Спи, Том

      Небо затянуто колючими тучами, солнечные лучи, лишь изредка попадали на землю, орошенную кровью. Теперь данное место становилось грешным, а лёгкий ветерок проносил металлический запах на далёкие мили. Отовсюду доносились истошные крики, шла ожесточенная битва. Восстания против красного лидера только участились, сначала была запрещена кола, затем и ряд других запретов, которые по мнению командира должны были улучшить общество, но всё стало в разы сложнее. Народ чувствовал туго завязанную удавку на шеи. Именно поэтому создавались банды, которые вооружались у контрабандистов и наступали на высокие бетонные стены базы рогатого дьявола. Том боролся за позицию своего лидера, хоть и не везде поддерживал, он был благодарен за то, что ему даровали новые глаза, его вытащили и спасли от вечной тьмы забвения.       Тяжёлая одышка, повсюду выстрелы, Том старается восстановить дыхание, горло пересохло, ощущение будто кошка разодрала стенки глотки в фарш. Патрик начал отзывать армию, чтобы перегруппироваться, Риджуэлл тоже должен был идти, но стоило ему только выйти из укрытия, как в него попало несколько пуль. Струйки крови потекли, брюки быстро впитывали жидкость, становясь влажными. Нижняя часть тела потяжелела и начала неметь от боли. Раздался грохот. Мужчина теряет сознание, напоследок разглядев сквозь густой слой пыли два силуэта.

***

      Очнулся Риджуэлл уже в своей комнате, обставлена она была скудно. На стенах, как и в юношеские годы весели постеры, хоть как-то поддерживая здесь уют. Мебель необходимая для жизни, ничего лишнего. Всё тело солдата невыносимо ныло и болело. Каждая мышца молила о пощаде. Рядом с постелью стоял стул, на котором сидел сам красный лидер, заметив, что его подчинённый очнулся, он повеселел в лице. — Том, как я рад, что ты проснулся, — проговорил Торд, в его фразе не было привычного сарказма или иронии, что очень поражало пострадавшего. — И тебе привет. Давно я тут? Что произошло? — из рта Тома посыпался ряд ожидаемых вопросов, а его зелёные глаза на экране уставились на гостя. — Прошли сутки с наступления, пули попали в ноги, ничего важного не задели, но прикован к кровати ты будешь ещё минимум две недели точно, сильная кровопотеря, — спокойно проинформировал рогатый, оглядывая всё тело лежавшего, которое было покрыто одеялом, — отдыхай в общем, за тобой будет приглядывать Мэри, помнишь её? Она тебе глаза лечила, пока я не изобрёл эту штучку, — лидер слегка постучал по черному экрану пальцами. — Спасибо, Торд, — равнодушно ответил Том, пытаясь свыкнуться с мыслью, что ему придётся столько времени пролежать без дела.       Ларссон кивнул головой и встав покинул комнату больного, в коридоре стояли Патрик и Пол, они ожидали вестей по поводу их боевого товарища. — С ним всё хорошо, мозги не отбили и на том "спасибо" скажем, — усмехнулся Торд, отвечая на вопрошающие взгляды.       После информации от лидера, парни с облегчением выдохнули. Группа из троих вояк отправилась в главный кабинет для планирования очередной зачистки территории от "вредителей". В том помещение стоял огромный стол с картой, на нем размещались фигурки разных цветов, которые обозначали армии и людей. Рука Торда переставляла миниатюры, как ходы в шахматной партии. Он часто напевал что-то под нос и ухмылялся, но не сегодня. Бой выдался трагичным. Красный лидер любил власть и контроль, он всегда хотел построить свой коммунистический рай, но со свободой это к сожалению не идёт рука об руку. Поэтому приходилось выставлять свои приказы с запретами, которые и не устраивали свободолюбивых граждан. Примером такого стал Эдд, который ради колы отправился в прошлое, это поступок полного идиота, как считал Торд, ведь он хочет, как лучше, а его старания не ценят. Теперь из-за него ещё и Том пострадал, лидер не понимал, что он чувствует из-за этого, но это чувство душило его не давая вздохнуть. Конечно Ларссон не показывал своих глупых тараканов в голове, как и всегда. Шаг, вдох, выдох и ещё один решительный шаг к столу, вытянутая спина, как по струне и тяжелая рука, опустившаяся на стол: — Жители просят еды, говорят, что мы недостаточно даём им, поговаривают о новом рейде, есть предложения? — чётко произнёс рогатый, оглядывая двух своих приближенных.

***

      После того, как ситуация была оговорена, Торд пришёл к себе в комнату, тёмную и до сжатия сердца пустую, механическая рука включила радио, где играла спокойная музыка. Парень легко скинул с себя синий плащ, затем стянул и красное худи, на котором определённо была чья-то кровь, она уже смешалась с цветом ткани. Оставив оголенный торс с многочисленными шрамами и огромным ожогом, Ларссон подошёл к зеркалу. В темноте мало чего было видно, но зато лунный свет отлично подсвечивал хитрое лицо. Ладонь родной руки ощупывала щеку, чтобы чувствовать тепло, убеждаясь в том, что это тело ещё живо.       Всё казалось ложью, будто что-то могло быть хорошо. Может зря он начал менять общество, этого всего бы не было без Торда. Том бы жил спокойно и не начиналось это человеческое месиво. Громкий шлепок, который еле заглушила фоновая музыка, красный след на щеке, лидер шмыгнул носом, серым глазом глядя на отражение. Тому в тысячи раз больнее, а отражение, которое наблюдал Ларссон было цело, что только злило. Он должен был сохранить всех своих людей, но в итоге за его идеалы готовы умереть. В случае его друга — это простая отдача долга за спасенное зрение и жизнь в принципе. Что это за мысли? Это не более, чем оправдания жестокости. Мужчина выдохнул, пройдя к своей кровати, тело распласталось по твердому матрасу. Всё начало тяжелеть. Ларссон закрыл глаз, пальцы руки нервно дёргались, а лидер стал издавать звук похожий на скулеж пса, такого жалкого и настолько никчемного. Торд не мог избавиться от видений, которые приходили ему каждую ночь, переживая один и тот же момент снова и снова. Тот самый выстрел из гарпуна, который поделил жизнь на до и после, если бы он мог отмотать время, исправил бы это? Нет, точно нет.

***

      Том проснулся от влажной ткани, которая скользила по его слабой руке. Чёрный экран загорелся зелёным, цифровые глаза посмотрели на конечность. Это была девушка, она омывала кожу, от которой несло солоноватым потом. — Доброе утро, Том, я не хотела тебя тревожить так рано, но у меня ещё много дел, а тебе нужен уход. Если не трудно, не мог бы ты сесть? — уставше произнесла медсестра. — Доброе утро, Мэри, да, конечно, — хриплым голосом ответил Риджуэлл.       Мужчина медленно приподнялся, принимая указанное положение сидя. Торс был оголен, неприятное ощущение грязи на нем. Девушка аккуратно проходилась по спине тряпкой. Затем принялась омывать и грудную клетку, на которой были редкие темные волоски. Том тяжело вздыхал, каждое место, к которому прикасались ныло, все мышцы были напряжены. Одеяло было убрано, холод сразу прошёлся по телу, мужчина находился лишь в своих трусах с узором шахматной доски. Ткань прошлась по животу и по частям ног, которые не были закрыты бинтами. Перевязка выглядела свежо, но на ней уже показывались жёлтые пятна, видимо от сукровицы. Риджуэлл смотрел на свои повреждённые конечности и боль накатывала с новой волной, отчего зубы стиснулись со скрежетом. — Мне нужен алкоголь, где моя фляга, — ладони сжали простынь. — Алкоголь? Нет, тебе нельзя пить, Том, истощенному организму будет плохо, из-за спирта, — Мэри отстранилась с недоумением смотря на пострадавшего. — Я сказал, что мне нужно выпить, я не спрашивал чёртово разрешение! — голос неожиданно повысился, в нем читалось отчаяние. — Грубиян, я могу тебе дать только обезболивающее, — медсестра кинула тряпку в тазик с водой, а после начала рыться в своей сумке, чтобы найти нужный блистер. — Не нужны мне ссаные препараты, дайте мне выпить! — командовал Томас, всё ещё не отрывая взгляда от ног.       Мэри недовольно хмыкнула, затем схватила свой тазик и с показательным возмущением покинула комнату, хлопая дверью. Риджуэлл сматерился, резко прикрывая своё тело одеялом, голова рухнула на подушку, темные волосы были в беспорядки, как и мысли мужчины. Всё изменилось, Том не любил что-то делать без явной выгоды, как и Торд, между ними было много общего, хоть они это и не признавали. Но теперь, настало совсем другое время, хотелось выполнить свой долг перед лидером, даже не смотря на методы достижения цели. С этими ранами, солдат теперь, как мертвый груз. Прошлый Ларссон избавился бы от него наверняка, не стал бы ухаживать за тем, кто не выполняет свои обязанности. Да что уж, Торд пытался их всех убить, не так ли? Ему было всё равно, ему всегда было всё равно на значение слова "друзья". Что же тогда перевернулось в рогатом демоне, раз Том до сих пор может дышать. Столько вопросов, Риджуэлл не мог ответить на них. Цифровые глаза смотрели на потолок, в комнате становилось светлее, из-за того, что солнце всходило всё выше. В голову даже не приходило, чем себя можно занять, да и сил на что-либо не было. В таком положении прошёл час, два, три... Голова стала пустой, все мысли и вопросы отступили, неужели так и пройдут все две недели? Тело будто было готово начать гнить на этой кровати, разнося зловонную вонь по комнате. Послышался скрип двери и знакомые тяжёлые шаги, в проёме появились рога, Риджуэлл сразу повернул голову на гостя. Торд в привычной для своего образа одежде прошёл к кровати. Его лицо не выражало эмоций, сложно было угадать о чем тот думает, что вызывало тревогу внутри. — Мэри на тебя жаловалась, Том. Ты как всегда крайне глуп, у меня есть дела, а я вынужден приходить к больному, который решил поднять бунт, — на изуродованном лице наконец появилась знакомая ухмылка и мерзостный тон в голосе, это тот самый Ларссон из далёких времен. — Бунт? Я всего лишь сказал свою просьбу, она же должна обо мне заботиться по твоим словам, — нахмурился Риджуэлл. — Просьба о том, как сделать твоё выздоровление длительнее, ну конечно медсестра побежит к тебе на встречу, — рассмеялся Торд, наклоняясь к лицу Тома, — тебе повезло, я не она, — лидер протянул любимую флягу, которая с годами изрядно потрепалась.       Зелёные глаза на экране будто начали сиять, лежавший молниеносно потянулся за долгожданным предметом, отчего болезненно простонал. Ноги явно напоминали о себе. Ларссон на это лишь прищурил свой глаз и вложил холодную флягу в руки зависимого алкоголика, затем сразу же отстранился. Зрелище стоило того, Риджуэлл, как жадный дракон, упивался своим золотом. Пальцы с тряской открутили крышку, в нос ударил, пронзающий запах крепкого спирта. Фляга приятно прильнула к сухим губам, прозрачная жидкость высокого градуса обжигала глотку, но Том пил её, будто не ощущая этого. Когда горло было смазано столь желанным напитком, как шестерёнки в механизме, он закрыл сосуд. — Так нужно было сразу, — с облегчением выдохнул мужчина. — А теперь, поспи, не приноси больше проблем, — с улыбкой проговорил Торд, покидая комнату.       Риджуэлл проследил, чтобы дверь закрылась и положил свою флягу под подушку. Лицо слегка порозовело, на бледной из-за кровопотери кожи, это выглядело ярче, чем обычно. Голову немного повело, поэтому мужчина смиренно лёг поудобнее и уставился в изученный до малейших трещин потолок. Том заснул, как и порекомендовал его лидер. Продлился спокойный сон не так долго, как хотелось бы. Мужчина пробудился, почувствовал что-то неприятное и крайне мокрое на ногах, но это точно была не Мэри, а что если не она? Том сразу же приподнялся на локтях и отдёрнул одеяло, бинт на правой ноге был алый, с тела обильно тёк пот, голова кружилась. В комнате достаточно темно, кажется наступил вечер, обычно это время самой суматохи. Риджуэлл начал звать хоть кого-нибудь, тревога овладела всем телом, он не мог подняться с кровати. Его горло болело. От того, что он пытался позвать, начало тошнить, странное чувство. Том аккуратно сполз с постели на пол, волоча ноги за собой. Всё тело трясло, живот соприкасался с холодным покрытием, руки пытались донести весь нелегкий вес хотя бы до двери. Дышать становилось труднее, пот стекал на чёрный экран с импровизированными глазами. Больной смог достичь пункта назначения, сев рядом с дверью, рука поднялась к ручке, дёргая её вниз. Благо открылась дверь без затруднений, Том сразу выглянул в холл, никого не было. Что сегодня происходило? Почему здесь было так пусто? Риджуэлл выдохнул, пытаясь собраться, всё плыло, но если он сейчас не найдёт кого-то, то кто знает, вдруг он вовсе больше не очнётся. В одном нижнем белье мужчина выполз в коридор, где было ещё холоднее, это начало обжигать кожу, тремор в конечностях усилился, зубы стучали. Все эти признаки указывали, что крови и вправду в организме не хватало, а в эту самую секунду терялось ещё больше жидкости. Неожиданно из поворота вышел Торд, который нёс в своих руках какие-то бумаги, внимательно бегая по ним глазом. Рогатый выглядел мягко говоря не очень, руки в грязи и засохшей крови, белок глаза красный, непонятно лопнул это капилляр или слишком много пыли попало на слизистую. Уставший взгляд оторвался от листов, поскольку засек движение спереди. На секунду Ларссон замер, а после рассмеялся, подходя ближе к лежавшему. У Тома прошли мурашки по спине, он дрогнул от звонкого голоса, который эхом проносился по открытому пространству. — Черт, я хоть и говорю, что ты глуп, но как же приятно каждый раз видеть подтверждение своим словам. Поплатился за желание выпить алкоголь, м? Плохо стало? Вот, только не говори, что тебя не предупреждали, ты сам виноват, — Торд присел на корточки напротив собеседника, изучая того с ухмылкой. — Святые мармеладки в радужной посыпке, почему ты здесь, — разочарованно произнёс Риджуэлл, опустив свою голову и упёршись лбом в пол, было крайне неловко находиться в таком виде перед своим лидером. — Я шёл в свой архив, мир не крутится вокруг тебя, но похоже планы отменяются, — Ларссон поднялся, осматриваясь по сторонам.       Лежавший недовольно хмыкнул на высказывание, он не знал, что взбредет в эту рогатую голову, но над ним уже успели насмехнуться, может ли ситуация стать ещё хуже? Торд зашёл в комнату своего подчинённого, он быстро кинул там бумаги на стол, открыл комод, чтобы достать оттуда чистую одежду. Когда дверь в комнату плотно закрылась, Ларссон вернулся к Тому. В искусственной руке были чужие вещи, другой он прикоснулся к холодному плечу. Аккуратно помогая Риджуэллу перевернуться на спину, он не сопротивлялся и молчал. После того, как Том удачно поменял положение, лидер передал ему одежду, намекая на то, чтобы её хорошо держали. Затем с крепкого туловища был снят синий плащ с вкраплениями красного, который полетел на истощенное тело. Плотная ткань пропитана запахом табака, крови и неповторимым ароматом самого Торда. Плащ сохранил частицы чужого тепла, передавая его Риджуэллу, приятное чувство. Ларссон без особых усилий поднял Тома на руки, стараясь не сильно давить на раненые ноги. Лицо лидера было насмешливым всё это время, но эти действия и его сердцебиение никак с ним не совпадали. — Торд? Что ты делаешь, куда ты меня понёс? — в голосе было возмущение, ладони комкали вещи, как некий антидепрессант. — Мэри занята, поэтому поиграем в больничку вместе, хорошо? — смешок, точного ответа так и не последовало.       Шаги разбавляли тишину, ровно как и ветер, который бился об окна снаружи. Капли крови оставляли след, провожая мужчин в личные покои красного лидера. Торд сразу повернул налево к ещё одному помещению в своей комнате, там находилась душевая. К сожалению, Тому не повезло иметь такую роскошь в своей комнате, а нести его в общую, в таком неподобающем виде, казалось не благоразумным. Ларссон опустил бледное тело на холодный кафель и забрал все вещи, откладывая их в сторону, чтобы не намочить. Красное худи тоже стянуто и брошено к остальному, лидер подошёл к раковине и из маленького шкафчика с зеркалом, он вынул небольшую красную сумочку с белым крестом. Мужчина вернулся вместе с ней к Риджуэллу, который так и не произнёс ничего, кажется ему слишком тяжело, чтобы тратить слова на язвительность или его мысли вовсе заняты чем-то другим. Торд аккуратно снял бинты, изучая ранения. Кажется, что швы разошлись только на правой ноге, где была самая проблематичная травма, пуля порезала кожу, задев мышцу, а не оставила просто отверстие. Вокруг ранения кожа была розового оттенка, слегка опухшая и из неё обильно выделялась кровь вперемешку с лимфой. — Странно, что они разошлись, что ты делал, Том, после того, как я ушёл? — с улыбкой спросил лидер, взглянув на лицо больного. — Спал, — хрипло ответил Риджуэлл. — Ну-ну, сделаю вид, что верю тебе. В любом случае, твоя тяга к водке, не поможет нам в этой ситуации, поэтому сейчас тебе более хуёво, чем могло быть. — Хватит блять меня упрекать в этом, я понял. С каких пор ты такой душный, — огрызнулся Том, его зелёные огоньки на экране загорелись алым.       Красный лидер задумался и вправду, с каких же пор, он стал себя вести иначе? Вместо старого доброго садизма, мужчина проявляет заботу, что на это повлияло? Ларссон тряхнул головой, убирая пока аптечку на открытую полку душевой, нужно было для начала промыть рану, кто же знал, что всё это выглядит настолько ужасно. Торд посмотрел и на своё тело, которое было определённо грязным, кажется, что не только его подчиненному пойдёт вода на пользу. Рогатый остался лишь в трусах, как и Том. Роботическая рука взяла душевой шланг, начиная настраивать воду. Затем он аккуратно открыл баночку шампуня, нанеся немного на тёмную макушку и свою, перед этим намоча волосы. — Согни пока ноги в коленях, чтобы в раны ничего не попало, от тебя смердит отвратно, Мэри всё же не могла позволить себе донести тебя до нормальной ванны, — рука хорошо прочесывает светло-русые пряди. — От тебя воняет не лучше, — прохрипел Риджуэлл, но всё же послушно выполнил совет.       Торд улыбнулся на остроту парня, значит он не присмерти, а то молчание с агрессией от него начинало не на шутку волновать. Когда мужчины хорошо промыли свои патлы, Ларссон присел к раненому, начиная аккуратно проходиться ладонью с гелем по рельефному торсу. Том отвернул голову, ситуация напрягала и крайне смущала. Чувствовался холодок от ароматной жидкости, а после сразу тёплая струйка воды. Серый глаз опустился на мокрую ткань черно-белых трусов, но нет, это было бы слишком, Торд прокашлялся, а после быстро ополоснулся и сам. Вода переключилась на холодную, чтобы аккуратно промыть рану на ноге. — Можешь теперь опустить ноги, Том, — тёплая рука легла на ляжку.       Лицо Риджуэлла поморщилось, он медленно вытянул свои конечности, кровь успела остановиться сама за это время, но нужно было смыть багровую корку, чтобы восстановить швы, хоть будет и тяжело, учитывая сколько времени прошло с травмы. Ларссон неторопливо направлял холодную струю, помогая пальцами, чтобы убрать мешающие остатки. Том прикусывал губу, хотелось оттолкнуть самопровозглашенного врача, но тогда ему никто не поможет, оставалось лишь терпеть и не ныть. Когда всё было промыто, Торд снова взял сумку и достал оттуда маникюрные ножницы и пинцет, заранее обработал тем, что было. Мужчина старался аккуратно вынуть старые нитки, но для Тома это оказалось чересчур, рука сжала чужое плечо, от чего Торд дрогнул. — Я чуть тебе ножницы в мясо не вогнал, не хватай меня так! — вскрикнул Ларссон, убирая инструменты подальше, — у меня кончился обезбол, поэтому терпи, но если ты будешь так сжимать моё плечо, ничего нормального не выйдет! — Блять, ты можешь делать это быстрее? Я сейчас отключусь, пока ты там медлишь, — Риджуэлл ослабил хватку, но не убрал кисть. — Я ж как-то вытерпел, когда у меня половина тела заживо сгорела, — тихо проговорил Торд.       Последняя фраза, будто вгрызлась прямо в сердце, ведь именно Том сделал тот выстрел, но его ли винить в этом выборе. Красный лидер достал пакетик с изогнутой иглой и нитками, это не первый его опыт, но он явно боялся сделать хуже. Протез особенно плох в данном деле, требовалась полная концентрация. Торд входил иглой в старые дырки, делая шов за швом, чувствовалось, как нитка трётся о кожу, Том громко выдыхал, стараясь не смотреть на весь процесс. Узлы давались особенно тяжело, неподходящее освещение и положение, но иначе был риск потерять Тома, ждать Мэри не было возможности.       Наконец операция завершилась, Ларссон вытер тело Риджуэлла полотенцем, обновил перевязку. И пришло время тех самых проклятых трусов с шахматным узором. Том явно смутился, но без этого было никак, нужно нацепить на больного чистую одежду. Торд старался делать это быстро, но при этом аккуратно, не смотря туда, куда не нужно. Настал долгожданный момент, когда эти страдания кончились, чему мужчины не могли не нарадоваться. Чистые, одетые и самое главное живые. — Ну, что ж, отнесу тебя обратно и можешь отдыхать от меня, — посмеялся Торд, вновь поднимая Тома. — Да, мне точно потребуется отдых от твоей рожи.       Как и говорил красный лидер, он вернул своего солдата в родную кровать, рядом с которой стояла остывшая еда, её наверняка оставила Мэри, видимо не вышло разбудить Риджуэлла. Ларссон удивился тому факту, что организм Тома держался на алкоголе весь день, да ещё и с учётом данного происшествия. Конечно тут не обошлось без подколов, но Риджуэллу всё же было веляно поесть. Забрав свои бумаги, Торд встал в дверном проёме, оглядываясь на лежавшего с тарелкой каши: — Спи спокойно, Том.