Фамильяр и рыжий кот

      С прихода местной ведьмы прошла уже неделя. Больше никто их не беспокоил, а всë благодаря тому, что Уен и мама начали Юри учить контролировать своё энергетическое поле. Фамильяр при первой же возможности сообщил старшей ведьме о произошедшем, и под натиском знаний, стал обучать всему. Уен умел скрывать свою энергетику, но маленькую девочку научить такому достаточно сложно, особенно когда рядом нет более опытных ведьм или фамильяров. Под страхом снова столкнуться с местными, пришлось набраться сил и терпения.              На самом деле, будь Юна рядом, то он бы так не переживал. Хоть мама Юри ещё молодая и ей едва стукнуло 30, она всё равно гораздо сильнее, чем местные, как минимум благодаря родословной.              А пока Юри училась всеми своими силами колдовать защиту, Сан крутился вечно рядом. Ему было до жути всё интересно. Рыжий кот не мог усидеть на месте, тыкаясь мордочкой прямо в руки или путаясь под ногами. Уен, как учитель-новичок, не обладал должным терпением к беспорядку, поэтому пару раз успевал шикнуть на Сана, предупреждая, чтобы не лез. Фамильяр честно думал, что за своё поведение получит хлесткий удар лапой по морде и угрожающее шипение, но Сан будто наоборот становился послушнее, крутясь уже поближе к Уену. Рыжий кот мурчал рядышком, пытался вылизывать Уена и чуть игриво прикусывать. Фамильяру пришлось смириться, чтобы Юри не отвлекалась на любопытного Сана.              Не сказать, что действия Сана его бесили или раздражали, просто как величественный фамильяр на работе у ведьмы он был гораздо более собранный и серьёзный, не отвлекаясь на всякие там энергичные и озорные игры котят. Хотя рядом с Саном сложно было строить недотрогу. Рыжий кот всегда был бодр и полон вопросов, а ещё очень ласков. Сан имел только два состояния: враждебное, защищающее свою территорию и себя, и до жути нежное. И если первое он проявил в их первую встречу, показывая кто здесь хозяин, то второе раскрылось чуть позже, не без помощи Юри, конечно же. Уен, смотря на Сана, даже ловит себя на мысли, что ему будет грустно покидать такого хорошего товарища. Уен так то сильно к нему привязался, ведь проводит рядом буквально сутки напролет. Юри точно будет скучать, ведь животные, особенно такие ласковые и хорошие, имеют способность въедаться в человеческие сердца, доставляя невероятную боль если их покинуть или потерять.              Но Уен не знает, будет ли по нему скучать Сан. Других котов или фамильяров здесь не видел и только бабушка составляет ему компанию. Даже как-то грустно становится, что Сан закрыт на такой территории, когда как он вместе со своей мамой путешествует повсюду за своими хозяйками. Бабушка же не повезёт его даже в город, повидаться с внучкой, что очень печально.              Предаваясь таким грустным мыслям, Уен сам трется об Сана, что мирно сидел и смотрел на небо. Рыжий даже вздрогнул от неожиданной порции нежности от такой колючки, но потом быстро подключился, громко мурча и мотая головой по чёрной шерсти.       

***

             Бабушка решила устроить Юри неожиданный мастер-класс по прополке грядок. Всë то время, что внучка гостила у неё, женщина даже не смела звать её в огород и портить нежную кожу ручек тяжёлыми инструментами. Но похоже, что малышка начала заметно скучать, ведь родители были далеко, привычные игрушки остались дома, а поднимающаяся температура воздуха заставляла сидеть дома и не высовываться до вечера на улицу. Одной радостью был Уен, с которым Юри могла поговорить, но тот с начала уроков стал её бесить и ассоциироваться с нудными объяснениями, а второй радостью был Сан, что всегда был рад поиграть с девочкой и потискаться. Но погода тоже не сильно хорошо на него влияла, заставляя искать место попрохладнее или рядом с водой. Уену тоже было тяжело, поэтому фамильяр точно также шёл к Сану, чтобы в дальней комнате, скрытой от солнца, лежать и спать.              Так бабушка и решила занять внучку, что начала хныкать, а по вечерам истерить от скопившейся энергии, что за день так и не была выпущена. Взяв тяпку, натянув на девочку большую широкополую шляпу, бабушка посадила внучку в самой тени, чтобы та методично убирала сорняки и мелкую траву. Было видно, что Юри не хотела таким заниматься и она была бы рада больше побегать и попрыгать, но обещанный яблочный пирог придал сил.              Уен с Саном проспали весь день. Погода дико утомляла, а рядышком было очень хорошо. Но с наступлением долгожданной прохлады, Сан встал и пошёл на улицу. Уен больше не мог заснуть, поэтому проверив уставшую малышку, что притомилась на большом диване, отправился следом за рыжим котом.              Уен нашёл Сана быстро. Тот резво прыгал вокруг чего-то. Фамильяр насторожился, но Сан его заметил, поднимая что-то с земли и направляясь прямо к нему.              — Что это? — Уен скептически смотрит на то, как что-то несёт в своей пасте Сан.              Рыжий кот останавливается и кладёт на землю свою добычу. Уен непонимающе на неё смотрит.              — Мышь.              — И зачем она мне? Я есть такое не буду.              — А они не вкусные. С ними прикольно играться.              Мышка, видимо пережив первый шок, пытается подняться и убежать, но Сан кладёт лапу сверху и придавливает её к земле. Рыжий кот озорно дёргает хвостом и начинается перебрасывать мышку между лапок.              — Да уж, надеюсь Юна разругается со свекровью и мы больше сюда с Юри не приедем, — фырчит Уен, но Сан его не слушает, занимаясь своей игрой.              Уен знал, что в деревне это нормально заводить котов ради борьбы с вредоносными грызунами, но он никогда не думал, что с ними можно играть. Эта маленькая мышка так громко пищит, что аж жалко становится.              — Где ты её взял?              — В сарайке. Там их много! Тебе тоже принести?              Сан смотрит серьёзно, в очередной раз придавливая мышку к земле. Уен вздрагивает и фыркает, разворачиваясь и идя обратно в дом. Ему нечем тут играть. Он даже дома не особо любит наблюдать за работой Юны. Есть в семье Чон один ритуал на порчу, подразумевающий жертву какую-то. Юна и петуха забивала, подкидывая тем сам под двери вместе с нужными предметами, и крысу, и вроде даже однажды ей принесли барана, но судьба рогатого оказалась куда радужнее. Хотя Уен не уверен, не пустили ли его после отказа на шашлык.              Но Уен не смог пройти и пару метров, как его нагнал Сан, валя на землю и барахтаясь. Это не было борьбой, а являлось снова каким-то диким приливом нежности. Рыжий мягко кусал и вылизывал шею фамильяра, показывая свой настрой.              — Давай поиграем? Мне скучно!              — С мышью поиграй, — фыркает Уен, легонько тыкая лапой в морду Сана, — ты же так хорошо играл.              Сан чуть приподнимается и смотрит. Его зрачки сужаются, а глаза прищуриваются. Уен чувствует, как чужой хвост нетерпеливо машет в воздухе.              Уен только хочет что-то сказать, как Сан кусает его в шею. Он делал это мягко, но всë также игриво, словно хочет и правда раззадорить.              — А! Отпусти! — мяучит громко Уен.              — Нет! Давай играть!              Сан облизывается и снова хочет укусить, как Уен брыкается задними лапами. Рыжий, явно этого не ожидавший, ослабляет хватку и падает на бок. Сан быстро соскакивает, но Уен быстрее бежит в дом.              — Ну Уен! Ты чего такой! — слышится громкое от Сана с улицы.              Уен бежит дальше в дом. Желание поиграть Сана кажется странным. Хотя скорее фамильяр не привык к таким играм. Только папа что-то похожее себе позволял, хотя это скорее было в шутку. Мама же была просто ласковой и любящей, а сестер и братьев у него не было для таких игр.              — Я догонялки тоже люблю! — слышит Уен отдалённо позади себя, как и громкий топот лап по старым пола.              Фамильяр хочет уже запрыгнуть к Юри на диван, но малышка так утомилась, что мирно сопела и дула губы. Будить ребёнка не хотелось, ведь Сан абсолютно точно не заметит этого, и заставит Юри реветь от неожиданного пробуждения. Поэтому Уен бежит дальше в комнату, где и спит обычно девочка.              Уен влетает пулей и быстро перевоплощается, желая уже человеческой рукой закрыть дверь. Только Сан до жути быстр и успевает юркнуть в маленькой щелке, чуть ли не сбивая с ног. Уен хватается за стол, чтобы удержать равновесие, но всë равно падает. Благо не так шумно, как предполагалось, и следом не слышно встревоженных бабушкиных шагов.              Сан восседает на его груди и активно лижет лицо. Уен жмурится, пытаясь не брезговать от кошачей слюны, но язык такой щекотный, что приходит прикрыть рот, чтобы не начать смеяться во весь голос от ощущений. Не очень-то хотелось, чтобы в доме одинокой женщины с внучкой раздался грубый мужской голос, что истерически смеётся.              Сан тем временем не останавливается, продолжая лизать и лицо, и шею. Рыжий даже кусает Уена за пальцы, чтобы тот убрал руку. Этот метод оказывает рабочим и фамильяр отдергивает руку, шипя и трясся ее от лёгкой боли.              Уен сдаётся, лёжа на полу и смотря в потолок, пока игривый кот делает всё, что его душе заблагорассудится. Наконец-то, выплеснув свой поток энергии и своеобразной любви, кот устраивается удобнее на чужой груди, сложив лапки перед собой.              — Научи меня становится человеком, — тихо мяучит Сан, понимая почему Уен прячет от бабушки.              Фамильяр на него глядит и тяжело вздыхает. Рука ложится сверху, почесывая голову и ушки, а Сан тепло мурчит. Не хочется расстраивать, но Уен ничего не может поделать.              — Не могу. У тебя так не получится.              Сан грустно опускает голову и прижимает уши. Он уже об этом слышат от Уена, но снова ещё более тяжело это воспринимать. Особенно с той лёгкостью, с который сам фамильяр обратился.              — Мне тут скучно.              Уголки губ Уена грустно опускаются, а брови хмурятся. Обычным деревенским котам не скучно жить. Они всегда ищут себе приключения и в награду получают какие-нибудь объедки со стола или собственноручно пойманных грызунов.              — Почему?              — Ну… Скучно. Я не знаю. Мне тут типо делать нечего. Бабушка меня не любит, а просто по доброте душевной кормит, — грустно признаётся рыжий кот.              Что-то в сердце Уена больно щёлкает. Он приподнимается, держа кота на груди и активнее гладит мягкую шерстью. Чем бы Сан не занимался, он тщательно за собой следил и вылизывался.              — Не пробовал уйти куда-нибудь?              — Пробовал, только толку то этого? Только бабушка меня и кормит. Ей в принципе плевать где я, просто жалко меня ей. В дом даже запускать начала из-за зимы. Так то я на улице просто жил всë время.              Уен садится на кровать, продолжая утешать грустного Сана. Похоже, что эти мысли давно сидят в его голове, раз он так осторожно их рассказывает.              — И Юри приехала и стало так круто! С ней очень классно, и с тобой очень классно! С тобой особенно… но вы же уедете? Я слышал, что Юри редко видит бабушку, а посещает её ещё реже.              Уен грустно кивнул. Сан тоже переживает насчёт их отъезда. Сначала казалось, что он был рад тому, что они приехали на время, но сейчас чувствуется в этих словах тоска и боль. Сан снова останется один в этом доме, ведь бабушка не даёт того, что ему так необходимо, помимо еды.              А ещё то, что Юри редко видит бабушку — это правда. Уен не знает почему, но Юна находится в неком конфликте с ней, но при дочери пытается спокойно с ней общаться. Минсок, отец Юри, не может повлиять на это, поэтому их встречи крайне редки. Малышка больше дружна с ведьминской роднёй. Там много добрых и хороших людей. Сам Уен предполагает, что бабушке не понравился выбор её сына и она начала давить, но Юна не из тех людей, что готова просто смириться и отступить. Она будет глотки рвать и метать, лишь бы отстоять своё счастье. Да и Минсок оказался не трусом и маменькин сыночком, раз пошёл против её воли.              — Юна должна нас скоро забрать, — тихо говорит Уен, чувствуя, как ещё напряженнее стал Сан в его руках.              — Понятно. Надеюсь, что вы ещё приедете.              Уен сам сейчас готов слезу пустить от грусти и надежды в голосе. Не был он готов к таким словам от Сана, будто сам внутренне думал о коте куда хуже. Хотя, возможно, так и есть, ведь рыжий их встретил не самым гостеприимным образом.              Уен нежно гладил Сана по шерстке и между ушек. Грустный, но скорее всего просто успокоившийся, кот тихо мурчал прикрыв глаза. Он удобнее устраивался на руках Уена, позабыв, что тот не человек и в любой момент может вернуться в свою кошачью форму.              Так и происходит. Уен не стал ждать, когда бабушка начнёт топать в их сторону, поэтому аккуратно положил уже уснувшего Сана на постель, а сам вернулся в прежнюю форму.              Уен потянулся, когтями впиваясь в ковёр. Ему нужно проверить Юри, но и Сана не хотелось оставлять. Хотя это кровать малышки, поэтому, скорее всего, бабушка попытается принести её сюда.              Уен выходит из комнаты, вспоминая место, где до этого притомилась Юри. Девочка продолжала сопеть, пока бабушка что-то делала на кухне.              Заметив чёрное пятно, бабушка остановилась. Уен поймал её внимательный взгляд, поэтому сел напротив неё, как бы слушая. Бабушка начала к ним идти неторопливым шагом.              — Ой, и правда уснула, — говорила бабушка, смотря на Юри в неудобной позе.              Женщина тихо подошла и начала гладить девочку по голове, как бы пытаясь разбудить. Уже не тот возраст в обеих, чтобы без последствий носить на руках.              Девочка начала жмуриться и хныкать, ведь ее разбудили от такой сладкой дремы. Уен сразу же залез на диван, аккуратно садясь на бедра малышки и подставляясь под ее руки. Юри, почувствовав мягкую шерстку и язык, что лизал щеку, всë-таки открыла глаза, сонно моргая.              — Солнышко, давай в кроватку? А то не выспишься, — просит бабушка.              Юри трет глаз ладошкой поднимается, беря во вторую руку Уена, идет по направлению к комнате. Малышка открывает дверь, сбрасывает тапочки и залазит на кровать. Сан приподнимается, осматривая, но заметив их двоих, чуть отодвигается.              Девочка ложится к стеночке, даже не снимая одежду, и сразу же засыпает, дуя губы. Уен ложится рядышком, но ближе к Сану. Рыжий кот довольно мурчит, когда Уен хлопает его хвостом по телу и трогает лапкой.              Так они и погружаются в царство Морфея.       

***

             Новый день — новые приключения. Уен никогда не относился к таким, ведь тот, кто ищет приключения — самый настоящий бездельник. Занятой человек, или фамильяр, находит себе работу быстро, нередко проблемы сами преследуют и не отцепляются.              Уену нравилось наблюдать за Саном. По сути, кроме одиночества, обычный деревенский кот счастлив. Можно сказать, что даже занят: тут мышь убить, там территорию проверить, здесь отпугнуть чужака. Можно в свободное время и бабочек половить, и на солнышке полежать, грея пузико, и лениво вылизаться.              Кстати о чужака. За всë их пребывание здесь, Уен ни разу не видел других котов. Он, конечно, знал, что такие коты, как Сан, метят территорию, и другие сразу понимают это, но было всë равно интересно увидеть и других. Как никак, а в деревне точно есть несколько сильных ведьм, возможно даже клан или шабаш, а там уже и до личных фамильяров недалеко.              Но тут Уен увидел того самого чужака. Не здесь фамильяру устанавливать свои правила, но завидев серого полосатого, Уену захотелось встать и опасливо нашипеть. Хоть чужак и Сан были одного поля ягоды, рыжий выглядел куда более упитано и чисто, нежеле грязный, чумазый и побитый серый. Вот про таких котов говорят, что загулял и вернулся сразу в ветклинику.              Серый, завидев его, распушил хвост, громко начал мычать, словно рыча, и медленно подходил ближе. Уен смотрел на него скептически, обрывками узнавая слова на кошачьем. Не особо хотелось получить, но оставлять этого на территории Сана не хотелось. Рыжий пока беззаботно крутился возле бабушки, выпрашивая кусок рыбы.              Но Уен не особо хотел приближаться. Драться с дворовым котом — последнее занятие, которым он хотел бы заниматься. Он то домашний, с гладкой шестью и вкусным сбалансированным кормом, а не жрущий какую-то падаль. Ещё и регулярно вычесывают, подстригают коготки и нежно гладят. Полный кошачий кайф!              А тот приближался ещё ближе, как к дохлой мышке. Скорее всего это вчерашняя, которой игрался Сан, но раз он её оставил, она так и померла там. Уен и к этой падали не хотел приближаться. Вообще хотел сидеть на месте и тихо-мирно наблюдать издалека. Но этот кот продолжал шипеть и смотреть, будто Уен нападёт на него. Да даже в человеческом обличии Уен побоялся бы к нему подходить — цапнет, а потом ищи перекись с ваткой. Не дай бог, а то придётся просить Юри, а бабушка поднимет панику, а потом увидит его, и уж точно схватится за сердце. Ему такая радость не нужна.              — Ты кто такой?! Я тебе здесь не видел! — услышал смутно Уен, когда наблюдал за серым.              — А тебе то какое дело кто на моей территории ошивается?              Уен оборачивается, замечая рыжего. Сану не хватает эпичной музыки на фоне и плаща, чтобы его приход был куда более зрелищным.              Рыжий опасливо рычит, вставая на дыбы. Уен уходит за его спину, решая не вмешиваться в эти выяснения отношений. Не хватало ещё выйти из них, как главный пострадавший.              — Пошёл отсюда! — шипит Сан, подходя опасно близко к серому.              Тот ещё больше пушится и выгибается. Под внимательный взгляд Сана подходит к мышке.              — Ой, будто это твоя территория! Чужаков-то водишь к себе!              Сан не даёт ничего больше сказать, как стартанул и прыгнул сверху. Серый впивается когтями и кусает, защищаясь. Оба кота перекатываются на земле, раз в пару секунд подпрыгивая и угрожающе шипя. Снова схватка, Сан со всей силы дубасит серого лапой и тот драпает, сверкая пятками.              — Да ты прям герой! — смеётся Уен, подходя к Сану. Тот до сих пор стоит в боевой готовности и со вздыбленной шерстью, но завидев фамильяра, заметно смягчается.              — Ну должен же я защищать своих! — Сан гордо поднимает голову, поджимая лапки ближе к телу.              — И правда, герой-героем, — фырчит без злобы Уен, смахивая лапкой какой-то листочек, что упал прямо на голову рыжему.              — Я ведь молодец? Да? Да? — взрывается неожиданным нетерпением Сан.              Уен показушно закатывает глаза, но ластится к коту ближе. Он мурчит довольно, боднув Сана под подбородок. Рыжий тоже притирается в ответ, не брезгуя провести вылизывающе языком.              — Молодец-молодец.              

***

             Проходит ещё пару дней. На улице стояла дикая жара. Юри продолжала помогать бабушке в огороде, пока два кота лежали на солнышке и грели животики.              Сначала малышка вместе с ними удобно устроилась на пледе, собирая очередной венок из цветов, но занятие бабушки её так зацепило, что она бросила всë и стала помогать. Уен и Сан лежали, сцепившись лапками и ловя крохи ветерка, что шевелил усы.              — Так хорошо, — тихо мурчит Уен.              И правда хорошо. Тихо и спокойно. Хоть их дом находится в частном секторе, по сути в такой же деревне с отдельными домиками у каждой семьи, но там всë равно прослеживалось влияние города. Пыль, звуки машин и куча людей, что снуют туда сюда. Зато тут, у бабушки, тишь да гладь. С одной стороны большое поле, а с другой — лес с мощными деревьями. Жизнь в деревне шла своим чередом, без напряга.              — Так оставайтесь здесь, — тихо, с надеждой, отвечает Сан, поворачивая голову на Уена.              Фамильяр смотрит в небо. Он бы и остался, контакт с природой очень важен для ведьм и их помощников, но не он здесь всё решает. Зная про отношения Юны с бабушкой, она точно не оставит Юри здесь надолго. Хоть и обещала на всë лето, материнское сердце всë равно сдастся, особенно если малышка внезапно простудится. А он, естественно, без Юри не может.              — Это не мне решать, а маме Юри, — горько говорит Уен.              Сан больше ничего не отвечает, понимая, что у них осталось не так много времени вместе.              Часы идут свои чередом, не останавливаясь. Уен и Сан продолжают проводить время вместе, иногда с Юри, но той больше интересен мир растений, чем они. Но периодами малышка их гладит, ласково расчесывает и угощает вкусняшками.              Но как и думал Уен, Юна приезжает внезапно. Юри уже несколько дней себя неважно чувствует и капризничает. Фамильяр почувствовал это сразу, когда у малышки начала подниматься температура. Болеть летом очень плохо, ведь пропускаешь слишком много.              Бабушка заметно нервничала, не зная как помочь ребёнку. Как никак, а перечить Юне и Минсоку она не хотела, поэтому старалась помочь чем могла. Даже послушно следовала указанию не использовать народные методы.              Ей пришлось связаться сначала с сыном, а потом уже непосредственно и с невесткой, чтобы спросить. Юна сказала что можно дать из лекарств и пообещала приехать поскорее, чтобы не мучать девочку. Юри очень хотелось быть рядом с мамой и папой, в родном доме.              Оба кота были рядом, следя за малышкой. Уен сидел в крепких объятиях, пока Сан лежал возле головы, периодически прикасаясь холодным носом ко лбу.              — Как я понимаю, вы скоро уедете?              Как бы Уену не хотелось, но он кивнул. Сан выглядел грустным, он скрутился колобком, смотря в стену.              Уен ничего не мог сделать, кроме как выпутаться из рук спящей девочки и лечь рядом. Он аккуратно лизнул Сана между ушек. Рыжий продолжал грустно мурчать.

***

             Юна приехала на следующий день. Юри не знала, что мама приедет, поэтому была очень рада ей. Она выбежала, сразу же оказываясь в тёплых руках, что нежно обнимали, а губы целовали в лоб.              Поняв, что они уже уезжают, Уен перевоплотился, начиная скидывать вещи Юри в сумку, чтобы не задерживать. Юна не особо готова была долго находиться здесь.              Сан всë это время грустно смотрел на его сборы. Кот даже не мяукал, привлекая внимание, зная, что уже остаются считанные минуты.              Уен тоже чувствовал, как к разрывается сердце, смотря на рыжего. Он так к нему привык, так прикипел, что уже не мог расстаться. Фамильяр знал, что животные за который период времени очень сильно цепляются за душу и расставаться с ними крайне тяжело. Но нужно было уезжать.              Напоследок погладив и чмокнув Сана в лоб, Уен перевоплотился. Он вышел из комнаты, направляясь к Юне. Та смекнула, что вещи готовы. Она посадила Уена в переноску и взяла сумки. Сан вышел к ним попрощаться.              Уен видел сквозь сетку, как Юри начинает плакать, а Сан ластиться к её рукам. Фамильяр чувствует, как дрогает сердце и как малышка цепляется за рыжего кота.              Юна смогла оттащить девочку от Сана, взяв на руки. Юри тихо плакала, утирая слезы и махая бабушке с Саном на прощание. Уен ловит последний взгляд на него от рыжего и отворачивается, чтобы самому не начать плакать.              Юна садит Юри в кресло и пристегивает, а переноску Уена ставит рядышком и открывает, чтобы после отъезда он смог обратно принять человеческий облик и ехать с малышкой. Юна садится за руль, а Юри снова машет на прощание, только уже через окно. Бабушка тоже грустно машет, уходя обратно в дом.              Юна отъезжает. Как только они оказываются на асфальтированной дороге, Уен выпрыгивает и перевоплощается. Фамильяр пристегивается и берёт девочку за руку, ведь та до сих пор продолжает всхлипывать.              Уен задумчиво смотрит в окно, рассматривая поля и леса, которые они проезжают. Внутри, как будто пусто. Он не знает даже с чем сравнить это чувство. Но голос Юны возвращает его на землю.              — Уен, хватит мяукать. Вроде человеком стал? — ворчит Юна за рулём, концентрируясь на дороге.              Уен вскидывает голову, не понимая о чем она говорит. Он сейчас молчал, да и никогда не мяукал в человеческом обличии.              — Это не я.              — А кто тогда? Юри что-ли? — продолжает ворчать Юна.              Уен пытается напрячь слух, вдруг ведьме что-то почудилось. И вот, на одном из поворотов он всё-таки услышал:              — Мяу!