Сборник сказок.

– Тётушка, расскажи, пожалуйста, сказку на ночь! – воскликнула девочка примерно лет десяти, укутываясь в тёплое одеяло. – Да, расскажите, расскажите! – поддержали её остальные дети разных возрастов от десяти до пятнадцати лет. Никто из них не хотел ложиться спать так рано. – Что же вы какие неугомонные, а? Весь день играли и всё ещё не умотались? – причитания старушки прошли мимо детских ушей. Малютки хотели развлечься напоследок, но всё же в чём-то женщина оказалась права: на активные игры у детей сил не осталось, поэтому они поудобнее устроились на своих кроватях, но спать отказывались наотрез. Тётушка лишь вздохнула и села на стул, стоящий в углу, откуда она могла видеть всех детей, а они могли хорошо её слышать. – И какую же сказку вы хотите послушать? – строгий тон старушки сменился мягким и спокойным. – Про любовь! – почти хором воскликнули девочки, на что мальчики ответили им протестом. – Нет! Давайте сказку о героях и битвах! – девочек такой ответ не устроил. – Да вы всегда выбираете истории! – более юные ребята хотели было снова воспротивиться, но самые старшие остановили их. У младших девочек начали краснеть носики от такой несправедливости, а успокаивать их потом никто не хотел. – Ладно! Тётушка, расскажите сказку про любовь. – мальчики всё же сдались, но счастливые улыбки девочек утешили их. От столь умилительной картины старушка не могла не улыбнуться сама. – Что ж, тогда погасите половину свечей и ложитесь. – дети через одного задули свечи, которые стояли на прикроватных тумбах, и замолчали, ожидая начала рассказа. *** Давным-давно, в одном далёком королевстве, ходила легенда о прекрасной деве, голос которой был так красив, что те, кто его слышал, не могли более познать большего наслаждения, чем это. Однажды на это королевство напал король соседнего государства. Поговаривали, что он не проигрывал ни одного сражения и всегда добивался того, чего хотел. Уже многие пали ниц от его меча. Не было в его глазах ни страха, ни сожаления, ни милости. Храбро сражались против него воины, пытаясь спасти свою страну от завоевания, но судьба распорядилась иначе: король убит, его семье едва удалось спастись и бежать, а слуги, которые помогли им, лишились своих голов. Долго ещё бушевала вражеская армия на улицах поверженного королевства, подавляя в головах людей любые мысли на сопротивление. Наигравшись чужими жизнями, новый король и его свита заняли замок, чтобы отдохнуть и отпраздновать очередную победу. Той ночью чистое небо блистало яркими звёздами. Высоко над горизонтом восседала луна. Будто оплакивая, она проникала своими лучами в окна и касалась кожи юного создания, шедшего босиком по каменному полу коридора холодного дворца, стены которого давно не прогревали камины и печи. Двое стражей, держа в руках факелы, чтобы рассеять непроглядную тьму, открыли тяжёлую деревянную дверь, ведущую в огромный зал, где потолки устремлялись ввысь, а стены, казалось, были так далеко друг от друга, что в этом расстоянии можно уместить несколько крестьянских домов со всем их хозяйством, и силой толкнули бедняжку внутрь. Тишина коридора сменилась громким гулом от разговоров и пиршества солдат, а в глаза, привыкшие до этого к сумраку, ударил яркий свет свечей на столах, напольных подсвечниках и настенных факелов, усыпавших весь зал. Голоса стихли, от чего слышен был лишь вой ветра за окном. Казалось, будто каждый перестал дышать. Никто не мог отвести взгляд, словно заворожённый. Все до единого обратили свой взор на прекрасное создание, которое под руки вели к трону, стоящему на возвышении посередине зала, откуда сидевший на нём мог в деталях рассмотреть все прелести тела, облачённое в полупрозрачную белую ткань длинного платья. На изуродованном шрамами лице появилась улыбка. Никогда прежде король не видел столь ярких, чистых, будто само летнее небо голубых глаз. Но не это позабавило его, а отсутствие страха в них. Ледяной взгляд был направлен на него, что удивительно. Юная дева, с белой, словно фарфор кожей, длинными густыми волосами, цвет которых можно сравнить с полем, усеянным пшеницей и большие очи, обрамлённые светлыми ресницами. Мягкие, округлые линии тела. Плавные линии лица излучали жёсткость и непоколебимость под напором чёрных глаз короля. Она, казалось, была вдвое меньше него, облачённого в доспехи даже вне поля боя. Он был похож на ворона: чёрные волосы, чёрная густая борода и такие же брови, что делали его взгляд ещё более тяжёлым и грозным. Своими большими грубыми руками, на которых оставили свои следы многочисленные бои, он схватил бедную белую голубку ради своей забавы. – Так вот какая ты, дева. – низкий, хриплый голос эхом отразился от стен зала, в котором до сих пор царила тишина. – Когда местные рассказали мне эту легенду, я думал, что это очередная выдумка, но ты и правда прекрасна. В мои руки попал сам ангел. – девушка молчала. Выражение её лица не изменилось, что уже не так нравилось королю, как мгновение раньше. – Споёшь для нас? – король нахмурился. Он не просил, он приказывал и отказов не принимал, но дева молчала. Неповиновение выводило нетерпеливого мужчину из себя. Он не привык ждать, не привык к непокорности, но ответа не последовало, на что король ухмыльнулся, смотря на безэмоциональную маску на чужом лице. – Я тут слышал, что ты очень любишь лисиц. – нежное тело вздрогнуло, маска треснула. – Если развлечёшь нас, то я готов подарить тебе одну. – король ликовал. Не передать словами, какое наслаждение он почувствовал, когда смог коснуться души беззащитного создания, когда пустота в глазах сменился испугом, когда дева поджала губы и опустила взгляд, но и в этот раз ответа он так и не услышал. – Тебе, похоже, жить надоело?! – король вскочил, его лицо перекосило от злобы. Он рявкнул, словно дикий зверь, от чего девушка прижала плечи к голове, будто хотела защититься, и неосознанно шагнула назад. Король снова захотел что-то крикнуть, но не успел. Его перебил один из солдат, который, видимо, был одним из приближённых, раз посмел вставить слово без разрешения. – Прошу прощения, Ваше Величество, но это дитя не сможет Вам ответить. – король направил свой яростный взгляд в толпу, от чего многие опустили головы в пол. – Дева не может говорить. Её голос появляется лишь во время пения. – солдат потупил взгляд и замолчал. Гнев короля поутих, он сел обратно. На несколько мгновений в зале вновь воцарилась тишина. Никто не смел прервать её первым или поднять головы, пока правитель не заговорит. – Принесите ей лиру. Пусть споёт песню о любви. Слышал, что ты в этом мастерица. – голос короля смягчился, солдаты подняли головы, кто-то из толпы побежал за музыкальным инструментом. Тишина сменилась тихим гулом разговоров мужчин, ожидавших представление, от которого, по словам, можно улететь в рай. Вино вновь полилось в стаканы, к еде решили пока не притрагиваться, ведь никто не хотел отвлекаться, а питьё лишь сделает песню слаще. Королю же не подносили ни яства, ни вкуснейшее вино. Интерес в нём вызывало лишь развлечение, которое станет символом его новой победы. С рук девушки сняли верёвку. Двое сопровождавших присоединились к остальным. Спустя минуту ей дали лиру. Инструмент был старым, но ухоженным, видно, что её прошлый хозяин заботился о ней, а сейчас он, возможно, уже мёртв и больше никогда не сможет сыграть. Руки девы дрожали, она шумно глотала воздух через приоткрытые губы, но в её глазах больше не читался страх, она снова закрыла душу, чем дала понять королю, что не боится его, что он не сможет её сломить. Сев на холодный пол, дитя провела тонкими длинным пальцами по струнам, от чего лира запела, заполняя зал медленной, протяжной мелодией. После уже невозможно было уследить за движением рук и пальцев юной девы: так ловко и легко она перебирала струны инструмента, будто с рождения умела играть на нём, будто говорила с ним. Но стоило юному созданию начать петь, как никто уже не замечал ничего: ни ловких пальцев, ни вкуса вина. Каждый забыл обо всём, погрузившись в свой мир, созданный прекрасным голосом. Даже король, положив голову на руку, закрыл глаза и погрузился в негу. Высоким, будто ангельским голосом дева начала рассказ своей истории. Не способная петь на человеческом языке, она пела на своём, который никто не знал, но несмотря на это все, почему-то, понимал смысл каждого слова. Именно этим славились волшебные песни: девушка с её помощью «показывала» то, о чём хотела сказать. В голове каждого возникали образы, ведомые чудным голосом. Летний лес, утренняя прохлада, ясное голубое небо и восходящее солнце, которое нежно грело, пока и не думая обжигать. В высокой зелёной траве под ниспадающими ветвями плакучей ивы сидели двое в объятиях друг друга. Лиц их никто не мог разглядеть, но все понимали, что в этой песне дева держит в руках самое дорогое для неё существо. Каждый ощущал нежность кожи на своих ладонях, жар поцелуев, которыми влюблённые осыпали друг друга. Как нагое тело щекотали чужие длинные волосы, в которые так и хочется зарыться пальцами. Дева касалась чужой округлой груди, от чего в ответ получала тихий, протяжный стон. Её возлюбленная прижималась как можно ближе, подставлялась под приятные прикосновения и шептала слова любви, целовала шею, потиралась горячей плотью о уже мокрое бедро. Обжигающее дыхание в своё плечо дева воспринимала как похвалу, как поощрение, как что-то самое дорогое на свете. Чужое тело дрожало в её руках, прося большего, и она готова дать это своей любимой. Никому рассказываемая картина не казалась пошлой, мерзкой и отвратительной от представленной в ней запретной любви. Все чувствовали лишь светлые чувства, то, как прекрасные существа в песне дорожили друг другом, никак нельзя было назвать грехом. То умиротворение и наслаждение, что испытывали находящиеся в этом зале, вряд ли они смогут испытать снова. Образы в мыслях слушателей потихоньку растворялись, становясь дымкой, превращаясь в недолгое забвение. Последний раз коснувшись струн, дева замолчала, устремив взгляд в пол. Король, пребывавший до этого в абсолютном наслаждении, нехотя открыл глаза и взглянул на маленькую голубку, которая казалась слишком печальной для того, кто только что спел такую прекрасную песню. Никто не смел проронить и слова, не желая рушить сладкое послевкусие от понемногу уходящей неги. – Что ж, – прервал тишину король, привлекая к себе внимание не только воинов, но и девы. В её глазах он мог прочесть напоминание об обещании, которое он дал до этого, и король был готов исполнить его. – Вынесете деве её подарок. – властным голосом приказал мужчина. Солдат, ответственный за это, не сразу услышал приказ, всё ещё находясь в мире грёз, от чего был одарен гневным взглядом и бежал прочь, чтобы не заставлять короля ждать. Сердце девушки зашлось в быстром танце, когда слуга вынес что-то, обёрнутое в чёрную ткань. Она не могла оторвать глаз от воина, считала каждый шаг, тянула руки, желая получить это как можно быстрее. Дрожа, как осиновый лист, дева отбросила инструмент в сторону и на коленях поползла в сторону идущего к ней. По её щекам потекли слёзы, губы тряслись, и вот, наконец, свёрток оказался в её руках. Откинув клочок ткани, дева увидела тело лисы, глаза которой были открыты. На белоснежной шерсти не было следов крови, но ярко-голубые глаза не излучали жизнь, лиса не дышала. Дева замерла, казалось, что она сама перестала дышать. Солдаты перешёптывались, но убитая горем не слышала их. Прижав маленькое создание, она зарыдала немым криком. Слёзы текли по её лицу словно ручьи, падая на пол крупными горькими каплями. Король наслаждался столь жалкой картиной. Ему нравилось заплаканное лицо девы, поэтому он и не думал прерывать сие представление, желая вдоволь насладиться чужой болью утраты. Никто из присутствующих не мог понять, почему девушка так убивается по какой-то лисе, пока та, не упав на пол и свернувшись калачиком, как бы пытаясь защитить собой лисицу, не начала тихо, едва слышно петь. Тот же лес, тот же день, те же касания, полные любви и нежности. Ещё немного девушки продолжали утопать друг в друге, наслаждаться минутами счастья и близости. Но вот, дева слышит какой-то шорох и застывает. До её ушей доносятся голоса, кто-то приближается и этот кто-то явно затеял что-то нехорошее. Взяв в свои ладони лицо возлюбленной, дева всего мгновение смотрит в такие же, как и у неё, голубые глаза, обрамлённые светлыми ресницами. В ответ она слышит тихое: «А как же ты? С тобой всё будет хорошо?» – дева улыбается, быстро кивает и, погладив девушку по светлым, словно пшеничное поле, волосам, целует её в лоб. Та, обернувшись белой лисой, убегает вглубь леса за секунду то того, как к деве выходят вражеские солдаты. Всё затихает. Воины слишком резко приходят в себя и не могут понять, что происходит. Вокруг непроглядная тьма, факелы и свечи погасли. В зале ощутимо похолодало и это не на шутку стало волновать всех находящихся здесь. Короля встревожило происходящее, от чего тот схватился за меч, готовый вот-вот достать его из ножен. Но внезапно посреди зала все увидели маленький огонёк в руках девы, которая сидела на коленях и что-то безмолвно шептала себе под нос. Слёзы продолжали течь по её щекам, но вот её губы были растянуты в лёгкой улыбке. Казалось, что она сошла с ума. Тут светлячок в её ладонях разгорелся, превратившись сначала в яркий костёр, а после принял облик девушки, сидящей в той же позе, что и сама дева. Две абсолютно одинаковые девушки смотрели друг другу в глаза, только одна из плоти и крови, а другая из огня. Люди оцепенели, не в силах пошевелиться. Дева взяла за руки огненное создание и прижала горящие ладони к своим губам. Все видели, как краснела белоснежная кожа, как она покрывалась волдырями и потихоньку плавилась, словно воск под напором огня. – Что вы смотрите, дурни?! Живо хватайте её! Она нужна мне живой! – громкий, словно гром, рык короля привёл большую часть воинов в чувства и те ринусь сквозь толпу к убитой горем деве. Но не успели они подойти к ней, как та прижалась к огню всем телом и слилась с ним. Яркие языки пламени разгорелись почти до потолка и одним движением приблизились к трону, возле которого стоял король, уже готовый к защите. Он лишь успел выставить перед собой меч, которым смог пронзить горящую в огне деву. Его взору предстала обугленная фигура с яркой улыбкой, что заставило короля вскрикнуть от ужаса. Солдаты ринулись к своему повелителю, но тут зал снова погрузился во тьму, после чего свечи и факелы загорелось вновь, будто никакого живого огня не было вовсе. О произошедшем напоминали лишь исчезнувшие дева, король и тело убитой им же лисицы. *** – Тётушка, а что с ними случилось? – маленькая девочка, чьё лицо было мокрым от слёз, дрожащим голосом обратилась к старушке, что только закончила свою сказку и теперь молча сидела в кресле. – Это история умалчивает, моя дорогая. – тихим голосом ответила женщина, медленно поднимаясь со своего места и направляясь к той, кто тихо плакала до самого конца любовной истории. – Сказка, которую я вам рассказала, самая красивая история любви из всех, которые я знаю. – старушка уложила малютку на подушку и укрыла её одеялом, после чего нежно поцеловала в лоб и окинула взглядом всех детей. – Время уже позднее, засыпайте, мои хорошие. Завтра я расскажу вам другую сказку. Более весёлую. – дети молча кивнули и, когда женщина отошла к двери, задули свечи. Каждый из них засыпал в мыслях о своём, но все до одного чувствовали горечь, хоть и понимали, что история всего лишь выдумка. Той ночью чистое небо блистало яркими звёздами. Высоко над горизонтом восседала луна.Будто оплакивая, она касалась своими лучами старое морщинистое лицо идущей по ночному лесу старушки. Она шла без фонаря, в кромешной тьме, ведомая лишь ей известным проводником. В самой чаще летнего леса она подошла к дереву плакучей ивы, вокруг которой прорастала высокая трава, в которой можно легко спрятаться. Подойдя ближе, старушка увидела безмолвно кричащее нечто, горящее в огне. Уже ничего не напоминало в нём человека, лишь глубокие шрамы на лице, которые были видны даже на обгорелой коже. Посреди этой поляны, возвышаясь над травой, переплетаясь, росли два прекрасных белых цветка. Женщина не могла оторвать от них взгляд, смотря на них в абсолютной тишине. Никто не знал, что в этот момент творится в её душе. Даже звёздное небо не могло догадаться. Всё, что оно могло, это озарить слезы, которые текли по морщинистой щеке из ярко-голубых глаз.