Клон - другая история

Жади лежала на тахте и читала журнал. Как ей всё надоело! Она живет с Саидом уже 2 года, чего она только ни делала за все это время! Жгла его рубашки, пересаливала еду! Но он непоколебим! Не разводится с ней! Мучает ее! Чего она только не перепробывала! Всё делала, всё портила, но Саид просто — упертый баран! Она его уже ненавидит, она живет не своей жизнью, она не хочет так жить! Она хочет другой жизни! Но ее никто не слышит! Ни дядя Али, ни Зорайде никто! Все убеждены что она просто ослепла от любви к Лукасу, но дело не только в нём! Учёба, образование, работа — это всё Жади хотела и хочет! Но опять-таки ее никто не слушает, почему?! Она устала! Негативные мысли накрывали Жади с головой. Они буквально обволокли всю ее сущь, не давая даже вздохнуть. Она не любит Саида. Но и с Лукасом быть вместе она не может. Она хочет работать, учиться. Она бесится, она не может сидеть взаперти и рожать мужу по десяток детей круглый год. Она ничего не может, ей ничего нельзя. Где равноправие в этой стране? Где? Дверь внизу скрипнула, оповещая о возвращении хозяина дома. А имено Саида. Жади вздохнула перевернувшись на живот. Злость всё ещё не отпускала. Саид поднялся на верх, дабы поздороваться с женой. — Здравствуй, Жади. — войдя в их комнату, поздоровался с женой Саид. — Привет, Саид. — со сдержанным холодом поприветствовала мужа Жади. Злость в ней кипела, но пока она решила поумерить свой пыл. Саид что то достал из-за спины. Бархатная коробочка, насыщенного тёмно синего цвета, могла означать лишь одно. Украшение. — Открой. — протянул он коробочку девушке. Жади вздохнула, но приняла. — Красивое. — довольно-таки безразлично сказала Жади, открыв коробочку, как выяснилось с ожерельем. — Да. Но не красивее, тебя. Тебе понравилось? — спросил Саид, смотря на Жади со всей своей искренностью и доверием. Жади посмотрела на него. — Оно красивое. Саид. — было начала она. — Тебе не понравилось, так? — с грустью спросил он. — Саид! Отпусти меня. — воскликнула она, взяв его лицо в свои ладони. И вот. Снова! Опять она просит его об этом. 2 года. 2 мучительных года он ее добивается, а она плюет ему в душу. А он терпит. Почему? Почему она так рвётся уйти? И самое главное, даже если уйдёт куда она пойдёт? Куда, если ничего не умеет! — Куда Жади? Куда? Даже если я отпущу тебя куда ты пойдёшь? — вопрошал он. — Учиться. Жить. Жить счастливо, без угрызений совести. — равнодушно ответила она. Саид покачал головой. — Нет, Жади. Ты сейчас и себя, и меня обмануть пытаешься. Ты побежишь к нему! К своему любовнику! — вскипел он. Жади было хотела начать отрицать всё. — Нет! Не пытайся отрицать! Я же вижу! Вижу, ты спишь и видишь как бы быть с ним, а он в это время сейчас с другой! Наверняка говорит ей всё то же самое что и тебе! А она как и ты верит ему! Он там счастлив! Без тебя, и заводит миллион таких же как ты, и как та девушка рядом с ним на фото в журналах! Ты убиваешься по нему, плачешь, тоскуешь а он тебя и помнить, не помнит! Он давно о тебе забыл и не вспоминает, а ты всё никак не можешь успокоиться! Он оставил тебя здесь не подумав о тебе, о твоей чести репутации, а я думаю и спасаю тебя а ты не ценишь этого, тебе всё равно! Он обидел тебя, а я не обижал! Он бросил тебя, а я остался с тобой несмотря на ту боль что ты мне причинила и причиняешь до сих пор! Я люблю тебя, забочусь, пока ты вытираешь об меня ноги, но я и это тебе позволяю! Любой другой на моём месте, давно бы с тобой развёлся бы, придал позору, убил бы тебя ещё в первую брачную ночь, но я жалею тебя и думаю о чести и репутации своей и твоей семьи! Почему же ты этого не ценишь? Чего тебе не хватает? — вопрошал Саид с обезумевшим взглядом и перекошенным от боли лицом. — Свободы! Мне не хватает свободы! Мне жаль Саид! Слышишь? Жаль! Но я не хотела за тебя выходить, это дядя Али выдал меня за тебя, он а не я! Я страдаю не меньше тебя, и только ты можешь это прекратить разведись со мной! Ты не заслуживаешь быть обманутым, слышишь? — набралась смелости Жади. Сейчас было дело не в Лукасе, дело было в ней…в ней и… Саиде. — Почему ты не сказала «нет!», тогда, свидетелям, тебя же спрашивали! — не слышал ее Саид. — Потому что я хотела умереть! Слышишь! Я хотела умереть, я думала что ты от меня откажешься предашь всеобщему позору и порицанию, думала о смерти но ты меня спас! Я не просила тебя об этом, не просила! Лукас меня обидел да, разочаровал, но я всё равно люблю его! — последнее предложение было лишним, но поняла это девушка слишком поздно. Слово не воробей вылетит, не поймаешь. Саида будто ножом пырнули, при чём не абы куда, а в самое сердце в грудь. — За что?! За что ты его любишь?! Что в нём есть такого, чего нет у меня? Что? — как обезумевший воскликнул Саид. — Ничего! У него нет ничего. Я люблю его просто так. Просто потому что он есть. Потому что он обещал меня освободить из твоих лап. Он обещал мне свободу, помочь мне. Но его как и меня сковали обстоятельства жизни. Я не виню его за это. Я сама себя освобожу. Я добьюсь развода с тобой, чего бы мне это не стоило! — твёрдо сказала Жади, при последнем предложении ее глаза потемнели. — Я не дам тебе развода! Не позволю! — прокричал Саид. — Тогда я испорчу твою жизнь, окончательно! Я опозорю тебя на весь Фес! И мне будет плевать что ты из-за этого со мной сделаешь! — с вызовом ответила Жади. Саид вылетел из их комнаты, чтобы не поднять руку на жену. Так сильно она его ещё не злила. Посмотрим завтра. Она не посмеет так с ним поступить. По крайней мере, если не с ним то с дядей Али она так точно не поступит. Может быть. Весь следующий вечер после ссоры они не разговаривали друг с другом. Саид не пришёл ночевать в их общую спальню и остался в своём кабинете. На следующий день у Саида был выходной. Он проснулся, удивительно в хорошем настроении, хоть осадок после ссоры с любимой остался. Но не показывать же это прислуге, верно? Он как раз сидел за столом и завтракал, когда Жади спустилась. Рядом с ним стояла Мириам и ухаживала за ним, подливая мятный марроканский чай. Жади же повязывала платок, на ходу. — Жади! Ты куда то собралась? — удивлённо спросил он. Мириам тоже обратила внимание на хозяйку. — Хочу сходить к дяде Али. — ответила Жади, продолжая повязывать платок, будто играя с Саидом в кошки мышки, и испытывая его нервную систему на прочность. Саид поставил стакан с чаем на стол. — Нет. Ты не пойдёшь к дяде Али. Хватит. Твоя семья я. Я, а не он. — серьёзно ответил Саид, с холодом в глазах и сталью в голосе. — К тому же ты не завтракала. Я не хочу чтобы тебе стало плохо на улице, посреди Медины. Что обо мне тогда подумают? — отметил Саид. — Нет, Саид. Я поела. Мы обсудили это с тобой вчера. Я не рабыня тебе. Не смей мне указывать что делать. — с вызовом ответила девушка. Хватит. Она больше не позволит ее подавлять. — Жади. — угрожающе произнёс ее имя Саид. Жади фыркнула и вышла за дверь. Мириам была в шоке. Вот так, на глазах прислуги не уважать своего супруга. Вот так наплевательски отнестись к его словам. Это же просто немыслимо! Саид тоже был не меньше шокирован такой выходкой. Он бы не удивился бы если бы Жади, надула губы, обиделась на него, разозлилась на него, даже если бы она круто развернулась и пошла бы в их комнату, ему было бы всё равно. Но тут…она пошла наперекор ему. Наперекор его словам и решению. Неуважительно отнеслась. Ладно если бы она так сделала когда они были бы наедине но она сделала это в присутствии Мириам! Пока и Саид, и Мириам находились в культурном шоке, после выходки Жади, та мирно шла по улице Медины в сторону дома своего дяди. Свежий воздух! Как давно она этого не ощущала. Впрочем, в этом никто кроме нее самой не виноват. Она же добровольно заперлась в доме Саида в своей комнате. Жаль что ей раньше не пришла в голову такая идея! Игнорировать не только его самого но и его просьбы! Он не выдержит такого неуважения к себе, и такого откровенного вытирания его об ноги. Разведётся, разведётся! Эти мысли еще больше подбодрили Жади и она вприпрыжку дошла до дома дяди. Жади постучала в ворота и слуга открыл двери. Она прошла в дворик риада. Служанки сидели около фонтана и напевали марроканские песенки. Жади приободрённая своими же мыслями, стянула с головы платок и теперь уже пританцовывая оказалась в самом риаде. Она прошла в гостинную дяди Али. Тот сидел на низком диванчике и покуривал кальян. Увидев племянницу он отвлёкся. — Жа — а — а — ди! Как я рад, как я рад. Ты принесла свет в мой дом! — радостно воскликнул он. Жади подошла к нему поближе. — Благославите, дядя. — часть весёлого настроения куда то ушла. Этот ритуал, прошение благословления, вызывал у Жади двойственные чувства. С одной стороны, таким действом выказывалось уважение и глубокое почтение к старшему рода. Но с другой стороны, это всё ассоциировалось у Жади с каким то, грубо говоря раболепством. Было ощущение, будто таким образом ты показываешь подчинение, покорность. Чего у Жади не было и в помине! Но она решила не задумываться над этим. Пока не задумываться. — Благославляю, дочка. — мирно ответил дядя, не особенно заметив заминки Жади. Или же просто не став, акцентировать на этом своё внимание. Жади присела возле дяди Али на диване. — Саид отпустил тебя ко мне, дочка? — спросил дядя. — Нет. Я сама решила к вам пойти. — ответила девушка. — Прошу вас. Давайте не будем дальше обсуждать это. Мы решим это сами. Внутри своей семьи. Вы же сами мне так говорили. Саид теперь моя семья. Мой муж. — сразу же решила прервать возможные возмущения дяди, Жади. — «Хоть, я так и не считаю. Семья, та в которой родился, в которой кровь одна! Мы с Саидом два разных человека. И кровь у нас разная!» — в мыслях подумала Жади. Но вслух она этого не скажет. Не сейчас. — Чтож…ты права. Это ваше дело с Саидом. И всё же я прошу тебя, Жади научись смирению и покорности. Тогда откроются для тебя врата радости и блаженства в браке! Мужчины не любят когда им перечат, или же спорят с ними. Мужчина глава семьи, помни это Жади. — нравоучительно решил сказать дядя. Жади кивнула, но в мыслях думала совершенно по иному. Но не ссориться же из-за этого с дядей, так? В конце концов они давно не виделись. Ещё успеют. — Я услышала вас дядя. Позвольте мне увидеть Зорайде. Я соскучилась. — сменила тему Жади, желая поскорее покинуть дядю. Дядя Али молча кивнул. Жади улыбнулась и пошла в сторону кухни. Где, как ни там она найдёт свою любимую няню. Жади остановилась возле входа на кухню. Она решила понаблюдать за Зорайде. Зорайде же в это время, во всю командывала служанками и раздавала указания. Иначе ее любимый хозяин останется голодным. Время близится к обеду, а у них едва ли хоть что то готово! — Пошевеливайтесь! О, Аллах, без меня и этот дом и кухня рухнут! Давайте, давайте! Время — обед, а у нас ещё ничего не готово! — ругалась Зорайде на нерасторопных и отлынивающих от работы служанок. — Зорайде, успокойся! Успокойся! Мы все сделаем, все успеем! — заверещала Карима, главная сплетница Марроко, Медины и Феса. — Если хозяин спросит, почему к обеду ещё ничего не готово, я так и скажу Карима! Если вы не начнете шевелиться окажитесь на рынке верблюдов! Там тоже пригодится ваша работа! — продолжила Зорайде. Все встерепнулись и наконец начали бегать по кухне. Жади же решила что это отличный момент. Она подкралась к своей верной помощнице, со спины иии крепко ее обняла! — О, Аллах! Помилуй меня! — вздрогнула Зорайде, обернувшись. — Жади! О, Всевышний, слава Аллаху как же ты меня напугала! Тебе совсем меня не жаль, не жаль бедную Зорайде? Ты хочешь свести меня с ума, довести до смерти! Жади, так и к Аллаху отправиться не долго. — испугалась главная служанка дяди Али. — Ну, что ты говоришь Зорайде! Как я могу такого тебе желать, ты же знаешь как я тебя люблю! Прости, пожалуйста что я тебя испугала. Я не хотела. — сразу же извинилась Жади и даже сконфузилась. Она не подумала что так сильно напугает свою любимую няню. — И всё же, я рада тебе. Я соскучилась по тебе дорогая. — улыбнулась Зорайде. Жади тут же приободрилась вновь. — Честно, говоря, я подумала что с тобой что то случилось. Даже решила что это из-за Саида или же лары Назиры. Уже и побаиваться начала, что это что то серьёзное. Но, нет. Ты пришла. — рассказала Зорайде, Жади о своих переживаниях за нее. Жади чуть улыбнулась. В глубине души ей вновь стало стыдно, она из-за своих прихотей, выходок заставила Зорайде беспокоится за нее. И все же. Разве не Зорайде с дядей Али так упорно пытались связать ее с Саидом. Вот, она «типо смирилась», а они оказывается уже распереживались. Не поймёшь, в общем. То: «Саид теперь твой муж, он твоя семья!»; то: «Ах, Жади я так переживала за тебя, из-за того что ты не приходила к нам!» М — да, уж. Вот так непостоянство конечно. Впрочем, как и с дядей Али, Жади решила не высказывать свои мысли вслух. Пока что. — Я тоже соскучилась Зорайде. — улыбнулась Жади. Зорайде тоже улыбнулась своей воспитаннице и они прошли к тахте, и присели. — И всё-таки, почему ты так долго не приходила? Саид не разрешал? — спросила главная служанка дяди Али. — Нет, Зорайде мне не хотелось. Я. — подбирала слова девушка. — Ты вновь получила весточку от Лукаса? Жади он о тебе даже не думает уже наверняка! — завелась Зорайде. — Ты не понимаешь Зорайде! И никто не поймёт… — загрустила Жади. — Это непросто! Непросто выкинуть все воспоминания, тем более те, где я была так счастлива! — продолжила она. Зорайде покачала головой. — Как, же ты не понимаешь, девочка моя! Ты и сейчас можешь стать счастливой, надо только захотеть! — развела Зорайде руками. — Как я могу быть счастлива, если мои мечты, ожидания от будущего, всё это разрушено! Как я могу быть счастлива если живу не той жизнью, которой хотела? — вопрошала девушка. — Разве так легко избавится, от своего прошлого? От самой себя? Выкинуть часть себя? Зорайде, ты хочешь чтобы я была счастлива, но счастлива как марроканка, чтобы я как и Латифа была истинной мусульманкой! Это невозможно разве непонятно? — продолжила девушка. — Жади, Жади забудь о своей прошлой жизни, теперь ты живёшь здесь! — пыталась вразумить девушку Зорайде. — Нельзя отказаться от прошлого, которое является частью тебя, Зорайде это невозможно. Человек не может идти на двух ногах, оторвав одну из них. Так не бывает. Если я выкину свою прошлую часть от себя же самой, я перестану быть самой собой! Я потеряю себя окончательно! — возразила Жади. — Жади… — вновь покачала головой Зорайде. — Зорайде, если я откажусь от своего прошлого, если я забуду обо всём том как я жила до Феса, то я перестану быть собой. Понимаешь? Я не могу. Не могу отказаться от своей части, от самой себя. Никто не может. — говорила Жади. Зорайде молчала. Говорить было нечего. Внешне она не понимала Жади. Но где то глубоко внутри себя, совсем чуть чуть червячок шевельнулся. И она когда то была относительно свободной ведь жила у бедуинов. Но всё же, она почти не помнила той, своей прошлой жизни и не могла о ней судить. Она жила здесь и воспитана была здесь. Так что…как червячок шевельнулся так он и обратно замер. Навсегда. Ещё какое то время поболтав с Зорайде на отвлечённые темы, Жади собралась и вышла из риада дяди Али. Вот только собиралась Жади не домой. Она была уже за воротами риада, когда увидела в толпе макушку Саида. Его густую шевелюру волос, было невозможно не увидеть. Жади, тут же сменила свое направление и пошла другой дорогой. Вот ещё. Не хватало только с Саидом пересечься, чтобы он ее домой загнал. Не, не, не. Она в кое то веки выбралась из своей, если так можно выразиться, пещеры, и почти сразу же снова попасть под замок? Дудки! Жади побрела по другой улице. Саид же, не заметив жены, вошел в риад. Он прошел в дом и зашел в гостиную. Там же он застал хозяина риада, непосредственно дядю Али. — Дядя Али, благославите! — с этими словами он подошел к мужчине, взяв его руку, поцеловав ее и приложив ко лбу. — Аллах, благославит Саид. — улыбнулся дядя Али. Саид присел возле него. - Дядя Али, Жади у вас? - спросил Саид. - Была, Саид. Она уже ушла. Вы не пересеклись? Ты буквально зашел, следом за ней. Как только она ушла, ты зашел. - был удивлен дядя Али. - Возможно, она пошла другой дорогой. - ответил Саид скрежетя зубами, но дядя Али этого не заметил. Разговор потёк в другое русло, но Саид думал совершенно о другом. В это время Жади, не особо думала и волновалась о Саиде и о том что он о ней подумает. Не интересовало ее и то что может подумать о ней дядя Али. Задержится ли она допоздна, будут ли ее искать. Все это не интересовало в тот момент девушку. Она забрела в развалины, ноги сами ее туда привели. Это место было особенным для нее. Оно хранило ее счастливое времяпрепровождение здесь, счастливые воспоминания. Но сейчас глядя на эти стены, на этот песок под ногами, на эти углы. Сейчас это все создавало лишь воспоминания, словно это все пыль под ногами. Все что здесь она пережила - все это ничто. Будто все что происходило здесь - происходило не с ней. Какую то часть Жади это осознание и понимание убивало. Эта часть ныла, болела. Эта часть говорила о любви к Лукасу. Она была наивной принцессой Жади. Другая часть Жади смотрела на развалины спокойно. На эти развалины данная часть смотрела настольгически, как на просто воспоминания. Это место никак не трогало ту часть. Ну может, лишь легким покалыванием на кончиках пальцев. Эта, другая часть говорила забыть о Лукасе. Сохранить теплые воспоминания, но не жить ими. Эта часть говорила Жади стать независимой. Сейчас, Жади находилась на перепутье. Она прошла вглубь развалин, и опершись спиной на одну из нишен стены, села. Но это вовсе не значило что она выбрала ту, свою часть, которая твердила ей о любви к Лукасу. Сейчас, находясь в развалинах ее глаза не застилала пелена воспоминаний о Лукасе. Она осмысливала всю свою жизнь, чтобы сейчас принять верное решение. Она вспоминала свою жизнь до Феса. Чего она тогда хотела? Стать независимой. Быть врачом. Работать. Вот чего она хотела. И сейчас она тоже этого хочет. Но ее жизнь так изменилась. Однако это вовсе не значило что она перестала мечтать об образовании и работе. Работать. Она очень этого хотела. Ей нравились дети. Нравилась работа с ними. Но помимо этого, она хотела работать врачом потому что ее мама была больна. И Жади была уверена что став врачом, она сумеет ее излечить, успеет. Не успела. Пара слезинок скатилось по ее щекам. Мама... она скучала по ней. И пусть в мусульманских реалиях запрещено плакать по умершим, она не могла по - другому. Жади выполнила последнюю просьбу мамы, но какой ценой? А ценой стала ее свобода. Свобода всего. В действиях, в словах, в выборе. Раньше, Жади никогда не задумывалась что потеря свободы и обретение татального контроля могут, так сильно влиять на ее жизнь. Оказалось, могут да еще как. Но сейчас не об этом. Жади больше склонялась к сохранению теплых воспоминаний о Лукасе. Уж слишком много боли она испытывала, ища любимому различные оправдания, и его действиям. Пора менять свою жизнь, в то русло в которое она хотела изначально. Пусть и в несвободной стране, но она осуществит задуманное ею. Теперь развалины - закрытый гельштальт, как и все пережитое здесь и связанное с Лукасом. Жади наконец, освободилась от того груза, который сковывал ее, даже не с момента ее брака, а с того дня как она вошла в риад дяди Али, впервые приземлившись в Фесе. Теперь она знала, что должна делать и как. Будущее теперь для нее прояснилось. Выходила с развалин она с легким сердцем и твердостью в душе.