться сквозь землю, чтобы не видеть смущение друга. – Томас, понимаешь, у нас не принято об этом говорить... – произнёс Алби, когда смех стих. – О ней все знают, но не говорят! А меня туда ещё и не пускают! – воскликнул радостный Чак, как бы давая понять, что даже он в курсе. – Есть одно не гласное правило: один приводит туда другого, но всё, что там происходит, является секретом для остальных. И об этом обычно никто никогда не говорит, – пояснил Алби, а потом, улыбнувшись спросил, – Понимаешь, Томас? Но брюнет мало что понял. Единственное, что Томас для себя уяснил – сейчас он спросил про что-то неприличное, судя по реакции глэйдеров. И ему совсем не хотелось продолжать этот разговор, дабы прекратить хихиканье большинства парней над ним. Поэтому Томас кивнул в знак понимания. – Хорошо. Возможно, тебя в скором времени туда кто-нибудь отведет, – сказал темнокожий, вызвав тем самым новую волну смеха, а потом, приняв серьёзное выражение лица, продолжил, – Так, оставим это. Кто ещё хочет что-нибудь сказать? Но Томас, казалось, совсем перестал слушать парней и полностью погрузился в свои мысли. Узнать, для чего была та комната – стало навязчивой идеей. И кто его должен был туда отвести? После того, как собрание закончилось, и часть глэйдеров, включая Алби, ушли, Томас решил подойти к Ньюту. Тот сидел вместе с Минхо и другими парнями и о чём-то увлечённо с ними говорил. – О, вот и наш незнайка! – хихикнул один из них, а Ньют и Минхо переглянулись. – Может хватит, а? Он только недавно здесь, откуда ему знать? – видя смущение друга, вступился Ньют. – А может ты ему и покажешь, что там? – усмехнулся тот, переводя взгляд с блондина на Томаса, – Томас, хочешь узнать, что происходит в той комнате? – Всё, остановитесь! – воскликнул уже Минхо, видя каким красным стал Ньют. Томас недоуменно уставился на блондина, не понимая, что вызвало такую реакцию. Тот даже отвëл взгляд, когда брюнет посмотрел на него. Видно, слова Минхо были услышаны, и глэйдеры стали расходиться, оставив Ньюта и Томаса одних. – И я пойду, не скучайте! – весело похлопал блондина по плечу Минхо и пошёл вслед за остальными. – Ньют, что-то не так? – аккуратно спросил Томас. Тот наконец повернулся к нему и, улыбнувшись, ответил: – Всё нормально, пошли спать. И они отправились по своим местам, больше не говоря ни слова.

***

Спустя несколько дней, после выполнения всей дневной работы, Томас и Ньют прогуливались по Глэйду. Ни тот, ни другой больше не касались темы, приводящей всех в смущение. – Ну что, Томас, как тебе роль бегуна? Уже разобрался в Лабиринте? – Почти, – улыбнулся в ответ брюнет. Они уже приличное количество времени говорили о Глэйде, о возможностях побега и Лабиринте, но Томаса ни на секунду не оставляла мысль о том, как ему безумно хотелось прикоснуться к блондину. Ощутить его тепло, почувствовать на себе его поцелуи... Но каждый раз, когда его фантазия заходила слишком далеко, он резко одергивал себя. Они уже свернули к картохранилищу и хотели пройти дальше, как вдруг Томас услышал какие-то странные звуки, похожие на нечто неприличное. Он замер на месте и удивлённо оглянулся вокруг, пытаясь найти источник звуков. И только сейчас, вглядываясь в заросли рядом с картохранилищем, брюнет вдруг заметил маленькую дверь. Не думая ни о чем, он неожиданно сорвался и направился прямо к ней. И когда Томас уже собрался дёрнуть за ручку и наконец понять, что там происходит, возле него вдруг возник Ньют и резко перехватил руку. – Ты что? – недовольно воскликнул он и потащил его подальше от двери, – А ну пошли отсюда. Отойдя на несколько шагов, Ньют остановился и, видя недоуменное лицо друга, вдруг смутился. – Томас, понимаешь...– нерешительно начал он, – за этой дверью находится та самая комната, про которую ты спрашивал... Услышав эти слова, теперь и брюнет вспыхнул. Всё, что касалось этой темы, не предвещало ему ничего хорошего. Но, видно, Ньют решил взять на себя сложную миссию – всё ему разъяснить, поэтому спустя время Томасу захотелось провалиться сквозь землю еще больше. – Как говорил Алби, эта комната предназначена для двух людей... Для моментов... – тут блондин умолк, а потом, набрав побольше воздуха в лёгкие, на одном дыхании выпалил: – когда они хотят с друг другом переспать. Томас ошарашенно на него посмотрел. А потом, сопоставив все факты: то, как относились к этой комнате глэйдеры, как смущался Ньют и то, какие звуки он недавно услышал – всё наконец понял и покраснел. Как он мог не понять очевидных вещей? И как же ему сейчас было стыдно и неловко перед другом, который, казалось, тоже хотел куда-то деться в этот момент, только бы не встречаться взглядом с Томасом. Брюнет совсем не знал, что сказать, и Ньют, походу, это понял, поэтому тихо произнес: – Ладно, проехали. Пошли, нам пора возвращаться. И всю оставшуюся дорогу они шли молча.

***

Следующую ночь Томас погряз в своих размышлениях и мечтах. С одной стороны, ему теперь было известно про место, которое являлось поводом хихиканья многих глэйдеров, а с другой... Узнав, чем обычно занимаются в той комнате, фантазия брюнета разыгралась не на шутку. Он стал представлять, какие вещи он бы мог вытворять там с Ньютом. Как прижал бы его для начала к стенке и прошёлся бы поцелуями по его разгоряченной коже на шее. Как потом спустился бы ниже и... Стоп. Томас резко мотнул головой, отгоняя мысли. Как показала практика: чем больше начинаешь мечтать о блондине и погружаться в свои фантазии, тем потом больнее вернуться в реальность, понимая, что этого никогда не случится. – Твою мать! Как мне теперь заснуть? – тихо выругался Томас и поднялся со своего места. Сон в ближайшее время точно к нему не придёт, если учесть, в каком возбуждённом состоянии он сейчас находится. Поэтому Томас, не долго думая, аккуратно встал и направился подальше от спящих глэйдеров. Единственное, что ему сейчас может помочь – прогулка на свежем воздухе. В Глэйде была ночь, поэтому брюнет мог спокойно гулять там, где хотел, и никто из парней не мог ему этого запретить. Пройдя очередную развилку, он удивлённо посмотрел вокруг и понял, что каким-то случайным образом вновь нашёл ту самую комнату. Она находилась прямо перед ним, и от туда не было слышно никаких звуков. «Наверное, там сейчас никого нет» – подумал Томас и облегченно выдохнул. Не хватало только, чтобы его здесь кто-то заметил. Он уже хотел пойти дальше, как вдруг что-то внутри него сжалось, и под влиянием жгучего любопытства Томас направился к двери. Он подумал, что раз никого сейчас нет, то можно аккуратно глянуть, что там находится. Всё равно все спят и ничего не узнают. Брюнет дёрнул за ручку, и дверь с лёгкостью распахнулась. Внутри было темно, но Томас нащупал рукой выключатель и включил свет. Вся комната заполнилась бледным жёлтым светом. – Оу... – вырвалось у парня. Перед ним находилось что-то на подобие одной большой кровати и рядом ящик с разными штуками. Ясное дело, что там было всё необходимое для подобного рода вещей, происходящих здесь. Томас, может, и дальше мог спокойно разглядывать эту комнату, если бы не шорох, раздавшийся где-то неподалёку. Этот звук привёл брюнета в ужас, ведь он включил свет, который бы мог увидеть каждый и зайти сюда. Странно, но будто за дверью был не один человек, судя по звукам. «Мне конец!» – с ужасом подумал Томас и уже стал аккуратно тянуться к выключателю, чтобы вырубить свет, как вдруг его кисть накрыла чья-то рука, и вся комната погрузилась в темноту. Брюнет замер на месте, боясь пошевелиться и пытаясь разобрать, что вообще произошло. – Тут кто-то есть...? – уже хотел спросить он, как вдруг его рот закрыла чья-то рука, и прям над ухом послышался шёпот: – Тссс, тихо... Пускай отойдут. У Томаса бешено стало колотиться сердце, потому что мало того, что его только что кто-то застукал в этой комнате и теперь пытался спасти его задницу, так ещё в этом шёпоте брюнет узнал Ньюта. Томасу не было видно его лица из-за темноты, но он ощущал его присутствие совсем близко. Его рука всё так же закрывала брюнету рот, хоть тот ничего больше не пытался сказать, и Томас чувствовал его жаркое дыхание на своей шее. В какой-то момент ему стало максимально неловко, ведь в эту секунду он находился прижатым к стенке с закрытым ртом ни не пойми кем-то, а Ньютом! Ньютом, в которого Томас был по уши влюблён и которого видел в своих мокрых снах... – Кажется, ушли... – облегченно вздохнул блондин и наконец отстранился, – А теперь, друг, я тебя внимательно слушаю, – послышались уже весёлые нотки в его голосе. – А... Эм...Ньют...– совершенно в замешательстве проговорил смущённый Томас, – Мне просто не спалось, вот я и решил прогуляться... В темноте послышался смешок. – А...И поэтому ты совершенно случайно оказался в этой самой комнате, – Ньюта, кажется, эта ситуация крайне забавляла, – Но ты же понимаешь, что если бы тебя нашёл кто-то из глэйдеров раньше меня, то на следующий день ты стал бы поводом для насмешек? Томас это, конечно, отлично понимал. С одной стороны, ему было крайне стыдно за эту ситуацию, а с другой... Ещё раз проанализировав всё то, что сейчас произошло, в его голове возник интересный вопрос: – Ньют, а что ты тут делаешь? Откуда ты узнал, что я здесь? Ответ послышался не сразу. Стало ясно, что теперь очередь смущаться пришла и блондину. Томас не видел его лица, но услышал, как участилось его дыхание. – Ну... Честно говоря, мне тоже не спалось, и я решил немного проследить за тобой... – тихо проговорил он, – Но я совсем не ожидал, что ты пойдёшь именно сюда... – А ты сам тут раньше бывал? – неожиданно спросил Томас и тут же прикусил язык. То, что Ньют за ним следил, лишь ещё больше заставило брюнета погрузиться в свои мечтания. Вот если бы он тоже что-то чувствовал... – Один раз, давно... Но это теперь не имеет никакого значения, – как бы нехотя ответил Ньют, – Тут, кстати, где-то был маленький ночник... Разумнее включить его, чтобы нас никто не увидел. И Томас услышал, как его друг прошёлся по комнате в поисках светильника. Несмотря на всю странность ситуации, внутри брюнета что-то радостно закричало, и появилась надежда, когда он услышал, что Ньют здесь уже бывал. А это значит...что ему тоже могут нравится мальчики, если учесть для чего предназначена эта комната. Послышался щелчок, и вся комната наполнилась бледным светом. Томас наконец смог увидеть Ньюта, который теперь нерешительно замер в нескольких шагах от кровати. – Ну так что же...? Всё посмотрел, что хотел? – тихо спросил он, смотря брюнету прямо в глаза, а потом, резко отвернувшись, подошёл к шкафчику, – вот, к примеру, хм...салфетки, потом... Томас аккуратно направился к блондину. Его сердце было готово выпрыгнуть из груди от переполняющих его чувств. В эту самую секунду ему хотелось поцеловать Ньюта так сильно, как никогда раньше. Видеть, как тот медленно перебирает предметы, предназначенные для интимных целей, как прикусывает губу, когда называет каждый из них...было невыносимо. «Так странно... Почему он не уходит и не ругает меня, а находится здесь со мной и говорит мне об этих вещах...? Ведь сейчас ночь и всем полагается спать. И, о боже, как мне хочется к нему прикоснуться... Но нет, я не должен этого делать! Я не могу потерять его доверие ко мне... » – пронеслись мысли в голове, и он совершенно не заметил, как оказался совсем близко к Ньюту. Но тот был повёрнут спиной и, казалось, не замечал этого и лишь продолжал перебирать вещи. – А это у нас... хм...тюбик с... – тут он умолк, почувствовав сзади на своей шее дыхание Томаса. – Кажется, со смазкой... – тихо подметил брюнет и шумно выдохнул. На это Ньют резко обернулся и оказался чуть ли не впритык к Томасу. Их разделяли какие-то жалкие несколько сантиметров, а их губы находились в опасной близости друг от друга. Томас, заметив это, хотел было немедленно отстраниться, но его ноги стали вдруг ватными, и брюнет не смог сдвинуться с места. Его будто парализовало, и он только нервно сглотнул, а потом его взгляд случайно упал на губы Ньюта. – Томас, что же ты творишь...? – неожиданно сбивчиво проговорил блондин и схватил Томаса за плечи. Дыхание Ньюта стало прерывистым, а в глазах промелькнуло что-то похожее на желание. Это не осталось незамеченным брюнетом, и он от неожиданности даже отступил шаг назад и с ужасом обнаружил, что дальше ступать было некуда: он упёрся ногами в кровать. – Ньют, я... – выдохнул Томас, понимая, что ещё чуть-чуть и он не сможет больше себя контролировать и прижмется к губам друга... «Нельзя этого допустить. Ньют никогда мне этого не простит...» – пытался бороться с собой брюнет. Но тут произошло нечто такое, о чем Томас отчаянно запрещал себе мечтать. – Твою мать, Томми... – вырвалось у Ньюта, и он с силой пихнул брюнета на кровать, навалившись сверху, – Как же сильно я тебя хочу... – еле проговорил он и жадно прильнул к губам Томаса. В голове у брюнета произошёл фейерверк. До конца не осознавая, что произошло, он вдруг вцепился в плечи Ньюта и стал с такой силой отвечать на поцелуй, что просто сносило крышу. Он так давно хотел прикоснуться к блондину, так долго себе это запрещал, а теперь.... Всё то, о чем он боялся мечтать, сейчас происходило в реальности. – Ньют... – вырвался стон из рта Томаса, когда тот прошёлся горячими губами по его шее. Ньют вдруг слегка приподнялся и разом стянул с себя рубашку. Томас, не долго думая, сделал тоже самое. Блондин снова прильнул губами к разгоряченной коже Томаса, скользя вниз. Тело брюнета выгибалось навстречу этим прикосновениям, и парень, тяжело дыша, схватил Ньюта за волосы. Тот уже успел пройтись губами по всему животу Томаса и остановился у самого края штанов. – Ньют, может не надо...? – хрипло проговорил брюнет, отчаянно борясь с остатками разума. «А вдруг он потом об этом пожалеет?» – не покидали его тревожные мысли. Ньют вдруг поднял голову и с интересом посмотрел на друга. А потом, загадочно улыбнувшись, тихо спросил: – А ты этого хочешь? И как бы позорно это не было, сейчас Томас желал этого больше всего на свете. – Очень... – произнёс он и покраснел. Ньют усмехнулся, довольный ответом, и не говоря больше ни слова, резко стянул с Томаса штаны вместе с трусами. Брюнет от неожиданности широко распахнул глаза, но уже в следующую секунду с его уст слетел довольно громкий стон. Ньют коснулся языком его разгоряченной плоти. Томас схватил блондина за волосы, желая всё больше прикосновений. Ньют обхватил губами возбуждённый член и прошёлся вниз-вверх сначала очень медленно , а потом ускорил темп. В какой-то момент, изгибаясь всем телом от наслаждения, Томас вдруг произнёс: – Ньют, стой... – и видя непонимающее лицо друга, вдруг приподнялся и, потянувшись рукой к тумбочке, схватил тюбик со смазкой, – Я хочу большего... Сделай это для меня... И протянул тюбик блондину. Тот, моментально понимая, взял его и одним движением стянул с себя штаны. Проделав всё необходимое перед самим проникновением, Ньют на секунду замешкался и с тревогой посмотрел на Томаса. – Ты уверен? – нерешительно произнёс он, на что брюнет резко схватил его за плечи и прямо в поцелуй, улыбнувшись, выдохнул: – Да... И в тот же момент Томас ощутил чужой член, входящий в него. Вначале было немного больно, но спустя несколько секунд, когда Ньют уже решительно ускорил темп, брюнет почувствовал, как его тело сотрясла приятная дрожь.

***

Когда всё закончилось, и они обессиленные плюхнулись на кровать, обнимая друг друга, Томас зарылся носом в волосы Ньюта, с наслаждением вздыхая его запах. Всё произошло так неожиданно, что брюнет до сих пор думал, не сон ли это был. Но, чувствуя, как Ньют легонько гладит его по руке, он улыбнулся. «Что теперь будет? А вдруг он решит, что это была ошибка...?» – негативные мысли полезли в его голову. Ведь и правда: он совершенно не знал, что чувствует блондин. – Ньют... – с тревогой произнёс брюнет, на что тот слегка поднял голову и дотронулся пальцем его губ: – Тсс, Томми... Всё хорошо, давай поспим... – Я ведь люблю тебя... – тихо проговорил Томас, решая, что сейчас должно всё наконец проясниться, и он больше не в силах это скрывать. Если вдруг блондин не ответит ему взаимностью или он не серьёзно к нему относится, то нужно будет немедленно прекратить их связь, как бы больно Томасу не было. А если тот чувствует тоже самое, то... – И я люблю тебя, дурачок! Разве ты еще не понял? – улыбнулся Ньют и с нежностью прижался к губам Томаса. И брюнет знал, что теперь всё будет иначе. Теперь всё будет хорошо.