Фонарики

Огоньки-фонарики,

Завтра новый день придёт,

Может, что подарит нам,

Может, отберёт.

(Високосный год "Фонарики")

Вечер над городом плавно переходит в ночь. Холера сидит на диване, подобрав под себя ноги. В комнате горит свет, и потому темнота за окнами кажется кромешной. Холера знает, что там двор, деревья, автомобили, но сейчас их будто не существует. Мысли Холеры петляют, путаются вокруг одного и того же. Он ушёл совсем недавно — Костя, электрик, сосед по лестничной клетке. Милый улыбчивый парень, при виде которого ей тоже хочется улыбаться. Холера вспоминает внешность Кости, деталь за деталью: высокая нескладная фигура, короткие тёмные волосы, симпатичное юное лицо… Он, по сути, совсем ещё мальчишка. Сколько ему? Двадцать четыре? Двадцать пять? В любом случае, он почти в два раза младше, и в нём сквозит живая энергия молодости. Холера не знает, что заставляет её снова и снова думать об этом парне. Может быть, то, с каким искренним восхищением он смотрит на неё и задаёт вопросы о её жизни, о работе? Или то, что с ним она снова чувствует себя нужной, интересной, привлекательной? Три года болезни подкосили Холеру, многое в ней сломали. Ей кажется, что она — лишь оболочка прежней себя, пустая и никчёмная. И вот теперь она вдруг снова ощущает себя живой, полной чего-то светлого, радостного. Холера отбивается от своих чувств, как может. Она боится верить в хорошее. Этот мальчишка сбежит, как только узнает о ней всё, что хочет. Это пока его привлекают её загадки. Потом ему надоест вертеться вокруг больной сорокалетней женщины, и он умчится к молодым и здоровым. И всё же в жизни Холеры осталось слишком мало радости, чтобы игнорировать странную влюблённость. Она каждый раз ждёт прихода Кости, старается испечь для него что-нибудь вкусное. Наблюдает, как он меняет в её квартире электрику, и улыбается, прикрывшись респиратором и книгой. Ей нравится мечтать, как Костя признаётся ей в своих чувствах, клянётся любить до гроба… Холера знает, что такого никогда не будет, но её впервые в жизни радуют пустые фантазии. Холера не хочет думать о том, что будет после окончания ремонта. Станет ли Костя заходить ещё или переключится на нового клиента? У него наверняка всегда полно тех, с кем интересно поговорить. Кто останется у неё? Тупые ленивые студенты, от которых тошнит. Старые друзья, которым нечего рассказать, потому что ничего хорошего в её жизни не происходит. Ничего, кроме этого милого парня из соседней квартиры. Холера вздыхает. Будь она хоть на десять лет моложе, будь Костя старше, можно было бы попытаться что-то построить. Её отношения с мужчинами не бывают долгими, всё заканчивается обвинениями в эгоизме и ссорами. Но хотя бы год-два можно было бы пожить более-менее счастливо… На полке стоит целая коробка респираторов. На столе лежат таблетки, которые давно уже надо выпить. Холера знает, что никогда больше не будет здоровой. Нет смысла думать про отношения, не имея возможности снять респиратор рядом с любимым человеком. Но, может, будет достаточно дружбы? Можно ли назвать дружбой то, что есть между ней и Костей? Холера не знает. Она никогда не была хорошим психологом, а теперь и вовсе запуталась в себе и людях. Холера вспоминает Костю, и чувствует, как к глазам поступают слёзы. Когда оттаивает замёрзшее сердце, лёд стекает водой из глаз. Костя смог оправиться, лишившись любимого хобби, не сломаться после перелома позвоночника. Нашёл новые радости жизни, остался смешливым и неунывающим… Холера так не смогла. Потеряв работу, бывшую смыслом её жизни, она потеряла всё. На душе у Холеры темно, как за окнами квартиры. Мысли о Косте освещают в этой темноте маленький уютный круг. Холера мечтает, что Костя, как электрик, смог бы провести в её душу провода и зажечь там цветные фонарики. Просто чтобы хоть ненадолго ощутить праздник и каждый день чувствовать себя живой…