Обходные пути

Сигарета почти дотлела до фильтра. Нил Джостен не сделал ни одной затяжки — этого и не требовалось. Запах вдыхаемого дыма делал своё дело, и Нил до отвращения подробно вспоминал запах бензина и гари, обгоревшее тело матери. Вспоминал жгучие слёзы, когда закапывал её останки и то чувство безнадёжности и страха, что когтистой лапой схватило его сердце после. Почти неделю он слонялся на одном месте, питаясь лишь протеиновыми батончиками, которыми успел запастись и пытаясь собрать мысли в порядок. Именно на том пляже его и нашёл Натаниэль: одинокого и сломленного смертью Мэри. Протянул руки и собрал его заново, пообещал защиту и спокойствие. Нил хоть и потерял мать, но вновь обрёл брата. И оно того стоило. Близнец куда лучше Мэри умел заметать следы и имел свои собственные связи, благодаря которым в кратчайшие сроки были сделаны документы с новыми личностями. Почти два года они мирно ютятся в Милпорте, облюбовав небольшой домик в тихом зелёном квартале населённым, в основном, стариками. Их соседи редко когда отказывали себе в удобстве дивана и просмотре ежедневных телепередач. Этого ему с Натом было достаточно. — Любишь же ты зря тратить мои сигареты, — раздраженно хмыкнул Нат, садясь рядом. Протянув руку, близнец забрал сигарету и за одну затяжку докурил её. Выдохнув едкий дым, он потушил бычок и забросил её под сиденье трибуны. — Жадина, — с ухмылкой пропел Нил, отогнав от себя неприятные воспоминания, на что его окинули скептическим взглядом ледяных синих глаз. Нат снова протянул к нему руку и отточенным движением запустил пальцы в черную шевелюру, чуть сжав. Нил привычно откинул голову назад, расслабленно выдохнув. В первое время этого их небольшого ритуала Джостен дёргался от неожиданности и попросту не мог расслабиться. После отца любые прикосновения, кроме материнских, вызывали тревогу, но Нат был терпелив. Он считал, что им нужно притереться, привыкнуть, иметь возможность заземлять друг друга в случае необходимости. В конце концов, это сработало, и Натаниэль много раз выводил Нила из панической атаки прикосновением к шее или волосам. Сам Нил делал для близнеца такое лишь единожды за всё время пребывания здесь. Он не мог не задаваться вопросом было ли их больше, а брат попросту скрывал это от него, чтобы не тревожить? Спрашивать Ната смысла не было — тот бы не признался, Нил был уверен. Скрип двери вывел его из очередного водоворота неприятных мыслей. Лёгким движением Нат вытащил пальцы из его волос и Нил оглянулся: оставив дверь раздевалки открытой, тренер Эрнандес присел рядом. — Не заметил ваших родителей, парни, — заметил он. — Они в отъезде, — привычно солгал Нил, скосив взгляд на брата, который, будто играя на пианино, постукивал пальцами по спинке сиденья с нижнего ряда. — До сих пор или снова? Вообще-то, ни то, ни другое, но Нил промолчал. Ясное дело, что учителя и тренер устали от оправданий вечного отсутствия их родителей. Он постоянно использовал эту отмазку, хотя Нат предлогал найти кого-нибудь, кто за деньги готов прикинуться их отцом или матерью, но Нил воспротивился, снедаемый тогда привитой матерью паранойей. — Я думал, в этот раз они сделают исключение. — Кто же знал, что это будет последняя игра, — протянул Нат, отвлекшись от постукиваний и переведя взгляд на поле. Нил с куда большим трудом скрывал своё разочарование. Сегодняшнее поражение Милпорта выкинуло их из чемпионата штата всего за две игры до финала. Соперник оказался слишком силён. Джостен, когда узнал про местный клуб экси, подбил близнеца вступить в него вместе. Из них вышел убийственный дуэт: братья понимали друг друга с полуслова, что часто подбешивало соперников. Вот только экси — это командный вид спорта, и даже Нил с Натом не смогли спасти команду от горького поражения. Тем не менее, это была хорошая попытка. Теперь игровой сезон для них закончен. Местные работники уже вовсю занимались переоборудованием поля: снимали ограждения из оргстекла и расстилали искусственный газон. Когда они закончат, это место превратится в обычное футбольное поле без единого напоминания об экси до самой осени. Нилу было тяжело наблюдать за этим, но он просто не мог отвести взгляд от игровой площадки. Экси был частью его с Натом детства, от которой он не мог отказаться. — Я позвоню им потом, чтобы сказать счёт, — сообщил парень, потому что тренер всё ещё смотрел на него. — Они ничего не пропустили. — Пока, может, и не пропустили, — многозначительно произнёс Эрнандес, а потом добавил: — С вами двумя кое-кто хочет встретиться. — Да неужели? — спросил Натаниэль, теперь уже полностью сосредоточившись на тренере. — И кому это же мы понадобились? Нил же сидел ни жив, ни мёртв: для человека, который провёл половину своей жизни в бегах, эти слова прозвучали как кошмар наяву. Он уже было хотел вскочить на ноги, но ладонь Ната успокаивающе коснулась шеи и привычное желание бежать прочь постепенно отступало. Натаниэль ясно дал понять, что не собирается вечно бегать от отца. Что настанет момент, когда им придётся встретиться с ним лицом к лицу и противостоять. Наконец, успокоившись, Нил обернулся и увидел высокого незнакомца, застывшего в дверях раздевалки. Простая майка без рукавов, в которую был одет мужчина, выставляла на показ его массивные татуировки — какой-то этнический орнамент пламени, покрывающий предплечья. Одна его рука отдыхала в кармане джинс, вторая — сжимала две тоненькие папки, увидев которые Нат нахмурился. Поза мужчины казалась естественной и расслабленной, а взгляд карих глаз — уверенным и спокойным. Нил видел этого мужчину впервые: он был не из местных. Милпорт — где, по традиции маленьких городов, всё личное быстро становилось публичным — насчитывал меньше девяти тысяч жителей. Это несколько усложняло жизнь, полную секретов и недосказанности, но Нил и Нат находили в местном менталитете свои плюсы: любые новости или слухи о чужаке, объявившимся в городе, должны добраться до них раньше, чем сам чужак. Сегодня Милпорт подвёл их. — Мы вас не знаем, — холодно проговорил Нат рядом, с прищуром разглядывая незнакомца. — Он из университета, — поспешил пояснить Эрнандес. — Приехал сегодня посмотреть на вашу игру. — Бред, — отрезал уже Нил. — Никто не ищет спортсменов в Милпорте. Никто даже не знает, где он находится. — Есть такая забавная вещь как карты, — вмешался мужчина. — Возможно, слышал о них. — О, да вы шутник, мистер! — растянув губы в острой ухмылке, сказал Натаниэль, уже готовый броситься в драку. Эрнандес послал тому предостерегающий взгляд и поднялся на ноги. — Он здесь потому, что я отправил ему ваши анкеты. Им не хватало нападающих игроков, и я подумал, что стоит попробовать. Не хотел давать вам ложной надежды, поэтому и не сказал сразу. — Что? — непонимающе переспросил Нил, пытаясь переварить сказанное. Нат же теперь смотрел на незнакомца скорее заинтересованно, чем подозрительно, поддавшись чуть вперёд. — Я пробовал связаться с вашими родителями, когда мы договорились о встрече, но они так и не ответили на мои сообщения. Как вы меня и предупреждали. — Я бы очень удивился, если они ответили, — тихо, чтобы его не услышали, пробормотал Нат, на что Нил гневно пихнул его локтём в бок. Даже не взглянув на него, Нат кивнул тренеру: — Да, они не могли ответить. Мы с Нилом уже привыкли к этому. — К сожалению, я не могу их ждать, — мужчина спустился по лестнице и остановился около Эрнандеса. — Я знаю, насколько глупо приезжать сюда в разгар сезона, но с моим последним новобранцем возникли определённые сложности. Тренер Эрнандес сказал, что вы всё ещё не определились куда будете поступать. Неплохое предложение, не думаете? Я ищу нападающего и полузащитника, а вы — команду. Всё, что нужно для всеобщего счастья, это поставить подпись над пунктирной линией, и вы мои на пять лет. — Вам бы дьяволом подрабатывать, серьёзно, — насмешливо хмыкнул Нат, но взгляд его был задумчив. Сам Нил обрёл голос только со второй попытки: — Вы же не серьёзно? — Очень серьёзно и очень срочно, — отрезал мужчина. Он бросил папки на трибуны рядом с тем местом, где недавно сидел Нил. Его и Ната имена были небрежно написаны чёрным маркером поперёк обложок. Парень хотел было заглянуть внутрь и неожиданно осознал, насколько это бессмысленно. Ничто, написанное в этих папках, не соответствовало действительности. Нила и Натаниэля Джостенов в реальности даже не существовало. До выпуска из школы осталось всего пять недель, а через шесть возможно, их личности, к которым они уже успели привыкнуть, навсегда исчезнут и они снова станут кем-то другими. И неважно, насколько ему нравилось быть Нилом Джостеном, они и так задержались тут дольше, чем когда-либо прежде. Нил успел отвыкнуть от жизни в бегах, хотя и не должен был. Он проживал так последние восемь лет, каждой новой ложью пытаясь запутать прошлые следы. За эти годы Нил сменил двадцать два имени и прекрасно понимал, что случится, если однажды кто-нибудь докопается до правды. Именно воссоединение с братом вернуло ему давно забытое чувство безопасности и жизнь, в которой ему не нужно постоянно, оглядываться, выискивая людей отца. Поступление в колледж значило не столько задержаться на одном месте, сколько стать объектом повышенного внимания. Тюремное заключение не задержит его отца надолго, а ещё одну встречу с ним Нил может попросту не пережить, чтобы не говорил Натаниэль. На секунду он возненавидел себя за решение всупить в сборную Милпорта, при этом потянув и брата за собой. Мать никогда бы не позволила этому случиться, но что ему ещё оставалось делать? Страсть к игре — единственное настоящее, что в нём осталось. И он не знал, сможет ли когда-нибудь от этого отказаться. — Пожалуйста, просто уходите, — наконец подал голос Нил. — Неожиданно, конечно, но мне нужен ответ сегодня. Оргкомитет и так не слезает с меня с тех пор, как Дженни взяли под стражу. От этого имени сердце ушло в пятки. Нат шумно выдохнул и, как и Нил, бросил взгляд на папку со своим именем и снова взглянул на тренера: — Лисы, — в унисон проговорили они название команды. — Университет Пальметто. Человек, являвшийся, судя по всему, Дэвидом Ваймаком, тренером местной сборной, выглядел несколько удивлённым тем, как быстро Нил с Натом сопоставили факты. — Подозреваю, вы в курсе новостей. Определённые сложности — блестящая формулировка, учитывая, что их последний новичок, Дженни Смолс, пыталась свести счёты с жизнью. Подруга нашла её со вскрытыми венами в ванне и чудом успела довезти до больницы. Последнее, что Нил слышал: сейчас девушка находится под надзором психиатров. «Чего ещё ждать от Лисов?», — бестактно заметил тогда журналист, но, по правде говоря, он особо не преувеличивал. Сборная университета Пальметто состояла в основном из одарённых отбросов, потому что все отобранные Ваймаком спортсмены были из неблагополучных семей. Его благородные намерения сделать из поля второй дом казались отличной идеей только в теории, а на практике Лисы были группкой сломанных отщепенцев, абсолютно не способных работать вместе. Их команда была хорошо известна только по двум причинам: минимально допустимое количество игроков и вечное пребывание на дне рейтинговых списков. В этом году их дела шли значительно лучше лишь благодаря стараниям капитана и усилению линии защитников. Но критики не воспринимали их всерьёз. Даже Оргкомитет начинал терять терпение, наблюдая за их вечными поражениями. А затем ряды Лисов пополнил действующий национальный чемпион — Кевин Дэй. Это лучшее, что когда-либо случалось с командой, и главная причина, по которой Нил не мог принять предложение Ваймака. Они с Кевином не виделись почти восемь лет, и Нил не собирался это исправлять. Некоторым дверям стоит оставаться закрытыми, особенно если от этого зависит твоя жизнь. — Вам не стоило приезжать. — Но я приехал, — парировал Ваймак. — Одолжить ручку? — Нет, — сухо бросил Нил. — Мы отказываемся от пре… — Тише-тише, Нил, не гони ты так лошадей, — прервал его Натаниэль, что не скрывая интереса рассматривал Ваймака. — Думаю, нам стоит принять его предложение. Нил ошарашенно уставился на брата, взгляд ледяных синих глаз которого говорил о серьёзности сказанных слов. — Кевин будет чертовски рад это услышать, — хмыкнул Ваймак. — Погодите, Кевин что, здесь? — процедил Нат, нахмурившись. Ваймак же, почесав переносицу, пробормотал что-то вроде «мне за это не доплачивают. Повернувшись к раздевалке, он рявкнул: — Дэй, Миньярд, тащите свои задницы сюда! — А чего всю команду не привезли? — хохотнул Нат. — Мелочиться не стоит. Нил бросил на брата острый взгляд и тот примирительно поднял руки, мол, больше не буду, но ухмылку убирать даже и не думал. Двое названных вскоре подошли и Нил вновь ощутил привычное желание дать дёру, но рядом стоящий Нат лишь своим присутствием отгонял это чувство. Наконец, Кевин, что до этого молча разглядывал их, заговорил: — Отдайте мне свою игру. Натаниэль на это в очередной раз растянул губы в оскале, за один шаг вплотную приблизившись к Дэю. — А нахуй пойти не хочешь, двойка? — прошипел его близнец, буравя парня напротив убийственным взглядом. Миньярд, что стоял рядом с Дэем потянулся к повязкам на руках. Нил уже чувстовал надвигающуюся головную боль.