Мой ангельский парень

      Скучная, душная и, казалось, нескончаемая лекция отгремела свои последние предложения, и студенты повалили на обед, который ждали, как второго мессию.       А Сукуна заметил, что в его лексиконе все чаще стали проскакивать религиозные мотивы, хотя он даже в синтоистские святилища никогда не ходил, что уж упоминать другие обители святых. Это все влияние Юджи, не иначе, а еще других ангелов, которые в общем-то напрямую его никак не трогали, но все равно мельтешили перед глазами.       Шум столовой было слышно еще с лестничного пролета; там трындели абсолютно все, создавая акустическую аномалию между барабанной перепонкой и улиткой. Совсем не помогало и то, как к руке жался Юджи, словно не хотел в толпе потеряться (как будто не он один из всех мог найти своего подопечного даже затеряйся тот в открытом космосе). В конце концов страдания Сукуны были вознаграждены, и до него дошла очередь, а онигири с самой вкусной, по его мнению, начинкой еще не разобрали.       Превозмогая головную боль, которая появилась из-за резонирующего гвалта, он смог услышать, как его звали поторопиться и притащить к столу задницу. То был знакомый, а не друг, потому что к чертям собачьим таких друзей, - Гето Сугуру, который каким-то непостижимым образом смог занять для него место за столиком.       — Я смотрю, ты все-таки жив, — вместо нормального приветствия сказал он. — Хотя я все еще считаю, что ты умрешь молодым.       — Твоего мнения никто не спрашивал, — ответил Сукуна, но невольно кинул взгляд на своего ангела-хранителя; Юджи не обратил внимания на Гето, лишь с ленивым любопытством оглядывал столовую.       — Да брось ты! Ну так что, за тобой приглядывала какая-нибудь симпатичная медсестричка?       — Да, уверен, лет двадцать назад она была первой красавицей префектуры.       Гето хмыкнул и закинул в рот немного риса из бенто. Глядя на него, Сукуна подумал, что предложение ангела готовить ему не такое уж плохое, и стал более уныло есть свой обед.       — Не переживай, ты еще встретишь ту, что не старше тебя в два раза, и я даже знаю где.       — Сомневаюсь, — ответил Сукуна, стараясь не смотреть в сторону Юджи, — но я все же спрошу: и где же?       — На выходных в клубе, куда ты обязательно идешь.       — О, Боже, — тихо произнес Юджи впервые за время обеда.       Сукуна едва не спросил у него в чем дело, но успел додуматься, что попасть в психушку почти сразу после травматологии так себе идея. Пришлось вести себя так, будто он крайне заинтересован в предложении Гето.       — А ты уже все решил за меня?       — Кто-то же должен беспокоиться о твоем благополучии и личной жизни, раз ты сам не справляешься.       — Свою личную жизнь сначала наладь, пока рука еще справляется, — съязвил Сукуна и почти сразу придумал продолжение: — или ты наконец-то принял себя таким, какой ты есть, и стал пользоваться продолговатыми предметами по назначению?       — Ха. Ха. Ха, — медленно и четко произнес Гето. — Не нужно всех судить по себе. У тебя же поэтому нет девушки?       — Как у вас здесь весело, — вклинился третий голос.       Думая, что это кто-то из студентов, Сукуна повернулся в сторону говорящего. Это был не студент, даже не человек. Рядом с их столиком стоял, без сомнения, ангел, но такие, как этот, ни разу не встречались раньше. Он был высоким, худощавым, облаченным в белый костюм, который почти сливался с оттенком кожи и волос. Однако не это удивляло, а непрерывно вращающиеся вокруг головы многоглазые крылатые кольца, перекрещивающиеся на уровне лица.       — Годжо-сенсей! Вы пришли! — обрадовался Юджи, как показалось, чрезмерно.       — А вот и ты, Юджи-кун! Как всегда весел, хвалю!       Пока учитель и ученик, как показывали наблюдения, обменивались приветствиями и жестами привязанности, игнорируя всех вокруг, Сукуна испытывал калейдоскоп всевозможных эмоций, начиная от удивления и заканчивая раздражением. Видеть, как неизвестный урод треплет его ангела по голове и, что еще хуже, как этот же самый ангел подставляется под руку, будто ласковый кот, – настоящее испытание стойкости, которое Сукуна вот-вот провалит. С другими своими коллегами он так себя не вел, так чем же этот белобрысый выделялся?       — Ой, — воскликнул Годжо и щелкнул пальцами, — точно! Совсем забыл про вас двоих!       Сукуна в первые две секунды не понял, кого это двоих он имел ввиду, а как озарение наконец посетило его нейронную связь, то обернулся к Гето. К его удивлению, тот показывал все признаки того, что тоже мог видеть незримое; даже помахал рукой.       — Ты что…       — Да, я что, Рёмен. Ты мало внимания уделяешь окружающим тебя людям, неудивительно, что ты раньше не заметил.       — Он не отличается наблюдательностью, Сугуру, мне ли не знать! Я все вижу, ха-ха!       — Сенсей, нельзя так, он мой человек как-никак!       — У-у-у, Юджи-кун, не злись на этого сенсея!       Что за черт?       Гето все это время мог видеть ангелов, более того, никто не удивлен этим фактом в отличие от самого Сукуны.       Далее.       Появившийся из ниоткуда глазастый паразит продолжал обнимать Юджи, даже подбородок положил тому на голову, немного покачиваясь из стороны в сторону. Отвратительно милое зрелище, Сукуна, если бы мог, заблевал все радугой.       — Какого хрена, Юджи? — только и спросил он, потому что не мог из себя выдавить больше.       Крошка-ангел немного поник, выглядя виноватым настолько, что Сукуне захотелось самому извиниться.       — Прости, — начал он, — сенсей просил ничего тебе не рассказывать, — и выразительно глянул на другого ангела, ожидая от него объяснений.       — Позволь представиться, Сукуна-кун, — виновник внезапной торжественной встречи чувствовал рвотные позывы, но терпел, потому что онигири жалко, — потрясающий и неотразимый наставник юных хранителей душ человеческих – Годжо Сатору, к вашим услугам!       Взрывов хлопушек и падающих с потолка блесток не дождались и спустя долгие две минуты гробового молчания. Сукуна неторопливо повернулся к Гето, который выглядел так, словно представление могло выйти и хуже.       — Это что за клоун? — и указал на того большим пальцем через плечо.       — Как он и сказал, Годжо Сатору – один из старших Престолов, отвечает за учение и просветление, препод короче. Должность так себе, да?       Обсуждаемый оскорбленно скуксился.       — Эй, а сам-то?!       Тут уже слово взял Сукуна, с подозрением смотря на знакомого:       — Ты тоже ангел? Какой абсурд.       — Если быть точнее, был им. Предвещая твой вопрос, нет, я не падший, а переведенный.       “Из одного отдела в другой что ли?” — хотел сказать Сукуна, но оставил при себе.       Когда с уточняющими моментами было покончено, нечеловеческие сущности удосужились объяснить, на кой они вообще явились и стали докапываться до него. И как же хорошо, что предварительно была установлена завеса, скрывающая компанию ото всех в столовой, иначе студенты приняли Сукуну за обдолбанного, посылающего далеко и надолго воздух. Однако сам Сукуна этого не знал.