возвращайся обратно

      Белые лучи немного ослепляют Виктора, даже через прорези маски, когда он делает осторожный шаг из портала. Он моргает несколько раз, прежде чем осмотреться. Солнечный свет – расплавленное золото – заливает всё вокруг, оседает на стенах и полу лаборатории академии Пилтовера. Виктор делает несколько шагов вперёд к широкому столу у окна, пробегается взглядом по небрежно  оставленным инструментам, книгам и кусочкам мела; берёт в руку один из многочисленных исписанных листков, вчитывается в наспех сделанные записи. Ничего интересного. Очередная слишком уж фантастичная теория, которая спустя какое-то время неизбежно окажется в мусорном ведре. Сколько у них таких было, все и не припомнить. Хотя было весело думать, что у них есть время на реализацию всего этого.        У Виктора дёргаются уголки губ. Знакомая обстановка навевает воспоминания. В них слышатся неясные вспышки голосов и смеха, всплывают силуэты; ему кажется, что он снова может чувствовать, как чужие руки опускаются ему на плечи и спину, как чужое горячее дыхание щекочет ему шею. Виктор помнит, что был частью чего-то стоящего, что мог называть эту лабораторию своей, однако всё это не приносит ему ни радости, ни утешения. Он отмахивается от непрошеных мыслей, как от назойливых мух, и кладёт листок на место.       За окном ничего нет. Буквально нет. Реальность за стенами лаборатории - испорченная плёнка фотоаппарата: расплывается, выцветает, не оставляя после себя ничего, кроме света. Всё это не облегчает задачу Виктору. Он всё ещё понятия не имел, в какой конкретно временной точке своего прошлого оказался. Мощности хекскора было недостаточно, чтобы сделать пространственные перемещения во времени более точными и менее рискованными. Ему повезло, что его конечности не расщепило. Ну, или полностью тело, если уж на то пошло. Он надеялся, что после возвращения сможет поработать над своей импровизированной машиной времени. Достаточное количество хекс-кристаллов в совокупности с его технологиями решили бы все недоработки и исключения. И многие другие проблемы тоже.   Если бы Джейс не был такой жадной сукой.         Собственно, поэтому Виктор и был здесь. План был прост и надёжен: забрать хекс-кристаллы из прошлого, если не получается достать их в настоящем. Если его расчёты были верны, это небольшое вмешательство не должно было нанести значительного ущерба будущему. В конце концов, он не собирался забирать всё.        Хекстек в другом конце комнаты искрился энергией и приятно переливался синим. Еще необработанный, разрывающийся от любого неосторожного движения. Значит, Виктор попал в то время, когда их с Джейсом работа только набирала обороты, когда Виктор всё ещё верил, что у них есть какая-то общая мечта, связанная с этим идеальным сочетанием природных и духовных возможностей. Иными словами, магией в чистом виде.   Ошибаться чертовски неприятно.          Виктор осторожно обхватывает кристалл пальцами своей не роботизированной руки, надеясь вытащить его из углубления в устройстве, но останавливается, как только по лаборатории прокатывается эхо чужого голоса.   - Кто ты такой?       Ну конечно. Джейс Талис, собственной персоной. Помеха даже в чёртовом прошлом. Этого он, пожалуй, не предусмотрел. Виктор поворачивает голову в сторону ещё молодого, без огрубевших рук, без морщин и лёгкой седины в волосах Джейса с молотком в руке. Чужой взгляд настороженно следит за каждым его движением, в нём ещё нет даже намёка на ожесточённость и самодовольство. Этот Джейс пока ещё сентиментален и мягок, словно пластилин. Подумать только, когда-то он был другим. Они оба, если быть более точным. Виктор чувствует, как у него учащается сердечный ритм. Виктор надеется, что дело только в адреналине.  - Собираешься остановить меня этим?  - Я спросил: кто ты такой? - Джейс говорит с расстановками, хмурится и поднимает молоток выше, готовый ударить в случае опасности.    Потребность к геройству всегда была просто сущностью твоей натуры, не так ли?         Виктор хмыкнул. Рваться в бой, наплевав на возможности противника и последствия? Да, это Джейс, которого он хорошо знал. Шестигранный коготь зашумел за спиной и выдвинулся вперёд, ядро внутри него загорелось желтым светом, предупреждая о готовности стрелять. Талис вздрагивает, но не отступает. Всего на секунду в этих широких, щенячьих глазах мелькает что-то похожее на любопытство. Виктор наклоняет голову вбок, с интересом наблюдая за этим приступом храбрости.  - Что это за штука?  - Не думаю, что ты хотел бы это знать.  - И я должен слушать тебя, потому что… - Потому что ты собираешься съесть больше, чем можешь проглотить.  - А ты пытаешься украсть моё изобретение, приятель. Так что давай я сам решу, что я хочу, и что я могу, ладно?       В голосе юного Джейса Виктор слышит знакомые вычурные нотки только зарождающегося эгоизма. Пройдёт много лет, прежде чем обстоятельства, в которые они попали, взрастят в Джейсе это качество в полной мере и выведут на свет, как огранённый алмаз. Заставят его яркое, кичливое «Я» вытеснить их надёжное и многообещающее «Мы». Обида и злость, которые Виктор всеми силами давил всё это время, вдруг вспыхивают в нём снова чёткой мыслью: он ведь мог убить Джейса прямо сейчас. У Виктора были металлические доспехи, магический посох, смертоносный лазер и годы опыта. У Джейса не было ничего, кроме решимости. Один выстрел решил бы всё. Один выстрел и Виктору не пришлось бы прочувствовать на себе горечь предательства, не пришлось бы ни с кем враждовать, не пришлось бы каждый день душить в себе всепоглощающую тоску и придумывать способы вырезать её из собственного тела вместе с остальными чувствами, как кожу, как собственные мышцы и кости, которые местами давно заменило железо. Всё остановилось бы здесь, в объятой солнцем лаборатории. В прошлом, где они оба были молоды и счастливы, где Виктор ещё думал, что у них был шанс на будущее вдвоём. Я должен был позволить тебе разбиться в тот вечер.       Шестигранный коготь потухает и возвращается на место. Очевидно, стрелять и драться никто не собирался. Это нервирует Джейса ещё больше, но, прежде чем он успевает сказать какую-либо глупость, Виктор уже тянется рукой к своему затылку. Застёжки щёлкают одна за другой, и железная маска со звоном оказывается на полу. Следом туда же падает молоток. - Виктор? - Ты очень наблюдателен.       Брови Джейса выгибаются, и из приоткрытого от удивления рта вырывается какой-то истеричный смешок.  - Я не понимаю. - Поверь, для тебя это абсолютно нормально.        Джейс игнорирует эту намеренно уничижительную насмешку и тянется пальцами к лицу напротив так, будто у него в запасе есть ещё одна жизнь.  - Это не самая лучшая идея, если тебе всё ещё дороги твои руки, - спокойно говорит Виктор.       Джейс кивает и опускает руку обратно, но подходит немного ближе, словно пытаясь понять, обманывает ли его зрение. Торчащие в стороны завитки волос, точёные черты лица, две родинки; нет, это определённо был Виктор, только старше, гораздо старше и жёстче, по какой-то причине. Их взгляды пересекаются и у Джейса пробегают мурашки по коже от количества разочарования, усталости и недоверия, которого он видит в чужих медовых глазах. Виктор никогда на него так не смотрел. Джейс чувствовал от него что-то чужеродное, отталкивающее. - Ты ведь не мой Виктор, не так ли? - Это правда, но относительная.  - Но ты ведь Виктор, да? - С недавнего времени я больше известен как «Механический Вестник». - Механический Вестник? Мне это ни о чём не говорит. - И не должно. Пока что. Слышал что-нибудь о перемещениях во времени?       Виктор наблюдал, как Джейс хмурится, пытаясь обдумать его слова. Несмотря на то, что его план по добыче хекс-кристалла провалился, он всё ещё мог назвать этот опыт необычным. По крайней мере потому, что они с Джейсом вот уже как десять минут спокойно сосуществовали друг с другом, а не разбивали друг другу лица. Виктор с трудом признавался самому себе, что ценит эти мгновения, хотя и очень-очень глубоко внутри.  - Значит, ты Виктор из будущего? – Джейс садится на ближайший стул, не имея возможности справиться со всеми эмоциональными потрясениями, что на него свалились. По его виду можно было сказать, что он был несколько взволнован. Виктор не ожидал, что ему так просто поверят, Джейс даже не задавал вопросов, чтобы убедиться в правдивости его слов. Виктор не мог решить глупость ли это или признак безоговорочного доверия, которое Джейс всегда проявлял по отношению к нему, ну, до изгнания Виктора в Заун, само собой. - Неужели мы всё-таки решились реализовать одну из наших теорий о машине времени? А ты ещё говорил мне, что моя идея безумна! Господи, мне о стольких вещах нужно тебя расспросить!        Джейс сталкивается с неловким взглядом Виктора, и это немного остужает его. - Но ты не скажешь мне, верно? - Я не знаю, как это может повлиять на наше будущее.       Джейс поджимает губы, не зная, что сказать. Между ними возникает неловкое молчание, во время которого Джейс внимательно разглядывает костюм Виктора. Металл делал его «партнёра» гораздо крупнее, выше, твёрже. Костыля не было, только посох со странным фиолетовым ядром внутри, на который Виктор опирался. Джейс знал, что Виктор терпеть не мог, когда с ним обращались как с фарфоровой куклой, не воспринимали всерьёз и жалели. Этот костюм был идеальным воплощением самого сильного желания Виктора – жить как все, даже если такой ценой. - Мне нравится твой костюм, - говорит Джейс восхищённо и улыбается одними уголками губ. Виктор хочет врезать ему только за то, каким искренним он выглядит.  – Ты сделал его сам? - Да. - Потрясающе. Я, конечно, всё ещё смущён твоей протезированной рукой, но если твой костюм заставляет тебя чувствовать себя лучше, то он прекрасен. Лжец.  - Плоть слишком слаба, металл совершенен, - отвечает Виктор, надевая маску обратно. Что-то он задержался здесь. Эксперимент можно считать интересным, но, к сожалению, неудачным. Кристаллы ведь он так и не добыл.         Между бровями Джейса появляются морщинки после слов Виктора. Беспокойство едва ощутимо дышит ему в спину, смутное предчувствие чего-то ужасного и необратимого, но пока ещё недоступного Джейсу, заставляет его вздрогнуть. Думает ли его Виктор точно так же? Он не успевает спросить, Виктор уже создаёт с помощью посоха что-то вроде портала, собираясь уходить. - Подожди! – Талис окрикивает его, вскакивая, Виктор лишь слегка поворачивает голову в его сторону. – Там в будущем мы…всё ещё будем вместе?        Виктор проглатывает комок в горле и не отвечает, просто не зная, что он должен сказать. Но Джейс вдруг не дожидается ответа и издаёт смешок. - Я спрашиваю какие-то глупости да? Извини, конечно же, мы будем. Я никогда бы не бросил тебя, верно?       Виктор смотрит в глаза Джейсу, и не понимает, когда они оступились? Как всего за двадцать лет они умудрились похоронить всё, что между ними было, позволив ненависти прорасти в них? Виктор смотрит в глаза Джейсу и не может сказать ему правду.  - Конечно. Никогда.