Уроборос. Всё циклично.

Я был уверен, что умер. Ждал, что увижусь на вокзале с Северусом, Сириусом, в конце концов родителями, но никак не то, что на меня будет смотреть этот старый маразматик. Ещё больше удивляло то, что рядом стоял Хагрид. Он тоже смотрел на меня, зачем-то улыбался. -ага. - вместо вопроса "что вы здесь делаете" - все, что вышло из моего горла - детский лепет. Я удивлённо угукнул ещё раз. Это что за чертовщина? Старик понёс меня куда-то, тут медленно перед глазами плыли фонари, где-то вдали был слышен гул машин. *'*'*'*'*

— Я здесь, чтобы отдать Гарри его тете и дяде. Они — единственные родственники, которые у него остались. - разрезал тишину Дамболдор.

— Неужели вы… Неужели вы имеете в виду тех, кто живет здесь?! — вскрикнула профессор МакГонагалл, тыча пальцем в сторону дома номер четыре. — Дамблдор, вы этого не сделаете. Я наблюдала за ними целый день. Вы не найдете другой парочки, которая была бы так непохожа на нас. И у них есть сын — я видела, как мать везла его в коляске, а он пинал ее ногами и орал, требуя, чтобы ему купили конфету. И вы хотите, чтобы Гарри Поттер оказался здесь?!

— Для него это лучшее место, — твердо ответил Дамблдор. — Когда он повзрослеет, его тетя и дядя смогут все ему рассказать. Я написал им письмо.

— Письмо? — очень тихо переспросила профессор МакГонагалл. — Помилуйте, Дамблдор, неужели вы на самом деле думаете, что сможете объяснить в письме все, что случилось? Эти люди никогда не поймут Гарри! Он станет знаменитостью, даже легендой — я не удивлюсь, если сегодняшний день войдет в историю как день Гарри Поттера! О нем напишут книги, каждый ребенок в мире будет знать его имя!

— Совершенно верно, — согласился Дамблдор, очень серьезно глядя на профессора поверх своих затемненных очков. — И этого будет достаточно для того, чтобы вскружить голову любому мальчику: стать знаменитым прежде, чем он научится ходить и говорить! Он даже не будет помнить, что именно его прославило! Неужели вы не видите, насколько лучше для него самого, если он будет жить здесь, далеко от нашего мира, до тех пор, пока не вырастет и будет в состоянии справиться со своей славой?©

Ну-ну, конечно, именно из-за этого ты решил отдать меня в худшую семью без использования простого обливиэйта, который хотя бы заставил бы их не издеваться надо мной. Лги больше, может, кто-то из Министерства Магии клюнет на этот бред. Я смотрел на Дамблдора и потихоньку в моем мозгу началось просветление. Это что? Типа начни заново? -мы оставляем его в надёжных руках, Минерва. - вздохнув, произнёс Альбус. - иначе он будет в опасности. Его час ещё придёт. *"*"*"*"* Так начались мои потуги. Сначала я не понимал, что это происходит. Думал, что это какой-то сон, иллюзия, но я продолжал расти, время шло, и ничего не менялось. Точнее, менялось под меня. Я уже знал как поступать в тех или иных ситуациях, предугадывал настроение Вернона, Дадли, той же крикливой Петуньи. Одно только меня удивило. Стихийный выброс произошёл со мной впервые в три. Я даже и не понял, почему так произошло, но после - осознал, что магическое ядро ещё закрыто. Вспомнил, как оно было ранее, как я не знал, что с этим делать и не мог нарадоваться шпаргалкам из прошлой жизни. Магические выбросы закончились в четыре и больше не беспокоили нелюбящих магию магглов в этом доме. Наконец, мы для всех стали обычными, и Петунья перестала бояться выйти со мной на улицу. Стоит отдать этой женщине должное, как бы она меня не любила, всё равно ухаживала, пока я не мог сделать это самостоятельно. А после - мы уже были на уровне холодной войны - общаемся, любезим, но ненавидеть не запрещается. Я прекрасно понимал, что не буду любим в этом доме, адекватно говоря, ребёнок с неба - не причина для радости, тем более, когда это маг. Я не входил в их положение, как и они в моё, понимал, что позаботиться о себе могу лишь я сам. И, начиная с шести лет - заботился. Домашний быт, учёба до письма из Хогвартса и уроки беспалочкового волшебства - всё, что я мог себе позволить. Тогда и начал продумывать план. Альбус в этом времени ещё не сошёл с ума, и если можно будет на это как-то повлиять - то мы сможем решить вопрос иначе. В один из таких дней, упражняясь на чердаке, я случайно поджег крышу. О, это был фейерверк из эмоций и магии, еле вспомнил, как наколдовать воду. Несколько балок после моего выступления обуглились, и пришлось убирать не только сам чердак, но и вымывать сажу. Спустя час стараний, в силу непослушности бытовых чар без палочки, я гордился результатом. Смахивая с выгоревшей дыры последнюю пыль, я уже было развернулся, чтобы унести тряпку, но зацепился. Дернув ветошь на себя, вместо того, чтобы просто оторваться, на меня вылетел маленький ящик. В нем хранился какой-то хлам, который, естественно, рассыпался. Грохот стоял жуткий, но мне повезло, что Дурсли уехали за одеждой для толстяка. Тяжело вздохнув, я сел на колени и стал собирать упавшие бумаги. Документы об опеке, документы о принятии в Хогвартс. Стоп, что? Я стал быстрее все собирать, и сел в центре комнаты с бумагами, чтобы ознакомиться. Глаза бегали по тексту, и, честное слово, шок и волнение поднимались во мне всё больше и больше. Паника захлестнула меня, будто заняла всю голову и уши. Это мамины документы! Вот свидетельство об удочерении. Так, а кто? Что? Я откинул бумаги от себя, отодвигаясь от них как от прокаженных. На листке были витиевато выписаны инициалы и фамилия - Слизерин. Быть не может. Могущественный род, ещё и такой древний, это не смешно. Кровавые обряды принятия, насилие, они не были святыми, хоть и были сильными. Поэтому она была такой сильной? Но каким образом род Слизерин могут быть моими родственниками, если они так стары? Прошло почти восемьсот лет, глупость какая. Наверняка, это какая-то смешная ошибка. И тут меня озарило. Печать. Я подобрался на четвереньках к бумагам и нервно перевернул лист. Всё внутри сжалось как струна, а сердце зашлось бешеным стуком. Печать министерства Магии. Это оригинальный документ. Моя мать - не Эванс. Только потом, присмотревшись, я заметил, что деревянные крепления были в этой стороне крыши новые. Петуния знала об этом. Наверняка, её неосведомленность сыграла роль, и она просто постаралась скрыть всю информацию о матери, а выбросить духу не хватило. Когда я убрал всё назад, чердак был в идеальном состоянии. Я только успел порадоваться, когда внизу хлопнула входная дверь. Отлично, пора поработать официанткой. -Гарри, ужин! Чтобы через пять минут стол был накрыт! - крикнул Вернон. -да, сэр! - крикнул с чердака я, и стал спускаться. *"*"*"*"* Мой магический потенциал рос. Если сначала я злился на то, что не мог воспользоваться палочкой, то после - лет в девять для меня будто открылся новый уровень. Я смог использовать свой магический потенциал, вспоминая уроки Снейпа и Люпина. Учился, естественно, на многострадальном чердаке, который после приходилось надраивать, но и это после уже не занимало много времени, эванеско срабатывало легко и быстро. Бытовые чары пошли самыми первыми, так как использовались наиболее часто, после - я рискнул исследовать ящик, вновь вскрыл балки и увидел несколько книг, лежащих рядом. О, это же зельеварение! Я улыбнулся, отряхивая потрепанную книгу. Мурлокомль, мандрагора, яйца пепламбы. Сразу стало легче дышать. О, это мамины заметки! Она писала, видимо, вслед за Северусом некоторые советы, забавно. Тогда я стал подтягивать знания по предметам, книги по которым нашлись в том хранилище на чердаке. Может, неудавшееся зельеварение и травология, наконец, будут осилены моим неприемным к этим предметам мозгами. После домашнего обучения оставалось ждать. В чулане я рос до рокового письма, пять лет. Оно не было таким, каким должно было быть. Я ждал письмо из Хогвартса, а получил из банка Гринготс. " Уважаемый мистер Поттер, гоблин - поверенный семьи Поттер - Блэков банка Гринготс ждал вас для принятия наследия в день вашего магического совершеннолетия. В силу того, что магически Вы уже полностью состоялись, мы ожидаем Вас в ближайшее удобное для Вас время. "