В тихом доме аномалии водятся

20:49

Четверг, 16 августа 2012 г.

Шахты, Россия

В помещении тускло мерцал свет, судя по слишком частому мерцанию, источник света, то бишь, как ее называло поколение разрушенной эпохи, "Лампочку Ильича" уже давно никто не заменял. Тихое тело бесшумно сидело в уголке за продуктовым прилавком, чье лицо обрамлял призрачный свет, иллюзорно напоминавший нимб над головой нежного ангела. И все же атмосфера в округе говорила о том, что место, в котором находилась девушка, явно было не раем. Уставший взгляд упал на дверь выхода из продуктового магазина, через узорчатое стекло которого была видна лишь тьма и слабо освещавшие фонари улицы. Было тихо и даже как-то одиноко, невольно заскучаешь по болтливым покупателям, которые так шустро приходили за едой при свете дня. Лия, уставши моргнула своими яркими зелеными глазами и слегка зевнула, глянула на часы, что висели над выходом из здания и стала неспешно суетиться. Такое поведение означало, что рабочая смена подходила к концу, а значит можно и потихоньку собирать манатки. Выйдя из магазина и закрыв его, девушка лениво потрусила в свою квартиру, что находилась в этом же доме, что и магазин, в котором она работала на жадного дяденьку. Придя в квартиру, Лия почувствовала внезапную усталость, которая навалилась на нее огромным валуном. Но атмосфера помещения, которое явно отличалось от холодных тонов безжизненного магазина, успокаивала ее, заставляя расслабиться и наполниться энергией уединения. Здесь было тепло и уютно, хотя обстановка оставляла желать лучшего. Старенький диван, видавший лучшие времена, книжный шкаф, забитый потрепанными томами, и небольшой кухонный уголок – вот и все ее скромное жилище. Смыв в ванне с лица следы усталости, она посмотрела на свое отражение в зеркале, в котором было видно бледное лицо, обрамленное темными короткострижеными каштановыми волосами, и большие зеленые глаза, в которых читалась тихая грусть. "Однажды все изменится" – подумала про себя меланхолично Лия. Вода стекала по кафелю, унося с собой остатки дня, а вместе с ними и часть той безысходности, что давила на плечи. Вернувшись в комнату, она включила старенький ноутбук, отбрасывавший мягкий свет на стены. Экран ожил, заполнив пространство знакомым гулом и мерцанием. Вздохнув, Лия стала лазить в интернете, как обычно делала это день изо дня по вечерам. Это было ее странное хобби – искать странные или заброшенные сайты, цифровые осколки прошлого, забытые уголки сети интернет. И именно сегодня она наткнулась на странный сайт, с криво нарисованным логотипом, напоминающим мутировавший цветок, и броской надписью: «Требуется научный сотрудник в Зону отчуждения». Это предложение ее напугало, но также, странным образом, и манило. Лия немного чокнуто усмехнулась про себя, прослеживая в этом иронию судьбы. С самого детства Лия мечтала стать научным деятелем, собственно, она выучилась на биолога-эколога, с отличием закончив университет. Но, к ее сожалению, в ее стране не было никаких научных проектов, достойных внимания, а за границу она не могла себе позволить уехать. Устроиться по специальности ей никуда не удавалось, поэтому пришлось работать в обычном продуктовом магазинчике, перекладывая с полки на полку консервы и мечтая о микроскопах и пробирках. Но судьба подкинула ей новое испытание, которое со страхом она готова была принять. Для нее это был шанс выбраться из рутины, из этого болота однообразия, которое засасывало ее все глубже с каждым днем. Была вероятность, что ее не возьмут на работу из-за отсутствия опыта в специфической области, и Лия это понимала, однако по описанию резюме было понятно, что подошел бы любой, ведь желающих не так уж и много. Лия так же понимала, что это риски, Зона отчуждения – место не для слабонервных. Слухи ходили разные: мутанты, аномалии, радиация, правительственные эксперименты. Но что она теряет? Свою унылую работу в магазине? Одинокие вечера, просматривая в интернете в поисках хоть чего-то интересного? Собравшись с мыслями, она открыла новый документ и начала писать резюме, стараясь выгодно представить свои знания и навыки. Лия подчеркнула свою любовь к природе, свою способность к анализу и свою готовность к трудностям. Но в этот раз она писала не ради скучной работы, а ради возможности реализовать свою мечту. Ради возможности найти свое призвание там, где, казалось бы, нет никакой жизни. А может быть, именно там она и найдет настоящую жизнь, настоящую цель. Пальцы быстро стучали по клавишам, слова складывались в предложения, а предложения – в историю, историю о девушке, которая мечтала о науке и нашла ее в самом неожиданном месте. Закончив, она перечитала резюме несколько раз, внесла последние правки и, глубоко вздохнув, нажала кнопку «Отправить».

8:13

Вторник, 18 сентября 2012 г.

ЧЗО, Украина

Автобус, скрипя и кашляя, наконец, остановился на пыльной обочине, где дорога, казалось, просто обрывалась. Лия выдохнула, чувствуя, как напряжение, скопившееся за долгие часы пути, медленно отступает. Она была одна, на границе того, что для большинства было лишь страшилкой из новостей, а для нее – загадочной тайной, которая манила разгадать ее. Едва она успела оглядеться, как из-за поворота вынырнул старенький, но крепкий УАЗик. Из окна выглянул Игорь, которого до этого она еще не видела в действительности, а лишь слышала его голос по телефону при обсуждении условий ее будущей работы. Игорь был взрослым мужчиной, в его лице читалось, что годы жизни потрепали его, но он все еще оставался крепким. И все же время не щадит никого, даже таких крепышей как он, в некоторых местах его темно-русых волосах виднелась еле заметная лысина, слабозаметные морщинки и грубость лица. Несмотря на это в его серых глазах виднелась легкая нежность, которая так идеально дополняла его натуру. Он кивнул ей, приглашая внутрь, и Лия, не раздумывая, направилась к машине. — Готова? – его голос был низким, без лишних эмоций, но в нем звучала та самая уверенность, которая так успокаивала. — Готова. – Лия кивнула, крепче сжимая лямку своей сумки. Путь до блокпоста военных прошел в молчании. Игорь уверенно вел УАЗик по разбитой дороге, лавируя между выбоинами с такой легкостью, будто это была обычная поездка на дачу, где можно было устроить пикник у обочины. Лия же, прильнув к окну, стала разглядывать пейзаж, что скрывался за завесой тумана. Растительность стала заметно меняться. Кусты и деревья больше не были зелеными с пышными ветками, они выглядели больными и с заметными лысинами, как у Игоря. Блокпост встретил ее рядами колючей проволоки, грубыми силуэтами солдат и запахом сырой земли. Игорь остановил машину у шлагбаума, и к ним подошел мужчина в форме, с усталым, но внимательным взглядом. Он коротко посмотрел на Игоря, затем взглянул на Лию, словно оценивая ее решимость. — Пропуск? – спросил он, его голос был ровным, без тени любопытства. Игорь показал маленькую ламинированную бумажечку. Солдат кротко взглянул, затем кивнул мужчине: «Проезжайте». Игорь снова взялся за руль, и УАЗик, проехав через ворота, въехал в объятия Зоны, оставляя позади последний рубеж цивилизации. Свернув с главной трассы, дорога стала еще хуже, превратившись в едва заметную колею, петляющую среди редких, искривленных деревьев. Туман сгущался, поглощая очертания предметов, превращая мир в призрачное царство серого. Запах влажной земли смешивался с чем-то неуловимым, тревожащим, чем-то, что проникало в самые глубины сознания. — Мы почти на месте. – сказал Игорь, нарушив тишину. Его взгляд был прикован к дороге, в его взгляде не было никакой тревоги или даже намёков на нее, будто все происходящее здесь было чем-то в пределах нормы. Но для Лии это все было в новинку, поэтому она не могла взглянуть на Зону глазами Игоря или хотя бы сделать вид. Они ехали так еще примерно десять минут, каждый погруженный в свои мысли. Наконец, УАЗик остановился перед массивными, замаскированными дверями. Бункер ученых «Янтарь». Металл, бетон и густая растительность сливались в единое целое, скрывая вход от посторонних глаз. Игорь заглушил двигатель, и тишина, нарушаемая лишь потрескиванием счетчика Гейгера, обрушилась на них. Он молча кивнул в сторону дверей. — Пошли. – коротко бросил он, вылезая из машины. Лия последовала за ним, поправляя сумку. Они приблизились к массивному зданию и двери с тихим скрежетом открылись, пропуская их в полумрак бункера. Внутри, под тусклым светом ламп, ее ждали двое. Седовласый мужчина с проницательными глазами, чье лицо было испещрено морщинами, как квартира прожитых лет, и более молодой энергичный и амбициозный мужчина. Первого звали профессор Сахаров, а второго профессор Круглов. Сахаров смотрел на нее с каким-то странным, изучающим взглядом. Казалось, он видел ее насквозь. Круглов, напротив, излучал энтузиазм. — Лия! Рад приветствовать вас в «Янтаре»! Мы очень ждали вашего прибытия. – воскликнул Круглов, пожимая ей руку. Его хватка была крепкой и уверенной. — Профессор Сахаров, занимается исследованиями и разработкой, связанной с совершенной защитой от пси-излучения, и профессор Круглов, в основном ищет и описывает различные виды мутировавших животных, их повадки и особенности. – представил их Игорь, сохраняя нейтральное выражение лица. — Добро пожаловать, Лия. Надеюсь, вы понимаете, куда попали. – Сахаров пробурчал, не отрывая взгляда от Лии. — Да, профессор, – ответила Лия, стараясь не выдать своего волнения. — Я готова к работе. — Работа здесь не для слабонервных, – проворчал Сахаров, поворачиваясь к столу, заваленному бумагами и приборами. — Зона не прощает ошибок. — Не пугайте девушку, профессор, – вмешался Круглов, подмигивая Лии. — у нас тут интересно. И очень перспективно. Мы как раз занимаемся изучением тканей нового мутанта, которого нашли недавно за базой, это может перевернуть все наши представления о Зоне. — Перспективно? – хмыкнул Сахаров. — Скорее, смертельно опасно. Но, как говорится, кто не рискует, тот не пьет шампанского. Хотя, в нашем случае, скорее, не дышит. Круглов проигнорировал его замечание: «Лия, мы возлагаем на вас большие надежды. Ваши знания в области экологических явлений будут бесценны. Игорь расскажет вам о ваших обязанностях и покажет вашу комнату. А завтра мы приступим к работе». Игорь молча указал на коридор: «Пошли. Я покажу тебе, где ты будешь жить». Лия бросила последний взгляд на профессоров. Сахаров по-прежнему хмурился над своими бумагами, а Круглов улыбался ей ободряющей улыбкой. Она последовала за Игорем вглубь бункера, в лабиринт узких коридоров и тускло освещенных комнат. После этого Игорь показал девушке ее комнату. Это была небольшая, аскетичная комната с узкой кроватью, столом и шкафом. Ничего лишнего, только функциональность. Лия поблагодарила его за все, а он, прежде чем уйти, пожелал ей удачи и быть осторожной в Зоне, особенно такой хрупкой девушке, как она. Его слова прозвучали как предостережение, но в них не было ни капли снисходительности, скорее – понимание опасностей, с которыми ей предстоит столкнуться. После этого он ушел, оставив Лию наедине с ее мыслями и новой реальностью. Лия благодарно смотрела ему вслед, но вскоре его силуэт скрылся за большой железной дверью, и она осталась одна. Она оглядела комнату. Комната была простой, но чистой. На столе лежала стопка научных книг, судя по фамилиям снизу, это была совместная научная диссертация Сахарова и Круглова, и несколько брошюр с правилами безопасности в Зоне. Это было все, что ей нужно для начала. Она села на кровать, пытаясь осмыслить все произошедшее. Профессор Сахаров, с его мрачным скептицизмом, профессор Круглов, с его заразительными амбициями и Игорь, молчаливый проводник в этот новый мир. Было ли правильным решением затевать такую авантюру?

7:17

Понедельник, 29 октября 2012 г.

Бункер учёных «Янтарь», ЧЗО

Больше месяца Лия сидела в бункере и изучала записи ее коллег, на основе которых она создавала собственные синтезы и химические уравнения. Она старалась сделать свою работу качественно и ее труды не пропали даром. Коллеги отмечали её исключительную внимательность, точность, с которой она проводила анализы, и неутомимое стремление к познанию, а также ее расчеты помогали ученым для их проектов. Это было немного, но это честная работа. Круглов не скупился на похвалы в сторону Лии, он часто подбадривал ее. Девушка не могла сидеть долго на базе, без практических данных, исследования были бы бесполезными. В какой-то момент время пришло, Круглов собирался взять ее с собой в научную экспедицию. Ей выдали новенький, ещё пахнущий резиной и химикатами, защитный костюм, полный комплект оборудования – от датчиков радиации до портативного спектрометра – и, конечно же, оружие. Не самое мощное, но достаточное, чтобы дать отпор в случае непредвиденной встречи. Круглов был рад, что она составит ему компанию, ему зачастую скучно одному проводить исследования, да и бродяжничество в одиночку может стоить жизни. Сахаров, в виду своих лет, а также своей любовью к уюту и безопасности, всегда был на базе. Экспедиция началась. Было пасмурно, солнце пробивалось не только сквозь облака, но и пелену аномальной дымки, лучи которого оголяли извилистую тропу, ведущую вглубь неизведанных полулысых рощиц. Лия и Круглов шли бок о бок, их взгляды внимательно скользили по окружающему пейзажу. Каждый куст, каждый камень, каждый шорох – всё было потенциальным объектом исследования. Они искали следы мутировавших животных, описывали их повадки, фиксировали особенности их существования в этом искажённом мирке. Лия была поражена. Зона представала перед ней во всей своей противоречивой красе: буйная, ядовитая растительность, причудливые формы аномалий и тишина, нарушаемая лишь далёким воем ветра. Несмотря на то, что они были учёными, а не закалёнными бойцами, им часто приходилось полагаться на помощь других. «Долговцы» или патрули военных нередко сопровождали их, обеспечивая безопасность. Но в этот раз их путь пролегал через территорию, где, как знал Круглов, часто можно было встретить Максима Громова. Громов, известный своей надёжностью и знанием Зоны, был тем самым «Долговцем», который не раз выручал Круглова в его поисках, помогая с отслеживанием и описанием самых опасных мутантов. Внезапно, из-за поросшего мхом валуна, показалась знакомая фигура. Максим Громов, облачённый в потёртый, но надёжный экзоскелет «Долга», с неизменной и излюбленной «M4» в руках, приветственно поднял руку. — Круглов! Рад видеть. Давно не пересекались. Что ищете на этот раз? – его голос, хриплый от постоянного пребывания в Зоне, звучал дружелюбно. — Максим, как всегда вовремя. Ищем следы новой мутации. По слухам, в этой области видели нечто... необычное. Что-то вроде помеси слепого пса и тушкана, но гораздо агрессивнее. – Круглов улыбнулся, как всегда удачливому появлению своего давнего товарища. — Помесь? Звучит неприятно. В последнее время мутации становятся всё более непредсказуемыми. Будьте осторожны. Здесь бродит много всякой нечисти. Особенно после последнего выброса. – Громов нахмурился. — А это кто с тобой? Новенькая? – он кивнул в сторону Лии. — Это Лия, мой ассистент. Она впервые в экспедиции, – ответил Круглов. — Лия, это Максим, один из лучших сталкеров «Долга». Он не раз помогал нам в наших исследованиях. — Очень приятно познакомиться. Это редкость увидеть женщину в Зоне. – Максим протянул руку для рукопожатия. — Это взаимно. – Лия, немного смущённая вниманием, робко протянула руку в ответ, на что Громов ответил крепким рукопожатием. — Ладно, мне нужно закончить патруль территории. Если что, кричите. Я буду неподалёку. – с этими словами Громов развернулся и, бесшумно ступая по земле, скрылся в зарослях. Они продолжили свой путь, Лия внимательно осматривала каждый куст, каждый камень, стараясь не упустить ни одной детали. Их путь лежал через густые заросли. Воздух был тяжёлым, пропитанным запахом гнили и чего-то ещё, неуловимого, но тревожного. Лия шла, стараясь не отставать от Круглова, её взгляд постоянно метался по сторонам, выискивая любые признаки жизни, любые аномалии. Внезапно Круглов остановился, подняв руку. — Тише. – прошептал он. Лия замерла, прислушиваясь. Вдалеке послышался шорох, затем ещё один, более громкий. Звук был похож на скрежет когтей по камню. — Похоже, мы нашли то, что искали. – прошептал Круглов, его глаза загорелись научным азартом. Он осторожно достал свой бинокль и прицелился в сторону звука. Лия тоже напрягла зрение, пытаясь разглядеть что-то сквозь густую растительность. — Вижу, – наконец сказал Круглов. — Два... нет, три существа. Похожи на слепых псов, но крупнее. И шерсть у них какая-то... странная. Сверкает на солнце. Лия почувствовала, как по спине пробежал холодок. Слепые псы были опасны и без мутаций. А что может сделать мутировавший слепой пес? — Нужно их описать. – сказал Круглов, доставая свой планшет. — Но осторожно. Не подходим близко. Они медленно, стараясь не издавать ни звука, начали продвигаться вперёд. Лия чувствовала, как каждый её шаг выверен, как она полностью сосредоточена на задаче. Она видела, как Круглов делает пометки на планшете, как он внимательно наблюдает за существами. Вдруг одно из существ подняло голову, его глаза, казалось, уставились прямо на них. Оно издало низкое, утробное рычание, которое заставило Лию вздрогнуть. — Они нас заметили. – прошептал Круглов. — Отходим. Медленно. Они начали пятиться назад, но существа не собирались их отпускать. Они начали приближаться, их рычание становилось всё громче и агрессивнее. Лия почувствовала, как страх начинает сковывать её. — Оружие! – крикнул Круглов. Лия быстро достала свой пистолет, её руки немного дрожали. Она никогда раньше не держала его в руках в такой ситуации. Существа бросились на них. Круглов открыл огонь из своего автомата, его выстрелы эхом разносились по лесу. Лия тоже выстрелила, целясь в ближайшее существо. Она не знала, попала ли, но одно из существ отшатнулось. — Держите меня семеро! – вскрикнул Круглов, словно боевой клич. В этот момент из зарослей выскочил «Долговец». Он был готов к бою и уже открыл огонь, поражая одно из существ. Громов двигался с невероятной скоростью и ловкостью, его действия были отточены до совершенства. — Держитесь! – крикнул он, прикрывая их своим огнём. Лия взяла себя в руки и снова подняла пистолет, её руки уже не дрожали. Она видела, как Громов уверенно отбивает атаку, как Круглов, несмотря на свою научную направленность, тоже не теряется и ведёт прицельный огонь. Адреналин бурлил в её крови, заглушая страх. Она сделала глубокий вдох и выстрелила ещё раз, целясь в другое существо. Один из мутантов, раненый, попытался отступить, но Громов, заметив это, метко бросил в него нож. Раздался пронзительный визг, и существо упало. Остальные два, видя, что их товарищ повержен, и под натиском огня, начали отступать, растворяясь в густых зарослях. Наступила относительная тишина, нарушаемая лишь тяжёлым дыханием Лии и Круглова. Громов, оглядевшись, подошёл к ним. — Ну что, учёные, живы? – спросил он, его голос был спокоен, но в глазах читалось удовлетворение от хорошо выполненной работы. — Живы, Максим. Спасибо тебе, без тебя было бы гораздо хуже. – сказал Круглов, вытирая пот со лба. Лия, всё ещё держа пистолет наготове, смотрела на поверженное существо. Оно было действительно странным – крупнее обычного слепого пса, с шерстью, отливающей металлическим блеском, и неестественно длинными когтями. Она достала свой планшет и начала быстро фиксировать все детали, которые успела запомнить. — Интересная мутация. Похоже, они становятся умнее и сильнее. Это плохой знак. – Громов подошёл к поверженному мутанту и осторожно осмотрел его. — Мы должны собрать образцы. Это бесценный материал для исследований. – сказал Круглов, подходя к нему. — Я помогу. Но будьте осторожны. Возможно, здесь есть ещё их сородичи. – ответил Громов. Лия видела, как Громов и Круглов работают вместе, как они дополняют друг друга – один как опытный боец, другой как учёный, стремящийся к познанию. Ей было приятно смотреть на эту картину. Лия видела, как наука и выживание переплетаются здесь, создавая уникальную симбиотическую связь. Они провели ещё некоторое время, собирая образцы и фиксируя данные. Когда солнце начало клониться к закату, окрашивая небо в багровые тона, они решили возвращаться на базу. — Отличная работа, Лия, – сказал Круглов, когда они уже приближались к базе. Его голос звучал с искренним восхищением. — Ты показала себя с лучшей стороны. Не каждый новичок так быстро адаптируется к реалиям Зоны. — Спасибо, профессор Круглов. Это все благодаря вам и Максиму. – Лия улыбнулась, чувствуя, как тепло разливается по её груди. Громов, идущий чуть позади, хмыкнул: «Не забывай про себя, учёная. Ты не просто стояла и смотрела». Он бросил на неё быстрый, оценивающий взгляд: «У тебя есть потенциал. Если захочешь, можешь приходить к нам в «Долг». Нам всегда нужны люди, которые умеют думать и действовать». — Спасибо за предложение, Максим. Но моя цель – раскрывать тайны Зоны через исследования, однако я подумаю над предложением. – Лия была польщена оценкой ее умений. — В любом случае двери в «Долг» всегда открыты для тебя и да, можно на «ты». – с теплой улыбкой произнес Максим. Когда они добрались до базы, их встретили с облегчением. Сахаров, увидев их целыми и невредимыми, даже позволил себе лёгкую улыбку. — Хорошая работа, Лия. – сказал, подошедший к Лии, Сахаров и положил руку ей на плечо.

9:58

Пятница, 3 мая 2013 г.

Бар «100 рентген», ЧЗО

Лия сидела, как обычно, в Баре 100 рентген, попивая жгучий и неразбавленный чифир с Максимом. И тут она внезапно выпалила: — Слушай, а помнишь, как мы познакомились? Вот время было. – сказала Лия, откинувшись на спинку грубо сколоченного стула. — Да, помню-помню. – кивнул Максим, задумчиво глядя в свой стакан. В полумраке бара его лицо казалось еще более бледным и суровым, но в глазах мелькнул игривый блеск. Вместе они погрузились в воспоминания. Лия помнила тот день, как сейчас. Она только-только прибывшая в Зону и впервые вышедшая на экспедицию вместе со своим коллегой за тайным знанием Зоны. Когда впервые увидела Громова, он был словно высечен из камня, но с длинными волосами по плечи и слегка худощавый, по сравнению с другими бойцами Долга. Он был высокий, с бледным лицом, голубыми пронзительными глазами и суровым взглядом из-под нахмуренных бровей, а в его движениях чувствовалась какая-то хищная грация. Тогда она, робкая научная сотрудница, боялась даже смотреть ему в глаза. Спустя месяцы совместного времяпровождения, тренировок и вылазок, все изменилось. Они лучше познакомились и стали отличными напарниками в бою. Максим обучил ее самообороне, научил не быть робкой, а раскрепощенной в бою. Он делился своими секретами, учил стрелять так, чтобы каждый патрон находил свою цель. Он научил ее не только драться и стрелять, но и видеть мир Зоны по-другому. Он показывал тайные тропы, рассказывал о повадках мутантов и о том, как выжить в самых опасных ситуациях. Лия, в свою очередь, делилась с ним своими знаниями о природе Зоны, о ее аномалиях и артефактах. Она все чаще стала уходить одна в исследовательские экспедиции в поисках мутантов, не переживая за то, что не сможет за себя постоять. Девушка стала более опытной во владении оружием и боевыми искусствами, что порой убивала мутантов одним точным выстрелом, сохраняя животное в идеальной целостности для дальнейших исследований. Несмотря на свои взаимоотношения с наукой, Лия как будто все больше и больше стала забывать о своей научной деятельности, когда она целыми днями сидела за книжками и составляла формулы. Ее все больше стали привлекать сталкерские дела, путешествия по опасной Зоне. Она стала отдаляться от своего основного рода деятельности, заменяя его на другую сферу, более практичную, где сможет разыскивать артефакты, странные растения и образцы мутировавших биологических тканей животных. Но при этом она все еще оставалась частью научной команды, принося свои находки и наблюдения на базу «Янтаря», и иногда оставалась в своей комнате, когда к ней приходило вдохновение и новые идеи для исследований. Зона уже стала ей как родная. Высокая, колышущаяся трава, казалось, обнимала ее, когда она шла сквозь нее, представляя себя степным волком, крадущимся за своей добычей. Это было не просто воображение, это было ощущение. Ощущение первобытной силы, инстинктов, которые пробуждались в ней, заглушая прежнюю, искусственную жизнь. Она научилась читать следы на земле, различать шелест листвы, предвещающий опасность, и тишину, которая могла быть обманчивой. В ней стала пробуждаться природа одиночки. Не из-за нежелания общаться, а потому, что в одиночестве она чувствовала себя наиболее полной. Полагаясь только на свои силы и знания, она обрела уверенность, которую никогда не знала в прежней жизни. Она была рада поменять комфортную, но рабскую жизнь на такую свободу. Свободу, за которую приходилось платить сильными рисками и постоянной борьбой за выживание. Но эта борьба была честной, настоящей. И она уже ни за что не хотела обменивать этот образ жизни ни на какой другой. Иногда, во время своих странствий, она встречала Максима. Тогда они бродили вместе, и он показывал ей новые, неизведанные уголки Зоны. Он рассказывал ей о своей службе в «Долге», о принципах, которыми они руководствуются, о борьбе с мутантами и группировкой «Свобода». После совместного бродяжничества, их путь лежал в бар. Бар «100 рентген», место, где смешивались запахи перегара и пота. Здесь, среди грубых шуток сталкеров и звона стаканов, они находили свой островок спокойствия. Это уже стало их традицией. В баре было всегда шумно и дымно, пахло дешевым алкоголем и потом. Сталкеры всех мастей сидели за столами, играли в карты, травили байки и делились последними новостями. — А помнишь, как ты меня первый раз на вылазку взял? – спросила она, вспомнив еще один яркий момент. — Я тогда думала, что меня сожрут еще до того, как мы выйдем из базы. Максим рассмеялся, и этот смех, такой редкий и искренний, заставил ее сердце забиться быстрее. Они продолжили пить и вспоминать, их голоса смешивались с шумом бара, создавая свой собственный, уютный мир посреди хаоса Зоны. Из раздумий их вывел внезапный голос другого «Долговца», ворвавшегося в бар, словно ураган. Его лицо было искажено тревогой, а голос дрожал от напряжения. — На нас напали! Наемники на территории завода «Росток» сейчас расстреливают наши патрули! Весь бар тут же вскочил. Стулья с грохотом упали на пол, кружки разбились, проливая остатки напитков. Бар тут же опустел. Гробовая тишина тут же опрокинулась на бар, а атмосфера веселых посиделок и воспоминаний мгновенно испарилась, сменившись напряжением и готовностью к бою. Максим резко поднялся, его глаза сузились, а на лице застыло выражение холодной ярости. Он схватил свой автомат, висевший на спинке стула, и проверил магазин. Они быстро выбежали из бара «100 Рентген», холодный воздух Зоны ударил в лицо. Впереди их ждал завод «Росток» и наемники. По мере приближения к заводу звуки боя становились все громче. Треск автоматных очередей, взрывы гранат, крики – все это сливалось в единый, устрашающий хор. Максим, двигаясь с невероятной скоростью и ловкостью, уже занял позицию за укрытием, его автомат был готов к стрельбе. Лия, следуя его примеру, нашла себе место за грудой ржавых труб, ее взгляд сканировал поле боя. Она видела, как один из «Долговцев», молодой парень, которого она помнила по прошлым встречам, упал, сраженный пулей. Она уже привыкла видеть чужие смерти, пусть это были союзники или враги, но каждый раз такие ситуации выводили ее на неоднозначные мысли. Лия с раздражением подумала, если она не обретет необходимую твердость и уверенность сейчас, то она будет следующей на очереди, как и ее, ранее живой, союзник. Выкинув меланхоличные мысли из головы, она осторожно выглянула из-за укрытия. Наемники приближались, их силуэты становились все четче. Один из них, крупный мужчина с шрамом на лице, целился в спину Максиму, который был занят перестрелкой с другим противником. Не раздумывая, Лия сжала крепче свой автомат Калашникова, и выстрелила в наемника. Пуля с треском попала в плечо наемника, заставив его отшатнуться и выронить оружие. Этого мгновения хватило Максиму, чтобы развернуться и отправить противника на тот свет. Он бросил быстрый взгляд на Лию, в его глазах мелькнуло удивление, смешанное с одобрением. — Держись ближе ко мне! – крикнул Максим, выскакивая из-за укрытия и открывая огонь по группе наемников, которые пытались занять позицию на крыше одного из зданий завода. Лия кивнула, быстро перебираясь к нему, стараясь не высовываться слишком сильно. — Они пытаются обойти нас с фланга! – крикнул Максим, указывая на группу наемников, пробивающихся через разрушенный склад. Лия тут же переключила свое внимание, ее пальцы уверенно легли на спусковой крючок. Она видела, как они приближаются, их силуэты на фоне серого неба. Страх снова попытался подкрасться, но Лия оттолкнула его. Лия заметила, как несколько «Долговцев», которые раньше сидели в баре, теперь сражались плечом к плечу, защищая свою территорию. Словно большая семья они защищали свой дом от кровожадной стаи птиц. Она стреляла, и каждый выстрел был точным, направленным. Девушка видела, как один из наемников упал, затем другой. Лия чувствовала, как ее тело напрягается, как мышцы работают, как разум фокусируется на единственной цели – защитить себя и тех, кто был рядом. Вскоре заводская территория опустела. Остаточные выжившие бойцы, их лица были покрыты пылью и потом, но в глазах горел огонек победы, наемники бежали прочь с территории «Долга». Лия опустила автомат, ее тело дрожало от напряжения, но не от страха. Когда она обернулась, чтобы проверить своих товарищей, к Максиму подошел другой солдат. Его лицо было скрыто противогазом, но голос звучал уверенно и спокойно. — Ворон, – сказал он, обращаясь к Максиму, — ты отлично постарался. Лия не могла не улыбнуться. «Ворон» – это было прозвище Максима, данное ему за его меткость и способность появляться там, где его меньше всего ждали. И сегодня он снова оправдал свою кличку. Товарищ по фракции отдалился от них и пошел поздравлять других сослуживцев с еще одной маленькой победой. Лия подошла к Максиму, который, казалось, не обратил особого внимания на комплимент. Он просто кивнул, его взгляд был устремлен куда-то вдаль, на горизонт, куда убежали наемники и где уже начинал занимать закат. — Кстати, – начала Лия, не в силах сдержать любопытство, — Давно это хотела сказать. Странная у тебя кликуха, ты больше похож на волка, чем на ворона. Максим повернул голову, и в его глазах мелькнула тень удивления, быстро сменившаяся легкой усмешкой. Он посмотрел на Лию, и в его взгляде читалось что-то большее, чем просто признание ее наблюдения. — Ты не первая, кто мне это говорит, – ответил Максим, с легкой усмешкой.

11:11

Среда, 8 мая 2013 г.

Армейские склады, ЧЗО

Лия любила прогуливаться до Армейских складов, развести огонь и усесться у костра под пасмурным открытым небом. Совсем рядом была база Свободы, заклятые враги Долга. Пусть она и не принадлежала группировке Долг, но была там частым гостем, являлась ли при этом она предателем? Чтож, это был вопрос философский, над которым ей думать совершенно не хотелось. Она откинулась на мягкое поле радиоактивных ромашек, их бледные, светящиеся лепестки казались почти неземными под серым пологом неба. Возможно, скоро начнется дождь, и ей придется искать укрытие. Но сейчас ей не хотелось ничего предпринимать. Хотелось просто безмятежно нежиться на этом лугу, впитывая последние лучи солнца, что пряталось за тучами, словно ребенок, играющий в прятки. Вдруг тишину нарушили шаги. Неторопливые, но уверенные. Лия напряглась, но не вскочила. Она знала, что в Зоне любая неосторожность может стоить жизни. Шаги приближались, и вскоре над ней раздался мягкий, дружелюбный голос: — Хэй, сталкер, заблудился? Лия медленно подняла глаза. Перед ней стоял молодой блондинистый солдат «Свободы», у него были такие же ярко-зеленые глаза, что и у Лии, а на лице играли отчетливые веснушки. Рост был его невысок, да и по меркам Зоны, парень выглядел сильно моложе, чем основная масса. Его форма была немного поношенной, но чистой. На лице играла легкая улыбка, а в глазах не было ни тени враждебности или агрессии. Он выглядел скорее любопытным, чем угрожающим. Лия не почувствовала привычного напряжения, которое обычно возникало при встрече с представителями враждебных группировок. Этот сталкер казался другим. — Нет, не заблудилась, – ответила Лия, ее голос был ровным. — Просто отдыхаю. Солдат кивнул, его взгляд скользнул по костру, затем по ромашкам, и остановился на Лии. — Красиво тут у тебя, – сказал он, присаживаясь на корточки неподалеку, но сохраняя уважительную дистанцию. — Я раньше не видел, чтобы кто-то так близко к нашим границам костер разводил. Особенно… – он запнулся, словно подбирая слова, — …особенно женщина. Я вообще ни разу не видел женщин в Зоне. Лия усмехнулась про себя. Наивно и глупо, но не отталкивающе. Это было точное описание этого «Свободовца». Она видела немало сталкеров, чья наивность граничила с безрассудством и с откровенной тупостью. Этот же, напротив, излучал какую-то искреннюю доброту, что в Зоне было редкостью, как и женщины. — Меня зовут Роман Лапин, – парень резко замолчал, понимая, что сказал глупость. — Блин, забудь, Зона не любит имен. — Как это? – с недоумением спросила девушка. — У нас в «Свободе» не принято называть друг друга по имени. Мы даем друг другу прозвища опираясь на наши умения и поступки. Не то что эти вояки из «Долга», которые не чтут традиции Зоны, а наоборот стремятся ее уничтожить, – Он нахмурил свое личико, а потом внезапно вспомнил, о чем они говорили. — Меня, кстати, Волчком кличут. А тебя как? — Хех, у меня нет прозвища, а звать Лия. – мягко произнесла девушка, а затем лукаво посмотрела на паренька. — Ты скорее похож на зайчика, чем на волчонка. – посмеялась Лия и она похлопала возле себя, приглашая его лечь в мягкое покрывало ромашек. — Эй! Я не зайчик! Надоели так называть меня. – нахмурился Волчок, но это была наигранная обида. Через пару секунд он, обрадованный приглашением, осторожно опустился рядом с Лией. Волчок не мог не заметить, как её волосы, развеваемые лёгким ветерком, переливались на тусклом солнце. Вокруг них царила тишина, нарушаемая лишь редким щебетанием птиц и шёпотом травы. Где-то вдалеке раздался звук заблудившейся кошечки, а еще чуть дальше послышался слабый звук выжигателя мозгов, о котором рассказывал профессор Сахаров. Внезапно Волчок вздрогнул, словно вспомнив что-то важное, и его голос вырвал Лию из задумчивости. — Кстати, Лия, – сказал он, его глаза загорелись новым, живым интересом. — Хочешь я покажу тебе, как стреляю из своей снайперской винтовки? Я лучший снайпер в «Свободе». Увидишь, как это делается по-настоящему. Лия улыбнулась. Это было неожиданно, но в то же время будто это был очевидный расклад событий. В его предложении не было хвастовства, только желание поделиться тем, что он умеет, тем, что делает его им. И в этой простой, почти детской готовности показать ей свою силу, таилось что-то по-своему уникальное, поэтому девушка согласно кивнула. Он поднялся, отряхивая пыль с комбинезона, и протянул ей руку. Лия приняла её, чувствуя, как его ладонь уверенно обхватывает её. Вместе они направились к маленькому обрыву, где были видны просторы больных степей. На плече Волчка висела его верная винтовка – длинная, с оптическим прицелом, выглядевшая как продолжение его самого. Парень аккуратно взял оружие, его движения были отточены и уверенны. — Видишь ту старую вышку на горизонте? – спросил он, указывая на полуразрушенное сооружение, видневшееся сквозь бледный туман. — Там, на самом верху, есть небольшой металлический лист. Если попаду в него с такого расстояния, это будет хороший показатель. Лия взяла свой бинокль и стала наблюдать за ним, за тем, как он сосредоточенно прищурился, как его пальцы легли на спусковой крючок. Раздался глухой, но мощный выстрел. Звук эхом прокатился по степи, но был быстро стих. Волчок не отрывал взгляда от вышки. Через несколько секунд он кивнул. — Попал, – сказал он, и в его голосе прозвучала тихая гордость. — Точно в центр. Лия взглянула в бинокль. Действительно, на вышке, там, где он указал, виднелась небольшая вмятина на металле. Она была поражена. Это было не просто попадание, это было искусство. — Ты действительно лучший, – прошептала она, глядя на него с восхищением. — Я никогда не видела ничего подобного. Роман опустил винтовку и снова посмотрел на неё. Они глядели друг на друга, между ними возникла тихая пауза. Волчок немного помедлил, а потом нерешительно выпалил: «Хочешь мы придумаем тебе прозвище? Мне немного непривычно кого-то называть по имени вот так».  — Прозвище? И какое бы ты мне дал? – задумалась Лия. — Ты похожа на грациозную лань, рыскающую по бескрайним лугам. Я бы назвал тебя именно Ланью. – Выпалил Волчок. — На лань? – Лия задумалась, а ведь и вправду. Когда она впервые пришла в Зону, она была похожа, не более чем, на робкую лань — Я согласна! Мне очень нравится прозвище! Волчок радостно улыбнулся и дразнящее бросил: «Если я Волчок, то моя задача ловить таких заблудших оленят как ты!» Волчок погнался за ней, а Лань стала убегать от него. Волчок почти нагонял ее и тогда она решила повернуться к нему лицом к лицу и стукнуть его своим лбом его лоб. Им обоим ударили звезды в глаза, они потерли свои лбы, а затем посмеявшись продолжили играть в догонялки. Они бегали по полям Зоны, где воздух был пропитан запахом трав и далекой, тревожной тишиной. Вокруг армейского склада, они резвились, как дети, забыв о смертельной опасности, о постоянном напряжении. Лия чувствовала, как с каждым шагом, с каждым смехом, с каждым прикосновением к его руке, безмятежность накрывает ее, покрывая ее тонкую душу этим особенным ощущением. Они резвились, пока силы не покинули их, а затем вновь прилегли на мягкую траву, усыпанную полевыми цветами, которые, казалось, цвели вопреки всему. День пролетел незаметно, наполненный разговорами. Они говорили о философии, о смысле жизни, о том, кто они на самом деле, и почему судьба занесла их именно в Зону, а не в какое-то другое, более спокойное место. Волчок рассказывал о своих мечтах, о потерях, о том, как он искал ответы, а Лань делилась своими мыслями о свободе, о стремлении к чему-то большему, чем просто выживание. — Знаешь, – начал он. — Я знаю, что в Зоне доброта и нежность – это роскошь. Но ты, похоже, опровергаешь это. — Нежность – это то, что мы сами создаём, даже здесь, среди радиации и аномалий. — Может быть, именно поэтому мы и встретились, – произнес он, глядя в ее глаза. — Чтобы напомнить друг другу, что в этом мире всё ещё есть место для света. Их голоса смешивались с шелестом ветра, с далекими звуками Зоны, которые теперь казались не такими уж и пугающими. Они говорили обо всем и ни о чем, находя утешение и понимание в словах друг друга. Время текло, и вот уже первые звезды начали проступать на бархатном небе, словно бриллианты, рассыпанные по черному полотну. Лия посмотрела на Романа, на его лицо, освещенное мягким светом звезд. Она поняла, что нашла в Зоне не просто товарища, а нечто гораздо большее. Она нашла родственную душу, человека, который видел ее насквозь и принимал такой, какая она есть. Вскоре они уснули, не отпуская руки друг друга. Их сплетенные пальцы были якорем в этом непредсказуемом мире, обещанием того, что даже в самой темной Зоне можно найти свет, тепло и любовь. И в эту ночь, под звездным небом, они были не просто выжившими, а двумя сердцами, бьющимися в унисон, готовыми встретить рассвет вместе.

15:30

Суббота, 2 ноября 2013 г.

Припять, ЧЗО

Лия редко говорила об этом. Это было что-то глубоко личное, спрятанное под слоями ее личности где-то глубоко в подсознании. Но с самого детства, с тех пор как она впервые услышала рассказы своего деда о загадочной «Дуге», в ее душе поселилось тайное желание. Желание увидеть ее, прикоснуться к ее тайне, понять, что скрывается за этим милым, но пугающим названием. И вот, она здесь. Одна. В сердце Припяти, города-призрака, где каждый шорох мог означать смерть. Даже самый опытный сталкер никогда и ни за что в жизни не сунулся так близко к выжигателю мозгов, но не Лия и ее любопытство. Ее целью была она – Дуга. Огромная, металлическая конструкция, окутанная легендами и страхом. Ей нужно было пройти через город, дабы продолжить свой путь. Лия двигалась осторожно, ее шаги были бесшумны, как у тени. Вокруг бродили они – зомбированные монолитовцы. Их пустые глаза, их медленные, но неумолимые движения. Она старалась держаться подальше, обходить их стороной, чувствуя, как адреналин пульсирует в венах. Каждый шаг приближал ее к цели, к исполнению детской мечты. Она остановилась, но в месте, где ее никто не замечал. Лия могла через бинокль издалека разглядеть ржавые, искореженные детали «Дуги», почувствовать ее холодное, металлическое дыхание. И тут, внезапно, мир вокруг нее сошел с ума. Небо потемнело, воздух загустел, наполняясь невидимой, но ощутимой силой. Выброс. Лия замерла, с биноклем в руках, не в силах поверить. Неужели это из-за нее? Из-за того, что была слишком близко к выжигателю мозгов? Зона почувствовала ее присутствие? Паника охватила ее, заставляя броситься бежать. Она бежала, невыносимая боль начала пронзать ее мозг. Казалось, ее мысли плавятся, превращаясь в горячую, вязкую массу. Она знала – это конец. Она не жилец. В этом хаосе, в этом затуманенном сознании, она не заметила, как ее нога наступила на что-то упругое, но твердое. Аномалия «Батут». Невидимая сила подхватила ее, отбросив в сторону с невероятной скоростью. Удар о землю был сильным, но, как ни странно, не смертельным. Выброс через время пронесся мимо, оставив после себя лишь жуткое эхо. Лия лежала на земле, пытаясь собраться с мыслями. Она была жива. Она попробовала подвигать рукой и облокотилась об камень, но что-то было не так. Она чувствовала, как с ее разумом что-то происходит, ее самое сокровенное «Я» начало ускользать. Она ощущала, как ее мысли переплетаются, как рождаются новые, чуждые ей образы. Перед ее лицом пронеслась вся жизнь. Не как фильм, а скорее, как калейдоскоп ярких, но ускользающих осколков. Детство – солнечные зайчики на полу, запах бабушкиных пирогов, смех, который казался бесконечным. Школьные годы – первая робкая влюбленность, зубрежка перед контрольными, дружба, которая казалась нерушимой. Родители – их теплые руки, мудрые советы, иногда строгие взгляды, но всегда безграничная любовь. А потом – Зона. Не та, о которой пишут в книгах, а эта, реальная, пропитанная пылью, страхом и странной, вымученной надеждой. Перед ней, в бредовом угаре, появилось множество знакомых ей силуэтов на фоне голубого неба, среди них, особенно, выделялись силуэты Максима и Романа. — Лия, ты молодец. – хлопал Максим с мягкой, но стоической ухмылкой. — Лия, ты такая смелая. – хлопал перед ней Роман с заразительным смехом. — Лия, поздравляю. – профессор Круглов с нежной улыбкой хлопал ей. — Молодец, Лия, ты хорошо потрудилась. – профессор Сахаров слегка похлопывал, выдавливая легкую улыбку. Все вокруг было нереальным, бредовым. Все произошло так быстро, мысли комкались и путались в ее голове. Кажется, весь мир погружался во мрак. Звуки вокруг – гул ветра, далекие крики, даже собственное дыхание – все стихло. Запахи – привычный запах сырости, привкус металла во рту – исчезли. Подобие частиц разума разбивались об шероховатую поверхность смерти. Все воспоминания были поглощены в безмерную тьму, позабыв о своем существовании и упиваясь в догадках, а было ли все это в действительности? Тьма словно окутывает разум, опьяняя до потери сознания, даря прекрасное чувство безопасности. Осталась только пустота. Небытие. И в этой бездне, где не было ни прошлого, ни будущего, она чувствовала лишь одно – бесконечное, всепоглощающее одиночество. И где-то там, в этой темноте, таяли последние отголоски жизни, последние воспоминания о тех, кого она любила.

4:20

Воскресенье, 3 ноября 2013 г.

Припять, ЧЗО

Она проснулась на холме, она все еще была жива? Как это было возможно? Но она не помнила, из-за чего именно она должна была умереть и даже не помнила, сколько прошло времени. Она осмотрела свое тело, и оно было... темным, словно облито смолой, вместо рук у нее были когтистые лапы, а также присутствовал хвост. Что она такое? Найдя ближайшую лужу, она взглянула на свое отражение, в котором она увидела белые безжизненные глаза, а в них узкие зрачки, словно она была хищником в этих краях, и морду, схожую со слепым псом. Вдалеке была видна «Дуга», словно служащая ей маяком. Новая сущность остановилась на вершине холма, смотря вдаль. В ее глазах, теперь сияющих внутренним светом, отражалась вся Зона – ее красота и уродство, ее сила и слабость, ее надежда и отчаяние. Высокая трава шелестела, словно шептала древние секреты, а ветер, пропитанный запахом ржавчины и пыли, обвивал ее тело, как невидимый любовник. Сущность шла, ощущая под ногами мягкие травинки, а затем замерла, ощущая, как через ее тело проходили радиоволны, невидимые и всепроникающие. Она чувствовала, как они окутывают ее, проникают под кожу, в мозг, в душу. Ее разум начал пульсировать, как будто кто-то нажимал на невидимые клавиши, играя на ней, как на инструменте. И тут она услышала их. Голоса. Не слова, а нечто большее — эмоции, образы, воспоминания. Они текли через нее, как река, унося с собой все, что она знала о себе. Существо упало на колени, взявшись за голову, и начало кричать, но звук терялся в эфире. Ее тело изгибалось, кожа горела, а глаза видели то, что не должно было быть видно. Она падала, но не на землю — в бездну собственного нового сознания. Она зажмурилась, напряглась, пытаясь пережить эти странные новые ощущения, которые происходили с ней. Ее разум был подобен сосуду, в который вливалась тонна информации. Казалось, будто дух не выдержит всей этой пытки, и она просто распылится на множество мелких крупиц.  Пережив еще одно состояние, будто позыв бреда, она вновь открыла глаза, ощутив в себе острое восприятие и новые возможности. Она чувствовала каждую радиоволну, каждый поток энергии. Ее пальцы мерцали, как будто были сотканы из статического электричества. Она подняла руку, и где-то вдалеке погасло радио сталкера. Она заметила, что умеет управлять радиоволнами. Но как ей это удавалось? Первое время это было пугающе. Ее мысли, казалось, могли проникать сквозь эфир, а случайные всплески эмоций вызывали помехи на всех частотах. Ее старый КПК, который валялся рядом с ее местом перерождения, в прошлом был ее единственным средством связи с внешним миром, теперь казался примитивным артефактом. Но вскоре страх сменился любопытством, а затем и осознанием силы. Легким усилием воли она могла заглушить любой сигнал, превратив самый мощный передатчик в бесполезный кусок металла. Она могла создавать щиты из радиоволн, отражая даже самые опасные излучения. А самое удивительное – она могла стабилизировать связь, делая ее кристально чистой, даже в самых неблагоприятных условиях. «Кто я?» — прошептала она, но ответа не было. Только эхо, которое звучало в ее голове, как смех старого бога. Ее разум расширялся, как вселенная, поглощая знания, секреты, страхи. Она услышала все секреты Зоны, узнала об «О-Сознании», об их тайных лабораториях, о том, как возникла Зона. Она все это знала. И она знала, кто она теперь, но не помнила, кем была. Ее человеческая фигура мутировала, но она стала не обычным мутантом, а скорее аномалией, с физической оболочкой и мутировавшей формой. Она превратилась в аномального мутанта, который без труда может управлять радиоволнами, способная их отключать и глушить, так и делать связь более стабильной. Достаточно эфемерная сущность, но имеющая свою физическую оболочку. Она была новым божеством Зоны. Не было выбора у нового «божества», кроме как скитаться по Зоне. Было ли это даром или проклятием? Она не знала, а от того то и дело бродила в поисках хоть чего-то интересного. Иногда она может прибиться к небольшой стайке слепых псов и бродить вместе с ними, пока не надоест. А иногда от скуки она пугает сталкеров, либо же наоборот помогает им. Она проявлялась, а это значило, что ее замечали другие сталкеры. Сначала это были слухи о «призраке Зоны», который то появлялся, то исчезал, то помогал, то пугал. Кто-то говорил, что это обычный слепой пес, но редкой черной окраски, другие молвили, мол это призрак, а некоторые вообще воображали в своем сознании всякие пошлости. Но потом, когда ее сила стала очевидной, ее стали называть по-другому, достаточно ласково и по-домашнему «Шумка». Несмотря на все свое могущество, она не помнила, кем была и что она здесь делала. Она пыталась выяснить, достать хоть где-то частички информации о своем прошлом, но все тщетно. Она отчаянно бродила призраком по туманной Зоне, в поиске своего «Я». Возможно, однажды у нее все получится…