Память и новое начало

Ночь на Олухе выдалась тихой. Лёгкий ветер играл с парусами у пристани, а звёзды ярко сияли в безоблачном небе. Иккинг сидел на утёсе, смотрел вдаль и перебирал пальцами старую деревянную фигурку, которую вырезал после учёта драконов в их мир. — Как же я скучаю по тебе, приятель, — пробормотал он, глядя на волны. Он часто находил себя здесь, у кромки обрыва, думая о своём друге. Он вспоминал, как Беззубик тёрся головой о его плечо, как мягко урчал, засыпая рядом у костра. Как облизал, зная, что его слюну трудно отмыть после. Вспоминал их первую встречу, первый полет... Звук шагов позади не удивил его — он знал, кто это. Астрид подошла ближе, не сказав ни слова, и обняла его сзади, прижавшись щекой к его плечу. — Ты опять здесь, — тихо сказала она, в её голосе не было осуждения, только забота. — Думаешь о нём? — Да, — признался Иккинг, опуская взгляд. — Иногда мне кажется, что я... —Предал его? Потерял? — Астрид осторожно развернула его лицом к себе, её руки остались на его плечах. — Ты отпустил его и сделал это из любви. Чтобы защитить и их и нас. Мы все сделали это. И.. они не ушли навсегда. Иккинг, — сказала она тихо. — Беззубик живёт здесь, — она коснулась его сердца, — и здесь, — её пальцы легли на его виски. Иккинг смотрел в её глаза, наполненные нежностью и пониманием. Астрид мягко провела ладонью по его щеке, а затем наклонилась ближе, касаясь губами его губ. Поцелуй был коротким, но тёплым, словно напоминание о том, что он не одинок. — Ты не потерял его, — сказала она, когда их лбы соприкоснулись. — потому что он часть тебя и этого ничто не изменит. —Спасибо, Астрид, я люблю тебя. Она улыбнулась, чуть прищурившись. — Знаешь, Беззубик не был бы против, если бы ты сосредоточился на нашем будущем. Он моргнул, не понимая, что она имеет в виду, но Астрид продолжила, её руки опустились на его грудь, а затем — чуть ниже, к её собственному животу. — Ты думаешь о том, что потерял, — сказала она мягко, — но разве не пора подумать о том, что мы обретаем? Иккинг растерянно посмотрел на неё, а затем на её живот. Его глаза расширились, когда он наконец понял. — Ты… ты хочешь сказать… Астрид кивнула, крепче сжав его руки. — Да, Иккинг. Мы будем родителями. Мир вокруг будто остановился. Он медленно опустился на колени перед ней, всё ещё держась за её руку. Его взгляд скользнул к её животу, а затем он осторожно коснулся его другой рукой, словно боялся потревожить. — Ты даже не представляешь, что ты для меня сейчас сделала, — прошептал он, а затем, подняв взгляд, добавил: — Я… люблю тебя, Астрид. Больше всего на свете. Она улыбнулась, её пальцы нежно прошли по его волосам, а затем она наклонилась, чтобы поцеловать его. Это был долгий, мягкий, полный тепла и обещаний поцелуй. Когда они отстранились, Иккинг поцеловал её живот, его голос был едва слышен: — Спасибо. Спасибо за то, что вы есть. Астрид провела рукой по его щеке, её взгляд был полон нежности. — Мы вместе, Иккинг. И всё у нас будет хорошо. Он встал, обняв её крепко, прижимая к себе с такой любовью, будто мир сосредоточился только на них. А ветер с утёса подхватил их момент, унося его далеко, туда, где за горизонтом, в скрытом от людей мире драконов, Беззубик поднял голову. Его уши дрогнули, уловив неуловимое. Он знал, почувствовал это: его друг, его викинг, был счастлив. Беззубик издал низкий довольный рык, словно делясь этой радостью со своей стаей. Они услышали его зов, и их голоса присоединились, наполняя небо эхом радости, которое неслось в сторону заката. Дневная фурия мягко тронула его крылом, заставляя обратить внимание на их собственное маленькое чудо. В их гнезде уже двигались трое маленьких дракончиков, чёрно-белые, как само соединение двух миров. Беззубик тихо рыкнул, его взгляд потеплел. Стая вновь повторила за вожаком теперь уже приветствуя малышей.