За Родину обидно

Зазвонил будильник. Я проснулся от противного звука, поморщился и с недовольным лицом выключил источник бесящего шума. Комната сразу наполнилась тишиной. Присел на угол кровати. Глаза снова увидели удручающую картину моего места проживания. Первым делом они приметили выцветшие жёлтые обои, вызывающие целый спектр негативных эмоций, каждая секунда сосредоточения на них вызывала дискомфорт. Не люблю жёлтый, глазам больно. Далее глаза переключились на мебель. Рядом с хлипкой старой кроватью стояла тумбочка советского производства, обклеенная наклейками ещё из двухтысячных. Настоящий раритет. Сосед по комнате Санёк называет нашу скромную квартиру артефактом древности, подобно гробнице Тутанхамона. Сравнение вернее сложно подобрать. Да, однокомнатную квартиру я делю вместе с Саней Быковым – работником местного хлебозавода двадцати двух лет. Живём дружно, ссор и конфликтов практически не бывает, за исключением моментов моих срывов после тяжёлых рабочих будней или по всяким пустякам. Юноша привык. Меня подселили к пацану во время программы реабилитации бывших заключённых. Да, довелось отсидеть семь лет десять месяцев в колонии строгого режима. Как угораздило? В 2021-ом году в нашем государстве произошли резкие перемены: появилось новое руководство, начавшее следовать западному курсу, вводилось множество ужасных законов, произошло насильственное насаждение либеральных ценностей. В конце 2023-го года на Совете Народов в Москве было принято решение о расформировании федерации и создании новых «полностью свободных» государств. Решение вызвало восторг за границей, многие депутаты назвали данную акцию «деколонизацией». Тогда терпение моё лопнуло. Взял в руки старое дедушкино ружьё, прошёлся по соседям, собрал солидный отряд из тридцати пяти человек. Пошли штурмовать здание местной администрации. Глупо и самоуверенно? Да. В тот момент мною руководили эмоции, разум ушёл куда-то погулять. Закончилось закономерно. Успели поранить пару человек, нас быстренько повязали. Далее последовали допросы, СИЗО, суд и, наконец, тюрьма. Вышел на свободу в конце 2031-го года. Мягкость приговора мне до сих пор непонятна. Неужели выражение про самый гуманный суд в мире актуально и поныне? Риторическим вопросом я завершил свои пятиминутные раздумья и направился умываться. Остальная квартира напоминала те самые квартиры-музеи из двадцатого века, тут будто само течение времени остановилось. Много ли таких квартир осталось на просторах нашей увядшей Родины? Любопытно было бы узнать. Провёл привычные процедуры. Из наиболее современных вещей, помимо телефонов, у нас осталось зеркало. Слегка пугает его идеальность на фоне царящего забвения. Каждое утро об этом думаю. Санёк уже сидел на кухне, попивая чай. - Доброе утро. - Доброе. - Ваш чай. Я взял свою кружку и уселся рядом. Паренёк не отрывался от просмотра видео на телефоне. Мне же интереснее казалось рассматривать утренний вид из окна. Напротив нас стоял пятиэтажный жилой дом, кто-то уже проснулся и включил свет, пробуждались птички. Февраль. Снег успел подтаять, на улицах господствовала слякоть, успел пару раз пролить дождь, усугубляя всю ситуацию. Сапоги приходилось отмывать после любой прогулки, иногда слои грязи отдирались лишь ножом. Типичный последний месяц зимы, чему тут удивляться. Санёк обычно уходил первым. Сегодня он не стал нарушать традицию и после утреннего чаепития покинул квартиру, оставив меня одного. Я предпочитал выходить попозже. Видеть внешний мир, его обитателей для меня стало тошно. Сильно поменялось всё. Молодёжь почти в полной мере приняла политику Либеральной партии Черноземья (ЛПЧ), её ряды пополнялись ежедневно. Пропагандистский аппарат становился сильнее и сильнее. Мои ровесники поделились на два типа. Представителями первого чаще всего являлись ветераны партии, заставшие её зарождение и распространение. Это, наверное, самые рьяные либералы, дорогу им будет переходить только безумец. Выходцы из второго типа разочаровались в действиях властей, но смирились с текущим положением дел. Они все ходят с кислыми минами, моментально портящие настроение. Они молчаливы. Они отчаялись. Их Родина разрушилась, она никогда больше не вернётся. Старый мир, старый уклад навсегда останется в прошлом. Моральная травма у этих людей неизлечима. Есть пожилые. Я до сих пор пытаюсь разгадать их чувства. Кажется, некоторых из них до сих пор не отошли от шока. Сначала пал советский режим, затем погибла федерация, пережить такое, а уж тем более осознать, способен не каждый. Получилось у них? Не знаю. Шесть тридцать. Пора. Быстро надел чёрную форму, положил телефон и ключи в карманы, посмотрел на своё лицо в зеркале, открыл дверь и, наконец, попал в подъезд. Раздолбанный временем, естественно. Стены давно потрескались, под дверьми лежал мелкий мусор, кое-где валялись окурки сигарет. Противный аромат заставил лицо скривиться, дополнительным амбре стал узнаваемый запах дешёвой водки на втором этаже. Федька-алкаш опять выпивает. Мало с ним знаком, слышал, в тюрьму попадал из-за краж, после очередной отсидки устроился работать дворником и теперь на получку ходит бухать. Такой образ жизни стал источником постоянного ора на весь подъезд по выходным, местная свалка обильно пополняется горами «Зелёной дали», да и всякие сомнительные личности чаще стали по нашему району гулять, распивая алкоголь третьей свежести. Весело живём. Я покинул подъезд как можно быстрее во избежание удушья, задохнуться там проще простого, лёгкие до сих пор отойти нормально не могут, жадно глотая более или менее свежий воздух, попутно наслаждаясь слегка бодрящей влажностью. Зима отступает. Скоро настанет моя первая весна на воле. Город просыпался, заездили машины, на улицах замелькали люди. Намеренно замедлил шаг, захотелось подольше подумать и понаблюдать за окружающим миром. Зона изменила меня. Прежний импульсивный Сергей пропал, уступив место задумчивому, ненавидящему всё живое и страдающему редкими вспышками ярости взрослому лбу, не добившегося от жизни ничего. Сердце болело от обиды. От моральной боли ударил рядом стоящее дерево со всей силы. Проходящий мимо старик окинул мой кулак недоумевающим взглядом, постоял секунду на месте и отправился дальше. Пусть думает что угодно. Главное – на душе сделалось менее больно, негативные мысли притупились. Отдышался. Напряжение спало ещё сильнее. Вдалеке вырисовывалась школа. Именно сюда по программе реабилитации заключённых меня отправили работать, наличие среднего профессионального образования работников учреждения не смутило, на мои возражения получил лишь вежливый отказ. Зря горбатился пять лет, портя психику ради зачётов. Обидно. Слишком много обиды накопилось, рано или поздно сопьюсь как Федька или умру от передозировки как тот бедняга две недели назад. До сих пор помню то посиневшее лицо. Жуть полная. В школе работал я охранником. Странное дело – поставили работать вблизи детей бывшего преступника, способного поднять оружие против власти. Мотивацию такого поступка не понял до сих пор. Милосердие или очередное проявление халатности? Намерения новой власти загадочны. Начальство выделило маленькую огороженную зону, здесь же размещался экран, показывающий вид с камер. Стол снастили маленькими ящичками. В первом лежала чёрная дубинка, являвшаяся любимым оружием любых охранников. Второй я наполнил различными кроссвордами, убивающими скуку, и ручками, чьи запасы периодически приходилось менять. Всё по канонам типичных охранников. Включил монитор, уселся на тумбочку и чуть-чуть расслабился. Работа непыльная досталась. Эксцессов случалось мало. Максимум приходилось разнимать дерущихся школьников да прогонять обнаглевших собак, забредавших на территорию школы. Неприязнь вызывала новая система образования. Появилось несколько предметов. Например, на дисциплине, названной «сексология», помимо изучения сами-знаете-чего, у учеников взращивают положительное отношение к представителям других... Этих… Ориентаций! Происходит явное вмешательство в традиционные ценности нашей Родины, результат как на лицо: я часто вижу на улицах или даже в самой школе подростков одного пола, ходящих за ручку или целующихся в засос. До чего жизнь-то докатилась. Сильные изменения затронули курс истории. Власти демонизировали советский режим, облили грязью федерацию, прошлись по некоторым царям, князям, а смену власти в 2021-ом году назвали «Революцией справедливости». Гнев кипел после каждого прочитанного учебника истории, хотелось выкинуть его и сжечь. Самый отпетый пропагандист такой брехни не придумает, а полоумный представитель ЛПЧ смог. Даже науки власть извратила, пожевала её и выплюнула кусок коровьего навоза. Больше цензурных слов для описания ситуации не подберёшь. Школа оживлялась, приходили ученики, учителя, мимо прошёл и директор Свирепов Михаил Михайлович, помимо работы директора занимающийся агитационной работой правящей партии. Неприятная, крайне мерзкая личность, рожа соответствующая, огромная пузяка выдаёт зажравшегося человека, ежедневно поглощавшего центнеры еды. Тянет блевать от одного его вида. Прозвенел звонок, ознаменовавший старт учебного процесса. Школьники ринулись по кабинетам, коридоры здания практически опустели, тишину прерывала только громкая речь учителей, разносящаяся повсюду. Ничего особенного. От скуки рука сама потянулась до заветных кроссвордов. Привычное занятие спустя пятнадцать минут прервал мало знакомый одиннадцатиклассник: - Ключ от двести пятого кабинета можно? Людмила Валерьевна попросила. Я нехотя покинул насиженное место, достал из ящика нужный ключ и отдал ученику. Тот почему-то продолжал оставаться на месте после выполнения первого этапа просьба учительницы. Он внимательно изучал моё лицо, медленно кивая с периодичностью в три секунды. - Алексеев Сергей Владимирович, две тысячи первого года рождения. Бунтарь, осмелившийся пойти против системы. Поддавшийся гневному импульсу юноша, сумевший повести за собой толпу разъярённых граждан. Один из последних защитников старого строя. Вы? От внезапного наплыва высокопарных эпитетов бровь на моём лице резко поднялась вверх, демонстрируя недоумение. Про меня в учебниках истории не пишут, в Интернете я намеренно о себе ничего не искал, пытаясь забыть тот день. Что же происходит? - Точно вы. Почему помалкиваете? - Странно слышать такое от ученика… Да и вообще от кого-то. - Может быть. Однако захотелось убедиться. Убедился. - Будешь насмехаться над консерватором, презирающим нынешнее положение дел? - Отнюдь. Ваши взгляды я разделяю. Ещё более неожиданно. Я уже перестал верить в подрастающее поколение и давно усомнился в их способности к критическому мышлению, их характерными чертами мне казались лишь верность партии, беспрекословное выполнение всех её приказов и отсутствие инакомыслия. К счастью, ошибался. - Приятно подобное слышать. - Благодарствую. А теперь надо идти, позже поговорим. Настроение непривычно улучшилось. Остаток дня прошёл с тёплым ощущением в груди. Я просидел в школе до семи вечера, пока ночной пост не принял пожилой сторож Василий Игнатьевич, любящий сидеть в темноте наедине с мыслями, иногда проговаривая некоторые из них вслух. Выглядит жутко, дёргания конечностей психически нестабильного старика видеть ещё страшнее. Неужто последние годы принесли катастрофический вред психике такому большому количеству граждан? Наверное. Девяностые годы произвели похожий эффект, не зря же резко выросло количество числа маньяков, насильников и прочих неприятных гнид. Потемнело. Направился домой. Вечерние виды всегда нагоняли меланхолию, заставляя размышлять о негативных вещах, поэтапно мой разум разрушала депрессия, зародившаяся в начале тюремного срока. Обыденные дела всегда сопровождались грустными мыслями, моментально убивающими настрой. Мотивация заниматься делами умирала следом. Дополнительно рождалось отвращение к каждому живому существу. Ненавижу директора, ненавижу учителя, пристающего к коллеге, ненавижу всех. Хочется резать и бить. Хочется забыться и напиться. Хочется уйти от сложившейся реальности. Хочется вернуть былые деньки… Последние слова полностью пресекли яростный ураган эмоций. Спокойно теперь… Умиротворённо. Свечение фар машин, огоньки в небе успокаивали душу, я облегчённо вздохнул. Настоящие эмоциональные качели. Домашние дела сделал быстро. Ничего удивительного за последние часы дня не приключилось. Выпил чай перед сном, поглядел в окно на знакомый вид, подумал, подумал и пошёл спать. Понедельник закончился, впереди пять однообразных дней.