Безотцовщина

Металлист был прост и наивен. Он точно не знал, что между группами особой дружбы нет. Как иначе можно было объяснить, что он заглянул поздороваться абсолютно в каждую группу? Фазаны были нарочито вежливы и подчёркнуто незаинтересованны. Только тройняшки были приветливы, хоть по их свинячим рожам было не понять, какие они редкостные лицемеры. Вторая группа, хоть и окрысилась сначала, почуяла родную кровь и перестала щериться. Да и в комнате было всего несколько человек, многие были заняты своими делами вне стен спальни. А вот птицы во всей красе представили своего вожака и обитателей. Один слишком уж вдохновлённый флорист показвл всю коллекцию растений, что успел собрать. Рыжий мальчик в очках представился Барыгой. Был ли он взаправду наркодиллером или просто кто-то подшутил, было не очень понятно. Он посоветовал заходить, если захочется расслабиться. Напоследок Джонсон спросил, можно ли ходить к девчонкам, на что парень на стремянке ему ответил: «У нас закон», — и многозначительно хмыкнул. Тогда оставались только псы. Но там совсем никого не было.        Металлист вздохнул разочарованно, когда за ужином в столовой он вновь не увидел свою новую знакомую. Здесь было шумно и очень много народу, но среди них не мелькали ни голубые хвостики ни маска протез. Вечер закончился безысходностью. Объявили отбой и погасили свет в коридорах. Шакал тихо бубнил с центральной кровати «сказочку на ночь». Было совсем не вежливо ни уйти, ни попросить заткнуться, потому Металлист ворочался в кровати, пытаясь заснуть. — А если идти с фонариком, то его не увидишь, потому что он не любит свет, — вещал нараспев Табаки. Лорд у него поинтересовался: — Сам пробовал? — Конечно, я пытался его поймать в свет фонаря. Но вот незадача, Мустанг не самое тихое средство передвижения. — О каком призраке вы говорите? — спросил сверху Металлист. — Жертва маньяка ходит по ночам в коридорах. Старик однажды рассказывал, как с ним встретился, но вот мне на глаза он никак не попадётся. — Он действительно существует? — удивился он. — Существует, я тебе точно говорю, — отозвался Шакал. — Самое сложное — это поймать его или встретить. Многие видели его силуэт, но вот лица ещё никто толком не разглядел, — сказал Лорд. — Да-да, но говорят, что лицо его в ужасающих шрамах. Говорю же, жертва маньяка. — Если бы он правда сущевствовал, то его наверняка бы уже всего рассмотрели, — отмахнулся Джонсон. — А ты сам пойди проверь. Ты точно должен услышать его шаги. — У меня нет фонарика, да и спать я хочу, — отказался тот. — Да он просто зассал, — послышался голос Чёрного снизу. Через пять минут поисков фонарика и торжественного вручения оного от Шакала, за спиной закрылась дверь Четвёртой. Коридоры были мрачные. Разрисованные стены тут и там мелькали чудищами. Свет фонарика цеплял надписи. На леснице Металлист остановился, чтобы оставить послание. Сказать честно, Джонсон был слегка стеснителен и совсем не хотел, чтобы кто-то видел такое. Но что ему оставалось? Написав пару строк он долго думал, как подписаться, после чего поставил «SF». Он уже долго бродил и решил таки побродить наощупь, чтобы точно потом не придирались. Он нашарил дверь в коридор и решил обойти круг по корпусу. На третьем повороте ему показалось, что кого-то слышал. Подумав, что охранник решил проверить, кто здесь ходит, подросток юркнул в ближайшую дверь. Кафель под ногами подсказал, что это туалет. Шаги приближались, пришлось прятаться ещё лучше, запершись в кабинке. Открылась дверь. По полу заструился свет, но вскоре человек ушёл, никого не обнаружив. Для верности, а так же, чтобы колени перестали трястись, Металлист таился ещё некоторое время. После этого он решил идти спать, так и не окончив обход. Хватит с него. Он тихо открыл дверь и услышал «Бу!» прямо из-за неё. Остекленев от тихого ужаса, он поднял взгляд, наткнувшись на изуродованное лицо. Линия челюсти, что выделялась особенно, была асимметрична. Чуть выше была бугристая кожа, на фоне которой вовсе скрывалось наличие носа. Из-под чёлки выглядывал поблёскивающий глаз, а с другой стороны чернела ужасающая пустота. Человек будто бы скалился. — Ну? Чего застыл? — сказал он, и тогда стало заметно, что это не оскал, а просто дыра в щеке, что стало последней каплей. — Да тебя можно на обложку метал группы, состояние сколотишь.