Под тенью ветвей мэйхуа

      Хули-цзин лениво развалился на толстой ветке огромного дерева, его хвосты размеренно покачивались в воздухе в ленивой манере. Его глаза то и дело закрывались в легкой дремоте, между губ он медленно жевал найденную в ближайшем поле травинку. День был на радость теплым и солнечным. В такие дни лисе совершенно не хотелось делать что-либо. Вместо дел он со спокойной душой предавался безделью, совершенно не испытывая по этому поводу никаких угрызений совести. В его черном ханьфу были запрятаны сочные персики, собранные с дерева, на котором он находился. Сочные и спелые плоды источали сладкий притягательный аромат, так и зовущий откусить от них кусочек, но лиса не спешила трапезничать. В такую жару он совсем не чувствовал голода, а сладость персиков только приведет его к большей жажде, чем его тело испытывает сейчас, в самый пик жары.       Услышав тихие шаги вдалеке он не предал им большого значения, рассчитывая, что существо просто пройдет мимо него, не потревожив. Вопреки его ожиданиям, звук шагов постепенно приближался к дереву, на котором он находился, пока, наконец, шаги не остановились в паре чжанов от места его пребывания. Слегка напрягшись, взгляд лиса сразу же остановился на этом человеке. Хули-цзин нахмурился, почувствовав странное аурное окружение вокруг подошедшего мужчины, но не смог определить, кто это на самом деле.       Резко остановившись, человек поднял взгляд на лису, продолжающую нарочито расслабленно лежать на персиковой ветви. Его золотые глаза узкими зрачками отслеживали любое, даже незначительно маленькое движение Хули-цзин. В ответ взгляд лисы стал более хищным и осторожным. Хотя уши его не шевелились, движения хвостов стали более резкими, предупреждающими. Сейчас он уже знал наверняка—человек перед ним абсолютно точно не человек.       Увидев зарождающуюся враждебность,человексущество подняло руки, сложив их между собой, исполняя традиционный глубокий поклон в знак уважения к другому существу перед ним. Оставаясь так некоторое время, он элегантно поднялся, продолжая бесстрастно смотреть на Хули-цзин. Увидев такое проявление почтительности, лиса слегка смягчилась, дернув ухом на подобный жест. Но все-же он не знал, что это существо от него хотело, поэтому взгляд его продолжал внимательно следить за ним, пусть уже и не так хищно. Продолжая изучать существо перед собой, хули-цзин первым нарушил тишину между ними.       —Зачем же вы пришли на мою территорию, Неизвестный Господин? — Спросил он, его хвосты покачивались все активнее позади него.       Медленно моргнув в ответ, щелевидные зрачки существа сузились, реагируя на голос лисы перед собой. Лицо мужчины, словно нефритовая маска, не выражало никаких видимых эмоций.       —Иду по следу демонического существ — Его глубокий голос пробрал сидящую неподалеку лису до непонятных мурашек, заставив вздрогнуть его пушистые черные хвосты. — Не ощущали ли вы что-либо?       Его размеренный голос пробуждал внутри лисы странные чувства, не испытываемые им до этого момента. Он все еще чувствовал опасение от незнания того, кто перед ним находиться, но один лишь голос этого мужчины заставил его непроизвольно напрячься, сдвинув бедра крепче друг к другу.       —Нет, за последнее время я не ощущал ничего необычного. — Легонько фыркнув, лиса наконец-то выпрямилась на ветке окончательно, свесив свои длинные ноги с одной стороны ветви, покачивая их из стороны в сторону.       Продолжая так же внимательно смотреть на хули-цзин, мужчина медленно подошел ближе. За его спиной в яркой золотой вспышке появился драконий хвост, покрытый белой переливающейся чешуей. На голове же появились ветвистые изящные рога.       —Вам не стоит переживать, — Его глаза, не отрывающиеся от лисы с первой минуты их встречи изучали хули-цзин с более близкого расстояния, внимательно скользя по всему его телу. — Я не причиню вам никакого вреда.       Хули-цзин резко сжался, увидев рога и хвост подходящего ближе дракона. Он сразу же встал со своего места на ветке дерева и тихо прижался к стволу, не отводя взгляда от существа.       —Мгм, хорошо… — Ответил он, продолжая внимательно следить за ним.       Остановившись возле дерева, дракон прислонил сильную руку к стволу.       —Позвольте мне узнать ваше имя, хули-цзин.       Взор лисы сразу же уставился на прикосновение рук к дереву, после переведя его обратно на человека с рогами и хвостом. Он чуть успокоил себя, поняв, что его не хотят ранить, поэтому ответил на вопрос совсем немного смущенно.       —М-меня зовут Вэй Усянь.       Губы дракона дрогнули в легком намеке на улыбку, а хвост за спиной медленно задвигался, выражая интерес.       —Вэй Усянь…Красивое имя. — Произнес он чуть громче шепота, его глаза ярко блеснули в ответ своим словам.       Вэй Усянь сразу же смутился от похвалы, отвернувшись от стоящего снизу дракона, пригнув уши к голове. Лисьи хвосты в такт драконьему колыхались за его спиной.       —Спасибо за комплимент, молодой господин. — Серые глаза замерцали от веселья, а от улыбки появились милые ямочки на щеках. — Но вы так и не представились в ответ.       Не обращая внимания на заданный вопрос, дракон глубоко вздохнул, резко упав на колени. На его непроницаемом лице появилась резкая складка между бровями, отражая боль, которую он испытывал в данный момент. На висках появились капли испарины, незаметно стекая вниз, а лицо приобрело неестественный серый, нездоровый цвет.       Вэй Усянь, испугавшись столь резкой перемены за столь короткий промежуток времени, вскочил со своего места на ветке и быстро оказался рядом с безымянным драконом, пытаясь его хоть как-то поддержать. Обхватив упавшее тело руками, он почувствовал неестественный холод тела другого. Сердце дракона стучало как бешенное, отражая звук вибрацией по телам двух существ, сидящих так близко друг к другу.       —Эй, ты в порядке? — Звонко спросила лиса, выглядя достаточно испуганно от происходящей перед ним ситуацией.       Тяжело дыша, дракон поднял свои золотые глаза на Вэй Усяня. Они ярко светились, отражаясь бликами на окружающих его предметах. Стремительно подняв руку, он приложил свою холодную ладонь к щеке лисы. Его щелевидные зрачки не отрывали взгляда от широко открытых, серых глаз хули-цзин перед ним.       —Прошу меня простить, молодой мастер. Сбежавшее существо, которое я ищу, наложило на меня проклятие. — Было видно, что каждое сказанное слово давалось ему с трудом, через силу. Дыхание дракона становилось все тяжелее с каждым мгновением. — Я надеялся, что вы могли что-то знать, но у меня уже совсем не осталось времени и сил сопротивляться проклятию.       Хули-цзин моментально замер, когда почувствовал прикосновение его руки к своей щеке. Он сразу же вскинул голову, чтобы посмотреть в золотистые глаза напротив, но тут, наконец-то, осмыслил слов дракона. Резко перехватив запястье дракона своей рукой, внимательно его разглядывая.       —Ты серьезно? — Его голос показывал панику, которую испытывал Вэй Усянь внутри себя. Его глаза метались из стороны в сторону, словно пытаясь увидеть вокруг них то самое сбежавшее существо, что искал дракон. — Тебя прокляли?!       Отведя взгляд от лисы, дракон посмотрел на тонкую руку, обхватившую его запястье. Не удержавшись, он начал поглаживать её своими огрубевшими пальцами. Его взор оставался сосредоточенным на своих действиях некоторое время, пока он, наконец, не смог взять себя в руки.       ―Я ищу это существо не просто так, молодой мастер. ― Руки дракона обхватили предоставленную ему руку лисы, продолжая рисовать непонятные Вэй Усяню узоры. — Но, видимо, уже поздно. Есть только два пути снятия проклятия…убить существо, наложившее заклятие, либо…       Смущено прикрыв глаза, он попытался отдернуть руки от Вэй Усяня. Тяжело дыша, его кожа на лице становилась белее, а уши наливались красным оттенком. Чешуйчатый хвост в нервном напряжении бил землю за его спиной. Лента на лбу с железной эмблемой посередине слегка съехала вбок, делая весь вид дракона неряшливым и болезненным.       —Я не могу сказать, это неприлично.       Вэй Усянь только крепче сжал его отдернувшиеся руки, не позволяя отстраниться. Он внимательно смотрел на дракона, а потом стремительно схватил свободной рукой его ханьфу, притягивая его ближе к себе, до тех пор, пока между ними совсем не осталось места.       —Прекрати попытки отвернуться от меня. Говори уже все, как есть, раз начал. — Дуновения его слов омывали покрасневшие уши дракона перед ним, привлекая его внимание к губам лисы. — Я все равно не позволю тебе просто так умереть! — Вэй Усянь придвинулся еще ближе, соприкасаясь к чужому телу вплотную.       От резкого движения дракон широко раскрыл глаза, уставившись на прекрасное лицо напротив. Его взгляд метался от серых глаз обратно на мягкие губы напротив. Не сдержавшись, издав звериный рык, он с яростью примкнул к чужим губам. Его язык с силой ворвался разомкнул губы другого, углубляя поцелуй. Схватив слабо сопротивляющееся тело, он повалил Хули-цзин на траву, накрыв его своим тяжелым телом и прижав его тонкие запястья своей рукой.       В ответ на эти действия Вэй Усянь резко ахнул, прикрыв глаза от неожиданности, ощущая, как дракон насильно проник в его рот своим языком, полностью овладевая им. Лиса тихо стонет, чувствуя тяжелое тело над собой, вдавливающее его в землю.       —Ммхх! — Мыча в ответ, хули-цзин пыталась вывернуться из железной хватки, не получая успеха. Его тело постепенно нагревалось от напора горячего рта, не отрывающегося от него ни на секунду. Постепенно воздух в легких заканчивался и попытки вырваться становились все более отчаянными.       Тяжело дыша, дракон медленно отстранился, прерывая поцелуй, с силой отодвинувшись от чужого ослабленного тела, отползая подальше. Прикрыв горящие глаза дрожащей рукой, он сделал пару глубоких вздохов, пытаясь успокоиться и взять себя в руки. Лиса напротив него продолжала лежать на земле, все еще находясь под впечатлением от напора и всепоглощающей страсти, накрывшее его тело в ответ. С трудом поднявшись на локтях, он пытался скрыть появившийся румянец на щеках и жар, поднявшийся в его теле.       Они сидели в тишине некоторое время, переваривая случившееся. Между ними натянулась неловкая пауза, грозящая взорваться в любую секунду. Однако никто не хотел нарушать эту затянувшуюся минуту безмолвия, нарушаемую только шумом листвы, качаемой на ветру. Пока дракон, наконец, не смог взять свои эмоции под контроль.       —Молодой господин, прошу вас, уходите… У меня нет сил контролировать это проклятье!       Вэй Усянь тяжело смотрел в ответ, вглядываясь в золотые глаза напротив. Успокоившись к этому моменту, он протестующе качает головой, отвечая протестом на высказанный приказ.       —Нет! И что, ты предлагаешь мне просто оставить тебя тут в таком состоянии совсем одного? — Хвосты лисы, вторя возмущению хозяина, яростно извивались за его спиной, показывая всю степень возмущения своего хозяина.       Дракон в ответ смотрел на него так пристально, не моргая и не отводя взгляда. Все его тело, казалось, застыло, не смея пошевелится. Будто боясь, что порыв, подобный прошлому, может повториться вновь, он сдерживал каждую частичку своего тела.       —Молю вас, в следующий раз, боюсь, я уже не смогу остановиться и причиню вам вред! — Глаза дракона наполнились странным блеском, а дыхание стало более тяжелым. Вдыхая все больше воздуха, будто ему не хватало кислорода, он открыл рот, показывая набор заостренных клыков, угрожающе блестящих под солнечным светом.       В ответ на эти слова Вэй Усянь возмущенно дергается всем телом, резко ударив сжатым кулаком по земле. В его глазах загорелся яростный огонь, а хвосты начали дергаться с удвоенной силой, приминая траву вокруг.       —Да что ты вообще несешь? — Он смотрит на дракона со смесью возмущения, смущения и отвращения. — За кого ты меня вообще воспринимаешь? — Лиса вскакивает на ноги, внимательно рассматривая собеседника. — Думаешь, у меня нет собственного мнения? Ты даже не пробовал меня спросить!       Хули-цзин распалялась, находя новые эпитеты для своего выходящего возмущения. Ходя по кругу, он экспрессивно размахивал руками, совершенно не обращая внимание на состояние другого. Дракон же в это время пытался разобрать хоть слово, сказанное ему лисой. Его глаза потихоньку затуманивались, а в голове нарастал сильный гул. Не выдержав, он без сил приник к земле, упершись лбом в прохладную землю, пока жар в его теле нарастал с каждым мгновением.       Почувствовав неладное, Вэй Усянь резко останавливается, вернув свое внимание на дракона. Увидев его плачевное состояние, он испуганно бросается к нему, нависнув над страдающим телом, не зная, что делать.       —Эй, эй, постой! Только не отключайся, подожди…— Он начинает ощупывать чужие запястья, пытаясь ухватиться хоть за какую ни будь мысль, пока, наконец-то, не понимает. — Ох…— Тихо произносит он, зажмуривая глаза.       Чувствуя прохладные прикосновения, дракон из последних сил тянется к ним в попытке найти облегчение. Его тело покрылось неприятным тонким слоем холодного пота, а на брюках уже образовалось мокрое пятно. Золотые глаза ярко сверкали, яростно пытаясь сосредоточиться, видя перед собой размытые очертания обеспокоенной лисы. Из последних сил он протягивает руку к чужому лицу, притрагиваясь своей горячей ладонью к нежной щеке напротив.       —Прикоснись ко мне, прошу тебя.       Хули-цзин сразу же замирает, чувствуя чужое прикосновение, а также смотря на мокрую ткань на драконьих бедрах. Он тяжело сглатывает скопившуюся слюну, чувствуя ответное напряжение внутри, тихо отвечая в ответ.       —Я могу…— Откашлявшись, медленно отвечает лиса. — Я могу к тебе прикоснуться. Но я хочу кое-что спросить, прежде чем я это сделаю.       Собравшись с силами, дракон шире открывает глаза, пытаясь осмыслить сказанное лисой. Его взгляд сосредоточился на покрасневшем лице Хули-цзин над собой.       —Спрашивай все, что хочешь. — Дракон не отводил взгляда от привлекательного существа перед собой, не моргая, он впитывал в свое сознание искусные черты чужого лица.       Вэй Усянь внимательно рассматривал его в ответ, замечая скачущие зрачки и бугорки на лбу, опухшие от спрятанных под личиной человека рогов. Бледные чешуйки покрывали ярко выраженные скулы, переливаясь разными цветами, привлекая к себе взгляд лисы, периодически прыгающий от лица дракона к его промокшим брюкам.       —Ты говорил, что знаешь только два способа снять проклятие. И один из них это то, что мы сделали. — На последнем предложении голос лисы дрогнул под грузом смущения, резко накатившегося на него. — Но я хочу узнать кое-что еще.       Дракон не сказал в ответ ни слова, лишь изогнул бровь в просьбе продолжать говорить. Звук его дыхания становился все более прерывистым, переходя из глубоких вдохов в поверхностные и неглубокие, более быстрые. Хули-цзин размеренно, и, как он надеется, спокойно произносит.       —Ты говорил, что уже больше не сможешь себя контролировать, верно? — Его хвосты дергаются из стороны в сторону, выдавая нервозность, которую он испытывает. Он снова смотрит прямо в глаза своего собеседника и добавляет. — Что ты можешь со мной сделать, если я позволю тебе прикоснуться ко мне?       В ответ на эти слова зрачки в глазах дракона расширяются, заполняя чернотой золотую радужку. Он с интенсивностью смотрит в чужие глаза, его грудь тяжело поднимается и опускается, вдыхая аромат прекрасной лисы. Его взгляд бегает от блестящих губ напротив, до открытого участка кожи, открытого от съехавшего рукава ханьфу.       —Я бы взял тебя, грубо и сильно, даже если бы ты молил о пощаде. Я бы сжал твои тонкие запястья и связал их над твоей головой, чтобы ты не смог сбежать от меня. Держал бы тебя под собой часами на пролет, пока твое сознание в конечном итоге не покинет тебя.       Хули-цзин сразу же тяжело сглатывает, чувствуя нарастающее напряжение в своем паху от чужих слов. Он поднимает взгляд наверх, быстро моргая от переполняющих его чувств. Сердце в лисьей груди колотилось как бешенное, отражая чувства хозяина, даже не пытаясь успокоится. Громко фыркая, он берет себя в руки и возвращает взгляд обратно, попадая под пленительные золотые глаза, наблюдающие за ним в ответ.       —Ох, да я и не прошу тебя останавливаться. — Его хвосты дергаются сильнее, а ладонь уже нетерпеливо сжимает колени.       Резко поднявшись, дракон снова прижимает хули-цзин к земле, сдавливая его запястья одной своей рукой над головой. Другой рукой он сдергивает ленту со своего лба, крепко связывая чужие запястья между собой. Его поцелуи медленно спускались вниз по шее лисы, а бедра раздвинули слабые ноги, размещая разгоряченное тело между напряженными бедрами. Чешуйчатый хвост крепко обвился вокруг лисьих хвостов, крепко удерживая их.       Вэй Усянь вздрагивает в ответ на чужие движения, пытаясь сдержать дрожь от скользящих по телу поцелуев. Он тихонько мычит, чувствуя крепкую хватку драконьего хвоста вокруг своих пушистых хвостов. Из его рта вырываются прерывистые стоны, а глаза то и дело закрывались в избытке непривычных для него чувств.       Медленно продвигаясь вниз, дракон размеренно раскрывал одежду хули-цзин, оголяя гибкое тело под собой. Его нижняя часть в нетерпении трется об чужие бедра. В ответ на это действие лиса тихонько поскуливает, чувствуя, как жесткая ткань брюк трется о его напряженную плоть. Следя за чужой реакцией, дракон резко отстраняется и в нетерпении рвет чужие брюки, обнажая вид на молочные бедра. Лиса стыдливо пищит от подобного, пытаясь прикрыть исподнее связанными руками, задыхаясь в ответ на прикосновения к своим голым икрам.       —Где ты хочешь меня, милая лиса? — Не выдержав, дракон щипает чужие бедра, резко поглаживая нежную плоть. Другая рука отводит связанные запястья обратно наверх, приковывая их к земле твердой хваткой. Его пальцы с силой провели вниз по лисьей спине, сжимая основание его лисьих хвостов своими пальцами. — Скажи мне четко, где именно.       Хули-цзин продолжает всхлипывать, судорожно тряся бедрами, пытаясь подвинуть чужую ладонь ближе к своему разгоряченному центру.       —Я хочу…— Вэй Усянь тяжело сглатывает, чувствуя огонь страсти внутри своего тела. — Хочу тебя внутри…       —Хорошая лиса. — Дракон медленно отстраняется, снимая свою собственную одежду. Из-под дорогих шелков медленно открывается вид на накачанное тело и мощную линию плеч с сильными, жилистыми руками. —Ты примешь все, что я тебе дам, как ты и обещал.       Хули-цзин внимательно наблюдал за открывшимися участками кожи, сглатывая собранную во рту слюну. Его взгляд замирает, когда он видит перед собой не один, а два стоящих столпа между ног другого. Жилистые и длинные, они угрожающе стояли по стойке смирно, слегка подергиваясь. На кончиках уже начал выступать преякулят, блестя жемчужной каплей на головках обоих членов.       —Я приму. — Тихо отвечает лиса, чувствуя, как его задница нетерпеливо дергается в ожидании. — Я все приму.       Хмыкнув на эти слова, дракон в нетерпении, поднял чужие бедра вверх, раздвигая пухлые щеки, открывая себе вид на сморщенную дырочку другого. Его длинные пальцы ласково поглаживали чужой вход, периодически вдавливаясь внутрь самыми кончиками. Поняв, что без смазки у них мало что получится, он ухмыльнулся, облизывая губы нечеловечески длинным языком.       —Меня зовут Лань Чжань, маленькая лиса. Кричи мое имя для меня. — Проговорив пару фраз, он поднял чужие бедра еще выше и приник к чужому ободу своим драконьим языком.       Вэй Усянь сначала тяжело вздохнул, а потом резко охнул, ощущая чужеродное давление, растягивающее его изнутри. Подвижный язык энергично двигал внутри, раздвигая узкие стенки своими движениями. Не жалея хули-цзин под собой, он крепко держал его бедра в своих руках, оставляя красные следы на чужой плоти. Чужое тело билось в сладостных конвульсиях от непривычных ощущений, связанные руки запутались в чужих волосах, крепко держа чужую голову между своих ног.       —Мммхх…— Тяжело дыша, лиса тихонько всхлипнула и ответила. — Л-лань Чжань! — Из серебряных глаз неконтролируемым потоком текли слезы, затуманивая и без того заплывший взгляд. От макушки головы до кончиков пальцев он чувствовал нарастающее возбуждение, охватывающее все его нутро.       С каждым мгновением чувства нарастали, и он чувствовал, как в любой момент его тело предательски может кончить еще до того, как они дойдут до основных событий. Словно чувствуя волнения другого, дракон медленно отстранился, тяжело сглатывая. Скулы покрылись ярким румянцем, а зрачки в глазах прыгали от суженного состояния до огромных черных кругов, полностью поглощающих радужку. Он поднялся поцелуями от чужого живота до тонкой шеи, впиваясь клыками в подставленную плоть. Его члены примкнули к мокрому отверстию, выглядя огромными по сравнению с маленьким телом под ним. Не жалея лису, он вошел не смотря на сопротивление, крепко держа извивающегося Вэй Усяня за талию.       Задержав дыхание, серебряные глаза резко расширились в ответ на чужое движение. Его живот резко свело спазмом, чувствуя тяжесть растяжения снизу. Ноги вокруг чужого тела тряслись, сжимая талию Лань Чжаня между своими бедрами. Тонкие лодыжки изредка задевали основание чужого чешуйчатого хвоста, вызывая дрожь в драконьем теле. Амплитуда толчков увеличивалась с каждым мгновением, вдалбливаясь в мягкую плоть под собой все быстрее. Тяжело дыша, он оставлял легкие, скользящие поцелуи на теле Вэй Усяня, иногда прикусывая кожу и оставляя после себя яркие месяцы от своих зубов.       —Ты примешь все. — Его слова сбивались от тяжелых вдохов. — И понесешь моих детей в себе.       Лиса задыхалась, принимая каждый толчок, чувствуя, как он давит на его тонкий таз своим тяжелым телом, не давая свободно вывернуться из чужой хватки. Он тихонько мычал, чувствуя, как на его теле россыпью появляются кровоточащие укусы.       —Д-да, да, я все приму. — В муках страсти отвечал Вэй Усянь. — Я буду вынашивать твоих детей.       В ответ на эти слова дракон резко вытащил, тяжело отстранившись от хули-цзин. Его глаза становились все темнее, золота в них не осталось совершенно. Лиса в шоке охнула, после чего возмущенно всхлипнула, пытаясь понять, в чем причина остановки. Переведя дыхание, он с яростью спросил.       —Эй, почему ты остановился? — Его глаза гневно заблестели, а хвосты в объятиях драконьего хвоста яростно забились в попытке вырваться из чужой хватки.       Не отвечая, дракон резко перевернул лису на живот, поставив его на колени перед собой. Прижав чужие плечи к мягкой траве, он заставил прогнуться чужую поясницу. Больше не медля, он вошел в гостеприимное тело обратно, не давая Вэй Усяню времени привыкнуть к новой позе, продолжая толчки на высокой скорости. Лиса резко охнула, чувствуя грубые движения и быстрые толчки, выбивающие весь воздух из его легких.       —Мммххх! — Громко всхлипнув, он задрал голову. Его лисьи уши пригнулись к голове от переизбытка эмоций. — Не так…не так быстро! — Взмолился он.       Дракон, игнорируя чужие мольбы, продолжал безжалостно вбиваться в лису под собой. Его хвост крепко обвился вокруг чужой талии, продвигаясь ближе к растянутому отверстию.       —Возможно, тебе мало двух моих членов? Хочешь в себя еще и мой хвост, маленькая лисичка? — Клыкастый рот растянулся в игривой улыбке, а тембр приобрел рычащие нотки. Его сознание все больше затуманивалось в безумном огне похоти.       Вэй Усянь задыхался с каждым сильным толчком, тихонько всхлипывая, принимая грубые и резкие толчки сзади себя. Плаксивым голосом издавая звериное мяуканье, чувствуя, как его напряженный член трется об сырую землю под ним.       —Мне…Мне достаточно! — Отвечал хули-цзин. — Я уже принял все, что мог, не надо!       Не слыша возражений другого, его хвост медленно вторгся в узкий проход, уже заполненный двумя большими членами. С силой он входил все глубже внутрь лисы, несмотря на сопротивление другого. Вэй Усянь резко охнул от появившейся боли и жжения от растяжения, которая отдалась резкой болью в теле. Задохнувшись от боли, он громко всхлипнул.       —Больно! Больно! — Прерывисто выкрикивал Вэй Усянь, оборачиваясь на дракона сзади себя. — Стой, Лань Чжань, стой!       Примкнув к чужой спине, дракон дышал все громче, из его ноздрей вырывались струи горячего пара. Из горла его периодически выходило громкое рычание.       —Ты обещал, что примешь все. — Тяжелые слова словно одеяло обволакивало два сплетенных между собой тела. — Меня всего. Мой член, мои яйца, всего меня. У тебя нет выбора, ты обещал.       Лиса продолжала всхлипывать, тихонько мяукая в знак протеста. Его тело ломило от чужого давления, полностью обволакивающее все его тело.       —Да, я обещал! — Выкрикнул Вэй Усянь под напором чужих толчков. — Но я не знал, что на самом деле у тебя столько…о-оох…       Хули-цзин спиной почувствовал, как дракон ухмыльнулся в его кожу, прижавшись к шее в нежных поцелуях. Сильные руки с нажимом прошлись по чужому телу, вдавливаясь в мягкую кожу острыми когтями.       —Прости, драгоценная лисичка, но ты должна справиться с этим. — Подтверждая свои слова, его толчки ни на секунду не замедлялись. — Если не сможешь принять даже это, то как ты примешь мои яйца? — Договорив, он выпустил свои острые клыки, прижав их к холке лисы, вонзив их и удерживая лису в неподвижном состоянии.       Хули-цзин охнул, почувствовав острую боль в разрыве нежной плоти на своей шее, а потом наконец пробормотал.       —Я постараюсь… Я все приму… — Лиса тихонько всхлипнула еще раз, чувствуя, как в его заднице давили сразу три больших предмета.       Продолжая свои движения, Лань Чжань нежно зализал свой след на шее, наслаждаясь его видом. Он замедлился, наблюдая за тем, как тело лисы двигалось на нем самостоятельно.       —Я вижу, как тебе это нравится, не смотря на твои слова.       Хули-цзин тихонько задрожал на моменте, когда дракон резко замедлил свои движения. Укус на шее кровоточил, яростно пульсируя и вызывая пощипывающее чувство внутри.       —Я знаю, что моему телу это нравится! — Всхлипнул Вэй Усянь, закрывая глаза от чувства легкого унижения. — Но мне всё равно больно!       Забывшись в наслаждении и боли, он не заметил, как дракон над ним полностью остановился в своих движениях. Отстранившись от чужого тела, он снова вышел и лег на спину, посадив лису на свои бедра. Хрупкое тело выглядело маленьким на фоне больших рук, обвивающих его талию.       —Прости меня, Вэй Усянь. — Медленно проговорил дракон, поглаживая хрупкую талию большими пальцами. — Вот, твоя свобода, делай что хочешь.       У хули-цзин резко прерывается дыхание от чужих действий, его связанные руки упираются в твердые мышцы пресса дракона, распластавшегося под ним. Его грудь тяжело поднималась и опускалась, выдавая напряжение, скопившееся внутри. Лиса пристально рассматривала Лань Чжаня, смотря на него сверху вниз.       —Могу делать все, что захочу? — Спрашивает он, склонив голову вбок, из-за чего длинные уши приняли забавный наклон, вызывая смешок от лежащего дракона.       Слабо поглаживая большими ладонями мягкие бока, он отвел взгляд от его гибкого тела обратно к серебристым глазам. Издав утвердительный звук, для верности он мотнул головой в знак подтверждения. Лиса еще пару мгновений сидел на чужих бедрах неподвижно, наслаждаясь покоем и чужими мягкими прикосновениями.       —Ну хорошо. — Почувствовав большую уверенность, он ухмыльнулся, от чего на его щеках выступили ямочки. — Я буду делать все, что захочу. — Его бедра медленно начали вращаться, провоцируя реакцию лежащего дракона.       Почувствовав усиление хватки на своей талии, хули-цзин тихо хихикнул, видя нетерпение другого и то, как он продолжал послушно лежать под ним, не вырываясь и не прерывая зрительный контакт. Внизу снова разгорался жар, но уже другого рода.       —Да, ты просто должен лежать и ничего не делать, ты понял? —Игривость в голосе звучала все ярче, блеск в глазах отражал в себе зарождавшееся в лисе веселье. Улегшись сверху, он плотно прижался к разгоряченному телу другого, наслаждаясь полным подчинением другого. — Хорошо, не двигайся, ладно? — В его голосе проскользнула нотка мольбы, рассчитанная сломить дух дракона.       —Не буду. — Как завороженный, Лань Чжань продолжал смотреть на лису, не моргая, стараясь не пропустить ни одну деталь в движениях другого.       Чувствуя под своим телом сильный стук чужого сердца, лиса легонько прикрыла глаза, наслаждаясь минутой отдыха. Его хвосты лениво двигались позади них, перекрывая обзор на закатное небо над ними. Дыхание потихоньку успокаивалось, и напряжение в теле постепенно исчезало.       —Я хочу задать вопрос. — Размеренно произнес Вэй Усянь, приоткрывая глаза, смотря в упор в черные глаза напротив. В отличии от лисы, дракон с каждым мгновением промедления распалялся все сильнее. Два разгоряченных члена легонько терлись о нежное бедро хули-цзин, тяжелые и красные.       —Ты можешь задавать мне любые вопросы. — С придыханием ответил дракон, рассматривая чужое лицо с близкого расстояния.       Чувствуя напряжение другого, лиса игриво повернула голову вбок, проводя пальцами связанных рук по чужой груди, рисуя только известные ему узоры. Не выдержав, дракон поднял свои бедра, потираясь напряженными членами о мягкое тело другого. Его хвост с тяжестью бился об землю рядом с ними.       —Я отвечу на любое количество вопросов, если ты вставишь мои члены внутрь себя, маленькая лисичка.       Вэй Усянь резко охнул, покачнувшись от чужого движения. Все его тело, до этого расслабленное, вновь натянулось как струна.       —Не двигайся, ты же обещал! — Смутившись, он наконец добавил. — Хорошо… Я вставлю! — Еще раз тихо вздохнув, он медленно прочувствовал мольбу другого. Положив свой длинный указательный палец на рот другого, он добавил. — Лежи смирно!       Чувствуя судорожное дыхание под собой, лиса приставила к своему все еще растянутому отверстию головки драконьих членов. Глаза дракона распахнулись еще шире от столь привлекательного вида перед собой. Всхлипнув, Вэй Усянь прикрыл глаза от уже знакомого растяжения внизу. Его грудь резко поднималась, из горла доносились тихие поскуливания.       —Если то, что ты говорил, правда…— Размеренно поднимаясь и опускаясь, начал хули-цзин. — Про яйца… Детей. — Острые когти оставляли красные полосы на чужой груди. — То ты заберешь меня с собой, верно? Ты ведь не оставишь мать своих детей в одиночестве?       Тяжело дыша, дракон с удивление смотрел на наслаждающуюся лису сверху. Будто сразу же забыв про свой вопрос, лиса прикрыла глаза от наплывающего наслаждения, постепенно наращивая темп. Из горла Вэй Усяня вырывалось все больше разных смущающих звуков, заставляя его прикрыть глаза не только в наслаждении, но и легком чувстве стыда. Дракон сжал челюсти, его зубы заскрипели от чужих движений. Бедра подрагивали в последних попытках сдерживать ответные толчки, продолжая послушно лежать под лисой.       —Я заберу тебя с собой, в свой дом. — Из горла вместе со словами вырывались звуки несдерживаемого наслаждения. — И ты станешь моей женой, матерью моих детей.       Услышав столь долгожданный ответ, в глазах лисы промелькнули непередаваемые эмоции. Его ноги подогнулись и он плашмя упал на чужое тело в приступе минутной слабости. Медленно передвигая руки, дракон крепко схватил чужие бедра, впиваясь в мягкую плоть заостренными когтями. Размеренно поднимаясь, он плавно сел, поднимая лису вместе с собой в вертикальное положение. Выдохнув, он мягко приник к чужим губам в нежном поцелуе. Закрыв глаза в наслаждении, они растворились в нежности к друг другу. Сладкая ласка языком, неспешная и ласковая, они будто пытались попробовать на вкус каждую частичку другого. Хули-цзин полностью прильнул к телу другого, его связанные руки обхватили шею дракона.       Легко поглаживая чужое тело сильными руками и продолжая поцелуй, Лань Чжань плавно поднял лису со своих членов вверх и медленно вставляя их обратно. От нежных толчков у лисы пробивались тихие стоны, скользя слабыми звуками сквозь продолжающийся поцелуй. Прервав поцелуй, продолжая легкие движения, он с легкостью положил лису на землю боком, подняв одну ногу лисы, закидывая ее себе на плечо. Размеренно покачиваясь в чужом теле, он постепенно увеличивал силу толчков, вбиваясь все так же глубоко. Тихонько всхлипывая, чувствуя нарастающее наслаждение, подводящее его к грани, Вэй Усянь не мог сдержать переполняющие его эмоции.       —Отложи же в меня свое яйцо! — В перерывах между стонами пробормотал хули-цзин, расплавляясь под натиском чужих толчков.       —Так как ты не являешься драконом и у тебя нет яйцекладки, твой живот будет чувствовать себя странно. — Отвечая на чужие слова, дракон задвигался сильнее, положив свою большую ладонь на живот лежащего под ним лиса. — Сначала он будет мягким и таким же тонким, как сейчас. — Доказывая свои слова, он сжал руки вокруг чужой талии, практически полностью обхватив ее. — Потом ты почувствуешь маленькую твердость, которая будет постепенно увеличиваться до того момента, пока ты не начнешь испытывать дискомфорт. — Его толчки становились все сильнее, отбиваясь от твердой плоти в четком ритме. — А после ты почувствуешь острую вспышку боли и яйцо начнет медленно выбираться из твоего тела.       В ответ на чужие слова, лиса слабо постанывала, щеки покрылись глубокой пунцовой краской. Он представлял себя большим и опухшим, с выросшим животом, полным детей. Чувствуя ускоряющиеся толчки, из горла вырывались прерывистые крики. Продолжая движение, дракон старался входить в самые глубокие части Вэй Усяня, толчки становились все жестче, члены полностью входили в мягкое нутро. У основания постепенно начала образовываться шишка, увеличиваясь в размерах и давя на испорченную дырочку в попытках протиснуться внутрь.       Стараясь принять появившуюся выпуклость, лиса пыталась расслабиться, что выходило с трудом. От накатывающего возбуждения каждый нерв в его теле находился в напряжении, словно заряд молнии, оставляя тело в напряжении. Подкрадывающееся чувство постепенно полностью затмило его разум, заставив глаза помутнеть. Тело в последний раз напряглось, выгибаясь в чужой хватке, выплескивая белые струи спермы из покрасневшего члена. Почувствовав освобождение другого, дракон в ярости зарычав, толкаясь в перевозбужденное тело под собой. Делая последние толчки с максимальной силой, он излился внутрь расслабленного тела, в изнеможении опускаясь вниз, ложась на траву сбоку от лисы.       Тяжело дыша, лиса в усталости прикрыла глаза, медленно погружаясь в сон. На грани сознания он чувствовал легкие поглаживания, пробегающие по его спутанным волосам и размеренное, теплое дыхание у своей шеи.       —Вэй Ин…       Тихий шепот постепенно убаюкивал его, но в мыслях промелькнула быстрая мысль, тут же ускользнувшая из изнеможденного тела.       «Разве я говорил ему свое личное имя?»