Перст судьбы

      Цыганка налилась тёмным румянцем, который делал её ещё более привлекательной.       — Что ты сказал? — спросила она, словно давая ему шанс опровергнуть ранее сказанное.       — Ты меня слышала, цыганка, — судья Фролло коварно улыбнулся. — Ты проводишь ночь в моей постели и я снимаю запрет на нахождение цыган в Париже.       Девушка вздрогнула и посмотрела на него взглядом, полным презрения. Они находились одни в его обширном кабинете, где на стене над камином висело огромное мрачное распятие. Эсмеральда посмотрела на этот символ христианства и правосудия, словно вопрошая его взглядом: как он допустил подобное? Судья Фролло, известный своей ненавистью к цыганам, годами угнетавший её бедный народ, теперь просил от неё нечто совершенно отвратительное. Изумрудного оттенка глаза посмотрели на негодяя обвиняюще, судья же продолжал улыбаться. О, лицемерный старик!       — Моя красавица, — Клод Фролло как будто прочёл её мысли, — ты ведь знаешь свою власть над мужчинами, так чему же ты удивляешься? Да, я не юнец, а мужчина, облечённый властью. И я бы мог не церемониться с тобой, но насилие не совсем то, чего бы мне хотелось получить от тебя.       Эсмеральда поёжилась: сколько низости в этом человеке! Он предлагал ей отдаться ему в обмен на свободу для её народа! Хотел сделать из неё свою шлюху! Но вознаграждение было слишком соблазнительно.       — Почему я должна тебе верить? Ты ведь обманешь меня! — она встала, скрестив руки на груди.       Судья подошёл к двери и открыл её.       — Капитан, войдите, — приказал он кому-то.       В кабинет вошёл тот самый красивый военный, который шутливо сражался с ней в соборе! Эсмеральда отвернулась от него. Феб снял шлем и вопросительно посмотрел на судью.       Клод Фролло между тем подошёл к столу и, обмакнув перо в чернила, принялся что-то писать.       — Капитан Феб, я подготовлю распоряжение, согласно которому цыганам будет разрешено беспрепятственно находиться в Париже, — произнёс он, продолжая писать. — Но пока не стану скреплять его своей печатью. Это распоряжение останется у вас и, как только цыганка Эсмеральда выполнит свою часть обязательств, я приложу к нему печать.       — Мессир, — Феб посмотрел на Эсмеральду, — я не совсем понимаю, о чём идёт речь.       — Вам и не требуется понимать, — судья присыпал написанное песком и подождал, пока излишки чернил впитаются. — От вас требуется исполнять приказы!       Дальше он продолжил писать в тишине. Эсмеральда избегала смотреть на Феба, а тот всё не мог понять, что за обязательства девушка должна была исполнить. После получения бумаги Феб в последний раз посмотрел на цыганку и направился к двери, на душе у него было скверно.       Клод Фролло подошёл к Эсмеральде.       — Ты видишь, что я не собираюсь тебя обмануть, — произнёс он насмешливо. — Но и ты будь добра постараться.       — Что это значит? — Эсмеральда обожгла его ненавидящим взглядом.       — Это значит, что ты должна будешь угодить мне, — судья улыбнулся. — Сходи к себе, загляни в женскую баню и нарядись, я буду ждать тебя в доме под вывеской с сиреной на улице Сен-Жак. И учти… — он провёл пальцем по смуглой щеке. — Мне будет непросто угодить.       Эсмеральда внутренне затрепетала, но внешне ничем это не выдала, напротив, она расправила плечи и смело взглянула на высокого старика.       — Ради своего народа я готова на всё! Но только и ты меня не разочаруй, старик! — она впервые за вечер игриво улыбнулась.       — Что это значит? — судья Фролло насмешливо посмотрел на карсавицу.       — Такой женщине, как я, требуется настоящий мужчина, — Эсмеральда провела кончиком языка по верхней губе.       — Об этом можешь не беспокоиться, — он ухмыльнулся. — Я буду ждать тебя завтра после повечерия. Не обмани, цыганка.       Она криво усмехнулась и направилась к выходу, покачивая бёдрами.       

***

      Девка не обманула, пришла к нему в ночи, одетая в то самое алое платье, в котором выступала на празднике шутов. От неё благоухало розовым маслом и сандалом — ароматы, как нельзя лучше оттеняющие её жгучую южную красоту. Судья Фролло встретил её в простом домашнем платье без шаперона и тяжёлой мантии. Девушка отказалась от приготовленного угощения, только выпила залпом стакан сладкого вина. Она спокойно разделась и её великолепное цвета корицы тело одурманило голову судьи. Цыганка подошла к кровати и скользнула под одеяло, на лице её горел румянец, но глаза смотрели смело, даже призывно.       Судья сглотнул комок, подступивший к горлу, и тоже принялся раздеваться. Правда, ему не понравилось, как цыганка следила за ним взглядом и как пристально рассматривала его поджарое, но уже немолодое тело. Червячок сомнения зашевелился в голове судьи. Что он знал о ней? Она ведь уличная девка, сколько мужчин через неё прошло? Наверное, у неё богатый опыт по части мужских статей! И хотя стыдиться ему было нечего, но эти беспокойные мысли обескураживали. Судья поспешил задуть свечи и уже в темноте прокрался к собственному ложу.       Эсмеральда встретила его нежными объятиями и пока всё было достаточно хорошо. Судья лёг на неё сверху и поцеловал полные губы. Она ответила на поцелуй и некоторое время их языки и губы ласкали друг друга. Клод Фролло чувствовал всё её горячее и щедрое тело и при этом… его мужской орган хранил прискорбное спокойствие. Ни дивные груди, ни тонкая талия и округлые бёдра женщины под ним не могли заставить срамной уд ожить. Эсмеральда раздвинула ноги и судья оказался меж её бёдер, ситуация критическая! Плоть его молчала, оставаясь мягкой и вялой. Несомненно, девка скоро это поймёт и — тут судья не обманывался — она непременно начнёт насмехаться над ним. Следовало принять меры.       — Не так быстро, моя дорогая, — он навис над ней.       — О чём ты, старик? — голос Эсмеральды выдавал раздражение. — Разве я не проявила достаточно покорности? Бери меня и завершим всё это.       Судья подумал, что с радостью бы, но его собственная плоть его предавала.       — Это не то, что мне нужно, — произнёс он, постаравшись придать голосу больше нежности. — То, что я испытываю к тебе, стоит выше банальной похоти.       Эсмеральда напряглась под ним, она не понимала, что должна была отвечать на эти слова.       — Ты собираешься делать то, зачем меня позвал? — нетерпеливо произнесла она.       Тогда судья встал с неё и сел рядом.       — Ты можешь уйти, — произнёс он спокойно. — Распоряжение, данное Шатоперу, вступит в действие сегодня же, я тебе обещаю.       -Что это за игра? — Эсмеральда настороженно села.       — Игры закончились, девушка, — он положил руку ей на тонкую талию, она не отодвинулась. — Просто это не совсем то, чего бы я хотел.       Эсмеральде не понравился его тон: что ещё задумал этот человек? Внезапно судья притянул её к себе, крепко обнимая.       — Ты ведь и понятия не имеешь, как сильно… я тебя люблю! — выпалил он, тяжело дыша в её макушку.       Эсмеральда от изумления не знала, куда себя деть, как такое возможно, чтобы этот старик не просто хотел поиметь её, но ещё и влюбился?!       А Клод Фролло, только высказав это вслух, понял, что действительно любит её. С того несчастного праздника шутов, когда она, как ангел мрака, возникла из алого тумана на подмостках. И дело тут не в малодушном желании спрятать своё физическое бессилие, а в том, что темнота обнажила не только их тела, но и души.       — И поскольку я люблю тебя, то мне недостаточно одной короткой ночи, — он мягко подтолкнул её, чтобы она вновь легла. — Я хотел бы провести с тобой всю оставшуюся жизнь.       «Которой осталось немного», — закончил он про себя. Его ладонь заскользила по соблазнительному телу цыганки, нежно сжала одну пышную грудь, погладила смуглый плоский живот и, опустившись на холм Венеры, ненадолго замерла.       — Я люблю тебя, — повторил он и пальцы его проскользнули между срамных губ.       Эсмеральда прикусила губу, чтобы сдержать рвущиеся стоны. Он явно знал, что делать, и его пальцы касались самых деликатных частей её тела с чуткостью хорошего музыканта, настраивающего виолу. Почти против воли она отдавалась наслаждению, истекая любовным соком и закатывая глаза от удовольствия. Его пальцы проникли в неё и стали двигаться, открывая новые оттенки обострённых до предела чувств.       Когда Эсмеральда уже была готова достичь высшего пика удовольствия, судья Фролло с облегчением заметил, что его член отвердел и стремится продолжить то, что начали пальцы. Возблагодарив небеса, он быстро оказался сверху цыганки и вскоре вошёл в неё, жаркую и нежную.              Больше за эту ночь досадных недоразумений не случалось. Судья мог быть доволен собой, по крайней мере, цыганка выглядела довольной. И она не покинула его постель на следующее утро, а Клод Фролло отправил в Парламент записку, что заболел. В итоге маленькое ночное приключение переросло в нечто большее. Эсмеральда согласилась стать его любовницей, а спустя некоторое время и женой. Цыганам, как и было обещано, разрешили беспрепятственно находиться на улицах Парижа.       Один капитан Феб недоумевал, что прекрасная Эсмеральда нашла в этом старом хрыче судье, но существуют вещи, которые не поддаются рациональному объяснению.