probably not the best teacher...!

Ты хмуришь брови и указываешь на стул. "Стол", - ворчишь ты. Мистер Скарлетелла смотрит, смотрит и смотрит. Ты хмуришься. "Стул...?" Он улыбается. Ты вздыхаешь через нос. Учить язык было нелегко... Учитывая, что это даже не человеческий язык, можно подумать, что ты справляешься хотя бы немного. Возможно, чуть ниже среднего, если быть реалистом. Мистер Скарлетелла наклоняет голову, его тусклые глаза намекают на то, что его это забавляет. Ты хмуришься. Он подходит ближе, зонтик свободно болтается в одной руке, а другой он указывает на стул. "Стул", - медленно повторяет он, его голос глубокий и нарочитый, как будто уговаривает ребенка. Ты вздыхаешь, скрещивая руки. "Я так и сказала! Стул". "Не "стол". Ты хмуришься, и чувствуешь, как от смущения у тебя по шее разливается тепло. "Я знаю, я знаю! Просто... ты мог бы сделать мне поблажку, знаешь ли. Твой язык не совсем прост". Мистер Скарлетелла слегка приседает, становясь с тобой на одном уровне, и выражение его лица смягчается, когда он задерживает взгляд на тебе. Тебе потребовалась вся твоя воля, чтобы не отвести взгляд. Какой напряженный взгляд. Господи... "Ты стараться", - просто сказал он, слова прозвучали тихо и успокаивающе. "Хорошо". Твое разочарование тает, а плечи разжимаются. Ты выдыхаешь через нос - чего ты так разволновалась? Мистер Скарлетелла - самый терпеливый человек - монстр? - из всех, кого ты знаешь на данный момент, но он не самый лучший учитель... Мистер Сильвейр, вероятно, был лучше, но мистер Скарлетелла настоял на том, чтобы он учил тебя вместо него. А по настоянию, он просто появлялся в любое время перед тем как ты заходила в комнату мистера Сильвейра и утаскивал прочь. Может быть, лучше сказать "телепортировал". "Попробуем еще раз", - решаешь ты. Ты указываешь. "Стул. Стол. Стена. Потолок. Пол... Эм... лампа? Свет..." Ты хмуришься, но мистер Скарлетелла не перебивает тебя. Полагаешь, они означают одно и то же. Тебя это не слишком беспокоит. Твой учитель указывает на себя. "Я", - говорит он. Он снова указывает. "Ты". Ты хмыкаешь. "Я. Ты. Я это уже знаю... Думаешь, я настолько глупа, а?" Он задумчиво хмыкает, и этот звук звучит скорее в его груди, чем в горле. Мистер Скарлетелла встает во весь рост, смотрит на тебя тусклыми глазами, а затем с нарочитой медлительностью снова указывает на свою грудь. "Я". "Да, я знаю, "я"", - повторяешь ты, полусерьезно подражая его движению. Он убирает руку, задерживаясь на твоей груди. "Ты". "Да, я поняла - "ты". Это же элементарно". Ты скрещиваешь руки. "Какой в этом смысл?" Он кладет руку на сердце и говорит: "Ты мне нравишься". Ты моргаешь. Один раз. Дважды. Трижды. "Подождите, подождите... Ты что, теперь тайком говоришь комплименты?" Мистер Скарлетелла молчит и снова указывает на тебя, как бы безмолвно говоря: "Твоя очередь". Ты вздыхаешь, потирая затылок. "Это так странно", - бормочешь ты. Ты повторяешь за ним, неловко указывая на свою грудь. "Ты..." Он одобрительно кивает, его зонтик слегка подергивается, как будто он не может дождаться, когда эти слова сорвутся с твоих уст. Ты прикусываешь внутреннюю сторону щеки. "...мне нравишься", - заканчиваешь ты, и слова словно застревают у тебя на языке. Мистер Скарлетелла улыбается, его черты смягчаются так, как редко можно увидеть. Это не одна из тех жутких улыбок, которые ты привыкла видеть - это маленькая улыбка, мягкая. Она тонкая, но безошибочная - выражение тихой гордости. Он слегка наклоняется вперед, его зонтик упирается в твое плечо и накрывает тебя, словно заключая в клетку, словно он не позволит тебе покинуть этот момент. Его немигающий взгляд снова встречается с твоим. "Хорошо", - говорит он, голос ровный и низкий, как всегда, но в нем чувствуется невысказанная теплота. Он не отходит, не отрывается от своего пристального взгляда. Если бы вы не находились сейчас в каком-то другом мире, это был бы именно тот момент, когда люди целуются. Ты сглатываешь. Сердце неровно стучит в груди. "Мы должны были практиковать ваш язык", - ворчишь ты. "Хорошая практика", - возражает он. Ты закатываешь глаза, но в основном для того, чтобы отвлечься от того, как скручивается твой желудок от его слов. "Ты невозможен, ты знаешь это?" Его зонтик снова занесен над головой. Он снова подходит ближе, слишком близко к твоему личному пространству - но ты не думаешь, что будешь жаловаться на это, во всяком случае, не сейчас... Рука мистера Скарлетеллы проходит рядом с твоей щекой, но не касается ее. Ты чувствуешь, насколько холодна его кожа, даже без контакта с кожей. "Опять", - говорит он. "Опять?" - отвечаешь ты, притворяясь невежественной. По тому, как подрагивают уголки его губ, становится ясно, что он знает, что ты просто тянешь время. "Мне, - начинает он, ненадолго прижимая руку к груди, а затем протягивая ее к тебе, - нравишься ты". Ты стонешь, проводя рукой по лицу. "Ты неумолим". "Скажи", - мягко настаивает он, и его голос звучит убедительно. У тебя перехватывает дыхание. Трудно сказать "нет", когда он смотрит на тебя так - спокойно и непоколебимо, с терпением, достаточным для того, чтобы ты почувствовала, что, возможно, все это не так уж и нелепо, как кажется. Ты вздыхаешь, и твоя решимость рушится. "Мне... нравишься ты", - снова бормочешь ты, едва слышно шепча. Реакция мистера Скарлетеллы мгновенна. Его темные глаза загораются каким-то едва заметным, но несомненным светом. Он подходит еще ближе, и его рука наконец касается твоей щеки, а от его прохладного прикосновения по позвоночнику пробегает дрожь. "Хорошо", - просто говорит он, и это слово имеет больший вес, чем должно быть. Ты тяжело сглатываешь, сердце колотится в ушах. "Итак, мы выяснили, что ты мне нравишься, а я нравлюсь тебе. Можем ли мы теперь двигаться дальше?" Его большой палец касается твоей щеки - слабым движением. "Не двигаться", - отвечает он. "Останься". Ты сужаешь глаза, наполовину раздраженная, наполовину взволнованная. "Где оставаться?" "Здесь. Со мной". "О боже", - простонала ты, отворачиваясь, чтобы спрятать лицо. "Ты нелепый". Мистер Скарлетелла хмыкает в знак согласия, совершенно не беспокоясь. Прежде чем ты успеваешь ответить, он осторожно берет тебя за руку, крепко сжимая ее, и тянет к себе. Ты слегка спотыкаешься, но он поддерживает тебя с легкостью, от которой сердце замирает. "Еще раз", - пробормотал он, и его голос стал таким мягким, что кажется почти интимным. "Хочу снова". Ты поднимаешь на него глаза, и искренность его взгляда не позволяет спорить. С покорным вздохом ты прижимаешь руку к груди и повторяете: "Мне... нравишься ты". "Хорошо", - снова говорит он, притягивая тебя чуть ближе. "А теперь... останься".