alone with you

Тоска по дому, куда вы не можете вернуться,

Дому, которого, возможно, и не существовало,

Ностальгия по утраченным местам вашего прошлого.

«Летний ресторанчик на берегу»

      Мир кажется довольно серым, если в нем нет эмоций. Большинство чувств люди создают с помощью других людей. Они ловят потрясающий момент с человеком, который им нравится, и отдают все в двойном размере. Стараются удержать то, что горит глубоко в душе, бросая туда новые спички, лишь бы пламя не потухло. Однако у всего есть цена, им обязательно нужно отдать её. Некоторым приходится расставаться со своим огоньком, как бы они этого не хотели, проживать боль утраты, потому что когда-то поделились очень многим. Это все довольно сложно, но при этом большинство соглашается. Юнги не хочет. Он ведь для себя решил, зачем ему такое надо. Близкие нам могут легко обидеть, разлюбить или наоборот. Только после разговора с Чимином в груди что-то странно зажгло. Жизнь показалась более лёгкой, а язык почувствовал себя просто чудесно. Будто его освободили из плена, дали право сказать то, что хранилось где-то далеко. Все выговоренное было таким настоящим… Обычно парень старается сформулировать все достаточно просто, но с Чимином случилось иначе. Мин болтал тупые шутки, кидал философские речи.       Глупая улыбка расползается по губам, но Юнги старается не думать о чем-то. В кабинете пахнет лекарствами, а солнечные лучи пробираются внутрь, играя на стенах. Сегодня он пришёл раньше начала своей смены, поэтому сейчас рисует какую-то странную собаку на листке.       —Хён, я понимаю, тебе нечем заняться, но страдать фигней - это совсем безответственно! Не будь таким эгоистом! Сделай мне массаж ног. Я так утомилась на дежурстве. На удивление, именно в эту ночь все решили поиздеваться. –Девушка закатила глаза и с мучением потёрла спину. У неё она больная, начинает так неожиданно ныть с ужасной силой. Минджи редко говорит об этом, только вот скрыть такое тяжко.       —Мне тебе подарить сертификат на массаж?       —Ох, Юнги, ты мне ничего не подаришь. У тебя денег точно так же, как и у меня, нет.       —Не говори о наболевшем. Я помню, раньше ходил в больницу, а там врачи лишь жаловались, что у них маленькая зарплата. Теперь стал таким же. –Опрокидываясь на спинку стула, парень закусывает щеку. Ему хорошо тут, но обсудить с коллегой их доход необходимость.       —Все тебе хиханьки да хаханьки...Пошли вечером сходим погулять, там около моря. Вроде бы будет ноябрьский фестиваль «Пусан, привет зима.»       —Ты что-то говорила об этом ранее.       —Юнги-хён, ты помнишь! Я восхищена, уж думала тебе все равно на меня. –Трепетная улыбка расплылась по милому личику, и Минджи, подбежав к старшему, обняла его. Брюнет ответно ухмыляется, понимая, насколько важно иметь кого-то рядом.       Подружка-коллега Минджи, одна из самых милых девушек, которую предоставлялось видеть. Они редко гуляют, но если такое случается, то вечер становится чудесным. Девушка моложе Юнги, ей всего то двадцать четыре. Однако работает здесь более двух лет. Начали общаться практически сразу. Молодой медсестре было тяжко в первые дни, никто не тянулся к разговорам. Коллектив давно сформирован, один лишь тихий медбрат приносит зелёный чай со словами «Тут тяжко». Так и начались счастливые дни. Ему дома не скучно, есть свои какие-то дела. На работе тоже все нормально. Только как бы он жил без Ким Минджи. Она его солнышко в дождливый день. Разговаривать умеет о глубоких вещах, знает, какой чай любит Юнги. В ней есть все необходимое для звание друг. Поэтому где-то под сердцем расцветает желание пойти с ней на этот фестиваль. Парень будет ждать вечера ради этого. Какая честь иметь хорошего друга, который ценит тебя. Многие даже особа не задумываются, что с ними рядом живёт родная душа. Подруга и подруга, что такого? После такого можно заплакать. Твой близкий это так важно. Сейчас люди перестают ценить такое обыденное, но так нельзя. Нужно понимать, друг старается для тебя. Иногда уступает где-то, бывает, помогает в чем-то, заботить о вас. Дарит вам настоящее тепло, которое вы приравниваете к должному. Не все, конечно. Юнги с любовь вспоминаются свои друзья. Для него тема эта щепетильная.       Когда-то очень давно, можно сказать, в параллельной вселенной у парня был Минхек. Тогда как раз все болезни начались. В то время они оба были юные, не понимали много, поэтому не знали друг другу ценность. Ссорились часто, бывало младший очень сильно обижал Мина. Не терпел каких-то вещей, злился за недостаток времени или сил, чтоб погулять. Это выводило из себя, но старший ничего не менял. Сам выбирал такую судьбу. А потом случился первый срыв. Он все рассказал другу. В глазах Минхека виделся страх, непонимание. Только оказалось, что парень принял все и начал двигаться вместе с Юнги дальше. Он всячески заботился о брюнете, понимал, разделял его интересы. В общем, старался сильно. Видно было, пытался меняться. Перед своим уездом младший очень плакал, и поцеловал друга... Со словами: «Я был так беспечен, хотел, чтоб ты делал все для меня. Был только моим. Даже не замечал то, что ты итак все исполнял для меня. Когда я впервые услышал про твои проблемы, мне стало безумно страшно. Я думал, ты уйдёшь от меня! Увидел, наконец, каким являлся. Оказывается,ценить получается после потерь. Прости меня... Ещё в ноябре того года, когда Хиори ушёл, тебе было так тяжко. Именно тогда я узнал: мама хочет отправить меня учится далеко отсюда. Я хотел рассказать, но не смог. Мне нужно было помочь тебе. Я рад, что стало легче. Теперь можно уезжать со спокойной душой?» Та грустная и безнадёжная улыбка заклеймена в сердце Юнги. Ему идёт уже третий десяток, однако перед глазами до сих пор сидит заплаканный шеснадцатилений мальчишка, которого до боли не хочется отпускать.

Бывают вещи, которые ты не можешь изменить, чтобы ни делал.

      Он обязательно пойдёт с Минджи на фестиваль. Стоит видеть ценность людей и не жалеть о каких-то вещах, что не успел сделать. Лучше быть более свободным от собственных рамок. Даже если ты был заточен в них слишком давно.       —Не летай в облаках, Юнги-щи. Посмотри за состоянием Ким Ины. Как там у неё давление. Со вчерашней ночи она вся не своя, ничего не ест. Если получится, отведи её кушать. –Старшая медсестра натянула дежурную улыбку, указав рукой вперёд. Темноволосый кивнул и пошёл.       У него был только один выходной. Неужели за это время девушке могло стать настолько плохо. Волнение заполняет грудную клетку со стремительной силой. Обычно такие пациенты, как она, часто совершают суицид. В больницей данные случаи не первые, хоть все и тщательно скрывают. Шаги буквально переходят на бег. Ему нужно только добежать на второй этаж. Палаты сменяются одни за другими, но заветная триста третья будто растворилась. Паника накатывает с ужасом быстро, лишь бы не приступ. Страшно очень сильно, слезы застывают в глазах при виде Ины, которая лежит с открытыми очами. В них запечатлелась последняя боль. Парень подбегает и трогает пульс, пытается уловить жизнь. И да, очень тихо, почти через раз. Кнопка вызыва врача уже нажата, а сам Юнги начинает делать массаж сердца. Чудо случается достаточно быстро. Мужчина в белом забегает со скоростью света. Дальше девушку увозят. В крови по прежнему адреналин, ему самому кажется, нужна помощь.       Любовь к работе очень важна. Юнги безумно любит свою. Но есть одна загвоздка, Юнги уже больше десяти лет мучается бессоницей, более пятнадцати лет страдает неконтролируемой агрессией, около тринадцати лет умирает от тревожности и имеет навязчивые идеи. Сейчас это все даёт о себе знать. Он понимал, от такого не уйти, но очень хотелось. Паника, живущая в его душе, где-то глубоко под рёбрами, сжимает несчастное сердце. От чего дышать становится невозможно. Парень пытается доползти буквально до стены. Пока ноги дрожат, словно осиновые листы. В кармане активно вибрирует телефон. С большой осторожностью Мин достаёт его и принимает вызов главврача.       —Пациент из двести шестой напал на Ким Минджи. Мне сказали, вы дружили... Спустись вниз, мы хотим позвонить её родственникам. –Мужчина с низким голосом заканчивает звонок, а в голове набатом бьётся «Мне сказали, вы дружили...». Хуже быть не могло думал парень пару минут назад. Оказывается, могло.       Через несколько секунд в палату влетает один из новеньких. Его, если Мин не ошибается, зовут Ким Сокджин. Так брюнету и помогают. Вкалывают дозу успокоительного, при этом не задавая лишних вопросов. За что Юнги благодарен безумно. Он обязательно всё скажет. Но не сегодня, потому что сейчас бежит вниз. Там, где видит, как выносят молодую и красивую Минджи, которая всего-то с утра болтала с ним, приглашая на фестиваль... Едва прошло несколько часов, но уже девушка не может улыбнуться, не сможет никогда.

Я знал, что люди приходят и уходят,

Но никогда бы не подумал,

Что тем холодным вечером уйдёшь ты.

      В голову лезло противное осознание того, что подруги больше нет. Юнги понял, как много упустил в этой гребенной жизни. Наверное, если бы у него был шанс, он вытаскивал Ким гулять каждый день. Истерика опять застала врасплох, пока на этаж не забежала худая брюнетка. На лице её застыл страх, глаза были опухшие. Она кричала какие-то вещи, но Мин не мог понять. К ней подошёл врач, сказал что-то и девушка упала. Вопль был слышен по всему зданию. Ей тоже вкололи успокоительное. После которого усадили на кресло и подошли к Юнги.       —Думаю, вам с ней есть о чем поговорить. Помоги ей доехать до дома.       На свой риск парень медленным шагом подошёл к девушке, которая посмотрела на него так спокойно.       —Привет, Юнги. Я Хэрин. Мы должны были познакомится сегодня, но...Моя Минджи... Она, кажется. –Слезы потоком спускались из карих глаз. Юнги легонько поглаживает спину новой знакомой, пытаясь понять, кем она приходится Минджи. –Так много рассказывала про тебя. Мой хён совсем безнадёжен - говорила она. Мы встречались почти два года. Минджи хотела, чтоб ты узнал её лучше. Увидев меня. Выбрала чёртову дату, фестиваль! Она так планировала этот день...       Они едут на фестиваль. Такси везёт их на праздник. Оба смотрят в окно, а между ними большой букет нежно розовых лилий. Их любила Минджи. Помнится, Юнги, в один из дней она пришла с ними на работу. Тогда они ещё неделю стояли на столе. Такие красивые и изысканные, как и она сама. Почему-то Хэрин настояла взять их и попросила сходить на праздник. Мин не сопротивлялся. Где-то сейчас душа молодой медсестры радуется. Её близкие все же познакомились...       Выйдя из машины, прямо перед ними проходил Чимин вместе со своей собакой.       —Юнги, я рад тебя видеть. Здравствуй! Тревога немного отступила, увидев соседа, словно он излечил её. Уголки губ дрогнули, а рука слабо помахала. Пак сделал два шага вперёд и, кажется, жизнь показалась не такой безнадеждной.