WASHINGTON STATE SNAKES

      Громоздкая дорожная сумка рухнула на землю. Айс стянул резинку с запястья, собрал хвост. Таллон насторожился – знал, что этот жест не сулил ничего хорошего. Особенно, учитывая накалившийся вокруг них воздух, будто затянувшаяся перед грозой статика. Сан, стоявший в паре шагов, провёл ладонью по гладкой лысине, размял шею с хрустом и ухмыльнулся.       — Почему ты не в Берлине? – спросил Айс и шагнул вперед.       С их последней встречи Сан сильно изменился. Его детская любовь к Эль Диабло из старых комиксов DC, которую Айс когда-то считал просто странной фазой, теперь прочно отпечаталась на внешности брата. Татуировки покрывали почти все лицо. Один глаз – в чёрном круге, как у мертвеца. По щекам, вискам и лбу разбросаны слова, символы и рисунки: "dreams", "hope", пчела, кресты, швы, костяные линии, словно скелет прорезался сквозь кожу. На подбородке – имитация сшитого рта. Под губой и бровями – проколы. Он словно собрал на лице все свои внутренние протесты и выставил их напоказ. Айс не мог не разглядеть этого. Он остановился, глядя прямо в глаза брату.       — Приехал поздравить сестричку, – хмыкнул Сан, снимая кольца с пальцев. — Ты не скучал, надеюсь?       — Как по занозе под ногтем, – ответил Айс.       Первый удар был быстрым, без предупреждения – кулак Сана свистнул в воздухе, но Айс увернулся, будто этого и ждал. Его ответ был рефлекторным – короткий удар ногой по голени и хлест локтем в солнечное сплетение. Сан закашлялся и ненадолго отступил.       — Как в детстве, да? – сквозь кашель посмеялся он. Хриплый, надтреснутый смех прозвучал неестественно громко в тишине общажного двора.       Сан бросился вперед с дикой ухмылкой, не защищаясь вовсе. Айс едва успел уклониться, но брат, казалось, и не рассчитывал попасть – он кайфовал от самого процесса. Развернулся на пятке, зарядил локтем в висок, затем от души врезал коленом в бок. Его движения были резкими, порывистыми, без лишней грациозности – сплошная импровизация.       — Тебе весело, ублюдок? – Он схватил Сана за ворот и головой врезал ему в лоб. Сан пошатнулся, но выдержал. В глазах полыхнуло – не страх, а решимость и безграничное веселье. Усталость нарастала, но отступать он не собирался. – Смешно блять?       — Не представляешь насколько.       Когда Айс совершил ошибку и занес ногу слишком высоко, Сан поймал его за лодыжку, дернул – Айс грохнулся спиной на землю. Таллон невольно сделал шаг вперед, но снова застыл. Он знал: лезть сейчас – себе дороже. Айс, не теряя времени, перекатился назад и встал. Губа оказалась разбита. Видимо, случайно прикусил, когда падал.       Он вытер кровь, глядя в довольные глаза брата, и внезапно изменил темп: вместо прямого удара – подножка, рывок за руку и Сан оказался на коленях. Айс вдавил его лицо в землю, пытаясь удержать.       — Кто выпустил гуманоида с планеты “Жопа” в цивилизованный мир? – пытаясь отдышаться, спросил Айс и отпустил Сана.       Тот посмеялся, перевернулся на спину и раскинул руки. Айс, тяжело дыша, отошел обратно к ступенькам, подобрал пачку сигарет и бросил одну в Сана. Не друзья. Не враги. Братья – в той особенной, странной форме, где кулак заменяет рукопожатие, а сигарета является символом примирения.       — Закончили? – спросил Таллон, поочередно глядя то на одного, то на другого.       — Поздоровались, – бросил Айс, наблюдая, как Сан, стараясь не выплюнуть легкие, поднимается на локте.       — Мило, – пренебрежительно вскинув бровями отметил Лансер, присаживаясь обратно на ступеньки. Он подкурил сигарету следом за Айсом, подхватил из тенька свой слабоалкогольный энергетик (то, что он не стоял на солнце никак не спасало его от скоропостижного нагревания). — Чудный день, да, чудики?       — Ага, хоть в календарь заноси, – проворчал Айс, провел пальцем по губе, стирая кровь.       — Ри уже справилась.       Таллон окинул взглядом братьев и цокнул жестянкой по камню. Косвенно, по рассказам Айса и Кренарии, Таллон был знаком с Саном. Но все, что он временами слышал о нем, так это: “отбитый”, “фрик”, “ебнутый” и все это в одном предложении, если не в одной строчке.       И если уж говорить о чудиках, Таллон не мог не заметить идущую от бедра Аррею. Её было видно издалека: наспех накрученные локоны, броский макияж, от которого трезвенникам в добрый день все-таки захотелось бы помолиться впервые за 3 года. Колготки в сетку, под шортами доходящими до середины бедра и фиолетовый топ с вырезом посредине – прямо в ложбинке между грудями, все это помогало ей заявить: “Мне кристаллически похуй, что её высочество Кренария решила, что можно сделать меня персоной нон-грата”. Примерно настолько помпезно представляла себе это Аррея. Остальным же, на деле, было также кристаллически похуй.       Она подошла к ступеням, подпрыгнув на месте, то ли от радости, то ли от нетерпения.       — Почему. Вы. Все еще. Здесь? – разделяя слова спросила Аррея. Тон её, однако, оказался, куда веселее, чем можно было представить. Девушка с секунду покрутилась на месте, заключив руки в замок за спиной, а затем обратила внимание на сидящего на земле Сана. — А ты кто? Призрачный гонщик?       — Хочешь прокатиться? – спросил Сан, сощурив один глаз на солнце, и затянулся сигаретным дымом.       — Еще бы, – Аррея нагнулась, упершись одной ладошкой в коленку и позаимствовала у парня сигарету. Глубоко затянувшись, она выдохнула дым практически ему в лицо. На губах растянулась широкая, полная ехидства улыбка, за которой показался раздвоенный язычок.       — Я рыгаю, – скривившись, проговорил Айс и струсил пепел с сигареты. Таллон тяжело вздохнул, в ответ на это предупреждение и накрыл свой напиток ладонью, вскинув бровями в отвращении. Он обреченно посмотрел на Айса и скривил губы, мол, брат, только не это.       — Найдите себе местечко поукромнее, – сбрезговал он, глядя, как Сан вернул себе сигарету. Весь этот момент выглядел будто Айс с Таллоном нагло отрывали их от процесса.       За спиной открылась парадная дверь, за которой показались Сторм с Дарси. Их взгляды сразу прошлись по присутствующим, останавливаясь на заднице Арреи, а затем и на незнакомом лице. Глаза Сторма прищурились, а улыбка едва заметно сбилась – лишь на миг. Но потом вернулась с удвоенной яркостью.       — Ну, здра-асьте, а что за шоу мы пропустили? – бодро выдал он, заметив ссадины на лице Айса.       — Дарси, – Уильямс протянул руку Сану, тактично игнорируя вопрос Сторма.       — Сан.       Сторм прищурился. Он слышал это имя раньше — мельком, от Айса, обычно сквозь зубы, в момент сильного раздражения. Но увидеть этого человека живьём было… непривычно. Он представлялся другим, Айс описывал его как малолетнего психопата, издевающегося над животными. Не таким, от кого Аррея не может оторвать взгляд. Сторм не хотел признавать этого, но видел даже некоторые сходства между собой и Саном.       — А, тот самый “солнечный ребенок”? – припомнив все слова, коими Айс поносил брата, сказал Дарси.       Аррея медленно выпрямилась, оторвав взгляд от Сана, только когда перед глазами появилась рука Черри. Она на мгновение обернулась себе за спину, задержав язык в уголке рта и пересеклась взглядами со Стормом. Тот, как всегда – светился ярче тупого диска над головой, показывая зубы. Ну конечно, у него же все было прекрасно: молчаливое разрешение прийти на тусовку, настроение, крутящаяся под хвостом Эбби, – все как надо. Сузив глаза, она отвернулась, усердно разглядывая парня.       — Ну типа. Скорее ожог третьей степени, – хмыкнул Сан, чуть склонив голову.       — Смешно, – бесцветно сказал Айс. – Прям ожог от лампочки в туалете.       — Ха-ха, – наигранно посмеялся Сан, – остро-о. Как ложка, блять.       Айс глянул на него исподлобья и затушил сигарету о край ступеньки. Дарси глядел в небо, словно пытался вымолить у Бога сил, чтоб пережить Сазерлендов.       — Ты в универ поступил, ложка? – строго спросил Айс.       Сан уже как год тусовался в Берлине – решил свалить подальше от предков под предлогом поступать в европейский университет. И то, что он сейчас появился на пороге их кампуса, не то что удивляло, – вводило в состояние ахуя. Особенно учитывая на какой ноте они все прощались с родителями, разъезжаясь по штатам и странам.       — Да нахуя? – пожал плечами Сан. — Ты че, думал я реально еду в Берлин грызть этот… камень науки или как там?       — Гранит, – закатил глаза Айс.       — Однохуйственно. Главное, что родаки бабок дали. Я на них тату-салон открыл. Так выгоднее, не? Наука жизни, вкуриваешь?       — Дохуя объясняет, – кивнул Айс, имея ввиду лицо Сана.       Когда Сан покидал Америку, на его лице не было ни единой татуировки. Можно было лишь догадываться, какой скандал учинит мать, когда увидит младшего сына. В их семье подобное самовыражение было полнейшим табу. Так что большинство татуировок на телах братьев Сазерлендов и Кренарии все еще оставались свежими.       — Так, а вернулся ты нахуя?       — Тебя увидеть, конечно же, золотко, – проговорил Сан, поднимаясь на ноги. — Иди поцелую.       — В жопу меня поцелуй, – резко ответил Айс, уклоняясь от губ брата.       — Если вы закончили пинг-понг любезностями, может мы уже покатим? – спросил Дарси, взглянув сразу на всех и никого одновременно.       — Я бы с радостью принял ваше приглашение, но… – начал Сан.       — Да кто тебя… – едва успел перебить его Айс, как брат решил продолжить громче.       — Но! Должен напомнить о своем существовании сеструхе. Дверку откройте, а?       Айс поднялся на ноги и приложил ключ-карту к замку только лишь бы Сан поскорее испарился из поля зрения.       — У меня ты не ночуешь, – предупредил он напоследок.       — Я найду, у кого переночевать, – ответил Сан и мимоходом подмигнул Аррее прежде, чем скрыться за дверями.       Девушка проводила его заинтересованным взглядом и упершись кончиком языка в клык, повела плечиком, мол, кто знает. Она помахала пальчиками на прощание и снова заключила руки в замок, перекатившись с носка на пятку.       Тем временем, на кухне, что была связующим звеном между блоками 366 и 369, царила полнейшая идиллия подготовки к празднику. Нев с Марко кудесничали над украшениями, продумывая все до мельчайших деталей: серебряные и черные надувные шары, черно-белые атласные ленты – все это стало лаконичным дополнением к дизайну кухни и при этом сделало помещение едва не волшебным. Их импровизированная мастерская по созданию праздника никому бы не дала заскучать. Видимо, ответственными за это их назначили неспроста.       Нев опустил взгляд на столешницу, под которой находился террариум Георгия и осторожно постучал по стеклу, будто питон услышал бы его и ответил на парселтанге.       — Что если и на него надеть бабочку? – хохотнул парень, поднимая глаза на Марко.       Марко, собрав все шары, надутые гелием, привязывал их к своим пальцам. Дергал пальцами и шары поочередно то опускались, то поднимались. Просто потому что с его слов он “шаровод-наоборот”.       — И бросить Кренарии в постель? – не отрывая взгляд от потолка, уточнил Марко.       — Ты такой изобретательный! – искренне воскликнул Нев, хохотнув. — Представляю его довольную морду. Только кому-то потом придется потерпеть голову с плеч.       Он провел большим пальцем по кромке шеи, клацнув языком. Конечно, поступать так с подругой никто из них не имел ни малейшего намерения, но все грешили старым добрым юмором, так ведь? Они никогда не упустили бы возможности посмеяться, если на то выпал шанс. Нев обошел столешницу по кругу и стал возле Марко, скрестив руки на груди, внимательно присмотрелся, к тому, что тот делал, будто это было чем-то настолько увлекательным, что Нев и глаз не оторвал бы.       — Как думаешь, сколько шаров нужно, чтоб поднять меня в воздух? – завороженно глядя вверх на шарики, спросил Марко, совершенно не обратив внимания на слова друга.       Однако, на вопрос ответить они не успели, хотя шестеренки уже закрутились в голове Нева. Их взгляды резко устремились на дверь, ожидая увидеть за ней кого-угодно, но не разукрашенное татуировками незнакомое лицо. Марко захлопал ресницами и поднял взгляд на Нева, надеясь, что тот разберется с пришельцем.       — Здарова, – вякнул незнакомец, разглядывая кухню, но не решаясь переступить порог. — Сеструх мою не видели?       — Эм, – на мгновение замялся Нев, сузив глаза, чтобы получше разглядеть сплошное собрание чернил на лице парня. Он и ума не мог приложить откуда это.. чудо появилось на их этаже и чьим родственником он мог оказаться. Кого-то из новеньких или..? — Кого именно ты имеешь в виду?       — Та эту, в чью честь утренник весь этот, – ответит он, указав на шарики под потолком.       Нев приоткрыл рот, на секунду переглянувшись с Марко. Этого сюжетного поворота точно никто из них не ожидал. Выставив указательный палец перед собой, Нев напряг все извилины, чтобы припомнить имя младшего брата Айса и Кренарии.       — Сан? – полу-вопросительным тоном выдал он, только пуще нахмурившись. Он помнил его совсем маленьким мальчиком, со светлыми волосами и глазами, чем-то он смахивал бы на детскую версию чего-то среднего между Амором и Айсом, но сейчас… Того лица за чернилами было и вовсе не узнать.       — Кто это? – шепотом уточнил Марко.       — О, четко, вы меня знаете, – полным радости голосом воскликнул Сан и все же решил пройти внутрь. Но стоило ему переступить порог, как за спиной, словно гром в разгар летнего шторма, хлопок двери разорвал тишину, заставив стены и плечи Марко дрогнуть от неожиданности.       — Дорогой братец, – успел шепнуть Нев, прежде чем Кренария влетела в помещение, как самое настоящее воплощение фурии: глаза сверкали возмущением, на щеках несмотря на слой базы в макияже проступил легкий гневный румянец. Нев поторопился закрыть рот и сжал губы бантиком. Лучше было заткнуться и не двигаться, авось не заметит.       — КАКОГО ХЕРА ТЫ ЗДЕСЬ ЗАБЫЛ?! – процедила она сквозь зубы и вскинула рукой, указывая пальцем на Сана.       Она примчалась из своей комнаты, как только получила от Айса короткое сообщение, разом опустошившее весь её грааль, начиненный праздничным настроением и предвкушением к веселью: “Эль Диабло в здании”. Даже не закончив макияж, Кренария оказалась на кухне, во всей красе показывая только один накрашенный глаз. Он же едва не дернулся, когда она увидела перед собой не узнаваемую физиономию:       — СЕСТРИЧКА-А! ПРИВЕ-ЕТ, – широко улыбнувшись и расставив руки, прокричал Сан.       От неожиданности у неё перехватило дыхание. В начале она даже не поняла с кем имела дело – Сан оказался вовсе не похож на себя. Раньше до мерзкого светловолосый, с ехидной ухмылкой и взглядом ребенка, вечно готового вляпаться в какую-то дурь брат, теперь выглядел, как воплощение своего детского кумира. Чернила разметались по его лицу, иссекая его привычные черты из памяти. И чем дольше Кренария смотрела, тем сильнее её пробирала злость, за то, что он так легко взял и объявился, вломившись к ним в жизнь. Еще и каким образом?       Айс уже явно с ним поздоровался.       — Какого хера у тебя с лицом?       — Айс с местным асфальтом познакомил. Или ты не об этом?       Кренария шумно вздохнула, сделав шаг вперед. Прожигающий взгляд повторил каждое очертание татуировки, не имея ни малейшей надежды, что Сан прочувствует это хоть на миллиметре кожи. Она стиснула зубы, от накатывающего волнами раздражения. Явно не подобных сюрпризов она ожидала в свой день рождения.       — Я про мазню у тебя на морде. Или Айс и эту иконопись оформил?       — Эй-эй, вызывайте Гостбастерс, тут дух матери в Кренарию вселился, че за кипишь? – Сан хлопнул себя по бедрам, состроив обиженную мину.       Сестра мигом влепила ему затрещину по спине, цокнув языком.       — Нихуя не смешно. Ты че приперся?       — Ой, блять, – выдохнул он, провел ладонями по лицу и прокрутился на пятках, – вы в курсе, что у нас свобода перемещения?       — Ты со своей свободой перемещения через две минуты будешь в другом штате, сечешь? – Её тяжелый взгляд упал на веки Сана, когда она вскинула бровью, скрестив руки на груди.       Марко с Невом синхронно переглянулись. Кажется, сюрприз, который они устраивали, был успешно сорван. Оставалось только надеяться, что Кренария не заметила все те шары, которые Марко пытался спрятать у себя за спиной не без помощи друга.       — Бла-бла-бла, – вывалив язык, пролепетал Сан и закатил глаза. — Че ты взъерепенилась, я че тебе сделал?       — Родился, – выдохнула она себе под нос, дотянувшись до ежика вместо волос Сана и потрепав его по голове.       Марко втянул воздух сквозь зубы и сжал пальцы за спиной, мельком глянув на серьезное лицо Нева. Какие бы ни были отношения у брата с сестрой, разбрасываться такими словами было уж слишком грубо. Марко такого отношения не понимал.       — И че, мне сделать тебе подарок и с горы скинуться? – смахнув ее ладонь с головы, спросил он.       — Найдешь гору в Вашингтоне? – с вызовом спросила Кренария, на секунду широко раскрыв глаза.       Сан поджал губы, перекатываясь с пятки на носок. Он молчал, но взгляд его был красочнее любых слов. Нев от неожиданности скользнул рукой по надутому воздушному шару и тот звучно проскрипел, обращая на них с Марко внимание брата и сестры. Он вовсе не планировал оказаться таким шумным, потому и скривился от звука.       — Конспиратор, отпусти уже свои шары и не мучай их, – вскинула рукой Кренария.       Марко и был бы рад отпустить их, только вот ленточки, привязанные к фалангам, не позволяли этого сделать. Поэтому, когда он разжал ладошки, выпуская ленты из рук, шары веером окружили его, так и не подлетев к потолку. Нев прикрыл рот ладонью, сдержанно хохотнув и кашлянул себе в кулак, пытаясь вернуть былую серьезность.       Кренарии это далось намного легче, чем ему. Она потерла пальцами переносицу, забыв про тональную основу, которую не успела закрепить пудрой и вздохнула.              — Не суть. Ты надолго? – хлопнув ладошкой по своему плечу спросила она.       — Та не, я так заскочил – ненадолго, – пожал плечами Сан и спрятал руки в задние карманы.       — Из Берлина? – с ноткой недоверия хмыкнула девушка.       — А че? Нельзя? – спросил Сан, а потом все же решил признаться: – Вы с меня не слезете, да? Мне права надо поменять. Я же в 16 получал, а мне, привет, уже 18. — Сан помахал рукой перед лицом Кренарии.       — Так бы сразу, – легко ляснув его по ладони ответила Рия. — Я же успела подумать, что ты на мой день рождения приехал.       — Не дождешься, – хмыкнул Сан и потрепал Кренарию по волосам, за что получил еще одну затрещину.       Змеи, прикатившиеся на скейт-площадку, побросали вещи и сели в круг, не спускаясь в яму. Сторм сразу же кинул пакетик с шишками на пол и выудил из кармана гриндер. Накуриться перед тусовкой – святое дело. А еще во время и после – тоже неплохо.       К ним периодически подходили местные парни, чтоб купить у Сторма пару таблеток или порошки. Айсу вся эта херня ой как не нравилась. Последнее время Сторм стал увеличивать дозу, ссылаясь на то, что нихера больше не берет. Слезать он категорически отказывался, но все понимали, что однажды это может вылиться ведром дерьма на головы всей команды. Тем не менее, о зависимости Сторма никто не трепался перед тренером.       — Даже не думай крутиться вокруг моего брата, – сказал Айс, подобрав с земли гриндер и зиплок.       — А то что? – с вызовом спросила Аррея, держась за подошву своих кроссовок.       Айс перестал крутить крышечку гриндера, взглянув на девушки исподлобья. Выходки Сана никогда не доводили до добра, более того – Сторм. Айс не оставлял незамеченными его реакции на разговоры Арреи про Сана. Хоть они и не состояли в отношениях (а Айс надеялся, что так будет и дальше), Сторм реагировал совершенно не “по-дружески”.       — Узнаешь, – ответил Айс усмехнувшись. – Не понравится.       — Уверен? – склонив голову набок, она сощурила глаза. Бесить Айса вошло в привычку, поэтому границы она мягко говоря игнорировала, едва не танцуя на них чечетку.       — Уверен, – перекривлял ее Айс, достал ризлыи фильтры.       На лице Арреи растянулась ядовитая змеиная ухмылка.       — Может еще в Берлин с ним свалишь? – Сторм достал из рюкзака Дарси бутылку пива и принялся шарить по своим карманам. – А че, там же тоже есть команда экси, че нет то?       Он искоса глянул на Аррею и, вынув из кармана голубенькую таблетку, закинул в рот, залил алкоголем. Дарси с Айсом переглянулись, но вмешиваться не стали. Сторм откинулся назад, опершись на локти. Над площадкой медленно разливалось полуденное небо. Солнце стояло в зените, отчего воздух дрожал над раскаленным асфальтом, пахло потом, пивом и испарениями краски – кто-то недавно разрисовал соседнюю стену. Все вокруг двигалось, шумело, катилось: колесики скейтов, рев колонок, чужие голоса. Но внутри круга царило напряжение, липкое и тягучее, как резина на солнце.       — Бля, напетушились, будто я не подкатить, а а ЗАГС в Вегасе с ним собралась. Долбаебы, – Аррея откинулась назад, подложив руки себе под голову и укоризненно взглянула на Сторма. А сам то не лучше, со своей этой Хэллоу Китти на побегушках? Как её вообще звали? Эбби, Шмэбби, какая разница. Лучше бы за собой следил. Она этого чела один раз в жизни видела, а эта марамойка за ним с подарками уже несколько месяцев бегает.       Никто не ответил. Айс, сложив ладони лодочкой, раскатывал табак по ризле, стараясь не думать о том, как его заебала Аррея. Сплавить ее в Берлин вместе с братом звучало как отличная идея, решившая бы множество их проблем. Но этого не произойдет, поэтому проще было сосредоточиться на движениях. Руки делали привычное, а голова будто отключалась.       Сделав первую затяжку, Айс ссунул брови и сощурил глаза. Дарси, какое-то время сверливший взглядом Аррею, наконец отвел глаза и перенял косяк из рук Айса. Закурил, зажмурился от первого, всегда горького затяга. У него было выражение лица человека, который очень давно заебался, но не умел ни говорить об этом, ни уходить. Воздух вокруг сгустился – тишина говорила громче, чем слова.       — Слух, может хватит жрать все подряд? – наконец нарушил тишину Айс, обратившись к Сторму.       — Ты доебаться решил? – спокойным, слегка хриплым голосом спросил Сторм и протянул руку к Дарси, забирая из пальцев косяк. Картина Микеланджело – не иначе.       — По факту решил. Не очень хочется проебать игру, если ты вдруг свалишься в ломке прямо на поле.       — Так я и не бросаю, – пожал плечами Сторм и передал косяк Аррее. Та легко переняла его, зажав меж пальцев и затянулась, зыркая на парней.       Таллон, наблюдавший за перепалкой, решил встрять в разговор, одной рукой откупорив очередную банку пива.       — Никогда не поздно, брат, – кивнул он, сжав губы в тонкую полосу и взглянув на Сторма, который лишь улыбнулся с немым вопросом “ты долбаеб?” во взгляде.       — Нас же могут чекнуть на это дело? – почесав нос, Аррея сощурила глаза и намеренно задержала косяк, повременив с тем, чтобы передавать его Таллону. — Ну типа.. Проверки для спортсменов, всякое такое. Нет?       — Змеев еще никогда не проверяли, – ответил Дарси, почесав глаза ладонями. – Так делают, если в допинге подозревают ну или если спалится кто…       — Нас всех дисквалифицируют нахуй, – продолжил Айс. – Еще до начала сезона.       — И че, ты типа на меня намекаешь? Что из-за меня нас могут кикнуть? – Сторм недовольно повел головой.       — Я тебе это прямо говорю.       Повисла пауза. Кто-то на площадке закричал, щелкнуло что-то металлическое – возможно, сломалась подвеска. Никто из них даже не повел бровью. В кругу стало ощутимо жарче, как будто в середине установили динамит и подожгли и теперь все наблюдали, как огонек ползет к взрывчатке.       Сторм прищурился, губы медленно вытягивались в усмешку, но в глазах плескалась злость с примесью обиды. В какой-то момент он открыл рот, будто хотел что-то бросить в ответ, но передумал. Снова глотнул пива и вытер губы тыльной стороной ладони.       — Ебать вы веселые такие, – бросила Аррея, наблюдая за чужими кислыми минами. Она попыталась разрядить обстановку: — Где петля?       Дарси провел пальцами по лицу, хотел стереть этот ебучий солнцепек, эту тревожную тень от Сторма и тупое бессилие, которое он чувствовал всякий раз, когда разговор заходил в эту степь. Ему и самому не нравилось, что Сторм употребляет, но разговоры об этом утомляли.       Где-то на заднем фоне снова заиграла музыка – какой-то тяжелый бас, перебивающий все, кроме внутреннего шума. Воняло разогретым пластиком, дешевым газом от баллончиков, воздух накалялся не только от жары, но и от жгучего ощущения, что все это, вся их тусовка, весь этот круг, трещит по швам. Медленно, но неотвратимо.       Сторм наконец зашевелился, медленно поднялся, щурясь от солнца, будто оно его лично заебало. Лицо посерело, губы сжались в тонкую линию. Он молчал с минуту, пока взгляд перескакивал с Айса на Дарси, с Дарси – на Таллона, а там и на Аррею, но в нем уже не было ни гнева, ни обиды. Только усталость и пустота.       — Знаете че, – выдохнул он, встряхнув руками, как будто сбрасывал с них что-то липкое. – Меня блять заебало это слушать на репите. Вам же проще думать, что я долбоеб, да? На лобке я чесал ваше мнение.       Он коротко усмехнулся, без веселья. Дарси опустил взгляд, потер вспотевший лоб. Айс не шелохнулся – только челюсть дернулась. Таллон мельком переглянулся с ним, опустив банку на асфальт и беззвучно вздохнул, посмотрев куда-то в грудь Сторму, пока Аррея прикусила нижнюю губу и обратила хмурый взгляд на парня.       — Никто не… – Айс не успел договорить, как бутылка выпала из рук Сторма, звякнула, расплескав пиво по кругу. Не разбилась.       — Я не свалюсь на поле, не ссы, – сказал Сторм и, забрав косяк из пальцев Арреи, направился к выходу из скейт-парка. Девушка, сложила губы трубочкой, будто собиралась что-то сказать, но не найдя в себе ни слов, ни порыва побежать за ним, осмотрела парней, заключив руки в замок.       — Так и будешь сидеть? – непонимающе нахмурился Таллон.       — А че? – тем же тоном спросила Вонг.       — За ним не пойдешь? – как само собой разумеющееся продолжил мысль Таллон.       Когда вообще был последний раз, чтобы Аррея сидела с ними без Сторма и не бежала за ним хвостом? Все ведь знали, что происходит. Видели эту грязь, как пятно на белой стене и не говорили ничего, а тут она решила поглумиться над самой собой. Бред.       — Должна? – безразлично парировала девушка.       — Ну блять, не знаю, ты скажи. Я с ним не ебался, – развел руками он.       — Да ну вас всех в пизду.       Аррея рывком встала с места, забирая свои вещи (вместе с не начатой бутылкой пива) и с возмущением в шаге пошла на выход, не забыв злостно ткнуть им всем средний палец. Нечего было в этом сборище пидорасов усиживаться, все равно никому из них не нравилось с ней дружить – они даже не пытались.       — Сегодня все массово ебанулись? – только и услышала она отдаленные слова Таллона.       Тем временем, Кренарии удалось запихнуть младшего брата в свой блок и закончить макияж (не без того, что от присутствия Сана у неё стал статично дергаться правый глаз, который до сих пор не попустило).       На предложение выпить кофе этот малолетний индивидуум выбрал бутылку светлого нефильтрованного, чем заставил Кренарию переоценить рамки своей терпимости. Не став тратить на него еще больше нервных клеток, она вернулась на кухню.       Как только дверь открылась, Нев и Марко резко обернулись на неё. Ну вот. Если в первый раз на эмоциях она могла все забыть, то теперь точно заметила все в мельчайших деталях. И мириады шаров под потолком и украшения, которые они успели развесить. Нев успел заметить, что сегодня почему-то все шло “не слава богу”. Начиная с самого утра, когда ему пришлось бежать за баллоном с гелием, который чудесным образом исчез из кухонного шкафа, и заканчивая неожиданно приехавшим братом Кренарии с Айсом. Оставалось только надеяться, что этот день не падением метеорита закончится.       — Ну Ри, – раздосадовано протянул Нев писклявым от гелия воздухом, опустив руки. Вверх с характерным звуком взмыл шар, который они не успели завязать и приземлился где-то на холодильник. Марко предупредительно пискнул, но в конце концов махнул на это рукой, своей расстроенной моськой отвернувшись от подруги.       — Ну всё, Нев, официально лишен права держать шары, – буркнул Марко и взял новый шарик, надул его баллоном, но вместо того, чтоб завязать кончик, взял его в рот и втянул в легкие гелий.       Прежде чем эффект прошел, он вскочил на ближайший табурет, замахал шариком и выдал:       — Хэппи бёздэ-э-эй ту ю-ю-ю-ю! Хэппи бёздэй ту ю-ю-ю-ю! Хэппи бёздэй, кхе…, – Марко закашлялся и повторно втянул гелий, – диир Кренария, ХЭППИ БЁЗДЭЙ ТУ Ю-ю-ю…       Голос был как у мультяшного инопланетянина. Последнюю строчку он вытянул с таким надрывом, что стаканы на столе едва не полопались. Марко торжественно поднял руки вверх, изображая аплодисменты толпы. Не удержав равновесия, чуть не грохнулся с табурета, спас только край стола.       Нев едва дернулся на месте, порываясь помочь балансирующему Марко и рассмеялся, захлопав вместе с ним. Непроницаемое лицо Кренарии в конечном итоге все же тронула улыбка. Не без укора во взгляде, она подошла ближе и единожды обернувшись на Марко сунула капсулу в кофемашину.       Шарик, между тем, плавно выскользнул из пальцев Марко и, удовлетворенный выполненной миссией, тоже улетел к потолку, приземлившись на холодильнике.       — Ой.       — Спасибо, – негромко сказала она, дернув уголком губ через плечо.       Нев успел подскочить к ней со спины и положил руки на плечи, без зазрений совести поцеловав подругу в макушку, несмотря на то, что та даже застыла на мгновение.       — Именинница будет пить Флэт-Уайт с ирландским виски, – начал напевать мелодию Нев, но как только Кренария раскрыла шкафчик, перед ними показалась небольшая белая коробочка без опознавательных знаков. Как раз на том месте, где должна была стоять её чашка. — Ой, подарок.       Девушка нахмурилась, сбросив руки Нева со своих плеч и подхватила с полки коробку. Её чашки за ней так и не оказалось, зато обнаружилась подпись дарящего: “АМОР” и сердечко сбоку, будто он на этой коробке дал автограф.       — От Амора-а? – с интересом протянул Нев. — Открывай скорее.       Слушать его, конечно же, никто не собирался. С какого чуда Амору вообще делать какие-то подарки ей на день рождения? Все это выглядело крайне подозрительно. Ну не мог же этот придурок догадаться спрятать в коробке что-то типа краски или еще какой-то чепухи в классическом жанре подростковых комедий? В любом случае наличие этой коробки её напрягало.       К подбадриванию Нева присоединился еще и Марко, а Кренария с этими двумя навязчивыми голосами над ухом резко раскрыла крышку (в целях безопасности отклонив её в сторону от себя). Никаких фейерверков не последовало. Еще пуще нахмурившись, девушка заглянула в коробку и принялась распечатывать из пленки содержимое, которое явно было чашкой. Пока что больше волновало куда делась её собственная.       С одной стороны чашка показалась совершенно обычной белой кружкой с черной ручкой, но стоило её перевернуть, как вместе с ручкой образовалась надпись “CUNT”. А. Вот оно что.       Кренария поддела чашку за ручку одним пальцем и развернулась лицом к парням, демонстрируя “подарок” от Манье. Нев тут же сжал губы в тонкую линию и прикрыл рот рукой, дабы не рассмеятся, хотя глаза легко выдавали его.       — Может здесь опечатка? Может там должно быть “CUTE”? – попытался исправить ситуацию Марко.       — Опечатка у этого идиота в паспорте, – закатила глаза Кренария, все еще раскачивая чашку.       Нев не совсем понял на что намекала девушка и решил переспросить:       — А что там должно быть?       — Долбаеб.       Нев вскинул руками в знак капитуляции. Так и думал. Кренария, смирившись, резко выдохнула и отставила чашку в сторону, развернувшись, чтобы позже найти нормальную. Брессет невольно улыбнулся, переглянувшись с Марко.       Не обращая внимания на их переглядки, Кренария слегка пихнула Нева плечом и побрела к холодильнику, чтобы достать пиво, которые выклянчил брат.       Сан, уставший сидеть в блоке сестры в одиночестве, прискакал обратно в кухню, где на манеже оставались все те же. Только шаров прибавилось. Подскочив к кухонному островку, его взгляд упал на новенькую чашку Кренарии. Заржав, Сан прикрыл рот рукой и выдал:       — Ха-ха, пизда!       — Сейчас получишь, – резко сузив глаза, девушка достала большую темную кружку и пригрозила ею Сану.       Киллиан направлялся на кухню с единственной целью: узнать, как проходит подготовка к сюрпризу для Рии. Судя по звукам, доносящимся оттуда – все пошло не по плану. Но, в целом, чего еще стоило ожидать?       Значит, не зря он прихватил с собой подарок – новый кастомный шлем от Ямахи, на котором вместо привычного логотипа, красовалось прозвище Блейд и маленькая клубничка, забавно выделявшаяся на черно-белом фоне.       Морган резко распахнул дверь кухни, ожидая увидеть привычные лица, но вместо них наткнулся на незнакомого парня с кучей татуировок по всему телу и лицу. Казалось, что он младше, чем все Змеи, но из-за внешности сложно было угадать наверняка.       Киллиан остановился и с интересом глянул на незнакомца.       — Я не знал, что с факультета биологии сбежал скелет.       Кренария наконец смогла выхватить новую чашку из рук брата и замахнулась. Сан сразу прикрыл лицо руками, но удар пришелся под ребра. Рассмеявшись, он толкнул ее в плечо, но получил лишь уничижительный взгляд в ответ.       — Чувак, так тебе повезло. Можешь теперь всем похвастаться, что встретил что-то поинтереснее змей, – наконец обратился он к Киллиану.       Морган лишь нахмурился и перевел вопросительный взгляд на Рию, тыкая пальцем то на нее, то на человека-скелета.       — Что? Ты можешь использовать свой рот, чтобы задавать вопросы? – разведя руками в стороны отчеканила Кренария.       Наткнувшись на еще менее понимающий и принимающий щенячье выражение взгляд Киллиана, она шумно вздохнула, потерла пальцами переносицу и вскинула брови. Как только убрала руку от лица постаралась ободриться, отставила чашку в сторону.       — Это экзоскелет моего брата – Сан, – представила Кренария, чтобы внести ясность. Встретившись взглядами с парнем, закатила глаза. Киллиан недоумевая моргнул пару раз, глядя девушку, но решил, что подумает об этом позже.       Заметив в руках Киллиана незнакомый шлем, она быстро догадалась:       — Это мне?       Он протянул Харт шлем, перевязанный белой ленточкой и широко улыбнулся.       — С Днем Рождения, Блейд!       Кренария растянулась в довольной улыбке. Что-что, а подарки получать она любила. Тем более, что новый шлем в коллекции ей никогда не помешал бы. Вегас, пожалуй, о ее пристрастиях знал чуть ли не больше всех.       — Спасибо, – подойдя чуть ближе, она протянула руки, чтобы принять шлем, но Киллиан не отпустил и притянул ее к себе. Кренария недовольно простонала: — Заче-ем?       Рия не была фанатом проявления нежности, но в свой день рождения точно не отвяжется. Киллиан забавно чмокнул ее в макушку, за что мог получить кулаком в живот, но удар пришелся откуда не ждали. Кто-то резко влетел в его спину, заставив пошатнутся вместе с Кренарией. Морган автоматически обнял ее крепче, чтобы девушка не упала и обернулся на причину потери своего равновесия.       Ирида потерла лоб, а затем устремила пару зеленых глаз прямо на них.       Аддамс сегодня была в приподнятом настроении и хотела нажарить блинов на завтрак, но запал тут же исчез, стоило увидеть Моргана, который крепко обнимает Харт.       Киллиан открыл рот, чтобы что-то сказать, но не успел.       — С дэ-рэ, – бросила Ирида, глядя на Кренарию. Затем демонстративно поджала губы и вышла из кухни.       Морган все еще не отпускал Рию, глядя на то место, где только что была Рыжая и недоуменно моргая.       — Вот же блядство.       Стремительно покинув кухню, Ирида резко остановилась на пути к своему блоку. Ей нужно было куда-то деть этот комок эмоций, который собрался внутри. Чертов Морган. Умеет же подпортить день.       Девушка уперлась руками в бока и нервно ходила туда сюда, пока думала, что ей сделать. И ей пришла в голову гениальная идея.       Быстрым шагом она направилась в блок 303, постучала в комнату Амора и не дожидаясь ответа проскочила внутрь.       Амор едва успел натянуть шорты, футболка осталась лежать на кровати, так и не успев занять свое место. Позади уже стояла огнедышащая Ирида со взглядом убийцы. Амор на секунду подумал, что ту самую чашку поставил не на ту полку.       — Опачки, – воскликнул он, обернувшись на Рыжую через плечо. — У нас сегодня день открытых дверей?       Аддамс пропустила мимо ушей этот вопрос.       — Мне нужно выпустить пар, – выпалила она, – желательно убить кого-то.       Ей плевать насколько неоднозначно или глупо это звучало, особенно по отношению к Манье, с которым они точно не успели стать близкими друзьями. Но раз Морган там развлекался с Харт, то почему бы ей самой не провести время с Амором?       Манье пару раз моргнул и поджал губы, а затем просто пожал плечами и потянулся за спортивной футболкой.       — Мы с Каином идем на поле, – спокойно проговорил он, натягивая футболку. — Можешь попробовать убить ворота.       Ирида даже немного оживилась. Идея поразмахивать клюшкой ей определенно нравилась.       Она утвердительно кивнула.       — Только спортивную сумку захвачу, – бросила Аддамс и направилась прочь из комнаты.              На стадион, однако, прибыли четверо. По пути Амор случайным образом наткнулся на Эвелину, которая тоже выявила желание потренироваться. Никто не протестовал, поэтому втроем они загрузились в машину Каина, в то время как Ирида решила “подпортить настроение и Вашингтонскому воздуху еще одной машиной”.       Когда они добрались до стадиона, солнце уже стояло в зените, заливая “Змеиное Кодло” своим золотым светом. Днем арена выглядела не так грозно, как ночью, но все равно внушительно. Ее черный стеклянный купол мерцал влажным блеском, словно кожа рептилии, только вынырнувшей из подземного озера. Глянцевая зеленая полоса тянулась по черному матовому фасаду изогнутой дугой, напоминая изгиб змеиного тела.       Выше, по бокам стеклянного купола, тонкими ребрами проходили полупрозрачные накладки – световые соты, в которые на матчах впивался ядовито-зеленый неон. Центральный вход выглядел, как пасть: огромная арка с перекрещенными опорами, покрытыми гравировкой в форме клыков. А над ней гигантская голограмма – эмблема “Вашингтонских Змей” – кобра в броске, распахнувшая капюшон. Ее глаза светились даже при дневном свете.       — Одну меня она пугает? – спросила Эвелина, глядя на змею над парадным входом, который они проходили мимо.       — Змеи чувствуют страх, знаешь? – хмыкнул Амор. — Будешь бояться – за ногу грызанет. Конец карьере.       Они прошли дальше – к неприметной двери, скрытой от посторонних глаз. Для игроков команды она же и была самой главной – центральной. Через нее они добирались к раздевалкам, лаунжу, кабинетам менеджеров, тренера и, конечно, к полю.       Амор просканировал свою карточку и без проблем прошел внутрь. Коридор за дверью был обшит темно-серыми панелями, из-под которых исходил приглушенный белый свет. За все эти дни Амор так привык к этому коридору, что мог бы с закрытыми глазами найти кабинет отца и раздевалку.       Сегодня все выбрали второй вариант.       Эвелина первой справилась с формой и, чиркнув ногтем по подбородку в зеркале, защелкнула шлем. Каин вывел стойку с клюшками. Амор взял свою, наблюдая за резкими движениями Аддамс. Даже перчатки поправила так, словно собиралась не на тренировку, а на перестрелку – не меньше. Поездка в гордом одиночестве до стадиона не смогла умерить пыл Рыжей.       — Тебя что, Харт укусила? – спросил Амор, поправляя защиту.       Услышав эту ненавистную фамилию Ирида на секунду остановилась, чтобы сделать глубокий вдох и не накинуться на Амора, прекрасно зная, что он ни в чем не виноват и наоборот согласился взять ее с собой.       Она поправила перчатки и широко улыбнувшись повернулась к Манье.       — Не стоит напоминать мне о вышеуказанных личностях и все останутся живы, — сладко произнесла Ирида, хватая клюшку с таким наслаждением, будто она вытягивает меч из ножен.       Значит угадал.       Амор закинул клюшку на плечи и улыбнулся одним краем рта. Если в ее настроении все же был замешан и Киллиан, то выходило даже забавнее. Он ведь просил держаться от нее на определенном расстоянии, но уже третий раз их ссора выливалась в то, что Ирида оказывалась рядом с Манье. Амору это было на руку, им обоим до сердца и почек не нравилась Кренария, так почему бы не объединить силы.       — Ладно, у нас два нападающих, – возвестил Каин, когда все Змеи зашли за стекло. — Разминка, а потом сыграем: Эвелина с Амором против нас с Иридой, согласны?       — Да! – громче всех выкрикнула Эвелина, чем привлекла взгляды остальных.       — Ирида-а, – позвал Амор, отвлекая ее яростный взгляд от лица Эвелины, щелкнул пальцами, – ворота вон там, а не здесь, – он стал за спиной Грейсон, на чье лицо долгое время был направлен злобный взгляд Аддамс, и покрутил пальцем у их голов.       Ирида пропустила слова Манье мимо ушей и пыталась сосредоточиться на разминке. В данную секунду ей было все равно на кого злиться, просто ей нужно было куда-то выплеснуть эмоции, иначе была велика вероятность, что Аддамс взорвется.       Когда Змеи закончили разминаться, Ирида недолго думая начала раз за разом прорываться к воротом и неистово закидывать туда мяч за мячом. Перед глазами всплывали Киллиан и Кренария. Воспоминания с вечеринки, то как он обнял ее сегодня. Эта реакция была чертовски глупой. Ирида никогда не относила себя к девушкам, которые могут вот так вот вести себя из-за парня, но и поделать с собой ничего не могла.       Под вечер все стали сползаться в кампус. Вернувшись в блок, Айс зашел в комнату Сторма, проверить, на месте ли он, но никого не обнаружил.       — Вернется, – убедил его Дарси, хлопнув по плечу и направился к себе, чтоб поменять мокрую от пота одежду.       Айс еще какое-то время постоял, глядя в темное пространство. Воздух в комнате Сторма был спертым, с привкусом множества выкуренных косяков. Тревожное чувство чесалось под ребрами, расползалось по венам ледяной водой.       “А если не вернется?” – подумал Айс и закрыл дверь.       Порой он ощущал себя старшим братом Сторма и Дарси, поскольку просто не мог о них не заботиться. Сам не знал, откуда что взялось, они сдружились с первых дней и старались держаться друг за друга.       С мыслями о Сторме, Айс забрал бутылки с алкоголем из кухни и отнес их в комнату отдыха. Это было просторное помещение, рассчитанное на времяпровождение всей командой. Для сближения или… черт его знает. Ничего не сближало лучше, чем вечеринки и алкоголь, но и у них есть обратная сторона.       Большие окна пропускали дневной свет, который падал на паркетный пол, отражаясь в отполированных поверхностях. Напротив широкого экрана, предназначенного для совместного просмотра матчей экси, стоял широкий диван, обшитый дорогой тканью, цвета угля, с широкими подлокотниками и декоративными подушками в фирменной палитре университета.       В центре стоял широкий стол, который Айс решил перетащить к окну, чтоб использовать, как барную стойку. Кинув пакет на бильярдный стол рядом, Айс поднял его, резко повернулся вокруг своей оси.       — Аккуратнее! – прозвучал удивленный голос, принадлежащий Неву. Парень выглянул из-за стола, широко раскрыв глаза и развел руками. — Айс! Чуть не пришиб.       — А… Реально? – незаинтересованно проговорил Айс, направляясь к окну.       — Да, – возмущенно подтвердил он. Шумно вздохнув, Нев окинул коротким взглядом отчужденное лицо Айса. И обязательно всегда было быть таким… Айсом? Снисходительно ссунув брови, Нев решил спросить: — Помочь?       Айс поставил стол и уперся в него руками, закатил глаза. Он бы еще через час спросил.       — Обойдусь, – бросил Айс, продолжая игнорировать присутствие Брессета.       Нев, присмотревшись к нему со стороны сузил глаза, упершись бедром в бильярдный стол. Как персонаж в его жизни Айс был слишком холодным и неприятным, чтобы нахождение в его компании могло приносить хоть какое-то удовлетворение. Однако, к просьбе Тренера Нев отнесся серьезно. Предпринимал попытки наладить с Айсом отношения (хоть и не в полную силу), старался понять его, узнать побольше. И чем больше старался – тем меньше хотелось. Энтузиазм угасал с каждым днём.       Их взгляды пересеклись когда Айс подошел ближе, чтобы забрать со стола свой пакет и Неву тут же захотелось отвести глаза. У Сазерленда они несмотря на цвет были какими-то ледяными. Всего на мгновение они выдержали этот контакт и у Нева внутри поднялась какая-то необъятная волна неприязни. То ли от выражения его лица, то ли уже по привычке.       — Так значит… Ваш брат приехал? – невзначай спросил Нев, выглянув в окно. Он скрестил руки на груди и повернулся корпусом в сторону Айса.       — Правда? – также флегматично спросил Айс. Тупой ответ на тупой вопрос. — А че, похожи?       Ну вот что ему снова не так? Нев пытался быть вежливым, так какого черта нужно было сразу язвить в ответ?       — Он показался малость добрее, – на вскидку сказал он. — И открытым. Ну… до костей?       — Заебись. Может пойдешь к нему доебешься?       — Не-а, мы с ним уже поболтали, – отмахнулся Брессет, ядовито улыбнувшись.       Айс молча покивал, надеясь, что если не ответить, Капитан заскучает и просто отвалит от него. Он поспешно выставлял бутылки на стол и под него. Все как обычно – сверху пиво, а снизу что покрепче.       — У вас тоже отношения не очень? – спустя какое-то время наблюдений продолжил допытываться Нев.       — Бля, ты че, семейным психологом заделался? Тебя это вообще ебать не должно, но если ебет, спроси у подружки.       — А Тренер сказал, что ты моя подружка, – гордо вскинув подбородком заявил Брессет.       Айс оттолкнулся от стола, грозно уставившись на Нева. Вроде так много пространства вокруг, но от его присутствия будто становилось меньше воздуха. Айс открыл окно на распашку и достал из кармана пачку сигарет, не предлагая угоститься.       — Тебе жестоко напиздели, – ответил он, подкурил сигарету и выдохнул дым в сторону. — Можешь засунуть эту фантазию себе в башку поглубже и харе хуй по ветру пускать. Заняться нечем?       — Я свою часть приготовлений уже выполнил. Можно отдохнуть?       Стеклянные двери распахнулись, впустив в комнату ненадолго затерянную троицу. Кренария шла первой, с несколькими коробками пиццы в руках. Она молча несла их, единожды обернувшись на Малу с Саном, идущих следом едва не в обнимку. Убедившись, что намерения Сана были безобидными (Кренария каким-то чудным образом поняла это с помощью одного взгляда, наверняка это называлось сестринской чуйкой), она спокойно вошла в комнату.       Увидев Нева с Айсом наедине, без кого-либо еще, Кренария нахмурилась и поставила коробки на столик, окинув подозрительным взглядом друга и брата. И что, даже не погрызлись? Праздник какой что-ли..       — О, все семейство в сборе? – приобняв Кренарию, протянул Нев, поочередно взглянув на троих Сазерлендов (хоть Кренария с ними и не шла в комплекте).       — Ненадолго, – вздохнув, буркнула девушка. Она позволила себе растянуться на Неве, поведя плечами, мышцы в которых до сих пор тянуло после тренировки.       — Совсем? – наигранно выпятив губки спросил Нев.       — Чего это “ненадолго”? – поинтересовался Сан, подходя ближе к столу, чтоб рассмотреть ассортимент алкоголя. Его взгляд тут же остановился на бутылке темного пива.       — Сан, ты разве собираешься задержаться здесь? – спросила Мала, мельком поглядывая на Айса, сверлившего ее и брата свирепым взглядом.       — Нет, но вдруг соберусь.              — Не забудешь сообщить, где собрешься жить, – перебирая глазами свой маникюр сказала Кренария, едва оторвав от них взгляд.       — Найдешь по горячим следам, – отшутился Сан и сунул горлышко бутылки в рот. Раздался щелчок и крышка открылась. Сан выплюнул ее на ладонь и протянул сестре: — На, презент.       Кренария сконфуженно стиснула зубы, дернув верхней губой и вдруг покачала головой, мол, обойдусь, дорогой братец.       — Че, не нравится? Ну ладно, – пожал плечами Сан и щелчком отправил железную крышечку в Айса. Тот чуть наклонил голову и она вылетела прямиком в окно.       Айс лениво перевел взгляд с окна на брата и затянулся сигаретой.       — Ну ты и клоун. В цирке поработать не хочешь? Даже грим не нужен.       — С тобой? Будешь цирковой собачкой? Тяф-тяф, – посмеялся Сан и отпил пиво из бутылки, подмигнул брату.       Нев, не удержавшись, хохотнул и решил тактично скрыться за макушкой Кренарии.       Вечеринка начиналась постепенно. Змеи сползались частями. Сначала пришли Марко с Таллоном и вручили подарок Кренарии. Потом Дарси принес колонки и принялся подключать их к ноутбуку. Сторм так и не явился, из-за чего Айс никак не мог расслабиться. Все казалось, что тот прямо сейчас творит какую-то необъяснимую дичь. Но хотелось верить, что его голова все еще не отлетела с плеч.       Киллиан хоть и пытался сохранять безмятежный вид, однако, поспешный шаг к стойке с алкоголем выдал его с потрохами.       Корбин самую малость припозднился, из-за упаковки подарка, но никакого веселья не пропустил. Вручив его имениннице, он получил свою дозу благодарности и прибился к Мале, все общающейся с каким-то неизвестным ему парнем. Корбин старался держаться от него в стороне, но в конечном итоге стало выглядеть так, будто они просто не замечали существования друг друга. Пообещав Мале вернуться, он направился к Дарси, который сегодня, по всей видимости, отвечал за музыку и взялся редактировать плейлист.       Вечеринка набирала обороты, музыка сначала играла тихо, но со временем становилась все громче. Дарси, решив, что может повесить диджейский пульт на Корбина, полностью перешел к напиткам.       — Не сильно занят? – взявшись из ниоткуда спросил Нев. Он уже успел переодеться, и теперь, будучи совсем праздничным, стоял с Корбином у ноутбука.       — Жить буду, – улыбнувшись отмахнулся тот.       Следить за музыкой было не так сложно, как ему казалось, очень даже весело наблюдать за тем, как от выбранного трека у всех менялись реакции и настроение.       — Бин, ты ведь у нас юный фотограф? – поинтересовался Нев, упершись рукой в стол.       — Достаточно громкое слово, но допустим да. А что?       — Сможешь поделать для нас фотографии сегодня? У тебя хорошо получилось тогда на 4 июля. – И Нев вовсе не льстил. Фотографий с той вечеринки получилось уйма, и парочку он даже забрал себе в коллекцию, распечатав с помощью принтера Марко. Первое время, когда в команду пришла Аррея, ей нравилось заниматься этим, но она со времен почему-то перестала, и о фотографиях все забыли. Теперь можно было возобновить традицию. Какие-никакие воспоминания останутся, помимо хмельных видосов в галерее.       Корбин охотно согласился. Приятно было, что Капитан оценил его способности по достоинству.       Айс, несмотря на попытку не выдать тревогу, не мог усидеть на месте. Он то и дело подходил к окну, курил, проверял телефон, возвращался и делал вид, что все в порядке. Мала, заметив его нервное напряжение, ненадолго вернулась в свою комнату. Хотелось сделать свой вклад в вечеринку. Поэтому в лаунж она вернулась с небольшой коробкой.       — Ребят! Давайте в твистер поиграем? – громко предложила Мала, подняв коробку над головой.       — О! – воскликнул Сан. — Кто упадет – пьет стакан водки.       В Змеях разыгрался азарт. Словно по команде, все принялись освобождать центр лаунджа, отодвигая столы и пуфики, чтоб расстелить поле для твистера. Сан, не теряя времени, уже наполнял стопки и выставлял их в ряд на столе. Играть согласились почти все, включая Айса (не без уговоров Малы).       Дарси, отказавшись играть, сидел на подоконнике, как истинный хранитель винных бутылок. Его взгляд поочередно цеплялся за лица сокомандников, но на одном остановился дольше, чем положено. Найтири выглядела крайне отстраненно, несмотря на то, что вокруг гремела музыка, пахло крепким алкоголем и сигаретным дымом, а стены дрожали от басов. Она стояла у противоположной стены, слегка прислонившись плечом, словно хотела провалиться в неё. Красивое платье, но глаза холодные. Как лёд в виски. Губы почти не двигались, но иногда подрагивали в подобии улыбки.       "Что ты здесь делаешь, принцесса?" – подумал Дарси. – "Ты не отсюда. Но и я, вроде как, тоже не совсем свой."       Он провёл пальцем по ободку бутылки, облизал губы и попытался оторвать от нее взгляд. Их миры лежали на двух параллельных осях, но ведь наблюдать никто не запрещал.       Дарси хотел подойти, но колебался. Все еще чувствовал некую вину за свой поступок при встрече с Крисом. Появятся ли у Итальянки проблемы из-за этого или, может, уже появились? Бросив быстрый взгляд на закат за спиной, он все же соскочил с подоконника и вразвалочку направился в сторону Найтири. Он делал вид, что идет совершенно не к ней, так просто прогуливается по комнате. Но, когда остановился рядом, скрывать уже не получилось. Дарси привалился спиной к стене рядом с девушкой и искоса прошелся по ней взглядом.       — Снова решила упиться в хлам? – едва перебивая громкую музыку, спросил он.       — А ты снова хочешь поплавать со мной в реке посреди ночи? Думаю парочки таким занимаются, – съязвила Меченто, надеясь скрыть интерес, который предательски у нее появился.       Они не разговаривали с инцидента в коридоре, который уже начал наносить ущерб ее свободной жизни, о чем ей еще предстоит рассказать Дарси.       Найтири хотела быть холодной и сдержанной, потому что все еще чувствовала легкое раздражение из-за глупого поступка Уильямса. Но, чёрт побери, Дарси сегодня выглядел… опасно хорошо. Несмотря на то, что его внешний вид ничем не отличался, что-то изменилось. Чуть взъерошенные волосы, черная футболка и джоггеры - куда еще проще? Он не должен был выглядеть так притягательно. Точно не для нее.       — Не надейся, – хмыкнул Дарси, отведя взгляд в сторону Айса только что упавшего сверху на Нева. Оба проигравших, просверлив в друг друге по дырке, направились к столику, честно выпив по стопке. – Это была одноразовая акция.       — Как жаль, а мне так хотелось провести время со своим парнем. – Найтири вдруг решила, что сейчас наилучший момент, чтобы рассказать Дарси увлекательную ситуацию, которая сегодня случилась в разговоре с ее сестрой Алессией. Она сделала большой глоток вина. – Кстати, мистер Дарси, ты приглашен на мой день рождения. Сомневаюсь, что ты осведомлен о дне, когда родилась твоя прекрасная девушка, так что это 15 августа. Ничего не планируй.       — Угораздило же вас всех летом родиться, – хмыкнув, Дарси провел пальцем по губе. Одной вечеринкой больше – одной меньше, почему бы и нет? Вопрос в том, где его захочет праздновать мисс "я ем дорогой сыр вместо чипсов" Меченто. В элитном ресторане с сотней вилок и таким же количеством ложек. Там вряд ли закажешь пиццу и пиво. Но все же он кивнул: — Ладно.       Найтири улыбнулась, но отнюдь не мило.       — Только есть одно небольшое условие, – она сделала паузу, – тебе придется изображать моего парня весь вечер. Потому что моей сестре Аллесии невтерпеж с тобой познакомиться. Кстати, в этом виноват ты, – Меченто повернулась к Дарси и ткнула пальцем ему в грудь, задержавшись там подозрительно долго.       Дарси глянул вниз, на палец девушки, ноготок которой едва ли не сверлил в нем дыру. Он уже изображал парня Авы, но играть ту же роль дважды не входило в его планы.       — А чего... ты просто не скажешь ей, что мы... Ну, что мы не...       Найтири убрала палец, но отодвигаться не стала, находясь в опасной близости к парню. Только вот сама не понимала: в опасной для него или для себя.       Ей не хотелось признаваться, что она просто струсила. Ее отношения с Алессией никогда не были супер близкими и тут у сестры возник какой-то интерес к жизни Найтири. Конечно, Меченто не хотела, чтобы она прямо таки приехала в Вашингтон, но тут уж как получилось.       — А ты думал все будет так просто? Теперь мы будем страдать вместе, мистер Дарси, другого выхода нет. — Девушка надеялась, что Уильямс просто смириться и не начнет увиливать. – Скажи спасибо, что это не мой отец. Хотя у него ты тоже вызвал интерес.       И это было чистой правдой. В тот же вечер родители позвонили Найтири, чтобы узнать что там за «словесный анархист» вертится вокруг нее. Ей было не сложно догадаться, что именно Кристиан использовал это слово и папа просто повторил его. Но, к счастью, она смогла выкрутиться и убедить их, что ничего серьезного нет, и если это станет действительно таким – она сразу сообщит. По крайней мере Найтири так казалось, но с большой вероятностью люди отца уже узнают все информацию о жизни и прошлом Дарси. Радовало лишь то, что он никак не был связан с семьей, а значит вероятность того, что он пострадает – минимальная.       — Блять, – вздохнул Дарси, в очередной раз проклиная свою напускную смелость и излишне длинный язык. — Она же сразу поймет, что это пиздеж чистой воды. Посмотри на меня.       Дарси расставил руки в стороны. На фоне Найтири он выглядел, как автомобильный коврик, об который она могла обтереть свои туфли. С чего бы дочке своего богатенького папочки якшаться с кем-то подобным? У него даже шмоток соответствующих не было. Да и в пиджаке он выглядел бы как школьник на выпускном.       Найтири оглядела парня снизу вверх. Он действительно не соответствовал тому, что хотелось бы увидеть Алессии, хотя для самой Меченто это не играло абсолютно никакой роли.       — Значит теперь у меня два условия. Мы пойдем по магазинам и купим тебе подходящие вещи. Я не буду заставлять тебя надевать пиджак, но и в спортивных штанах ты не пойдешь. Несмотря на то, что они чертовски тебе идут, – последняя фраза сорвалась с губ Найтири еще до того, как она успела подумать и почувствовала как легкий неловкий румянец появляется на ее щеках. Она сама не поняла, что это только что вообще было.       Дарси немного подзавис, но сделал вид, что ничего не услышал. Выдавали лишь глаза, забегавшие по комнате и рука спрятанная в карман. Девушки редко делали ему комплименты, а может он просто их не замечал, но этот заставил волну жара пробежаться по спине.       Он почесал затылок и промямлил что-то под нос, будто искал, за что зацепиться: шутку, отговорку, стену.       — Эм… – выдавил он наконец, – ну… я… ладно. Типа. Шмотки. Без штанов. В смысле – не без, а... не в этих. Бля. Окей короче.       Теперь надо было придумать, где взять деньги на эти вещи за все деньги мира. Дарси никогда не позволил бы, чтоб за него платила девушка, а занимать у друзей не хотелось.       Найтири поджала губы, пытаясь не засмеяться потере речи Дарси. Она и не думала, что сможет довести этого «словесного анархиста» до такого простым комплиментом.       — Без штанов приходить точно не стоит, – девушка усмехнулась, но внутри пыталась утихомирить совсем неуместный полет фантазии. Она попыталась скрыть улыбку за бокалом вина, но поперхнулась, чуть не выплюнув все на Уильямса. Сама грация, ничего не скажешь.       От всей неловкости этого момента ее спасла, как ни странно, Ирида, ворвавшаяся на вечеринку и привлекшая к себе немало внимания.       — Ты идешь со мной, у нас появились планы, – ничего не объяснив Аддамс потянула Меченто за собой и та только успела махнуть рукой Дарси и оставить бокал на столешнице.       Найтири писала Ириде, что ей здесь не очень комфортно и видимо подруга решила принять максимально радикальные меры.       Перед самым выходом нарисовался Киллиан с виноватым выражением лица.       — Слушай, Рыжая, я хотел сказать, что… – он не успел договорить, так как Ирида заткнула его подняв ладонь.       — Нет времени слушать тебя, я иду на вечеринку, на которую тебя не позвали, – съязвила Аддамс, обходя парня вокруг и таща за собой Найтири, пребывающую в легком шоке. На секунду Ирида остановилась и расплылась в довольной и одновременно хитрой улыбке. — С Манье. – А затем растворилась за дверью.       Морган открыл было рот, но сказать оказалось нечего.       Через секунду в проходе появилась Найтири с виноватым выражением лица и крикнула:       — С Днем Рождения, Кренария! Спасибо за приглашение! – и вновь исчезла.       Киллиан же молча развернулся и пошел к островку алкоголя. С Манье, значит. Видимо держать слово белобрысый не умел.       Аррея же все продолжала свою пешую прогулку. Шлепая подошвами по раскаленному асфальту, под запах бензина и приближающиеся специи от уличной еды, вперемешку с чужими разговорами, она понеслась на юг, к границам Чайна-Тауна. Не стала ждать маршрутку и пошла пешком, чтобы разрядить саму себя после такой ебанутой компании. Она любила это райончик. Не за его аутентичность, в ней, к сожалению, было предостаточно фальши и гиперболизации. Она любила его за густую анонимность, и постоянное движение народа, в котором можно было раствориться. Именно то, что ей было нужно. Меньше пиздежа, больше телодвижений.              Здесь на Аррею никто не смотрел как на ебанутую шлюшку на побегушках, которая должна вилять хвостиком перед всеми, никто не указывал куда и за кем ей идти – чем не идиллия? Она прошмыгнула мимо ряда магазинчиков с китайскими травками (отчасти больше чем лечебными), мимо такой же лавки с резными дракончиками, как один из тех, что вился у неё на бедре, и купила жареных пельмешек, о которых грезила уже неделями. Херли ей себя ограничивать? Голод в ней проснулся волчий, будто она до этого голодала пару суток (это было недалеко от правды). Она заточила одну порцию, и поняв, что не наелась взяла вторую.       Стоя под навесом она принялась разглядывать как женщина жарила какую-то хрень, уж больно похожую на член. Вот этого Аррее захотелось даже больше, чем жареных пельменей. Она выторговала у женщины порцию за бесценок и довольная, размахивая пакетом, свернула в закоулок, к давно знакомому барбершопу. Вывеской служили иероглифы 龙须馆 – что с китайского звучало как умора: “Зал драконьих усиков”. Там часто зависали старые морпехи и мигранты, а туристы от чего-то не заглядывали. Внутри пахло еловым бальзамом и чем-то острым, по-мужски.       Аррею встретил крупный мужчина-барбер – гаваец Момо, с громадными руками, как у штангиста, но доброй улыбкой на лице:       — Надо же! Моя маленькая Мэй-Мэй!       — Ага, Мото-Мото, эт я, – отсалютовала Аррея. Мужчина, обрадованный её визитом, потрепал девушку по голове, отчего та поморщилась и кивнул, оглядываясь на совсем немногочисленных клиентов. — Побреешь мне затылок? С узорчиком каким.       Момо не спрашивал чем обусловлено желание – просто сделал. Аррея разрешила затронуть даже виски, после чего барбер выбрил забавную загогулину на затылке. Зарекалась как можно дольше не делать ничего с волосами, но этого ведь и заметно не будет, если она не захочет, а значит, это никакое не изменение. Так, бонус, чтобы срезать часть эмоций. Будто это помогло бы надолго. Аррея взглянула на себя в зеркало – Момо заколол её волосы палочкой от тайского вока в красивую гульку, и теперь на затылке виднелось отсутствие волос. Ей понравилось. Для начала. Аррея выдавила из себя улыбку и поблагодарила мужчину, без зазрений совести кинув на столешницу пятьдесят баксов – часть из того, что присылал отец. Выйдя из барбершопа с той же палочкой в волосах, Аррея ткнула в уши старые проводные наушники, включив музыку как можно громче.       Она направилась в небольшую забегаловку у станции метро, на крыше которой можно было выкурить пару сигарет, хоть это и было “запрещено”. Свесив ногу с бортика, Аррея достала из набедренной сумочки зажигалку, покрутив её в пальцах. На синем дешевом пластике булавкой было выскоблено: “если хочешь меня трахнуть, улыбнись, когда отдашь”. Это была даже не её зажигалка – Сторма. Хер бы его побрал. Он всегда делал это. Оставлял метки, а потом исчезал, включаясь в какой-то ебанутый режим. Сука.       После третьей сигареты, когда её уже стало подташнивать, Аррея заприметила среди сигающих во все стороны туристов и работников знакомую макушку. Майкл, парень из их университета, слонялся у колонн дальнего здания то и дело подмигивая проходящим мимо девушкам.       — Такими темпами, изврат, тебя увезут куда подальше, – выглянув из-за колонны вдруг начала Аррея.       Парень, чьи каштановые волосы торчали в разные стороны по канонам “плохишей”, развернулся на сто восемьдесят градусов и резко уперся рукой в гипсовое сооружение, едва не потеряв равновесие.       — А, это ты… М-м, Малека? – предположил он, стиснув губы в тонкую полоску. Аррея, посерьезнев, покачала головой. — Юки? – нет, – Азула? Азури…? Рея?       — Рия, – вдруг переменившись в настроении улыбнулась Вонг. — Кренария.       — А-а, Кренария! Точно-точно, – глупо закивал парень. — Какими судьбами, красотка?       — За конфетками, – застенчиво сложив руки с пакетом корейской еды за спиной сказала она. — У меня день рождения.       Майкл тут же переменился в лице, аж несколько раз: от удивления до принятия и прямиком к радости сия события.       — С днем рождения! Чего желаете? Конфетки, жвачки, леденцы с кислой пудрой? – закончив перечислять, он подмигнул Аррее и лучезарно улыбнулся своими кривыми передними зубками.       — А что на себе?       Майкл молча вытянул из кармана маленький оранжевый зиплок, с двумя одинаковыми таблетками и одной жвачкой, которая больше была похожа на камешек с набережной.       — Беру, – ни минуты не сомневаясь сказала Аррея. Дух авантюризма в ней говорил куда громче, чем что-либо. — Зайдешь к нам на тусовку? Я там тебе и денежку отдам. Никуда не денусь.       — Да, канеш. Можно парней привести?       — Даже нужно, – с лукавой улыбкой на губах, Аррея приблизилась к парню и стала на носочки, чтобы поцеловать его в щеку, рукой ощупав его карман. Подмигнув, она засеменила в направлении метро.       Жвачка захрустела на зубах, жутко мятная, как будто кто-то залил ей в рот ментоловый освежитель воздуха. Под ним, почти сразу, проступил вкус травы: терпкий, маслянистый, словно жевала крапиву с землей. Но Аррея не морщилась. Она даже улыбнулась, уставившись в пол вагона, пока поезд монотонно дрожал под ногами, унося её назад к району общежития.       Она уселась у окна, заняв уголок у торца сиденья, положила пакет с едой рядом и отключилась. Мысли растекались. Для этого даже не понадобилась бы жвачка, в голове у Арреи творился такой хаос, что от него понемногу плавились мозги. То Сторм со своей любвеобильной кошкой, то Айс со своими нападками, тренировки, отец, снова тренировки, снова Сторм. Хотелось от всего этого закрыться. Исчезнуть, так, чтобы еще поискать пришлось. Если кто-то вообще стал бы.       Рядом кто-то сел, но она не обратила внимания, сконцентрировавшись на носках своих кроссовок. Все это было полнейшим бессмысленным куском дерьма. Ей одновременно хотелось вырезать всех из своей жизни, и в то же время хотелось, чтобы на неё наконец обратили внимание. Дали какого-то человеческого тепла, а не пнули ногой, как надоедливую псину. Разве она заслужила к себе такое отношение? Нет, но другого она и не встречала.       Переведя взгляд на удаляющиеся Найки, она резко повернула голову. Сиденье рядом было пустым. Ни человека, ни, самое главное, её пакета с едой! Всё пропало.       — Да блять! – с самой горькой досадой воскликнула Аррея. Дело было даже не в том, что она была голодна – наоборот. Сам факт, что какая-то уеба забрала её еду, прибрала к своим грязным ручонкам, будто разлили масло под ноги, вместе с ощущением тупости и беспомощности. Она посмотрела на дверь вагона, мелькающий туннель, грязные поручни. Слезы, что защипали глаза, мешали что-то рассмотреть. — Блядство.       Поезд дернулся на повороте, скрипя, будто посмеялся над ней в ответ. Аррея вскинула плечи, словно хотела спрятаться в себе, как черепаха в панцирь, но ни панциря, ни защиты не было. Только подрагивающие пальцы, звон в ушах от ярости и унижения и жвачка, которая теперь казалась резиной, давно потерявшей вкус.       На вечеринку пришла поздно, когда солнце уже клонилось, а воздух остыл, но напряжение никуда не делось. Не сдержавшись, Аррея все же полезла в телефон, чтобы найти новые сообщения от Сторма, но их не оказалось. Раздражение накрыло её новой волной. Ладно. Хорошо.       Вечеринка в лаунж-зоне была достаточно громкой, но будто бы какой-то неполноценной. По крайней мере, так показалось Аррее, заглядывающей через стеклянные двери. Всем было “безудержно весело”. Ага, как же. Кренария собрала вокруг себя всех покемонов и каким-то образом затащила сюда даже Айса. Иронично. Раз ей так нравилось портить себе праздники, могла бы и её позвать. Сучка.       Девушка фыркнула, потирая влажные ладошки о ткань юбки и вошла в комнату, тут же присмотрев столик с напитками вдалеке, у окна.       — Где Сторм? – бросил Айс, заметив Аррею.       — Кто такой Сторм? – безразлично спросила она, пройдя мимо Айса и задев его плечом.       Направившись в сторону брата Сазерленда, которым он так её попрекал, Аррея чувствовала себя как никогда хорошо. Она мгновенно забыла про придурка Сторма и остальных друзей, которые на самом деле наверняка её просто терпеть не могли. Все они, в отличие от Арреи были ненастоящими. Как и их тупорылые слова. Лица. Все.       — Хей, Призрачный гонщик, – широко улыбнувшись протянула она, не теряя времени. Аррея завалилась на плечо Сану, и только мельком глянула на стоящую рядом Малу, даже не поздоровавшись. — Хочешь повеселиться?       В глазах у девушки заплясал нездоровый огонек. Коснувшись края декольте на своем топе, она достала зиплок, припрятанный между грудей и незаметно потрясла им, прикрыв ладошкой. Сан сверкнул глазами. Уголок рта довольно подпрыгнул. Мала окинула обоих беглым взглядом, остановившись на пакетике с двумя таблетками.       — Ребят…       — Прости, Мала, здесь удовольствия только на двоих, – хищно ухмыльнулся Сан, отходя от девушки.       — Иди приударь за другим братом, – подмигнув девчонке, хмыкнула Аррея. Кончиком раздвоенного языка упершись в передние зубы, она вскинула бровями и качнула в сторону Айса.       Сан, поднырнув под Аррею, закинул ее себе на плечи. Юбка задралась, Вонг взвизгнула, тут же прикрывая нижнее белье. Уже через полминуты она звонко хохотала, хлопая Сана по спине. Тот не раздумывая нес её по коридору, мимо блоков парней и остановился между блоков девочек, как меж двух огней. Покрутил Аррею на плечах, пока та, упершись ему в задницу не поднялась и не показала пальцем в сторону своего. Там он уже спустил её с небес на землю, вернув кеды на ковролин.       — Погодь здесь, – отбив ему “пять” кинула Аррея.       Она залетела в свою комнату, тут же принявшись разгребать бардак, состоящий из нескольких куч одежды, вибратора, пустых коробок от лапши, которые она хотела выкинуть в окно, но в очередной раз вспомнила, что не имела от него ключа. Блядский Тренер!!       Сан, тем временем, бегло осмотрелся в блоке и перекатившись с носка на пятку, снова растворился за дверью. К тому моменту, как Аррея выглянула из комнаты, он уже стоял у её косяка, крутя в руках больно знакомые ключи. Губы тут же вытянулись в остроконечную дугу, готовую метать стрелы ехидства во все стороны.       Высунув язык, Аррея показала лежащую на нем таблетку, не намереваясь закрывать рот, пока Сан не поймет намека. С этим у него было не туго. Он молча подошел ближе к ней, своим языком коснувшись её, и у Арреи замерло сердце. На мгновение её кольнуло чувство неправильности. Будто что-то было не так, но она не могла понять что, поэтому только крепче зажмурилась. Когда Сан проглотил таблетку, она не остановилась и выдохнула ему в губы. Пальцы парня метко коснулись ложбинки в её декольте и достали пакетик, в котором осталась только одна таблетка. Сан вынул ее двумя пальцами и, открыв ротик девушки, сунул их как можно глубже. Аррея с трудом сглотнула, не отрывая взгляда от Сазерленда и обвила двумя кончиками языка его пальцы.       — Что будем делать с этим? – ухмыльнулся Сан, качнув ключами от мотоцикла Кренарии.       — Прокатимся? – склонив голову набок произнесла Аррея. Это больше было не вопросом, а предложением. Она утерла уголок губ и глаза сказали всё за неё – веселье сегодня не должно было закончиться.       — Полетаем.       Двигатель урчал под ногами, и Сан, смеясь, выкручивал ручку газа все сильнее, так что мотоцикл взвизгивал, свистел, летел как пуля сквозь пелену ночи. Они орали от восторга в темное небо, срывались на хриплый смех, настолько живой и восторженный, что казалось будто они смеялись впервые в жизни.       Они не знали друг друга от слова совсем. Но сейчас это было и не важно. Сейчас имели значение только скорость, ветер, вопли, светофоры и постепенно накатывающее чувство эйфории.       — Спорю, она нас убьёт, – выкрикнул Сан, почти не слыша самого себя.       — Кто? – Аррея прижалась к его спине и уцепилась пальцами за петельки на поясе джинс. — Кренария? Или жизнь?       Сан захохотал, сбивчиво от летящего в лицо ветра.       — Обе! Если повезет!       И мотоцикл взвыл снова, смеясь с ними в унисон. Они мчались по кольцу, по пустым улицам, где неон отражался в лужах, подальше от города. Знаки смазывались в цветные пятна. Аррея за его спиной раскинула руки, прикрыла глаза. Встречный ветер мазал по щекам, играл в волосах, но не бил. Сейчас не нужно было ничего понимать. Ни себя, ни этого мальчика с глазами, как авария, ни собственную боль, ни злость.       — Нихуя нам не повезет.       Сан свернул с трассы, не обращая внимания на сигналящие машины. Этой ночью не существовало ни правил, ни маршрутов. Была только дорога. А куда она приведет – это уже дело пятнадцатое.       Они провалились в полумрак, как во временную петлю. Все чуткое, тревожное, грубое, осталось где-то далеко снаружи. Никаких разговоров прохожих, чужих голосов, зовущих их по именам и исчезающих в тумане. Не было ничего кроме них.       Мотоцикл заглох и на них обрушилась тишина – липкая и такая густая, что помалу заполняла уши, едва успевшие свыкнуться с ревом мотора. Сан слез с байка первым, Аррея же осталась сидеть, осматриваясь. Памятники стояли, как немые хозяева этого места, наблюдающие за незваными гостями.       — Ну че, мертвечина, как тут у вас? – выдохнул Сан, потягиваясь.       — Ты знал, что здесь кладбище? – удивленно пролепетала Аррея, наклоняясь вперед. Сан заглушил байк, поэтому она спокойно легла на него, упершись локтями в бак.       — В душе не ебал, – хохотнул Сан.       — Чудно, – только и выдала она в ответ, качая ногами, едва достающими до земли.       — Погнали прошвырнемся. – Сан повел плечами, чтоб Аррея отлипла. — Устроишь экскурсию.       — Только и ждала возможности, – хрипнула она, спрыгнув с байка и едва не завалив его.       Поправив край юбки, Аррея уверенно пошагала вперед, крутя головой по сторонам.       — Старина Уилл был лучшим поваром в плебейском ресторане на Харлоу-Стрит, – значущим голос начала она.       — Че? Там написано, что его Алекс зовут.       — А ты че, читать умеешь? Бля, пролет, – посмеялась она, качая головой. — Алекс был долбаебом, который не смог стать поваром. Так и остался рыбаком, на подкормке у Уилла. Неважно, они оба были старыми педерастами. Ходь дальше.       — Скажи еще один хуй сосали, – отсмеялся Сан, мерно шагая за Арреей, закинув руки за голову.       — Не, – серьезно не согласилась Аррея. — Одну пизду лизали.       — Хуевые педерасты.       — Согласна.       — А че это за таблетки были, кстати? – спросил Сан, вытянув перед собой руку. Пальцы начинали выглядеть как-то неестественно.       — В душе не ебу, – мило улыбнувшись ответила она, невинно заключив руки за спиной, отчего едва не потеряла равновесие.       — Чудно.

• ────── 𓆗 ────── •

Никто не сможет понять

ни тебя, ни меня

— Щенки

      20 Июля.       В три часа ночи выходного дня никто не спешил на боковую. Только музыка притихла, сменившись задушевными разговорами, флиртом и тихим смехом, проступающим то тут, то там. Нев с ребятами поглядывали на Кренарию, разобщавшуюся с Каином и продолжали обсуждать что-то свое. Удивительно, что к ним присоединился даже Айс, хоть и был он не таким разговорчивым, как остальные. Сегодняшний день прошел на удивление мирно и отпускать его никому не хотелось.       Найтири и Эвелина наконец смогли уломать Амора и Ириду слезть с барной стойки, вернуться домой и улечься по кроватям. Меченто оставалось надеяться, что утром никто из ее семейки не нагрянет с новым разбором полетов. Они вышли из лифта, своим смехом разрезав тишину коридора. Ирида все хохотала и никак не могла успокоиться, опираясь на плечо Амора. Найтири указала рукой на кухню. Рыжая явно нуждалась в воде.       — Сейчас полегчает, – сквозь смешки, поддаваясь заразительному хохоту Ириды, проговорила Найтири и распахнула дверь.       Общажная кухня встретила их тишиной, будто уши ватой набили. Ни запахов еды, темнота, только тусклая полоска коридорного света давала понять, что они здесь не одни.       Все четверо остановились как вкопанные. Смех Ириды стих в тот же момент, как она подняла взгляд.       Там, в кухонной темноте, Змея впервые почувствовала вкус собственного яда.       Амор на негнущихся ногах сделал первый шаг. Воздух вдруг стал вязким. Он знал, что должен что-то сделать. Но сердце клокотало где-то под горлом. Ни на одном школьном уроке не расскажут, что делать с человеком, у которого из вены торчит игла. Что делать, если этот человек твой сокомандник? А если друг?       — Сторм, – тихо позвал он. — Ты… че творишь?       Амор медленно подошел ближе, коснулся ледяного лица. На лице Сторма растянулась улыбка. Живой. Но, сука, не живой.       — А-а, черный мальчик…– сипло посмеялся Сторм.       Он сидел на столешнице над террариумом с питоном, почти не шевелясь. Плечи опущены, как у сломанной куклы, а глаза мутные, лишенные какого-либо света. Под кожей руки, туго перетянутой жгутом, все еще пульсировала кровящая вена. Расширенные зрачки почти полностью заполнили собой радужку. Щеки немного впали, губы сухие и бледные. Сторм, который всегда светился, как лампочка, улыбался и шутил, внезапно погас.       Ирида, казалось, не могла вдохнуть. Её смех, еще недавно искренний и громкий, осел в горле горькой пылью. Опьянение вмиг улетучилось.       Найтири на пару секунд застыла. Внутри нее все переклинило. Слишком знакомая картина: клубы в Нью-Йорке, синие губы, без фокуса в глазах. Она столько раз это видела — и ненавидела. Но сейчас это не очередной отброс высшего общества. Это Сторм. Их Сторм. Хоть она и мало была с ним знакома, но это не играло никакой роли.       Амор обернулся на девушек за спиной. Найтири первая пришла в движение. Действовала быстро. Оттолкнула Амора, взяла стопку салфеток, приложила к вене и вынула шприц, отложив его на столе.       — Зови кого-нибудь, – приказала она, прижимая салфетки к кровящей ране.       — Скорую? – неуверенно спросил Амор. От опьянения не осталось и следа, адреналин подчинил себе все.       — Ни в коем случае, – отчеканила Найтири. За этим «ни в коем случае» стояли целые горы опыта. Вызов скорой – это полиция и разбирательства. Руки дрожали, но движения оставались чёткими. Паникой сейчас точно не поможешь.       Амор кивнул, будто понял, что делать. Нихера он не понял. Все это было нихера не смешно. Он всегда думал, что Сторм просто дурачится своими аскорбинками. Амор резко развернулся и, чуть не задев плечом Эвелину, рванул вон из кухни. Туда, где еще теплился свет и голоса, и где, возможно, было хоть что-то способное вытянуть Сторма обратно.       — Ирида, – голос Найтири прозвучал ровно, – Мне нужна твоя помощь.       Ирида вздрогнула, будто её окликнули из-под воды. Она кивнула и подошла.       — Смотри. Я держу рану, но он может дёрнуться или свалиться, – коротко объяснила Найтири. – И ему нужно чувствовать, что он здесь. Это помогает мозгу не уплыть окончательно.       — Да…да, поняла, – прошептала Ирида и аккуратно встала сбоку от Сторма. На мгновение её руки повисли в воздухе, не решаясь коснуться его.       — Держи крепко, – скомандовала Найтири.       Она быстро проверила зрачки, пульс и дыхание. Он был в сознании, но на грани.       Ирида, замершая в напряжённой позе, будто щелчком пришла в себя. Взгляд прояснился. Её губы больше не дрожали. Страх отступил, сменившись холодной ясностью. Она крепко держала Сторма и ее руки больше не тряслись, хотя паника все еще пыталась вырваться наружу.       — Всё будет нормально, – проговорила Найтири, пытаясь убедить в первую очередь саму себя. Слишком знакомая сцена, чтобы позволить ей пойти по самому худшему сценарию.       Амор влетел в лаунж, задохнувшись то бешеного сердца и страха.       — Айс! – выкрикнул он еще до того, как открыл стеклянные двери. На его голос откликнулись чуть ли не все Змеи сразу. — Быстро! Сторм… он…       Можно было не продолжать. Айс почти мгновенно подорвался с места, тут же направляясь в сторону Манье. Остальные Змеи тоже повскакивали со своих мест.       — Сели! Никто за мной не идет! – рявкнул он. Конечно, это не касалось Дарси с Таллоном, потому что те даже бровью не повели на грозный тон друга.       Кренария, раздосадовано вздохнув, хлопнула себя по бедрам и переглянулась с Невом, который тут же посерьезнел, уперев руки в боки. Все всполошились даже не поняв причины, но былым спокойствием уже и не пахло. Где-то из-за спины Кренарию потрепал Каин, протянув телефон, озаряющий вспышками всю комнату. На экране высветилось имя Тренера. Она тут же напряглась, резко выдохнув через сцепленные зубы. Почему активизировались все и сразу? Корбин приглушил музыку, игравшую на фоне, все притихли.       Подняв трубку, Кренария сглотнула и поморщилась, про себя молясь чтобы это было что-то хорошее. Но с хорошими вестями в три часа ночи не звонили, правда?       — Харт, – раздался ледяной голос Тренера по ту сторону. Ну все. Пиздец. – Надеюсь день рождения выдался счастливым. – Тяжелый вздох. – Я сейчас в центральной больнице с твоим братом и Вонг. Полиция требует, чтоб ты дала показания, как владелица разбитого мотоцикла.       — Что блять!? – воскликнула Кренария, тем самым всполошив всех присутствующих. Нев настороженно переглянулся с Каином и покачал головой, моргая широко раскрытыми глазами.       — Что слышала. Нева под мышку и шуруй сюда, – приказал Эрос и сбросил вызов.       Кренария дрожащими руками опустила телефон, и приоткрыла рот, глядя в одну точку. Она рвано вздохнула, поведя челюстью и с силой стиснула руки. Злость раскаленным железом лилась по венам, пульсируя с каждой секундой все сильнее и сильнее, превращая все внутренности в окаменелость непроизвольной формы. Она ткнула телефон в грудь Неву и запустила руки в волосы, оттягивая локоны назад.       — Что случилось? – Не выдержал драматичной паузы Нев.       — Этот уебок, – резко развернувшись к нему начала Кренария. Она сделала глубокий вдох и попыталась унять дрожь в голосе. – Этот уебок разбил мой байк.       — Тренер?! – ошеломленно выпалил Марко слегка нетрезвым голосом.       — Да какой в еба… Нет! Сан!       — Кто такой Сан? – не понял Каин.       Кренария шумно вздохнула, едва не зарычав и прикрыла глаза руками.       — Вы решили меня сука добить, – приговорила она, покусывая кончик языка. Затем, развернувшись на каблуках, она вскинула руками. — Брат. Мой ебанутый вкрай брат, который спелся с этой пиздой.       Киллиан, сидевший неподалеку, на миг просто завис, открыв рот. Он был пьян, но не настолько, чтобы не понять, что произошло. В его взгляде смешались недоумение и откровенное охуевание. Он развернулся к Кренарии.       — Что? – выдавил он, потрясённый. — Что он, блять, сделал? – его голос сквозил нарастающей злостью с примесью разочарования.       Морган был отнюдь не сентиментальным человеком, но в этот байк было вложено много времени и сил. И связано с ним тоже было немало. Кренария обхватила заднюю часть шеи руками и покачала головой, глядя на Киллиана. Тренер сказал взять с собой Нева, но…       — Поедешь с нами, – твердо сказала она, дернувшись в сторону двери. Один Нев её вряд ли удержит.       Киллиан лишь молча кивнул, схватив телефон со стола и направился вслед за Харт.       Айс прогнал всех за дверь, оставшись один на один со Стормом, пока остальные подпирали косяк двери, молча наблюдая. Айс пытался их выгнать, но все тщетно.       Он присел рядом на столешницу, взял стакан с водой и поднес к губам Сторма. Аккуратно, будто поил ребенка или раненого птенчика.       — Пей, – негромко сказал он, придерживая за подбородок. — Потихоньку. Не захлебнись, дурак. Вот так… хорошо.       Пара глотков. Этого уже было достаточно, чтоб дыхание стало глубже. Айс знал, что Сторм занимался подобным и раньше и в такие моменты всегда был один. Но он просто не мог бросить его здесь на кухне, сделать вид, что ничего не произошло. Сторм перешел на таблетки, почему-то считая, что это безопаснее иглы, обещал больше не срываться. И не срывался, Айс видел его в таком состоянии только раз, около года назад. Но тогда он еще не знал, что с ним делать. Пришлось разбираться с Дарси на месте.       Айс не отводил от него взгляда. Спина прямая, как струна, но пальцы дрожали. Он держался, но держался из последних сил.       — Блять, съебите уже на три стороны по пути на хуй, – вспылил он, повернувшись на любопытные зенки в дверях. Дарси качнул головой, закрыл дверь.       Только тогда Айс смог немного расслабиться. Он притянул Сторма и уложил на свое плечо. Кухня снова погрузилась в кромешную темноту. Айс молчал какое-то время, уставившись в пустоту. По-хорошему было бы перенести Сторма в койку.       — Ну и нахуя? – тихо выдохнул Айс, потерев переносицу.       Тишина. Ни ответа. Ни движения.       — Мог бы предупредить… До того как… Я же не ясновидящий, блять…       Он поправил плечо Сторма, чтоб тот не завалился на бок. Оставил руку на плече, просто чтобы был контакт.       — Ладно. Отойдешь – сам все расскажешь.       От двери резко потянулась полоса света и несмотря на наслаивающиеся один на другой голоса сокомандников, в кухню влетела Кренария.       — Твой ебанный брат! – громко воскликнула она, тыкая пальцем куда-то в воздух, где предположительно стоял Айс. Не сразу найдя его глазами, она замолчала и присмотрелась. Брат сидел на столешнице, в обнимку с, кажется, бессознательным Стормом. Она нахмурилась, поводив между ними пальцем. — А с этим че?       Нев так и остался стоять в дверях, шепотом разговорившись с Амором, который коротко ввел его в курс дела. Ничего из рассказанного ему не понравилось. Хмурый Капитан сложил руки на груди, разглядывая развернувшуюся картину. Он даже не догадывался, что Айс может заботиться о ком-то… так.       — Хули тебе надо? – как можно тише спросил Айс и воспользовавшись моментом, вскочил со столешницы. Он отлепил салфетки от руки Сторма, отбросив в сторону и аккуратно притянул парня к себе. Сторм податливо обвил руками его шею и уложил голову на плечо.       — Твой ебанный брат разбил мой мотоцикл! С ебанной Арреей! – громким шепотом продолжила гнуть свою линию девушка.       — Да мне поебать, – бросил Айс, проходя мимо со Стормом на руках. – Разбились надеюсь?       — Лучше бы блять разбились! Иначе я сейчас пооткручиваю руки-ноги обоим нахуй, – яростно выдохнула Кренария.       — Делай что хочешь, – сказал Айс и огляделся. Не пройти-не проехать, все обступили двери кухни, как на ковровой дорожке. — Ало, исчезли. Это че, событие дня? Завтра в газетах прочитаете.       Змеи расступились. Дарси прошмыгнул в кухню, чтоб убрать шприц, все еще лежащий на столе и окровавленные салфетки.       Наутро газеты и новостные каналы и правда разрывались:       Washington Herald | Спорт / Происшествия | 09:12 AM       Игрок команды экси “Вашингтонские Змеи” задержана за вождение в наркотическом опьянении       ВАШИНГТОН, D.C. — Вчера поздно вечером одна из участниц полупрофессиональной команды по экси “Вашингтонские Змеи” была доставлена в больницу после падения с мотоцикла, случившегося в ночь на воскресенье. Девушка и ее пассажир оставались живы, однако дальнейшие события вызвали куда больший резонанс.       По предварительным данным, 19-летняя Аррея Вонг, голкипер “Змей”, находилась за рулём мотоцикла, принадлежащего другой известной участнице команды — Кренарии Харт. По неизвестным причинам транспортное средство потеряло управление и получило значительные повреждения. На момент прибытия полиции Вонг находилась в состоянии измененного сознания.       Токсикологический анализ, проведенный на месте, выявил следы тетрагидроканнабинола (THC) и неустановленного психоактивного вещества. К счастью, обошлось без серьёзных травм. Однако мотоцикл был сильно повреждён, а Вонг грозит лишение водительских прав, условное наказание и возможное отстранение от участия в ближайших играх сезона.       Представители команды пока отказались от официальных комментариев, но тренер Эрос Манье заявил, что “инцидент будет рассмотрен внутренне, и команда не намерена покрывать поведение, ставящее под угрозу жизнь и репутацию”.       По слухам, данный случай может стать прецедентом для пересмотра внутренней дисциплинарной политики в полупрофи-лиге экси, в том числе – введения обязательных тестов на запрещенные вещества.       Инцидент стал очередным поводом для обсуждения опасной тенденции: вседозволенность, безнаказанность и доступ к деньгам все чаще становится для “золотой молодежи” билетом в автодеструктивный образ жизни. Публика задается вопросом – сколько еще таких “падений” должно случиться, прежде чем кто-то действительно возьмет на себя ответственность? Следите за обновлениями.