Тебе не нужно быть идеальным, чтобы быть ценным.

«-Ты Первый, Лололошка. -А что насчёт меня? -Ты тоже Лололошка, но ты не изначальный.»

Прошёл целый день с того момента, как Лололошке и Джону удалось поговорить с Матерью — с Началом. За это время они узнали многое: кто такие междумирцы, кто такие первые, из-за чего их слияние и множество других важных и неожиданных вещей. Но теперь, в голове Джона лишь одна мысль: он хуже Лололошки. Джон всегда был уверен в своей мощи, он был непревзойдённым, даже когда осознал, что сила его "лучшего" альтер-эго значительно сильнее. Но теперь... теперь он почувствовал что-то странное. Огорчение? Зависть? Страх стать ненужным?

***

В лагере беженцев было довольно прохладно, и речь шла не только о климате. Люди укладывали своих детей спать, чтобы хотя бы немного отдохнуть от бесконечного нянчества. Некоторые же стояли в группках, беседовали, осуждая всё вокруг. В общем, как всегда — шумно, напряжённо, и кажется, что никто не может найти ни покоя, ни утешения. Поговорив с Гимлином и выслушав жалобы всемилюбимого Невера, Лололошка направился к Джону. Парень сидел неподалёку у костра, устремив взгляд в огонь. Красные искры плясали на его очках, скрывая глаза, но Лололошке этого было достаточно, чтобы понять, что происходит в душе друга. Джон потратил столько лет на то, чтобы стать успешным учёным и признанным гением, но теперь, похоже, он осознаёт, что его роль и ценность в этом мире далеки от того, что он себе представлял. Ло сел рядом с оранжевым, и тот сразу отреагировал, повернувшись и с насмешливой улыбкой произнёс: – Чего тебя постоянно так тянет на болтовню? – Как ты, Джон? – Лучше не бывает! – быстро ответил он, вновь поворачиваясь к костру. Лололошка продолжал сидеть рядом, грустно всматриваясь в "двойника". Нужно признать, тот умел подбирать слова, скрывая свои настоящие чувства и эмоции. – Как нам дальше действовать? Знаю, времени не так много, но думаю, стоит подготовить… – Я прекрасно всё понимаю, Лололошка. Или ты сомневаешься во мне? Добрый альтер-эго тихо вздохнул, закрыв глаза, а затем вновь посмотрел на Джона. Он пытался быть осторожным в разговоре, но это было нелегко, особенно с учётом состояния, в котором они оба находились. — Конечно, нет, но... — Не ври самому себе, это вредно. Хотя, ты, наверное, даже не знаешь, что это такое. Придётся огорчить тебя и твою самооценку: слова Матери ничего не значат! — Джон! Лололошка резко встал, его взгляд был полон недовольства. Ему было всё равно на эти слова, скорее его взбесило то, как Джон недооценивал всё, что Ло пытался для него сделать. — Не врать себе? Может, тебе стоит задуматься об этом? Я думал, что всё наладится...Я даже не отвернулся от тебя, когда ты отдал Сайриссу за ненужную информацию! –Ты думаешь, я сам горжусь этим? Парень в оранжевом шарфе, как кот в клубочке, сжался, продолжая сидеть, не отрывая взгляда от костра. Когда клетчатый снова сел на своё место, Харрис снял свои яркие очки и опустил взгляд на землю. Лололошка понимал, что, возможно, он немного надавил на своего альтер-эго — точнее, на обоих. За это время Джон стал, к удивлению, более ранимым. Ло не хотел видеть его таким потерянным и огорченным. Но не успел он начать извиняться, как "злой" альтер-эго продолжил: –Я не хотел навредить Сайриссе или...тебе. Я просто хотел поскорее всё наладить, чтобы раз и навсегда забыть об этом месте и о путешествии. Я знаю, я совершил много ошибок, которые, таким как я, выполнять не положено! Джон повернулся к Лололошке, продолжая смотреть вниз, как будто ему было стыдно. Синий уже собирался как-то утешить друга, но тот снова заговорил: — Из-за меня пострадали многие: Сайрисса, Мрк… твои друзья, в общем. И я не раз подвергал тебя невероятной опасности... –Джон, всё в порядке... –Нет, не в порядке, Лололошка! Я...Мне очень жаль, что я взял тебя с собой в такое опасное и жестокое место. Наконец-то, Харрис замолчал. Впервые ему было так тяжело подбирать слова, поэтому он больше не хотел ничего говорить. В то время как Ло почувствовал приятное чувство. Что-то вроде облегчение или счастья, что спустя всё это время, Джон поговорил с ним об этом. Лололошка вздохнул, сняв свои очки, так же, как это сделал его двойник. — Я побывал в многих мирах и видел многое. Но я не встретил ни одного человека — или любое другое явление, которое не совершало бы ошибок. Клетчатый говорил спокойно, и Харрис начал прислушиваться к его словам. — Ошибки не делают нас плохими. Они дают нам шанс стать лучше. В этом и есть их смысл. То же самое касается и тебя. Тебе не нужно стыдиться своих поступков. Ты просто хочешь сделать всё как лучше, и это главное. Ло посмотрел на двойника. Его взгляд был таким успокаивающим и глубоким, что Джон на мгновение расслабился. Надев свои оранжевые очки обратно, он, на удивление, тихо и без сарказма произнёс: — Спасибо, Лололошка, что ты со мной, несмотря на мои поступки. — Тебе не нужно быть идеальным, чтобы быть ценным. Джон почувствовал, как всё вокруг словно замерло. В этот момент что-то внутри него расслабилось. Его сердце затрепетало, а в груди возникло ощущение покоя, которое он давно искал. Этот взгляд Лололошки, полон спокойствия и принятия, как будто сказал ему: «Ты не один». Вдруг Джон понял, как сильно он боялся остаться в одиночестве, в своих ошибках, в своих сомнениях. Слова Лололошки будто проникли в самую глубину его сердца, оставив после себя тёплый, но тяжёлый след. Он почувствовал благодарность за то, что его добрый альтер-эго с ним. Оба на секунду забыли обо всём, и Ло неспеша положил свою руку на плечо Джона, как тут же они моментально слились в одно. –Чёрт!