Любовная ночь: "Пекарня" Герцогини

Комната герцогини Аллы. Богато украшенное помещение в викторианском стиле, способное похвастаться своим убранством. Гигантский гардероб, ломящийся от множества платьев, красные узорчатые обои, дорогой ворсистый ковёр на полу, огромных размеров кровать и прикроватные столики с позолоченными каёмками. Высокое окно с мастерскими орнаментами карнизов, выпускающее из комнаты тусклый свет висящих на стенах свечей. Тихий скрип — и через окно тихо пролезает неизвестная фигура. Её формы были более чем женственные — обтягивающие кожаные доспехи вора едва сдерживали большую грудь, едва вмещающуюся в глубокое декольте, а длинные лохмотья набедренной повязки, удерживаемые поясом с сумкой, скрывали под собой движения не только ног, но и чего-то ещё — чего-то большого. Из-под скинутого капюшона показалась зелёная чешуйчатая голова рептилии с жёлтыми, почти кошачьими глазами и двумя кривыми рогами, тянущимися вверх и назад. Это была Джесси — искусная воришка-ящеролюдка. И она была готова обнести эту комнату целиком! Джесси осмотрела комнату. Никого кроме неё не было — скорее всего сама герцогиня решила устроить ночную прогулку. На одном из прикроватных столиков Джесси обнаружила маленькую шкатулку, инкрустированную драгоценными камнями. Заглянув внутрь, она увидела множество дорогих украшений из серебра, золота и самоцветов. «Хорошая находка…» — подумала Джесси, упрятывая шкатулку в свою сумку. Внезапно дверь в комнату с грохотом распахнулась, заставив Джесси замереть в ступоре. Её ни разу не ловили на воровстве! Неужели всё, кранты ей? Медленно, Джесси повернула голову на звук. В дверном проёме стояла высокомерная женская особа, чья грудь была массивнее, а декольте глубже даже чем у самой Джесси — да и ширине её зада могли бы позавидовать даже торговые галеоны! Её пышное чёрное платье с бордовыми узорами было помято и запачкано — скорее всего вином, бокал которого она держала в шатающейся руке. Лицо её, пусть и молодое, было сильно напудрено до бледноты, а талию сужал всё также чёрный корсет. Герцогиня Алла. Герцогиню в широком дверном проёме сильно шатало из стороны в сторону — было очевидно, что она нехило так перебрала с дегустацией вина: — Ах, а ты кто ещё такая? Служанк…? — заворочала вялым языком герцогиня, но разглядев силуэт Джесси сменила свой тон на злобное презрение — Ах ты отродье! Кто по… *ик* …осмел нанимать мне в служанки зверолюдку! Отвратительное… *ик* …создание! Джесси стояла в ступоре, в шоке выслушивая яростный поток брани от посчитавшей её своей прислугой герцогини. Гнусавый голос не переставая оскорблял саму Джесси, её расу, её внешность, даже её семью — и словесный напор отборного расизма был настолько огромен, что Джесси едва сдерживала свой нарастающий гнев. — Х-хэй! Я вообще-то пришла тебя обворовать! — с обидой в голосе воскликнула Джесси. Герцогиня лишь гадко засмеялась, махнув рукой: — Обворовать меня? Да ты даже… *ик* …говно из-под коровы украсть не сможешь, ящерица подк… *ик* …колодная! — После этих слов вусмерть пьяная герцогиня начала неуклюже и без капли стыда снимать с себя платье с корсетом, будто бы Джесси вообще тут не было, — Забери мою одежду… *ик* …на стирку — и давай побыстрее, бездарное ты животное! От таких отвратительных слов у Джесси кровь в жилах закипала. Ящеролюдка никак не могла оторвать гневного, хищного взгляда от графини Аллы — персоны столь гнусной, бесстыжей, грубой и неотёсанной! Джесси впитывала взглядом раздевающуюся аристократку в чёрном кружевном белье как самого нестерпимого человека, разглядывала её наеденный на сладких пирогах необъёмный зад, едва вмещавшийся в трусики; буквально сверлила глазами формы, линии и изгибы распутного тела аристократки. Сквозь тихий гнев Джесси даже и не заметила движения между своих ног — и медленно поднимающего набедренную повязку конского члена длиной до колена, с набухшими до размеров бейсбольных мячей яиц и переходящей из зелёного в чёрный цвет плоской головкой, сочащейся слизистой жидкостью. Повязка спала в сторону, показав вырез в паху кожаного доспеха под “третью ногу” Джесси, которая просто бы не вместилась в доспех. — Что за… Ах ты похотливая скотина! — уже полуголая герцогиня, светя своими едва прикрытыми бидонами, заметила эрекцию Джесси — А ну вон отсюда! И не… *ик* не беспокоить меня пока я сплю! С этими словами герцогиня Алла буквально плюхнулась на свою кровать королевских размеров, мгновенно захрапев. В мыслях Джесси всё ещё крутился гнев, но он медленно смешивался с возбуждением при виде поднятой кверху задницы герцогини. Джесси посмотрела на неё, затем на свою конскую эрекцию, и решила проучить эту гадкую женщину. Подойдя вплотную к герцогине, Джесси схватила её огромные, мягкие как тесто булки, раскрыв на обозрение дыры герцогини. Сама герцогиня очнулась не сразу, лишь когда Джесси уже вовсю тыкалась своим огромным конским членом в её тугой анус — правда с малым успехом. — Ты что творишь, отродье?! — воскликнула герцогиня — Да я тебя… *ик* …сама плетью отхлыстаю! Не обращая внимания на махающиеся руки и гнусавые крики герцогини, Джесси неуклюже тыкалась плоской головкой члена в её анальную дырочку, но с каждой попыткой член терялся в необъятной расщелине задницы герцогини. — Ха-ха, да ты своей… *ик* …фигулиной даже дырку найти не можешь! Даже не надейся своим холопьим пенсил… *ик* …ом удовлетворить мой благородный зад! — смеялась герцогиня. Эти слова сильнее зажгли запал Джесси — и герцогиня внезапно умолкла, когда конских размеров член ящеролюдки резко пробил её анал по самые яица…

***

Звуки жаркого, дикого секса отражались от стен комнаты. Джесси, расположившись над лежащей на кровати спиной к верху герцогини Аллы, вовсю вбивала свой конский вал в её громадную задницу, заставляя ту без остановки стонать и браниться: — Отродье! Грязная твар-ОХ-Х-х!... Барная шлюхА-Х-Х-х! Чтоб весь твой ро-О-О-од закидали камнями!... — Это было лишь самое ласковое, что выходило из уст герцогини, успевшей резко протрезветь от такой встряски. Большинство оскорблений Джесси пропускала мимо ушей, но когда что-то её задевало — то она просто останавливалась на пару секунд. Когда герцогиня с недоумением замолкала — Джесси изо всех сил вбивала свой конский хер как можно глубже в анальную дырочку герцогини, сильнее растягивая её задний проход и выбивая из неё утробные стоны. Джесси замахнулась рукой — и с сильным хлопком шлёпнула герцогиню по заднице, заставляя её издать гнусавый взвизг, а её анальные стенки сжаться вокруг конского члена. Это было настолько приятно, что Джесси снова шлёпнула злобно кричащую герцогиню по её огромной жопе — анал герцогини сжался ещё сильнее. Джесси нарастила темп, крепко ухватив герцогиню за талию, начав со рвением вбивать свой громадный член глубже и глубже — и наконец взорвалась тугим потоком густого, белого семени, вливающегося всё глубже и глубже во внутренности охающей герцогини. Огромный поток спермы заполнял растянутую кишку Аллы, пока тугие струйки не начали толчками выплёскиваться наружу, стекая по широким ляшкам герцогини, пятная постельное бельё и ковры. Джесси вынула свой всё ещё твёрдый член, оставляя за собой широко раскрытый и протекающий белым семенем анус — она ещё не закончила с герцогиней! Повернув Аллу на спину и подняв её ноги высоко вверх, Джесси в один заход проникла в тугую, мокрую пизду герцогини — та в смешанных эмоциях взвизгнула, когда конский хуй ящеролюдки в миг пробился в её матку, выпирая из живота заметным бугром. — Ах!!! Ты… громадное… похотливое… мерзкое животное! — продолжала свою нескончаемую брань герцогиня Алла, — Что, нравится моя благородная киска? Наслаждайся пока можешь, ибо к утру твоя голова будет украшать вход в это поместье! — Смелые слова для той, кто сейчас насажена на член по самые яица… — томным голосом ответила Джесси, начав буквально вбивать своё конское бревно в киску герцогини под продолжающиеся угрозы и оскорбления, помешанные с громкими стонами и хлюпающими шлепками двух тел друг об друга. С каждым толчком огромная грудь герцогини, свисающая по бокам на кровать как уши спаниеля, бешено тряслась, выползая из кружевного лифчика и показывая миру свои огромные розовые соски. Джесси не могла удержаться и протянула к ним руки, начав мять грудь и тянуть за соски, поднимая эти гигантские молочные фермы вверх. — А ну-о-О-Х! Отпусти, змеюка! — заверещала герцогиня. — Не для такой черни как ты мои сиськи росли! Джесси, понятное дело, не отпускала — с каждым натягом и сжатием сосков киска герцогини сжималась и пускала струйки склизкого сока, смазывавшего конский член Джесси. Её яйца бились о зад герцогини, на обратном пути оттягивая за собой паутину из белых слизистых нитей выбиваемой из анала спермы, чтобы со смачным шлепком снова прижаться к мокрым ягодицам. Жаркий, почти животный секс был настолько интенсивным, что пизда герцогини буквально давилась растягивающим её огромным хером, издавая хлюпающие звуки и урчание вбитого внутрь воздуха. Живот герцогини поднимался и опускался с каждым толчком, а сама Алла охала и ахала каждый раз, когда чувствовала очередной удар тупой головки конского члена по стенкам её матки. Джесси почувствовала, что вот-вот она снова кончит — и потянулась к соскам герцогини, играясь с ними языком и слегка прикусывая их между своими острыми клыками. Томные взвизги герцогини меж её бранью шли бок о бок со сжимающимися стенками влагалища, будто она пыталась ублажить конский член ящеролюдки. В конце концов Джесси не могла больше терпеть — и с последним мощным ударом внутрь пизды герцогини Аллы она начала кончать, заполняя матку герцогини белым потоком спермы. Огромные яйца Джесси слегка дрожали, поднимаясь и опускаясь с каждой эякуляцией. В какой-то момент конский хер настолько долго накачивал герцогиню семенем, что её живот начало распирать — когда Джесси медленно вынула свой всё ещё текущий тонким потоком семени член, живот герцогини по размерам был такой же большой, как и её огромные сиськи, а пупок выпирал наружу от давления. Джесси кинула прощальный взгляд на герцогиню Аллу — потную, тяжело дышащую, с текущими спермой раздолбанными дырами, огромным распираемым животом и всё ещё бормочущую брань и проклятия. Прямо под ней по бархатному постельному белью линиями и брызгами шли влажные следы, упираясь в лужу спермы и вагинального сока на полу, растущую от текущего остаточным семенем конского хуя Джесси. Довольная таким “наказанием”, Джесси уже собиралась уходить, но когда она отвернулась — графиня внезапно кинулась на неё, крепко ухватив ящеролюдку за рога и начав верещать так сильно, что стены начали трястись: — Служанки! Стража! Отродья грабят! И НАСИЛУЮТ!!! — гнусавый голос герцогини резал по ушам как коса по камню, и к тому же она начала дёргать Джесси за рога, буквально раскачивая её взад-вперёд. Джесси с заново разожжённым гневом вырвалась из хвата герцогини, напрыгнула на неё, сбив обратно на кровать, и заткнула герцогине рот, пока она не призвала кого пострашнее. Правда слишком поздно Джесси поняла, что рот герцогине она заткнула своим измазанным в сперме конским хуём, затолканным ей в глотку. Герцогиня брыкалась и махала руками под сидящей над её лицом зелёной ящеролюдкой, кашляя и давясь от распирающего её глотку члена, измазывавшего её рот слизью прошлых двух актов секса. Дверь в комнату тихо открылась. Джесси замерла, протолкнув cвой хер глубже в глотку Анны, чтобы заглушить её полностью. Из-за двери показалась одна из служанок герцогини в голубом платье — её едва выступающая из-за двери голова была опущена вниз, будто в испуганном повиновении, и она не видела ни лежащую на кровати, измазанную в сперме герцогиню, ни сидящую огромным хуём в глотке герцогини Джесси. — Ваша Прекрастность, я принесла вам вино “Ди Соррано” десятилетней выдержки, как вы и просили… — судя по всему, она так же и не слышала криков герцогини. В этот момент размахивающая руками герцогиня попала ладонью по яицам Джесси, висящим прямо над её лицом. От внезапной боли Джесси едва не вскрикнула, но стерпела, лишь закусив губу и тихо прошипев. От услышанного глухого шлепка служанка вздрогнула и, не поднимая взгляда, оставила бутылку вина у порога, поспешно захлопнув за собой дверь. «Пронесло…» — подумала Джесси. И в тот же момент на неё накатила обида на герцогиню, ведь из-за неё их чуть не поймали в столь неприличном виде. И за это Джесси решила ещё немного проучить непослушную герцогиню. Герцогиня Алла заметила как конский член ящеролюдки медленно проникал всё глубже и глубже ей в глотку, пока огромная мошонка не легла ей на глаза. Герцогиня вовсю давилась, чувствуя солёный вкус спермы на растягивающем её горло члене, почти достающем ей до желудка. Длившаяся вечность секунда заполненности, и удушающее герцогиню мясное бревно медленно начало выползать из глотки — только чтобы с силой проникнуть обратно. Джесси уже вовсю трахала лицо беспомощной герцогини, как кузнечик скача конским хером в её глотке, попутно показывая герцогине “чайный пакетик” на примере своих яиц, прыгающих на её лице. Громкие хлюпы и шлепки снова заполнили комнату, но теперь к ним прибавились ещё и звучные причмокивания герцогини. Снова и снова Джесси вбивала свой громадный член в ротик герцогини, пока та уже и сама начала работать язычком. Кровать под ними отчаянно скрипела, а стекающая слюна впитывалась тканью дорогого постельного белья. Разум Джесси начал затуманиваться похотью, а её работа тазом становилась всё быстрее и яростнее, пока герцогиня постанывала сквозь толчки в её глотку. В конце концов одним движением Джесси вдавилась своим конским хуём так глубоко, что её сотрясающиеся экстазом яица плотно обнимали нос герцогине. Плотный поток спермы выстрелил тугой струёй глубоко внутрь глотки сисястой нахалке Алле, вливаясь напрямую в желудок. Даже во время своего семяизвержения в глубине глотки герцогини, Джесси не могла перестать трясти своим тазом на её лице, проталкивая каждый поток спермы глубже и глубже как перегруженная помпа…

***

Глубокой ночью в темноте уже погасших свечей, на промокшей от телесных жидкостей кровати лежали полностью голые герцогиня Алла, с сильно раздутым от количества принятой спермы животом, и ящеролюдка Джесси, чей конский елдак наконец успокоился и обмяк. Обе тяжело дышали, уставшие от часами продолжавшегося после глубокого орала яростного секса. Даже герцогиня умудрилась умолкнуть, больше не проклиная утомившуюся Джесси и всю её семью — да и сама Джесси уже забыла, зачем проникла в поместье герцогини. — Должна признать, ты в этом деле хороша… — сипло похвалила герцогиня Алла ящеролюдку, добавив — …для грязнокровного отродья. — Да, у меня такого ещё никогда не было… — в ответ призналась Джесси, держа в руке открытую бутылку вина — Ну что, выпьем за это? Алла ничего не ответила, лишь гадко ухмыльнулась и подняла бокал, слегка коснувшись им о бок бутылки со звонким “дзеньк!” дорогого стекла. Дверь в комнату тихо скрипнула, на что обе девушки обернулись. Аккуратно, на цыпочках, в комнату прокрадывалась служанка герцогини — та, что ранее оставляла бутылку вина у входа. В темноте комнаты она подкралась к прикроватному столику, шебурша лежащими на нём украшениями и драгоценностями с явным намерением их прикарманить. Вышедшая из-за облаков луна осветила комнату мягким светом, и служанка наконец заметила двух голых леди на кровати, вздогнув от испуга. От вида яростного взгляда герцогини Аллы у служанки все краски стекли с побледневшего лица, но чего она по настоящему забоялась — так это закрывшего собой лицо злой герцогини огромного конского члена ящеролюдки, твёрдо вставшего и уже сочащегося капелькой кончи в предвкушении новых дырочек…