Мы это?..

Мыслей после битвы с Лукием было слишком много… Чувства преданности и какой-то потерянности не оставляли обоих мироходцев, но не смотря на это, каждый думал о своем. JDH поникший стоял у стены, скрестив руки на груди, явно о чем-то размышляя. Его беспокоила Сайрисса, что пострадала по его вине. Но самое неприятное в этой ситуации, что он тот, кто начал развеивать ее неверие по отношению к людям, предал ее же ради информации. Да, он был уверен, что все будет в порядке, что она им необходима живой, но по итогу сам же забрал «причину» для которой она была нужна им. Наручи, в них же все время было дело, верно? Обреченно вздохнув, Харрис еще больше поник в себе. «Чувства и эмоции такие же как и после моего убийства Шандр’гралла’дтрина и Мрк’грш’траклара…ну, причастности к их убийству… Окей, лучше не стало-…» — мысли ученого сами тянули его в нежелательное русло, будто он был лодочником без весел в реке его сознания. Так шумно и беспокойно… Намного более шумно, чем когда они были в Слиянии с Лололошкой…там было так чисто, свежо и…спокойно. Да, отличное слово, спокойно. Когда как для Хариса мерило комфорта это его умиротворения, для Ло это его обычное состояние. Даже завидно… Может поэтому его так тянет к голубоглазому? Его предсказуемость, преданность, чистота умыслов… Все это складывалось в ауру безмятежности, что при Слиянии дает Харрису невероятную свободу и уверенность в себе. Джон ухмыльнулся, прикрывая свой рот рукой. Наконец приятные мысли пошли…даже при том, что они идут в сомнительное русло, всяко лучше чем горевать по неизведанности, верно? Харрис устало опустил плечи в выдохе, отрываясь от стены. Нормальные мысли в голову не лезут…совсем. Ему нужно сосредоточиться…как в слиянии, когда вокруг ничего кроме безмятежности, тьмы и Ло. Мысленно сжавшись от того, что он идет сейчас просить голубоглазого о Слиянии ради того, чтобы просто разгрузиться… Это как будто бы звучит очень неправильно… "Если он откажется, я не буду настаивать" — твердо решил ученый. Джон не знал, как голубоглазый относиться к Слиянию, но ученый для себя решил, что это для него очень важно…даже как-то сакрально. Проходя мимо безликих бывших Эшхолдцев, на которых он и внимания обращать не хочет, ученый лишь направился к тому месту, где ранее расположились его бывшие соседи по сну. Шум и гам, а также едкие запахи дыма и вонь от скота или людей тоже не давали и шанса на то, чтобы заземлиться и его не могли перестать посещать мысли о том, как же сильно он хочет больше погрузиться в их Слияние, почувствовать его подкорку, сознание. Научный интерес конечно же присутствовал, но предвкушение было как перед прыжком с парашютом. Завернув за угол с палатками, Харрис словно ожил; его карие глаза сразу же заметили клетчатый голубенький шарфик на фоне грязно-белой кофты. Ло сидел спиной к нему, так что тот не мог его сразу разглядеть, и, возможно, это было к лучшему. Быстро отряхнувшись для более презентабельного вида, Джон привел волосы в порядок и натянул полуискреннюю улыбку. Легкой походкой он направился к своему альтер эго, окруженному Невером и Альфредом, быстро настигнув их. Прокашлявшись, Харрис наклонился над макушкой Ло, внимая тишине, которая окутала их. Он ждал, когда тот, погруженный в свои мысли, обратит на него внимание. Голубоглазый резко осмотрелся вокруг, словно искал источник странного звука. Не найдя ничего, он вдруг ощутил теплое дыхание над головой, и инстинктивно задрал её назад. Их взгляды встретились, и Лололошка, который казался рассеянным, вдруг прояснился. Веки Ло мельком приоткрылись, отчего Джон заметил, как зрачки его альтер эго расширились, придавая глубоким лазурным оттенкам радужки еще более глубокую синеву. «Завораживает…» — проскочило в голове у Джона, но он не позволил своим мыслям отразиться на лице, оставаясь скрытым за маской невозмутимости. — Привет, Джон, всё в порядке? — спокойный голос Лололошки звучал мелодично, но без эмоций. Казалось, он был либо отстранен, либо решил оставить дурные мысли за пределами беседы, прерванной учёным. — Отойдем? — предложил Харрис. В своих странных позах оба мироходца чувствовали себя комфортно: один, наклонившись, возвышался над другим, который, наклонившись назад, почти параллельно земле, смотрел вверх. В этот момент, дав свой вопрос, Харрис лишь слегка наклонил голову, смягчив черты лица, будто устраиваясь поудобнее над Ло, собирая руки в несуществующий кулак за спиной. — Хорошо? Если что-то срочное, лучше скажи сразу, — в легком недоумении, Лололошка еле видимо нахмурился. Не желая медлить, голубоглазый начал вставать, ловя на себе недоумевающие взгляды ворона и охотника. — Нет-нет, это всего лишь пустяки, — отмахнулся Джон своим звонким голосом. Он выпрямился и чуть отступил от своего альтер эго, предоставляя ему пространство, чтобы встать. Когда Ло поднялся на ноги, Харрис шагнул в сторону тропы, ведущей к палаткам, пытаясь отвлечь себя от назревающих мыслей. В этот же момент он услышал прощание своего альтер эго за спиной, и быстрые шаги. — Так, что такое? — коротко обратился он к своему альтер эго, что догнав его, чуть не споткнувшись. Теперь, увидев более тревожное выражение на лице Ло, Джон почувствовал, как его собственная нервозность вновь заняла мысли ученого. После всего, что произошло в Архее, трудно было оставаться спокойным перед каждой новой вестью, даже самой незначительной. — Я хочу вновь слиться, — неожиданно произнес Джон, внутри сжимаясь от того, как это было произнесено. Для них Слияние стало чем-то обыденным, но значимым аспектом их существования, их способностью, но где-то в глубине души он воспринял это со смешанными чувствами. Слияние несло в себе не только мощь, но и отдушину…нечто влияющее на его сознание. Чувство поддержки, только в физическом смысле. Сложно. — Н-но, эм — голубоглазый никак не ожидал услышать этого, отчего речь мигом запнулась, а лицо исказилось в непонимании. Но прежде, чем что-либо Ло сказал, он задумался, немного хмурясь. — Ты не обязан это делать сейчас. Нам нет прямой необходимости сейчас сливаться, — Джон видя реакцию Ло, слегка забеспокоился, опасаясь того, о чем подумал заранее. Сейчас самый ценный ресурс это топливо для их слияния — доверие и ученый не собирался его терять из-за своей прихоти. — Не верится, что мы раньше паниковали из-за мыслей о прикосновении… — усмехнувшись, прошептал Ло, освободившись от своих размышлений. Теперь, благодаря уверениям ученого, в его взгляде появилась новая теплота. — Конечно, мы можем, почему бы и нет? — Пойдем, нам нужно место, где потише, — протараторил Харрис, и не дождавшись ответа, ученый резко схватил Ло за рукав и повёл его к дальней палатке. Ло лишь успел пробормотать что-то несвязное под нос. На его лице мелькнуло недоумение, но вскоре на губах расплылась слабая улыбка, полная тепла. Это была странная ситуация, да…определенно странная. Но стоит вспомнить все те ощущения силы и контроля, возникающее при погружении в их Слияние, что-то внутри заставляло его всего трепетать. Они быстро миновали несколько палаток, ловя недовольные взгляды жителей Эшхолда, и наконец достигли края «спального района». Найти незанятую палатку оказалось нелегко, но завидев уходящие силуэты горожан и придя туда, им улыбнулась удача — они наткнулись на уединенное и спокойное укрытие. Заведя Лололошку внутрь, Харрис закрыл шторы палатки, создавая уютный полумрак. — Итак! — хлопнув в ладоши, Джон подошел к опешевшему Лололошке, протягивая руку и ожидая действий от своего доброго альтер эго. Харрис, даже при нынешнем приподнятом настроении, внутренне сжимался от мысли, что не хочет принуждать Ло к чему-то. Их Слияние, для достижения успехов, просто обязано быть добровольным и комфортным, иначе они либо распадаются, либо Джонолошке обеспечен период ненависти к себе. — Как же ты взволнован…мне есть чего бояться? — с неловкой улыбкой, Ло не спешил сливаться, чувствуя слабое замешательство внутри себя. — Хм-м, ну не знаю. Мы же вроде развеяли твои сомнения по поводу междумирки, так чего бояться? Нам стоит изучить наше Слияние и сейчас лучше проверим его в спокойном состоянии, — отчасти он говорил правду, отчасти не договаривал. Он просто хотел «глубже» погрузиться в эту эйфорию спокойствия и силы. — Чего бы ты не задумал, я же это узнаю, понимаешь? — ухмылка не спадала с голубоглазого, когда тот потянул руку к своему альтер эго, сжимая ее в рукопожатии. Вспышка света искрами разошлась по всей палатке, немного ослепляя. Чувство, будто бы они падали не прекращалось, пока сама гравитация не заставила их сесть на небольшую раскладушку позади. Палатка была слишком низкой для такого роста…надо было предусмотреть это. — Итак, что ты там хотел?

— Давай просто сядем и…попробуем помедитировать.

— Хорошо-... Скрестив ноги, дабы сесть поудобнее, Джонолошка чувствовал небольшое напряжение внутри себя. Буквально двоякие ощущения: предвкушения и настороженности боролись внутри него, но этого было недостаточно чтобы повредить…ему. Их Слиянию. Коротко выдохнув, он поник носом, закрыл глаза и сконцентрировался на мыслях, происходящих сразу в двух головах. Слышать сразу два голоса разума это непривычно…причем одинаковых, накладывающихся друг на друга, словно две реки с противоположным течением сталкиваются с собой… Но это он? А что он? Что он такое? Он это они? Или они это он… А какая разница?..Размышления о собственном я слишком быстро хлынули в него… Это были те вопросы, на которых не хватало раньше времени. Ведь каждый раз когда он появлялся, негатив, паника и страх переполняли Джонолошку, вводя его в ужас и…ненависть к себе? «О! Этих мыслей ранее не было… » — более звонкий и рассудительный голос отозвался где-то в затылке. Слегка поежившись от этих мыслей, Слияние пыталось сконцентрироваться на своих мыслях, что постепенно будто стихали, накладываясь друг на друга уже синхронно и не выбиваясь. Теперь внутри ничего не фонило…плечи вконец расслабились, взяв свою ладонь в другую, он опустил их на свои ноги, тоже ослабляя хватку. Постепенно все вокруг затихало. Закрытые глаза создали ощущение одиночества, вокруг будто бы ничего не было. Ни вещей в палатке, ни самой палатки, ни лагеря.

Пустота.

Темно.

Он…они одни.

Мелодичные потоки ветра, уносящие вдаль звонкое эхо звука звезд, приятно освежали и трепали волосы, заставляя чуть поежиться. Это ощущение было первое, что они почувствовали, оказавшись…где они оказались? Открыв глаза, Ло увидел далекий горизонт вечернего небосвода, закрытого тучами. Однако среди серой ваты облаков просачивался невероятной глубины космос, с яркими вкраплениями белых и фиолетовых звезд. Глаза расширились, от неожиданности; все те бесчисленные созвездия перед ним…их так много. Дыхание сперло, но в миг, ветер будто отвечая его сознанию стал чуть более слабым, позволяя ему вздохнуть полной грудью. Он сидел так же как некогда сидел Джонолошка и хотел уже встать, как его взгляд сам навел его на стеклянную огромную завесу. Его глаза сразу столкнулись с Джоном, что так же смотрел на него: с удивлением, озадаченностью, потерянность. Его злое альтер эго сидел за оранжево-красным стеклом, преграждая ему путь к нему. Резкий контраст теплых ярких оттенков сильно выбивался из океана мягкого синего цвета. Более темные тучи полностью загораживали прекрасное небо на стороне ученого, пока как бескрайний горизонт тоже был скрыт огромными кирпичными черными стенами, уродуя вид. Лололошка встал с места, опираясь на руку. Тоже самое сделал и Харрис с абсолютной точностью отзеркалив движение. Ло озадаченно наклонил голову, это же сделал и Джон. Недопонимание было идентично друг другу, они были идентичны друг другу. Неуверенные шаги эхом раздавались по округе, а на стороне Ло, каждый отбрасывал круги на гладкой глянцевой поверхности, будто он сейчас ходит по воде. Оба мироходца дошли до стеклянной завесы, ни разу не нарушив синхрон. Они приложили свою руку к стеклу в одном и том же месте, почти касаясь друг друга, словно они пытались коснуться друга, почти чувствую это кончиками своих пальцев. Внутри кипело непонимание, а их мысли отражались эхом вокруг, будто кто-то произносил их вместо них. — Что происходит?

— Где мы?

— Ты меня вообще слышишь?

— Как мне прийти к тебе?

Смятение отражалось на их лицах, но…обстановка вокруг не пугала, лишь озадачивала. Лололошка нахмурился, впервые отличаясь от Джона, что лишь опешил от этого. Голубоглазый отошел от стеклянной стены, его рука сжалась в кулак, корпус замахнулся. Сильный удар влетел в синюю панель, которая стала таковой только под прикосновением Ло. Под кулаком сразу образовались трещины, расходясь на десятки метров от него, не переставая хрупко рушиться вокруг. Лололошка, наблюдая как трещины, словно паутина, расползается по всей стены, инстинкт заставил его отойти подальше, когда все это стекло стало рушиться на пол, моментально превращаясь в пыль. Ло от неожиданности зажмурил глаза, прикрывая свое лицо. Стоило всему прекратиться, как он лишь больше наполнился тревогой, видя как перед ним сияла такая же стена, только оранжевая. Харрис все еще прижимался к стеклу, с удивлением и…беспокойством наблюдая за его альтер эго. Непонимание заполняло его…вторая половина, на которой застрял он становилась удушающей…словно сотня голосов, мысли эхом раздавались вокруг, заставляя его поежиться от боли в ушах. Как ему добраться до Лололошки? Сделать так же? Сомнения вокруг сгущали тучи, а стены, казалось, сдвигались к центру, к нему. С неуверенностью в глазах, Харрис повторил за его альтер эго. Удар кулаком с размаху врезался в оранжевое стекло. Однако у него, следом появилось лишь пару тройку мельчайших трещин, которые не причинили стеклу никакого урона. Замешательство с помесью страха отразились на его лице, а глаза с дрожью всматривались в голубоглазые очи Ло, что сейчас выглядели такими же карими как у него, из-за оранжевого витража. Однако Лололошка не менее потерян чем ученый. Но стоило обоим потеряться в ситуации, как Ло постучал по стеклу, привлекая к себе внимание. Он пытался что-то сказать, но стекло словно вакуум не позволяло до него добраться. Заметив замешательство на лице его альтер эго, Ло лишь тяжело выдохнул и начал притворно замахиваться, показывая цифру три другой рукой. Джон, казалось, понял, что от него хотели. Не желая сомневаться, он кивнул несколько раз своему альтер эго и тоже замахнулся, следя за рукой голубоглазого. Пальцы произвели счет от трех до одного и когда все сжались в кулак, они синхронно ударили по одному и тому же месту в стекле. В этот раз завеса попросту растворилась, резко и необратимо превращаясь в пыль. Оба мироходца лишь завороженно наблюдали за исчезающей пылью, уходящей куда-то вверх, присоединяющейся к облакам. Половина Джона оказалась охвачена тьмой. Облака закручивались в бурном вихре, нарастая со стороны Лололошки, тогда как окружающие стены, казалось, начали рушиться. Из пола неведомым образом прорастали глыбы и острые пики из черного материала, а вода, ранее заливающая пол, устремилась к кареглазому, отражаясь в зеркальной чистоте. Внезапно небо над ними, будто в ускоренной съемке, стало предутренним. Оно окрасилось в фиолетово-желтые пастельные тона, оставляя вокруг уютное полу обесцвеченное пространство. Несмотря на темные дождевые облака, звезды вновь начали появляться, ехидно наблюдая за тем, как вокруг них светлело небо. Их слабый свет выделялся теперь не так ярко, как прежде, но это лишь добавляло загадочности этому зачарованному моменту. — О… это было… — завороженно произнес Лололошка, словно не в состоянии завершить свою мысль. Его небесные глаза смотрели на звезды, судорожно следя за тем, как облака продолжают свой танец, а мир вокруг погружается в новое время суток. В этом трансцендентном зрелище он чувствовал, потерянность, но, одновременно, и прямую причастность. — Нечто, — уверенно поставил точку Харрис, разделяя ощущения Лололошки по поводу происходящей красоты вокруг. Его никогда особо сильно не завораживали виды, пейзажи, природа как таковая, но это…картина представляла собой нечто большее, чем просто красивый вид. Это было зеркало, их зеркало. Оно говорило им правду, красивую и уродливую одновременно, словно колыбель матери, заставляя слушать ее с открытым ртом. — Ты тоже это чувствуешь? — повернувшись, Ло подошел ближе к Джону, немного пошатываясь от непривычки видеть кристально чистое отражение под собой. Это было странно… — Да… Это мы. Это больше не маски «Первых», это и вправду мы, — не понимая, радуется он или пугается этому, Джон с широко распахнутыми глазами разглядывал небо, прежде чем переключиться на свое альтер эго. — Ты за этим нас сюда привел? — с искренним любопытством поинтересовался Лололошка, сползая вниз и неуверенно усаживаясь на зеркальную поверхность, что своим видом напоминала воду в чистейшем озере. — Если скажу да — я совру. Если я скажу нет — я тоже совру, — не веря своим словам, что казались слишком прямолинейными, Харрис с интересом наблюдал за Лололошкой, который боялся в любой момент провалиться под воду. — Что ты сейчас хочешь? — устроившись поудобнее, голубоглазый пересекся взглядом с Джоном. — Я…А что мы хотим? — вопрос эхом разнесся по округе, словно ветер донося каждое слово до их ушей, — Нам здесь нравится? — Не понимая, утверждает он или задается вопросом, Харрис подошел к месту где сидел Ло, неловко присаживаясь вместе с ним. — Мне кажется, да — отстраненно чувствуя происходящее, Ло огляделся в поисках ответов, но не найдя их лишь пожал плечами. — Мне тоже так кажется…– ученый не хотел долго сидеть и сразу улегся на поверхность. В отличие от Лололошки, тот немного провалился под воду, лишь на несколько сантиметров. Но он не ощущал какого-либо дискомфорта, лишь приятное ощущение того как его локоны волос извиваются в кристальной воде, — Я хотел отдохнуть. А ты? — Джон поднял руки к себе на живот, скрещивая их между собой. — Я не против отдохнуть, — наблюдая глазами за действиями JDH Ло повторил за ним, так же укладываясь рядом, — О! Я вижу небо. Настоящее…как в моем сне. — Я тоже вижу, — немного проявляясь в сознании Джон начал замечать странное ощущение внутри себя, — Мне кажется, или мы как будто в состоянии дереализации. Может с Джонолошкой что-то не так? — Эй! Я думал мы оставили Лолоджон, — слегка привстав со своего места сказал Ло, немного нахмурясь. От места, где он лежал начали идти круги с водой и чувствовалась слабая дрожь, а эхо вдруг заговорило с ними гулом, неприятно звуча вокруг. — Лололошка, ну сам же понимаешь, что это фигово звучит. Мне правда надо тебя в этом уверять? — возмущенно воскликнул Харрис. Все вокруг заполнила тряска, а зеркало, что было подобно воде, наконец сбросило свою маску, утягивая обоих мироходцев на дно. Вода закрутилась вокруг них, и в тот миг их небольшой спор растворился в хаосе, накрывая все пространство волнами. Паника вспыхнула внутри обоих от неожиданности происходящего, а руки начали в панике хвататься за что придется, пытаясь противостоять течению уносящему их. Когда оба мироходца осознали, что происходящее не шутка, было слишком поздно. Лололошка ощутил, как холод обвивает его тело, лишая возможности дышать, с каждой секундой унося все дальше от мирного зеркала, которое так внезапно стало могучей волной. Ло лишь видел как в панике метался Харрис, который совершенно потерялся в потоке воды, находясь в невесомости, которая метала его из стороны в сторону. Голубоглазый не знал что тогда им двигало, но его нутро само потянуло его к нему. Он начал пытаться балансировать, руками разгоняя воду вокруг себя, дабы продвинуть себя дальше. Неконтролируемое течение все еще мешало ему, то отбрасывая, то приближая его. Но осталось совсем чуть-чуть, рука Джона была уже близко, совсем близко. JDH в панике пытался поймать равновесие, пузыри воздуха, что раньше были у него в груди, стремились наружу выбивая из него весь кислород. Глаза Ло в панике метались, не зная что делать, когда он наконец подплыл и смог схватиться руками за чужие плечи, хватаясь достаточно крепко, чтобы их не разъединил поток. Харрис по началу пытался оттолкнуться, но его не пускали, лишь сильнее прижимая и когда наконец горящие карие глаза встретились с уверенным, пусть и напуганным, взглядом его альтер эго, его тело перестало в конвульсиях предпринять любую попытку выжить. Словно загипнотизированный, Джон остановился, с непониманием смотря в глубокий омут чужих глаз, что будто они были частью водяного потока, что унес их на дно. Не позволяя себе медлить, Лололошка убедился, что Харрис наконец успокоился и начал оглядываться. Что внизу, что вверху был тот же пейзаж, частью которого они ранее были. Убирая хватку с чужих плеч, что мигом напугала Джона, который попытался приблизиться, Ло схватил чужую руку, вытягиваясь. Он стал перебирать ногами и плыть кверху, пытаясь подтягивать за собой JDH. Харрис не мог скрыть удивления и предостережения к происходящему. Внутри он пытался подавить собственный океан эмоций, который сейчас весь был сконцентрирован на страхе потерять чужое прикосновение. Сейчас он был словно якорь, который тянулся за Лололошкой. Он сам пытался плыть кверху, но что-то мысленно его постоянно тянуло на дно, он не желал этого, совсем. Золото-красные глаза могли лишь смотреть на чужое сосредоточенное лицо своего альтер эго. Ведомый чужим прикосновением и силой, что тянули его вверх, он тоже пытался не отставать. По мере того как они поднимались, вода вокруг успокаивалась, течение более не пыталось их разъединить, и казалось тоже начало подталкивать их кверху. Ло выбрался первым, жадно вбирая воздух в легкие, но секунда торможения и он сразу подтягивает Харриса к себе, отстраняясь чтобы дать ему место для собственной передышки. Наконец они добрались до поверхности, и все вокруг пришло в свою абсолютную норму. Не соображая как им выбраться из воды, их вновь что-то подтолкнуло снизу, выталкивая из себя и делая поверхность вновь твердой. Они сидели рядом, оставленные в тотальном непонимании того, что только-только произошло. Казалось будто они не верили что это было настоящим, но их легкие готовы с ними поспорить об этом. — Что это было? — первый нарушил «тишину» Ло, все еще пытаясь продышаться, но чувствуя себя уже чуть менее потерянным. — Я…эм… Думаю Джоно-…Наше Слияние чуть не разъединилось, — голова вновь приходила в привычное русло, шестеренки двигались, кровь кипела, это хорошо. Было не сложно сопоставить их мини спор с тем, что происходило ранее. Однако эта ситуация, при их верном заключении, давала новые ответы. — Тогда… если наше слияние это мы, но…но не здесь. То кто мы? — глаза метались из стороны в сторону по бескрайнему сине-фиолетовому пейзажу. Огромный океан, темные острые пики, разрывающие его, небо, кремовые облака… Что это все было? Что это означало? — Мы… О-о… Хех…– кратко усмехнувшись, ученый приложил тыльную сторону руки в к своим губам, пытаясь сдержаться. Отвернувшись от голубоглазого он молился чтобы тот этого не заметил, но явная дрожь в плечах выдавала его. Тихий приглушенный смех начал раздаваться от Джона, который в один момент перестал сдерживаться; он внезапно рассыпался в смехе, как будто его только что поразила какая-то гениально нелепая мысль, — м-мы…ты это маленький Лололошка! А я маленький Джон…– продолжая смеяться, Харрис упал на спину, закрывая все лицо своим рукавом. — Н-но а эм… — улыбка проявилась и на лице Лололошки. Смех его альтер эго…это так необычно. Искренний, громкий, заразительный; Ло подхватил тихим смешком радость своего альтер эго, слегка расслабившись. Это был сильный контраст, казалось они только что тонули, а теперь ситуация кажется настолько нелепой и странной. Ло думает, они могут позволит себе насладиться этим моментом. Чистым и простым. Лололошка с тихим хихиканьем улегся рядом с Харрисом, вновь в спокойствие складывая руки на груди. Небо, казалось прояснилось, а раннее утро сменилось на полноценный рассвет: пока как медовое солнце медленно возвышалось над молочными покровами облаков, и это, как ни странно, приносило воодушевление и меланхолию. Как бы сейчас ученый не хихикал, являя Лололошке совершенно давно скрытые и запылившиеся свои стороны, на душе было слишком спокойно. Озарение от одного к другому приходило как линии между звездами, формируя созвездия. Они и вправду их внутренние подсознания? Или воображение их Слияния? Это все так странно… — То есть, раз уж мы ну…сознание нашего Слияния, нас не существует? — Нет-нет, думаю, наше Слияние сейчас уснуло или в трансе, а сознание отправилось в сон. Метафизически мы существуем, но попросту как мысли. Сейчас настоящие мы где-то там, — наконец успокоившись, но не теряя тепло интонации в голосе, Харрис направил руку к небу, указывая куда-то за облака, где кое-как виднелись золотые звезды. — Слишком…сказочно как-то, нет? — с неверием в тихом голосе, Ло был очарован…всем. Они звезды? Мысли? Это явно самое необычное противоречие, что он испытывал. — Да, а еще и нелепо. Но взгляни вокруг. Наше подсознание получилось…отличным. Моя безграничность ума, и твое спокойствие духа. Самое то для отдыха, — Джон решил в конце расслабиться и попытаться отдохнуть. Он скрестил руки под своей головой, укладываясь как на подушке, созерцая покой в небе и подражая ему внутри. — О-о… наше подсознание… но почему оно появилось только сейчас? — Да откуда ж мне знать-то? Возможно это потому что наше Слияние впервые сконцентрировалось на себе, знаешь, медитацией занялся, саморазвитием — ответов было слишком мало и самая главная проблема, что их можно было получить только самокопанием. Это было неприятно, но никто же им не мешал сделать все…проще? — Интересно, наше слияние это наши общие решения или он может сам мыслить? — Думаю, он совокупность наших характеров. Он отличается от меня и тебя, у него свои решения и помыслы, так что да, скорее всего где-то там, у него есть и свои мыслительные процессы, которые от нас не зависят. — Как-то даже стремно стало…будто доверяешь свою жизнь кому-то другому. Но при этом кто-то другой это — ты, — слегка нахмурившись Ло все еще не мог нормально осознать…все это. — Ага, — кратко пожав плечами, Джон поймал себя на мысле, что не знает как себя чувствовать сейчас. Может быть все его эмоции уходят его Слиянию, может что-то другое. Все это странно…но если это не вредит, то ну и ладно? — Ну… Эм…я не могу перестать думать- — А это плохо? Ты считаешь, что мы как-то изменились здесь? — Да. Я слышу тебя и… сам слышу себя? Ощущается так непривычно, но так…просто и так чисто. Будто бы мы используем для общения не слова, а посыл и намерения. — Мы сильно меняемся здесь… это что-то новое. — Как ты думаешь, мы станем прежними, когда…выйдем отсюда? — ответа не последовало, взгляд Ло направился на Харриса, который в глубочайшей задумчивостью, но с дрожащими зрачками, разглядывал небо, — Джон? — Ты плачешь, — неожиданно выпалил ученый. Голубоглазый от непонимания застыл, но его рука потянулась к щеке, перехватывая небольшой ручеек светящихся слез. — Я не знал-… — тихо сам себе сказал Ло, смахивая соленую жидкость со своих щек, которая не желала прекращаться. Немного нахмурившись от того, что Ло не мог стряхнуть свои слезы, он сел, берясь за дело уже двумя руками, как его взгляд случайно дернулся в сторону Харриса. Тот в абсолютной безэмоциональности смотрел в небо, когда как с противоположной от Лололошки стороны увидел на щеке такие же слезы как и у Ло. Внутри все немного сжалось. Окей, это становиться все более и более странным. Считая это все не очень правильным, Лололошка отвернулся, надеясь не смущать Джона своим взглядом. Вокруг все затихло, а солнце вновь встало. Будто мир погрузился в дрему, когда как до этого он был не таким статичным. Зеркало под ними вновь напоминало воду, слегка помутневший и отражая в себе проблески гаснущих звезд. На месте где это величие сияло достаточно сильно, вода каплями взмывала в воздух. И когда она поднималась в полуметре от поверхности, округлые силуэты вытягивались и истончались, превращаясь в ярко-белых мотыльков, что сразу оживали и улетали на своих крылышках куда им вздумается. Завороженный, Ло с приоткрытыми губами и с чужими слезами в удивлении озирался, замечая, что бабочек становиться все больше. Несколько пролетало даже прямо возле него. Их крылья, словно витражные стекла, отражали в себе что-то. Если присмотреться, очень-очень внимательно, их крылья показывали воспоминания…нет, не воспоминания, они показывали отражения мыслей. — Все в порядке? — Ло не находил происходящее вокруг чем-то плохим…но предосторожность не помешает, да? Все было таким странным, таким отстраненным. Вокруг так красиво и они будто вновь выбивались из этого. Но в тоже время они и являлись этим местом…у Ло абсолютно точно кипит голова. — Ага… Здесь и вправду легче сосредоточиться, но я не думал, что выбрать о чем именно думать будет так сложно, — пожав плечами, будто это было обычное дело, Харрис решил усесться так же как это сделал Лололошка, — давай пообещаем друг другу не лезть нарочно в наши воспоминания. Если мы полностью потеряем грань, я не знаю, что случится. — Оу… Хорошо? Я более чем за, — лицо слегка прояснилось, казалось Джон немного вернулся в прежнее русло, потеряв это меланхоличное состояние. Интересно, почему JDH решил сказать именно об этом и именно сейчас? — Сожалеешь о чем-то? Не думал, что тебя может выбить что-то из колеи. — Я не умею сожалеть о том, что было и прошло. Я могу относиться к прошлому либо хорошо, либо плохо, либо никак, но сожалеть — глупо, — фыркнул Харрис, протирая глаза, — И если ты не понял, плакать начал ты. — Это почему это ты так уверен? — Ло нахмурился. Будто бы его сейчас как маленького ребенка пристыдили в естественных вещах, но от этого менее неприятно не становилось. — Потому что я сейчас думал о метафизической оболочке сна, с естественной циркуляцией магии, которая исходит от наших искр при взаимной сингуля-… — Ладно-ладно, я понял! — «как он вообще это выговаривает…» — Но, я не пла-.нет я плакал, но я не знаю почему. Здесь хорошо, меня нечему расстраивать тут. — Слезы бывают не только от печали, — Харрис лишь уперся локтем в свое колено и положил голову на руку, демонстрируя скуку. Но у самого его янтарные карие глаза рассматривали мотыльков вокруг, пристально вглядываясь в их отражения. Он не даст соврать, это и вправду место, которое ограждает от того, что может расстроить. Возможно их сознание специально создало пространство абсолютного комфорта…психологическая реакция на пиздец, что происходил с ними все это время? Возможно. — Нет, тоже не мой вариант сейчас. Я слишком спокоен, чтобы рыдать сей-…Ты тоже об этом думаешь? — внезапно после секундного стопа Ло затих, после чего будто бы резкое осознание вспыхнуло у него на лице, озаряясь мыслями, — Это наше Слияние сейчас плачет? — Может быть и такое. Самое прикольное, что мы то не в курсе, что там происходит. Нас по сути здесь заперли, чтобы мы не мешали потоку мыслей нашего Слияния, но при этом были рядом и как-то контактировали. — Ладно…я думаю, это не так плохо. Я думаю Джонолошка сам тогда разберется, — пожав плечами, Ло решил улечься на зеркале вновь. Все эти мотыльки-бабочки очаровывали и гипнотизировали, отчего хотелось просто лечь и уснуть, поддаваясь этому потоку вокруг. — Хе-хе, я рад что ты выбрал мой вариант, — растянувшись в чеширской улыбке, что впервые за многое время оживило его лик, Харрис обратно лег на спину, поддаваясь сонливому состоянию своего альтер эго, — Он лучше чем кто-либо из нас. Он это что-то новое, совершенно новое. Пусть разберется в своих чувствах, ты вот каждый день ноешь. — Эй! Опять поплавать хочешь? — скорее больше как шутка, без какого-либо негатива Ло театрально возмутился небольшому наезду со стороны ученого. — Я же не прошу тебя со мной спорить. — Но делаешь все для этого. Так и…как мы поймем что все? Что наше Слияние отдохнуло и во всем разобралось. — Я думаю мы никак это не поймем пока это не произойдет, так что ляжь и наслаждайся спокойствием, нам обоим это нужно. — Да, ты прав…наверняка здесь работает какая-то шняга, что время здесь и время там это разное. — Это было бы кстати. Оба наконец расслабились, укладываясь рядом. Оба рассматривали одно и то же прекрасное, запоминая каждый момент. Они даже не в курсе, будут ли они помнить об этом при их соединении, но переживать об этом точно не стоит. Вспомнят — отлично, не вспомнят — ну и ладно. Все равно они здесь чтобы просто очистить разум и помочь их Слиянию осознать себя без их участия. Они причастны к новой жизни, отдавая все для нее. Будто бы они в один момент растворились, чувствуя и переживая все вокруг. — Мы эти звезды и это небо, так необычно…– сверкающие глаза Лололошки поглощали это чудо перед ним. Сейчас он был нечто большим, великим, несуществующим. — Карл Саган однажды сказал: «Азот в нашей ДНК, кальций в наших зубах, железо в нашей крови, углерод в наших яблочных пирогах образовались внутри коллапсирующих звезд» Мы сделаны из звезд, Лололошка. — Не думал, что ты такой романтик. — Это философия, неуч.