Секес и немного чего-то подобного на сюжет

Алтан прогибается чуть сильнее, под тяжёлой рукой Вадима. А точнее под ладонью, которую он проводит от самого крестца до шеи. Толчок. Ещё и сжимает пальцы у самых корней волос. Мурашки, а бёдра и так дрожат уже, а этот ублюдок (Вадим) всё медлит и медлит. Медленные толчки и поглаживания просто на просто сводят с ума. Развёл тут драму из нежностей. — Еби нормально уже, — шипит Алтан, ерзая и ощущая член Вадима в себе ещё чётче прежнего. — Мне ещё к зачёту готовиться надо, а ты тут устроил. — Сам же согласился, — он возвращает руки к самому тазу Алтана. Сжимает свои пальцы на бёдрах. Подтягивает Алтана к себе, толкаясь довольно грубо. Ублюдок! Бёдра кажется ватными становятся. А Алтан пищит. — Боже, и что это такое? — Вадим довольно издевается. Толчок. — Может будешь стонать, а не как зверёк какой-то попискьивать? — Иди к черту, — но тут же утыкается в подушку мучительно мыча. Алтан выгибается, кажется уже чересчур сильно и, черт, но Вадим добивается своего. Это слышно по его довольной ухмылке и вполне чётко ощущается внутри. Алтан сжимает его член с новой силой. — Ну, вот видишь, золотко, — ирод этот ещё и наваливается, шепча прямо в ухо. — Тебе нра-ви-тся! — Нравится мне, блять, нравится, — шипит он и кусает губу, сдерживая стон. — Но, блять, Вадим мне правда надо к зачёту готовиться. Я думал ты быстро… — Хочешь сказать, что я скорострел? — это звучит весьма угрожающе. Ещё и басом. Снова на ухо. Реально ублюдок. Этого не стоило произносить. Нет, это, конечно, никогда не было особенно быстрым, Вадим любит поиздеваться, понаслаждаться и ещё загнуть на пару подходов, но он не уделял стоооолько времени ласкам. Алтан слегка напрягает живот, черт. — Не строй из себя обиженку… — бурчит он. Его перебивает толчок. Резкий. Ещё один. И ещё. Черт, он серьёзно начинает ебать так, что бёдра не просто трясутся. Они прям еле держат. — Вадим! — постанывает Алтан, сжимая простынь. Утыкается головой в подушку. А толчки не становятся медленнее. Дыхание перехватывает. Он стонет, сглатывает чересчур шумно. Пошло всё это как-то. Но Вадим лишь сильнее давит. — Ну, Вадим, сбавь, — стонет он. — Вадим, — ползёт вперёд, выгибается, стонет и наконец-то хныкает. — Вадим! Тот скорость сбавляет, но толкает свой член по ощущениям прямо в душу. — Вадим, — постанывает Алтан, горбя спину. Наконец-то ублюдок снова становится нежнее, ещё и спину наглаживает. Придурок. — Умеешь же, золотко, — шепчет он на ухо, сбавляя темп снова до ужаса нежного. — Так что у тебя так за зачёт? М? Алтан зло покусывает наволочку, прогибаясь под ладонями Вадима. Он приятно так проводит большими пальцами по лопаткам. — С чего это ты решил поговорит об учёбе? — Алтан нервно ерзает бёдрами, но тут же покрывается мурашками. Нет. Боже. Чувствительность усилилась в пару раз минимум. Каждое движение ощущается слишком отчётливо. Стонет слегка, под низкий смех Вадима. — Золотко, — Вадим выдыхает ему прямо на ухо. — золотко… — Прекрати, ублюдок, — шипит он. Чувствует же, что сжимает член Вадима сильнее, вот и издевается. И правда ублюдок. — Биохимия у меня завтра, — сквозь постанывания произносит Алтан. — Препод душный, не экзамен, а всё равно сказала, что будет спрашивать по билетам. — Так что тебе учить надо? — Вадим целует его спину, оставляя пару засосов. На спине не страшно. Пусть будут. Алтан слегка краснеет от одной мысли о том, как они выглядеть будут. Полюбуется завтра в отражение. А пока слабо брыкается. Постанывает. — Определение биохимии, — тяжело вздыхает. — что такое углерод, химические связи, биополимеры.. Толчок, Вадим кусает Алтана за шею, сжимая руки на его запястьях. Заметил? Он же лишь немного руку вниз повёл? Как? — Блять, Вадим! — он пытается вырвать руки. — Сам не прикасаешься, дай мне самому себе подрочить, сучара. — Давай-ка сначала определение твоей биохимии, — он кусает его за плечо, толкаясь сильнее. — и углерода. Короче, всё что сейчас назвал. — Издеваешься? Вадим хмыкает, останавливаясь. Проводит рукой по животу Алтана. И сжимает пальцы у самого основания члена. — Понятно выражаюсь? — Вадим, это нечестно. — Я жду. — Вадим, — чуть более требовательно стонет Алтан. — Ну, Вадим… Он пододвигается ближе, плотнее и ещё ощутимее. Его бёдра вплотную упираются в бёдра Алтана. Толчок. Ещё толчок. Толчок! — Золотко? — выдаёт Вадим ему прямо в ухо. — Я жду. Черт! Как же это всё дурманит. Они же просто ебуться, почему сердце то так стучит. — Биохимия – это, — Алтан слегка постанывает, ерзая на члене Вадима. — наука, изучающая химический состав, — Вадим кусает его за плечо, за лопатку, приходится языком по линии позвоночника. — живых клеток, — Алтан всё чётче и чётче срывается на стоны, голос дрожит, становится писклявым до жути. — и организмов, а также лежащие… Вадим! — он пытается вытянуться вперёд, отстраниться, но по спине проходит дурманящий волна мурашек от очередного толчка. — Вадим, — всхлипывает он. — Пожалуйста, давай просто поебемся. Я просто хочу кончить. Он всхлипывает, хныкает и водит бёдрами, ощущая, как Вадим сжимает его зад. А потом… — Золотко, — Вадим проводит руками по бёдрам Алтана, руки снова на тазе, снова его прижимают плотнее. — Вадим! — жалобно стонет он. Его член в жопе блядски сильно пульсирует. Это сводит с ума. Алтан всём низом ощущает возбуждение Вадима. Возбуждение из-за Алтана. Возбуждение, которое сейчас принадлежит только ему. Алтан слегка напрягает ступни, упираясь пальцами в матрас. Кажется, ноги скоро судороги сведут. Но напряжение чересчур сильное. — Договаривай своё определение, золотко, — шепчет Вадим на ухо. — Я внимательно слушай, как ты готовишься. — Тварь ты, Вадим, — Алтан вздыхает постанывая, — и организмов, лежащие в основе их жизнедеятельности химические процессы. — Умница, золотко, — Вадим кусает его за ухо. — что ещё у тебя там в первом билете. Углевод? — Углерод, дебил, — шипит Алтан, двигая задом. — Вадим, харе в учителя играть… — Углерод так углерод, что там про него? — Да, Вадим, блять, еби меня, кому говорю, а? — Воу, Алтан, милый. С этого выносит буквально сразу. Он сжимает подушку зубами и стонет. Поднять голову не может. Как же дичайшее стыдно. Его. Возбудило. Просто. Свое. Имя. — Алтан? — ублюдски довольный голос. — Милый? Золотко? — Хватит издеваться! — простаныает он. — Еби давай тут, а не… — Аааааа, — тянет Вадим прямо ему в ухо. — Понял тебя, милый Алтан. Он резко хватает его за волосы, заставляя прогнуться и приподнять грудь над кроватью. — Больно! — шипит он тут же забывая об этом. Стонет. Черт, как он в такой момент может думать лишь о пульсирующей в заднице члене? Но Вадим наклоняется к самому уху. Другой рукой сжимает его сосок и выкручивает. — Мой милый Алтан, — толчок. — золотко, — толчок. — милый. — толчок. — Мой Алтан. На глазах наворачиваются слезы от возбуждения. Алтан, кажется больше не может соображать. Лишь Вадим. Крутит соски, тянет за волосы и ебет. Алтану остаётся стонать, всхлипывая. — Золотко, а отсосешь мне? — хмыкает Вадим ему в самое ухо. — Иди на хуй, — шипит он. — Не буду я тебе сосать. — Ну, зоооолотко , — и укус. — и на хуе так то ты сейчас. — Вадим, блять, заебал. — Вот именно, — смеётся он, усиливая толчки. Тело буквально всё дрожит. Тут Вадим кладёт руку ему на член и всё. Алтан сначала пытается вытянуться, убегая. Сжимает простыни, выгибает спину, пытаясь слезть с члена Вадима, но тот подло сжимает его только сильнее, не останавливаясь. Когда не получается отстраниться он прижимается ещё сильнее тазом к Вадиму. Ещё и ногами обнимает его. — Воу, золотко, а у тебя шикарный зад, — хмыкает он, сжимая его. Наконец-то Алтан буквально плавится, полностью расслабляясь. С члена до сих пор капает. — Я ненавижу тебя, Вадим, — выдыхает он. — Я настолько шикарен в постели? — Иди на хуй. — Алтан, вот только я всё ещё не кончил, — он ложится на него, упираясь губами в ухо, а стояком в зад. — Скажи, что не специально держался, — Алтан спихивает его с себя. — Ублюдок ты. Отсосу я тебе. — Без презерватива? Алтан смотрит пару секунд и вздыхает. — Мирамистин в аптечке. *** Алтан быстрым, широким шагом подходит к Вадиму, цепляя его за воротник. Тянет на себя, зло оглядывая его дружков. Потом взгляд тормозится о татуировку. Вот ублюдок ходит в своих майках лишь бы татушкой сверкнуть. Самовлюблённый ублюдок, если точнее. — Забираю его, — в приказном тоне, кидает Алтан. — Да, хоть навсегда, — Олег приподнимает бровь под осуждающий взгляд Вадима. — Пока-пока, дракон. — Вот такой друг, плевать на меня, да? — Вадим, уходя, показывает ему средний палец. — Лишь на своего Сереженьку не похуй. — Как ты прав, дракоша. Алтан игнорирует их. Главное дракона этого забрал и всё. Тащит к себе. Да, на самом деле, он особо и не сопротивляется. Алтан зло испепеляет взглядом каждого, проходящего мимо. Нефиг зыркать тут. Ещё и страшно. «Мы же лишь секс-партнеры». Не дай Бог, этот додумается так сказать. Даже не дотронется больше до Алтана. — Ну, что случилось, золотце? —Вадим весьма послушно следует за ним. Алтан оглядывает очередной закоулок вуза. Потом сажает Вадима и садится рядом с ним. Утыкается лбом в плечо. — Вадим, физрук такой пидарас я не могу, — ноет он, избивая его уже другое плечо. — Представляешь, я блять, ходил на все пары, вот эти адские тренировки, где к концу умираешь… — Славик у тебя что ли? — хмыкает Вадим, получая по плечу. — Блять, да! И он мне три поставил, — он обиженно поджимает губы, размахивая руками. — Я ебашил, как не в себя но, нет, же, сукин сын этот такой, — Алтан изображает его максимально оскорбительно, размахивает ладонями и закатывает глаза. — Ну, вот помнишь там ты один раз не пришёл? А там нормативы были. А я ему говорю, мол давайте сейчас, а он такой иди нахуй, — он замахивается, ударяя плечо Вадима. — Нет, блять, я знаю, что он мне поставил эту ебанную тройку, только потому что я хожу в огромных футболках и не видно, что я не дыщ. Видите ли надо быть таким танком, как ты и ещё в секции ходить! Вадим кивает, выслушивая. Иногда поддакивает. Алтан пока располагает ноги на его бёдрах. Даже не смущается внимательного пристального взгляда, ползающего от губ к глазам и обратно. Просто приятно, что его слушают. — Вадим, ну, помоги, — он ударяет по плечу. — Хочешь заплачу? Ты же точно с этим ублюдком договоришься на вашем врожденном ублюдошном языке. Он задумывается на мгновение, а потом ухмыляется. — Заплачешь или заплатишь? — Вадим проводит большим пальцем по уху. Мурашит, ещё и внимательно так смотрит. — Что хочешь, Вадим, — шипит он. — просто, блять, сделай так, чтобы у меня была пятёрка. Вадим довольно нагло кладёт руку на бедро и улыбается. Сжимает. Наклоняет голову хитро улыбаясь и щурясь. — Хорошо, твоё желание закон, золотце, — как же доволен этот черт. — и давай зачетку сюда. — А ведомость? — Возьму, не забуду, не бойся. — Не боюсь я, а напоминаю, — Алтан отворачивается. Наконец-то доходит смущение. Блять. Они хоть и одни в коридоре, но Алтан расположил ноги на коленях Вадима, их лица в миллиметрах, а ещё этот лапает его бёдра. Самое ужасное, что и это весьма возбуждает. Звонок. Пора на пару. А ни один из них не двигается. — Золотко, тебе так нравится сидеть на мне? — Вадим слегка закручивает прядь волос собранных в хвост у Алтана. — Возможно, — недовольно бурчит он. — Если тебе нет, могу, слезть. Вадим пару раз моргает изумлённо. Конечно, Алтан редко очень редко отвечает откровенно. Ещё и краснеет. Явно тот ещё спектакль. Но Вадим не смеётся. Гладит по голове, а потом приобнимает Алтана, поглаживая по голове. — Совсем устал? — Вадим приятно пахнет, так и хочется поддаться ему и Алтан все же кладёт голову ему на плечо. Так они кажутся гораздо ближе, чем являются друг другу на самом деле. Может стоило признаться в чувствах, а не играть в эту сумасшедшую игру? А Вадим согласился бы на отношения? Вряд ли. Алтан проводит носом по плечу Вадима, принюхиваясь. Носом в шею. Сладкий запах. — Устал, — недоверчиво бурчит он. Что не так? — Вадим, — строго начинает, хватая его за шею, и выворачивая её на бок. Нюхает. — М? Золотце? — От тебя пахнет женскими духами. Виснет пауза, мысленно добивающая Алтана. Сердце проваливается в пятки, которые уже на полу. Почему-то тормозит. Не слезает, не двигается, все так же носом в шею. Принюхивается ещё пару раз и резко отлетает, как испуганная кошка. Поднимается, собирая рюкзак. А ощущение словно его минимум ранили ножом в солнечное сплетение. Впихивает свою зачетку Вадиму. Точно они же просто хорошо общающиеся секс-партнеры. Вадим тяжело вздыхает, поднимаясь. Тут же Алтан чувствует объятия со спины, руки Вадима на талии, губы у самого уха и его горячие дыхание на коже. Раздражает и добивает. Это всё нечестно. — Скажи ещё, что Юля не обшикивала тебя ни разу своим спреем с вб? — спокойно говорит он, пока Алтан краснеет. Точно! Тот самый запах, в меру сладкий, карамельный. С сердца словно груз сбрасывают. Становится намного легче. Даже слишком легко. — Ревнивец, — самодовольно фыркает Вадим. — Мне вообще просто на пару надо, — Алтан резко разворачивается, тыкая ему пальцем в грудь. — Ты, Вадим, не надумывай себе ничего. — он хмурится из-за абсолютно спокойного взгляда. — Я не ревную тебя. Ты можешь трахаться, с кем захочешь и когда захочешь, меня это не ебет. — А если я хочу с тобой прямо здесь? Бесит, раздражает, вот почему даже сейчас эти фразы о сексе? — Отвали, — Алтан отпихивает Вадима.— И запомни, я тебя не ревную. — Как скажешь, — он поднимает руки вверх, а взгляд ползает по выражению лица. Кивает равнодушно. И уходит. Без своего золотко. Без дебильной улыбки. Просто уходит. *** Уже на второй день молчания между ними Алтан оказывается ровнехонько у его группы. Писать как-то странно и бессмысленно. Они списываются только, когда один из них хочет секса и всё тут. Лично хоть что-то придумать можно ведь так? Да и выяснять отношения в сети… глупо как-то. И вот чёрная высокая макушка. Олег? Они же хорошо общаются? Да? — Ну, типа, привет, — Алтан морща нос, делает жест махания рукой. Неловко. Это Вадим экстравертный экстраверт, а он… Спихивать всё обычно на него. Общаться с другими людьми сложно. — Вадим, Дракон ваш будет сегодня? — хмурясь, сразу переходит к делу. Олег смотрит как-то странно. Думает видимо. А потом отрицательно качает головой. — Поругались? — спокойный такой, совсем на Вадима не похож. — Миритесь, ему слишком много пропусков нельзя, он не я, чтобы на одной удаче сессию тащить, — декларирует Олег, нравоучая. Алтан лишь морщится. — Да, кто мы такие, чтобы ругаться? — хмыкает он, не дожидаясь ответа. Просто зло убегает. Сбегает. Но вечером все-таки лезет в телефон. К чёрту. Не собирается Алтан из-за такой глупости терять… Что? По спине ползут мурашки. Сердце колит. В какого же ублюдка он влюбился. Не может он просто отвязаться уже. Печатает. Сначала убогое «Как ты» потом текст признания в любви, а потом текст со всем, что он только думает и нет. ФуВсё стирает. Алтан: «Вадим? Получилось оценку исправить по физре?» Вадим: «Да. Завтра отдам зачетку» Сухо. Алтан нервно перебирает пальцами шнурок на штанах. Немного думает. Алтан: «Как ты?» Убого, но ладно. Вадим: «? Как всегда? А ты как?» Сухо! Не отвечает обычно Вадим так. Становится всё тревожнее и тревожнее. Алтан: «Мне грустно» – печатает он и стирает. Печатает и стирает. Печатает и стирает. Печатает и стирает. По итогу ничего не отвечает. *** По кровати разбросаны рубашки. Чёрная, белая, серая. Разные фасоны. За окном тьма тьмущая, а на Алтане водолазка и идеально подвернутым воротником. Он же морщится, беря духи. Вздыхает тяжело. Пшик! И волосы теперь пахнут каким-то травами, но более всего выражена полынь. Как говорит Вадим, шаман собрался на изгнание злых духов. Это вызывает слабую улыбку. Но причина такого наряда вовсе в другом. «Когда ты так идеально одет, тебя раздеть хочется в два раза сильнее» – вот, что он хочет от Вадима. Алтан наконец-то отходит от зеркала, но лишь затем, чтобы схватит небольшую круглую стекляшку. Открывает крышечку. Осторожно пальцем наносит на губы оттеночный бальзам, а сердце адски стучит. Одно оправдание – у него правда очень сухие губы. Вовсе не потому что они чересчур бледные. Вадим точно появится сегодня. Зачетку же должен отдать, да? Значит они поговорят. И вот надушенный, одетый ровно размер в размер в классических брюках и водолазке Алтан получает свою зачетку. В грудь. Вадим даже не отвлекается от разговора с Олегом. Всовывает, не оборачиваясь, и дальше идёт. Больно. Это реально сводит с ума и злит. — Манипулятор херов, — шепчет Алтан под нос, а на самом деле сгорает от вины вперемешку с тревогой. Но все-таки злость берёт верх. И он вылетает из вуза лишь с одной целью – напиться. Так, что больше это всё не чувствовать, чтобы было плевать так же, как плевать Вадиму. «Просто потрахушки» – вдалбливает он в себя вместе с вином. Алтан: «Приезжай» Он удивляется, что до этой фразы проходит полбутылки, а не меньше. Да, и плевать. Плевать, что пары ещё явно не закончились, плевать, что он пьёт днём, плевать, что между ними только секс. А так хочется… Алтан выпивает бокал залпом. Плевать. Вадим: «Я занят немного» Практически сразу отвечает. Это же хороший знак? Алтан недоверчиво щурится, пока набирает и стирает сообщения. Всё что-то не то. Слишком жалкое, с лишним чувственное, слишком эмоциональное, слишком зависимое. «Только потрахушки. Секс и более ничего» По итогу заканчивается фотографией. Алтан в одной рубашке. Рубашка, как секс в их отношениях, единственное, что позволяет его назвать одетым. Перед тем как отправить выпивает залом остаток бутылки. Вадим отвечает быстро. Даже слишком. Сердце бьет по ушам от вибрации телефона. Как же жалко, что он не может увидеть реакцию в живую. Всё равно сообщений будет мало. Алтан хочет большего. Хочет чувствовать возбуждение из-за себя. Вадим: «Придурок, сотку даю, что ты пьян» Вадим: «Скоро буду, капризное моё золотце, но больше никому не пиши, ладно?» Мало. Но раз стал нежнее, значит и правда понравились. Алтан щурится, приподнимая плечи. Странное ощущение. Он настолько сексуален? Алтан: «Жду» Вадим: «Вот и жди на месте, золотко» Алтан предпочитает не думать, просто открывает новую бутылку. Страшно. Надо будет стоять перед Вадимом. Смотреть на Вадима после того, как позвал его фактически интимкой? Глупо как-то. Выпивает бокал залпом. Зато вот это его интересует. Секс привлекает гораздо больше, чем простое «приезжай». Через двадцать одну минуту звонок в дверь. И Алтан открывает. Прямо так. В одной рубашке, но в особенной рубашке. Рубашке оставшейся после одной ночёвки с Вадимом. Его рубашке. Но тот лишь слегка приподнимает брови и тут же закрывает дверь за собой. Прижимает Алтана к себе за талию. Приятно. Алтан же сразу лезет к шее. Целует. Оставляет засос. — Телефон на базу, милый, — Вадим протягивает раскрытую ладонь, словно его совсем не волнует происходящее. Алтан хмурится, но подчиняется. Кладёт мобильник ему на руку. И снова губам к шее. — Ну, и что за сцены, золотце? — фыркает Вадим, убирая чужой телефон в задний карман. — С ума сошёл? Слабо уж верю в твое доверие ко мне. — Я доверяю тебе, — Алтан утыкается ему в шею, сегодня пахнет от него особенно приятно. — хотя, наверное, не стоит. Вадим аж замолкает на пару секунд. Потом тяжело и явно обеспокоенно вздыхает. Опускается и подхватывает Алтана к себе на руки. Целует в щеку. — Сколько ты выпил? Заснуть сможешь? — уверенно так чапает в спальню. — Разве ты не приехал переспать? — Алтан удивлённо отстраняется и моргает. Но сонливо моргает. И правда клонит спать. Но не повод же… — Я приехал, чтобы ты дел не натворил, дурачок, — он чмокает его в висок. — А теперь давайте ляжешь спать спокойненько, а? Я никуда не уйду до того, как ты проснёшься, так что не бойся, что сбегу. — Вадим, — Алтан застывает с руками на его груди и глупо уставившись. — Я ебейше ревную тебя. — Знаю я, — фыркает он. — Почему тогда избегал? — Хотелось, чтобы ты сам это признал, — Вадим опускает его в кровать и снова чмокает. — а ещё, — ухмыляется, показывая на шею с засоси Алтана. — наконец-то додумался. Алтан же краснеет, но тут же куксится. Сжимается, отворачиваясь. — Мог просто попросить, — бурчит он. — Золотце, — он чмокает его в висок, укладывая. И замолкает. Больше ничего не говорит. И правда, наверное, между секс-партнерами «Я люблю тебя» прозвучало бы странно. — Алтан, ну, ты и милашка, — всё что говорит Вадим. А этого так мало. *** Утро начинается очень рано у холодильника. Алтан сжимая живот, который вот-вот и заставит лечь прямо на кухне кое-как находит энтеросгель. Заглатывает его прямо так из тюбика и наклоняется к раковине. Включает воду. Пьёт прямо так из-под крана. — Что похмелье так рано разбудило? — Вадим сонливо почесывает живот под майкой. — Мог бы позвать, я бы тебе всё принёс. — Отстань, а, — шипит Алтан, морщась. Еле на ногах стоит, вестибулярный абсолютно убита. Шатает то как, а жажда! Заискивающе оглядывает Вадима. Отводит глаза. А он обречённо вздыхает, наклоняясь. Подхватывает Алтана на ручки. — Ваше Величество Золотейшиство, любит на ручках кататься? — хмыкает он. Алтан же прижимается к нему плотно-плотно. — Почему лёг не со мной? — бурчит он ему прямо в ухо. — Золотко, у тебя кровать рассчитана на одного, как бы то ни было досадно. — Если в обнимку, то поместимся. — Хочешь? — Хочу. И Вадим взаправду ложится рядом, прижимаясь к Алтану. Нежно так. Да, тесновато. Но Вадим рядом. Приятно. Приятно пахнет. Собой. — Вадим, — тихо бурчит Алтан. — М? — Мы только секс-партнеры? Вадим пару секунд молчит, а потом хмыкает. — Смотря, что ты подразумеваешь под этим, но можешь не беспокоиться, — он нежно чмокает его в ухо. — Я только твой, меня интересуешь только ты и если тебе не захочется трахаться, то я не шибко против послушать твои жалобы на всех физруков мира. Алтан молчит немного. Закидывает ногу на Вадима и располагается так, что практически лежит на нём. — Спасибо, — очень тихо произносит Алтан.