Если грабли слишком часто попадают по лбу их надо оседлать!

- Ой, Боже мой, моя голова... Кудрявая растрёпанная голова с заметной тяжестью оторвалась от кучи соломы на которую опиралась и поднялась демонстрируя зажмуренные от света глаза, красивую бледную кожу украшенную редкими веснушками и слишком бледные для здоровой девочки губы. - Ай Из её рта вырвался стон. Всему телу было больно, ломило, подкосила какая-то слабость, трудно было раскрыть глаза. В голову лезли мысли, здравые для такой ситуации, почему засыпала она в кровати, а просыпается чёрти-где, но их словно не пропускала пульсирующая боль в роли таможенника. - А! - Взвыла девочка и схватилась за голову в которой вновь что-то стрельнуло. Думать стало ещё сложнее. Вдруг, в голове появилась ясность. На мгновение она смогла разлепить глаза. Из всего того что она успела заметить девочка вычленила главное. Не знакомый пожилой мужчина с короткой аккуратной стрижкой и белой бородой в тёмно фиолетовой мантии внимательно смотрел на неё, а в руках держал палку, направленную на неё. Неужели она выглядит так плохо, что он заподозрил в ней угрозу? Она то? - Здравствуйте, кто вы такой? Уберите ваше оружие. - В голосе вопреки воли звучали испуганный детские нотки, которые были совсем не похожи на её голос каким она его запомнила. - Почему вы ко мне приближаетесь? Отойдите! В то же мгновение мужчина остановился и быстро огляделся. Наташа сделала тоже самое и поворачивая голову на право вдруг поняла, что помнит как её зовут. Обрадованная таким стечением обстоятельств она почти не придала значения, что не завершила своего действия и сама упала обратно в солому. Она впилась ей в спину, неприятно и колко. Чужие тёплые пальцы дотронулись до её холодного лица и аккуратно повернули её, так, что дневной свет полностью перекрывал тот саму пожилой мужчина. У него были серые, внимательные, добрые глаза, очки половинки, большой нос и тёплые пальцы, так что даже тревога на его лице не помешала Наташе почувствовать прилив спокойствия и провалиться в темноту. Очнулась Наташа ощущая бесконечное тепло и уют, так что ей совсем не хотелось двигаться. Она хотела полежать ещё чуть чуть, пока не прозвенит будильник, кажется сегодня понедельник и ей снова предстоит пойти в школу. Будильник зазвонил слишком быстро. Наташа расстроилась и поспешила открыть глаза, потому что телефон у неё нащупать не получалось. Только когда она открыла глаза и поняла что шарит рукой в воздухе она сообразила, что почему то кровать гораздо меньше чем была обычно и именно в этот момент в её теле поселился страх. Она находилась в большой просторной комнате в которой было много таких же как под ней кроватей. Все они были застелены аккуратно белыми простынями. Рядом с каждой были тумбочки и некоторые были закрыты ширмами, Наташа не поняла где они крепятся. Между двумя рядами у стенок был широкий коридор, который вёл куда-то в глубь, почему то она не видела ничего дальше, словно коридор был бесконечным. Она села на кровати свесив худые ноги едва доставая до пола и с непонятными эмоциями уставилась на них. Эти ноги не были похожи на её ноги никоим образом. Она помнила свои ноги, по взрослому длинные, загорелые после двухнедельного отпуска с родителями на море, полные округлые бёдра и стройные икры. Эти ноги были бледными, белыми, худенькими, по детскими тонкими, упакованными в вельветовые шорты. Она подняла свою правую руку. Не привычно бледная, худая, со светлыми, едва заметными волосками, покрытая слабо заметной россыпью веснушек. Сердце пару раз ухнуло и быстро застучало. Вопреки его поведению Наташа спокойно подняла левую руку и провела ею по своему животу прикрытому белой футболкой. Зарылась в дебри не-своих-кудрявых волос. В этот момент дверь, которую она до этого не заметила распахнулась. Неожиданно вместе с двумя фигурами в дверях коридор стал совсем коротким и Наташа наконец увидела его продолжение в виде двери ведущей в какой-то кабинет. - Hi darling! - Поприветствовала её радушная женщина в белом медицинском фартуке, с ласковой улыбкой на лице и медовыми волосами собранными сзади в пучок. Её ласковый голос и улыбка, английская речь, всё это было настолько диким, что Наташа быстро подобрала ноги к себе и на всякий случай прикрылась одеялом как бронёй. Её детское личико было нахмурено и насторожено. Медсестра или врач, остановилась около её кровати. Улыбка с её лица медленно сошла. Теперь она просто внимательно рассматривала Наташу на предмет повреждений, а Наташа почему-то поняла, что вызвала её своим пробуждением и что наверняка на её пробуждение был настроен какой-то датчик. Её взгляд переместился на следующего посетителя. Такой же хмурый как и она сама мужчина в чёрных брюках и рубашке, с чёрными волосами, чёрными глазами и даже чёрной мантией за плечами. Она плавно спускалась к самым его ногам и окутывала его всего какой-то вампирской аурой. - Вау, - невольно поделилась впечатлениями Наташа и тут же удивилась своей реакции. На нервной почве что ли? Мужчина ей в ответ почти не весомо ухмыльнулся и теперь пришёл его черёд удивляться. - Hi, - всё таки сказала Наташа мысленно перебирая вопросы в голове, которые хотелось спросить. Англо-говорящие собеседники не были для неё проблемой, как для многих школьников в её стране её возраста. Обычно выпускники Российских школ не имели с этим языком особо тёплых отношений, но международная школа обусловила располагающий к изучению языка преподавательский состав, поэтому объясниться Наташа могла. - Who are you? I don't know you? Who was that man which... took me here? Задав эти вопросы Наташа посмотрела на мужчину, потому что он не пугал её своей непонятной добротой, а потому нравился больше. Из них двоих он больше был похож на её родных русских хмурых соотечественников, которые хмурятся, но поступают по настоящему искренне и по доброму. Мужчина сложил руки на груди и внимательно на неё посмотрел сканируя взглядом. Наташ вдруг поняла, что от растерянности говорила медленно и явно выдала свой уровень языка ниже чем он был и почувствовала, как к щекам приливает жар. Стало ещё более неловко. Как обьяснить красное лицо? Хотя стоп, она вроде ребёнок. *Дальнейшая речь из удобства вашего и моего будет написана на русском - Меня зовут Северус Снейп, я профессор Зельеварения и декан факультета Слизерина в школе магии и волшебства Хогвартс, - представился он медленно выговаривая слова и вдруг замолчал отследив реакцию девочки. Её глаза расширились от шока как только она усвоила информацию и посмотрела на Снейпа как на призрака. Теперь Северус окончательно запутался. Разве может ирландская сирота, воспитанница сиротского приюта при католической церкви знать что либо о школе Хогвартс и её учителях? Почему тогда в её глазах мелькнуло столь явное узнавание? Девочка поняв, что её реакция была замечена закусила губу пытаясь скрыть досаду и нахмурилась ещё сильнее коротко кивнув в знак усвоения информации. - Человек, который забрал вас - директор школы Альбус Дамблдор, - выдал новую порцию информации Северус и вновь остановился отслеживая реакцию девочки. Слишком живописное и хмурое лицо для такой маленькой девочки. Значит рано повзрослела, хотя это не окончательный вывод. Осведомлённость маггловской сироты о школе нельзя было объяснить сиротской долей при всём желании. Здесь что-то другое. Да и в её голове, в которую Снейп залез ещё при входе происходил какой-то лающий русский хаос. Откуда ирландке знать этот язык, при этом на английском говорила с явным акцентом, хоть и не дурно. - Мы забрали вас в школу чтобы изучить уровень опасности, который вы из себя представляете. Девочка укуталась плотнее и чуть сильнее нахмурилась. Снейп позволил себе легко улыбнуться, сам не понимая причины для веселья. Он чувствовал лёгкость в общении со столь подозрительной и интересной маленькой девочкой. Её тайна откроется ему, в этом он был уверен, а потому с удовольствием погрузился в работу, которую ему навязал Альбус и которая ещё сегодня утром казалась ему сущим наказанием. - Как вас зовут? Снейп присел на соседнюю кровать не выражая желания как-то посягнуть на свободу девочки. Мадам Помфри периодически следила за ситуацией, но в основном доверилась зельевару в том, что у него как правило выходило хуже всего, в общении с людьми. - Наташа Раткова. - Как? - Удивился Снейп и Наташа перефразировала своё имя в обычное "Ната". Снейп кивнул и зада следующий вопрос. - Откуда я? - Недоумевая уточнила Наташа и вдруг поняла, что вопрос важный. - Из России, 2024 год, из мира, где нет ни грамма магии, - ответила они и прикусила язык посетовав, что Снейп слишком внимателен к тому что она говорит. Кто знает, как они отнесутся к её истории. Она уже попала, раз получила их пристальное внимание. - Что ты сказала? - Ничего. - Ладно, - Снейп сделал вид будто поверил и продолжил опрос. - Как ты сюда попала? Это твоё тело? Наташа удивилась на секунду подумав, может Снейп знает русский, раз он задаёт такие правильные вопросы, или они сами знают больше о её приходе чем она сама. Точно, вот как надо отвечать, чтобы самой ничего не выдать! - Вы знаете как я сюда попала? - Нет. - Я тоже. Они помолчали. Снейп новых вопросов не задавал, а Наташа не горела желанием отвечать, но всё же она понимала, что если всё происходящее не глупый сон - она одна в мире и ей нужна помощь. Северус стоил доверия, поэтому в конце концов она рассказала ему, что понятия не имеет где она и почему она именно здесь. Более Снейп ей своим обществом не докучал и оставил на попечение радушной мадам Помфри. До вечера к ней больше никто кроме Снейпа не заходил, да и тот зашёл только один раз, чтобы отдать ей книжку "История Магии", увесистый том в котором подробно описывались войны магических видов до нашей эры в Южной Америке и как они плавно перетекли в мирное существование с появлением приемников Магии. В ней описывались войны с гоблинами, сама суть волшебников как вида и в конце давался краткий экскурс о современном положении магического мира. Следующей Снейп обещал занести подробную историю о странах - оплотах волшебников, в том числе описание школ, университетов и родов деятельности волшебников. Наташа выбор оценила и поблагодарила от всей души. Читала весь день. Правда вечером, когда никто не видел, встала с кровати, подошла к окну из которого было видно луну и разрыдалась так жалобно, что казалось у неё сломалось сердце.