Кошмар

Иногда Вэй Ину снятся кошмары. Он резко садится на кровати с громким вскиком «Лань Чжань!!!», неосознанно набирая полные лёгкие воздуха и содрогаясь от ужаса. Взгляд графитовых глаз растерянно мечется по цзинши, а сам Усянь начинает истерически всхлипывать, пряча лицо в ладонях и изо всех сил стараясь забыть всё, что увидел во сне. Однако попытки никогда не удачные: столько лет на Луанцзан должны были оставить тёмный след в его душе. Пальцы быстро намокают от слёз неуёмной паники. Вэй Ин опять падает на кровать, заходясь в беззвучных рыданиях, и заворачивается в тонкое покрывало, изо всех сил зажимая себе рот ладонью, чтобы не всхлипывать во весь голос и крупно содрогаясь. Он старается полностью спрятаться под одеялом, подтягивает под себя и обхватывает руками колени, словно хочет уменьшиться, только бы забыть, забыть, забыть всё, что произошло в прошлом, как страшный сон. Лань Ванцзи всегда спал чутко, а уж полный страха крик, изданный возлюбленным, будит его и подавно. Он резко открывает глаза и сразу переводит янтарный взор на мужа, мгновенно подмечая всё: и неконтролируемую дрожь, и пальцы, судорожно сжимающие белоснежную ткань постельного белья, и тихие, с огромным трудом подавляемые всхлипы и рыдания. Лань Чжань, подождав несколько секунд и приведя собственные мысли в порядок, привстаёт на матрасе, опираясь на локоть. Вторая рука аккуратно ложится на плечо супруга. Вэй Ин напрягается, замирает, будто хочет исчезнуть вовсе. — Вэй Ин? Ответа не следует, и Лань Чжань тяжело вздыхает. Рука светлого заклинателя начинает двигаться. Пальцы легко касаются тёплой кожи, выводя замысловатые узоры на теле возлюбленного, изредка надавливая, в безмолвной просьбе повернуться к нему лицом. — Я разбудил тебя, Лань Чжань, прости меня. – необычно кротко для себя говорит Вэй Ин. — Ну что ты, Вэй Ин. Всё хорошо. – заверил Ванцзи. Медлит, не желая казаться слишком навязчивым. Но сердце - такое отчаянно любящее сердце,которое сейчас щемит от беспокойства за родного человека – жаждет приласкать, спросить о беспокоящих его мужа вещах, помочь хоть чем-нибудь. — Тебя что-то беспокоит, Вэй Ин? – вкрадчиво спрашивает Лань Чжань. Тёмный заклинатель с тяжёлым вздохом неловко поворачивается, встречаясь со взглядом янтарных глаз. Те смотрят ни в коем случае осуждающе, полные заботы и необычайной готовности перенять все несчастья на себя. Таков был Второй Нефрит Ордена Гу Су Лань, таков был возлюбленный Вэй Усяня, бывшего Старейшины Илин. — Лань Чжань... – тихо тянет Вэй Ин. — Что такое? – мгновенно обеспокоенно спрашивает Лань Чжань. Ответа не следует. Вэй Ин сосредоточенно сопит, закусывая губу и всеми силами стараясь не глядеть на Ванцзи. Тому такое поведение супруга кажется крайне подозрительным, но он ничего не говорит. Подождав ещё полминуты, Лань Чжань наконец понимает, чего хочет муж, и разводит руки, приглашая в объятия. Он улыбается тепло и ласково, а Вэй Ин ведётся. Он ныряет в плен сильных рук, зарываясь носом в шелковистые волосы Нефрита. Ему всегда хорошо там, в объятиях мужа, он чувствует себя хорошо и привольно, безопасно. Паническая атака медленно отступает под напором более сильных чувств, и чем сильнее Вэй Усянь вжимается в тело любимого, тем лучше ему становится. Лань Чжань ласково целует его в макушку, перебирает губами чёрные пряди, гладит осторожно по голове, касается везде, где может достать. — Лань Чжань... Я люблю тебя... – шепчут родные губы, и Лань Чжань тает окончательно от нежности и любви к такому хрупкому и невероятно сильному одновременно человеку, что удобно устроился в его руках и уже тихо засыпал с улыбкой на малиновых устах. — Люблю Вэй Ина. – в свою очередь говорит Лань Ванцзи. Он понимает, что сейчас возлюбленный не слышит его, однако знает: Вэй Ин помнит об этом всегда, даже во сне.