It's cold outside

Холод пробирал до костей. Его ничего не спасало. Ни форма комиссара, ни тёплая кофта. Ничего из этого не могло спасти его от морозов на улице. Он был вынужден сбежать. Ему надоело всё это. Это мерзкое лицо, которое он видел каждый день, это ужасное чувство, что наполняло его грудь всё время. Ужасно мерзко.     Холод на улице, что медленно морозил всё тело, вызывал переохлаждение. Лололошка не замечал всего этого. Он даже не знал куда шёл. Лишь бы подальше от него. Лишь бы подальше от империи, её ужасных законов и всего того, что там происходит. Зачем он отправился в этот мир? Это было его решение?     Из его головы шла кровь. Она лилась по аккуратному лицу, капая на снег. Взгляд был расфокусированным, затуманенным. Вдруг он запутался в собственных ногах, падая на землю, прямо в холодный сугроб лицом. Собирая все остатки сил, парень перевернулся на бок, пальцами стараясь убрать снег.     Он уже не знал стоит ли бороться за свою жизнь. Медленно перекатываясь на спину, комиссар вглядывался в небо, постепенно теряя сознание. Он уже потерял достаточно крови. Он больше не выдержит. Ужасно холодно. Ужасно больно. Но почему он уже ничего не чувствует? Это не имеет значения. Вся его жизнь не имеет значения. ***     Войд шёл по этому самому лесу, вглядываясь в каждое дерево, осматривая территорию. Не мог он так далеко уйти. Не мог! Вдруг фиолетовые глаза зацепились за след. След из крови. Странная улыбка появилась на его лице. Что ж, прятки закончились.     На улице действительно было слишком холодно. Мужчина получше укутался в свой плащ, стараясь не потерять след из-за снега, что постепенно падал на землю. Почему именно он отправился за этим никчёмным повстанцем? Он сам не знает.     – Дейв... – крутилось чужое имя на языке. Ох, только подожди немного и ты сразу окажешься в наручниках. Может, ты уже умер. Может, всё ещё идёшь куда-то по лесу со своей травмой головы. Ты не уйдёшь далеко, знаешь? Конечно знаешь.     И тут случилось то, чего не должно было. Войд замер на месте, глазами стараясь найти этот самый след крови. Он глубоко выдохнул, прикрывая глаза. Нет. Он должен его найти. Чего бы это не стоило. С этими мыслями брюнет продолжил идти вперёд. Все следы от обуви, что мог ставить парень уже замело. Каким образом? Да кто его знает. Но был лишь факт того, что их нет. Ветер усилился.     – Ну не мог же этот комиссар взять и испариться. – рассуждал инспектор, продвигаясь дальше в лес. Он поджал губы, ощущая холодный ветер и мороз улицы. Мужчина остановился, опираясь ладонью о дерево и выглядывая из-за него. – Кто это там лежит?     Взгляд, конечно же, зацепился за фигуру, что безвольно лежала на снегу. Такой беспомощный и уязвимый. Такой... жалкий. Ох, от этого вида становилось не по себе, но и одновременно с этим как-то приятно. Твои попытки настолько жалкие, Дейв, что твоя идея и план закончились, не успев начаться. Ты казался более крепким.     – Вот и нашёлся комиссар. – Войд подошёл ближе, склонившись над парнем. Он был без сознания, но не умер. Как жаль. Очень жаль, что придётся сделать это своими руками. Мужчина сел на корточки, рукой проведя по щеке шатена. Ладонь остановилась возле губ, поглаживая их большим пальцем. – Дейв, хочешь умереть?     Ответа не последовало. Лололошка просто лежал без сознания. Инспектор заметил его тяжёлое дыхание. Он аккуратно поднял руку мироходца, вглядываясь в его пальцы. Кожа была абсолютно белой. Третья степень обморожения. Фиолетовые глаза вновь прошлись по лицу комиссара.     – Что ж... – Войд глубоко выдохнул убирая руки от юноши. Он улыбнулся, наклоняясь вперёд, прямо к лицу шатена. Ужасно жалкий и беспомощный. Это и заводит. Может, стоит помиловать его за кое-что? То, что у этого комиссара получается лучше всего. Особо не размышляя над этим, брюнет опустился ещё немного ниже, соприкасаясь с холодными губами парня.     Возможно... когда-нибудь у тебя будет шанс больше не видеть моего лица, Дейв. Но это случится только во время твоей смерти. Такой смерти, где я буду принимать участие. Ты умрёшь только от моих рук, обещаю.