Добивание. Изнурение

Здесь царит спокойствие, обычная жизнь обычных детей. Именно здесь, в средней общеобразовательной школе номер восемь*, каждый ученик уникален, а учителя мастера своего дела. Виртуозы и танцоры, ученые и не очень, умники и умницы. Если кто-то скажет вам, что рая нет, задумайтесь – человек, возможно, никогда не был в нашей школе. Обычный старшеклассник Джейс Какеготам* собирается на очередные скучные уроки. Собирает пенал, берет только все самое необходимое: книжки, тетрадки, подик в форме мини-молота* и свой дневник, куда он записывает идеи, которые, как он думает, способны изменить мир. Или просто бредовые заметки. По крайней мере, изначально тетрадь была предназначена для этого. Каждую идею он подписывает, то ли чтобы не забыть свой нейм, то ли ручку расписывает. Рюкзак за спину, маму в щечку и на учебу потопал. Долгая поездка в лифте, спящие бомжи и, идущий навстречу, лучший друг Джейса, Итачи. — Йоу, чо как, бро, – прокричал Джейс своему другу на другом конце улицы, но тот, похоже, не слышал его. Джейс не любит быть не в центре внимания и, ускоряя шаг, движется подобно песчаной буре, сметая все на своем пути. Бабки, дети, все в вихре. — Эй, сколько можно пялиться в свой телефон? — Ой, я тебя совсем не заметил. Какие планы на сегодня? — Да никаких, среда же, что может быть интересного посреди недели? В клубешник не сходишь – утром надо в школу. За гаражами не посидеть – у всех учеба, а пить одному не охота. — Ну почему одному? Я сегодня свободен, тренировок не будет. — Зная твою семью, ты опять побежишь сломя голову домой, вылизывать жопу младшему брату. — Я теперь всегда свободен*. Друзья дошли до здания школы, попутно обсуждая расписание занятий на следующий день. Завтра физкультура, а это любимый урок Джейса. Физ-ру ведет всеми любимый Дмитрий Владимирович Нагиев*. Джейс мечтает стать таким же великим спортсменом, как Дмитрий. Получить травму волос, купить черный костюм и преподавать физкультуру детям, рассказывая всем о своей великой спортивной карьере и о бурной молодости. Ну а сегодня очередные скучные предметы: история, которую ведет лучший историк страны – Хесус*, два урока математики, пара физики и классный час. Скучные уроки разбавляет компания Джейса, с которой мать настоятельно не рекомендует общаться. Но как объяснить этой женщине, что ТЫ эту компанию и основал. Люди, проверенные временем: Итачи, Экко, Скай, старичок Хеймербобрик и своя в доску дворовая Вай. Вместе они прошли многое: общий горшок, общие игрушки, один синяк на всех, даже писюн в садике они показывали вместе! Удивительные люди. На переменках они играют в сабвей серф и сплетничают. Обсирают своих одноклассников. Обсуждают, как они ненавидят девчонок, которые вечно занимают туалеты, как они ненавидят математику и домашку, но самое главное – как они ненавидят Виктора. О да, Виктор. Заклятый враг Джейса. Вечно впереди, вечно самый лучший. В любимчиках у директора и учителей. А еще он староста класса и почему-то не отмазывает прогульщиков, как, например Вай и Екатерину, чем чертовски бесит весь класс. Каждый день ребята придумывают разные схемы, чтобы заставить этого гребанного старосту вылететь* из школы. В действие не была приведена ни одна из схем. На физике Виктор снова был лучше всех, ответил на все вопросы учителя, идеально выполнил домашку и даже написал прошлую контрольную на пять с плюсом! Да это же просто возмутительно! Он еще и сменку с собой носит, ну что за душнила? Наконец весь этот ад позади, остался классный час, на котором можно пофлексить новым спиннером, почиллить, выпить банановый раф на спаржевом молоке и затянуться подиком со вкусом мохито, а Экко тем временем закидывал снюс. Компания занималась привычными делами, сидя на последних партах, пока классный руководитель объяснял им причину общего сбора: — Итак, ребята, как вы все знаете, в конце месяца будет школьный бал! Надеюсь, вы уже приготовили свои шикарные платья и изящные костюмы! Но это еще не все. Хотелось бы, чтобы мероприятие прошло без эксцессов, как в прошлом году, когда кто-то из вас пронес на бал алкоголь, нарды и петарды. Вы чуть не разнесли школу, побойтесь бога, – учитель повернул голову в сторону Виктора, посмотрел пару секунд и перекрестился. Было непонятно, он тоже молится на Витю или на бюст Ленина позади. — Школьный бал, наконец-то! Мы сможем оторваться как никогда! Это ведь наш последний год, – радостно пропел Джейс. — Так точно! Неужели появился повод выгулять свои новые спортивки, которые мне сестра пригнала из Турции, – сказала Вай, докуривая сигарету. — Опять твои спортивные штаны, ты же девушка, оденься хоть раз как человек. Иногда я сомневаюсь, что у тебя между ног не мешочек с сюрпризом, – проворчала Скай. Ребята захохотали. Дети перешептывались, хихикали, а кто-то вовсе слушал учителя, но только один Итачи не обращал внимания на всю эту суету. Ему словно весь этот мир уже был понятен и он хотел всего одного* – простого человечес-... — Эй, Итачи! Снова ты втыкаешь в свой телефон? Ну-ка, дай посмотрю, – Джейс ловким движением выхватил телефон из рук друга и начал изучать. — Так, так, ага, что это такое? Кто это? Что за краля, фары слепят) — А, да.. Это... Ничего, дай сюда! — Нет, подожди. Так ты в этой ерунде зависаешь? — Я просто смотрю и оцениваю ситуацию. Раз ты уже все знаешь, давай расскажу о том, чем мы сегодня займемся. — Так, выкладывай, – Джейс был как никогда заинтересован. — Смотри, это бот для знакомств, называется "Дайвинчик". — Там можно заказать алкоголь? — Что? Нет! Это новый прогрессивный и популярный у подростков бот для знакомств "Леонардо Дайвинчик"! Тут можно найти себе друга, партнера, жену, брата, да кого угодно! Всего-то нужно заполнить анкету, сделать фото и вуаля, готово! — То есть ты предлагаешь провести эту среду невероятно скучно, просто знакомясь с людьми?, – Джейс почесал репу. — Нет, мы будем троллить девок. Тут сидят наши одноклассницы. Доставай свой телефон, сейчас я тебя зарегаю. Джейс достал из широких штанин 17 айфон про макс icore 5 на базе процессора интел и передал его Итачи. Регистрация занимает всего пару минут, самое сложное – это сделать фото, с чем Джейс благополучно не справился. 35 фото, но ни одного удачного, что же мне выбрать? — Эй, если не знаешь что поставить, просто поставь фотку кота, – заметил проходящий мимо Виктор. — Эй, Виктор! — Да? — Иди на хуй. Компания засмеялась, а Виктор лишь сморщился на миллисекунду и пошел дальше. Его это, судя по всему, не задело. — Вечно эта выскочка лезет, да, парни? – нахмурившись, выдал Итачи. — А мне кажется, парни, что вы слишком жестоки с ним, – заметил Экко, выплевывая на пол кусок снюса. Неловкая тишина поднялась над последними партами, что даже учитель перестал говорить. Вся компания, включая девочек, осуждающе смотрели на Экко. Хеймер поспешил оправдать своего друга: — Да ну, ребят, вы чего. Он ведь в чем-то прав. Дал дружеский совет. Или его накрыло от снюса*, ха-ха-ха. У Хеймера было одно преимущество, – он старше всех и поэтому мудрее, люди его слушали и не могли вставить ни одного слова поперек. Тишина окончена, в классе снова встал бубнеж, учитель продолжил классный час. Пока ребята разбирались с гнилым базаром Экко в неловкой космической тишине, Джейс создал анкету и готов открыть врата в ад, врата в измерение, куда более опасное и кринжовое, чем школа – "Дайвинчик". Предвкушая троллинг одноклассниц, парень жмет "Начать просмотр" и первым делом ему попадается анкета Виктора. Паренек замер, смущенно разглядывая фото. Текст размывается, но паренек не сдается, не теряет попыток прочитать его сквозь пелену смущения и стыда. "Виктор, 17, г. Ижевск*. Ищу здесь друга, который поймет, будет рядом, который не будет смеяться над моими изъянами. Я мечтаю стать фармацевтом, поэтому много учусь и работаю, так что списываться сможем только вечером...", – гласит описание. Что... Что там написано дальше? Все внимание было приковано лишь к этому фото. Оно отвлекало, оно манило. Что-то в нем не так. Виктор на нем выглядел совершенно другим человеком: вечно хмурый мальчик улыбался, спавшая с плеча домашняя футболочка с трансформерами, потрепанные распущенные волосы, тоненькая ручка поддерживает голову, родинки, как две звезды, но самое главное тут было – глаза, его глаза были как у котенка, что просит колбасу. Большие. Два кусочка янтаря, в которых застыло время. Приглушенные, тихие и неразборчивые шумы в классе смог прервать звонок с урока. Классный руководитель попрощался с детьми, пожелал им быть осторожными на пути домой, собрал свои вещи и вышел из класса, а за ним стали подтягиваться и остальные ученики. Итачи заметил, что его друг весь урок увлеченно чем-то любовался. — Я смотрю, тебе понравилось. Ну что, пойдем? — А? Что? Нет, я с-сегодня не могу, я... У меня дела, вот. — Что? Это у тебя-то дела? У маминого мажорчика дела? И какие же? Весь день лежать на огромной кровати, смотреть Нетфликс и чесать пузо? Итачи обидели слова друга, они проводят так мало времени вместе вне школы. — Ты не поймешь. — Что ты увидел в Винчике? Ты пялился на чье-то фото весь урок! — Ладно, я побежал, – Джейс схватил рюкзак и вылетел прочь из класса, оставив на парте свой дневник, который он обычно никогда не забывает. Итачи не заметил потеряшку, собрал свои вещи и направился к дверям. В кабинете остался только Виктор. Он всегда уходил последним, ведь после толпы старшеклассников кабинет требует уборки. Мальчик принялся за дела, вытер доску, полил цветы, убрал все бумажки с пола, поставил стулья на парты. Дойдя до последних парт он заметил чью-то тетрадь. Родители, конечно, учили его не брать чужое, а читать чужие письма – вообще грех, но все же любопытство взяло вверх над разумом и Виктор аккуратно приоткрыл тетрадь, словно она заминирована. Внутри были уравнения, формулы и странные записи. "24.05. Этот гад снова не отмазал меня, я его ненавижу." "7.10. Я списал у него контрольную, но ему поставили 5, а мне 2! Почему?" "13.11. Нужно избавиться от него. когда будет школьный бал, все будут смеяться над ним! Ха-ха, неудачник." — Ну и бредятина, – староста испуганно закрыл тетрадь и бросил ее в мусорное ведро. Виктор никогда не был популярен у женщин, не был секс-символом школы. Ничем не выделялся. Все свое время он тратил на учебу. Либо отлично, либо еще лучше, по другому и быть не может. В своем забвении бесконечного поедания гранита науки, он не видел ни тепла, ни ласки, ему не хватало близкого друга, готового подставить плечо, готового просто выслушать. Одиночество разъедало само существо. Постоянные насмешки в классе, перешептывания, испачканный мелом стул, а на контрольных каждый так и намеревается списать твою работу, даже если у вас разные варианты, даже если это тест от психолога: пол класса у нас интроверты, склонные к агрессии и с высоким iq. После последнего теста эту половину класса отправили на олимпиаду. Они ее завалили и вновь винят в этом старосту. Свободное от школы время, Виктор мог посвятить себе и своей социализации. Он играл в игры, общался на форумах. Вот где тебя действительно никто не оскорбит. Они видят в тебе человека, достойного лидера и тактика, когда в реальной жизни ты просто неудачник. Оставшийся вечер Джейс просидел в телефоне, переписываясь со своим одноклассником. Он и поверить не мог, что у них столько общего. Он и поверить не мог, что ЭТОТ человек – человек, а не холодная машина без чувств. Шок спал, вернулось желание потроллить. К чему мне обсуждать свои интересы с ЭТИМ, если я могу отомстить ему за годы несправедливости? Парень принялся строчить свои трололо сообщения. Виктор знал достаточно, разбирался во многом, но единственное, что он так и не смог изучить – это человеческие взаимоотношения, умение отличать тролляк от людей. Из-за нехватки общения он совсем не заметил явный шлейф говна. Но все впереди. Настал тот самый день. Сегодня физкультура, а это значит пришло время показывать свои навыки во всех видах спорта! Радостный, то ли от вечернего троллинга, то ли от предстоящего урока физкультуры, Джейс явился в раздевалку, подобно чеширу* – сначала появилась улыбка, а потом и он сам. — Опа, а чего это ты так сияешь, а?, – поинтересовался Экко. — Хех, да ничего, просто настроение хорошее, наконец-то увижу физрука, он столько всего обещал сегодня рассказать! Улыбка не спадала с лица Джейса. Он словно яркое утреннее солнце, готовое разорваться от эмоций. Удивительно, как троллинг в интернете может затуманить разум и раздуть эго. Из всех мальчиков в раздевалке, самым мрачным был староста. Вокруг него скопилась темная, мрачная аура. Он не выспался, так как общался со своим новым другом до полуночи. Виктор подходил к ребятам и протягивал им бумажки от школьного медика – завтра прививка. Наконец самодовольная улыбка Джейса спала. Единственное, чего он боится, после краха фирмы матери, – это уколы. Именно по этой причине, возможно, он не пошел по стопам своего друга, который год назад умер от наркозависимости. Но, кстати, спортивный костюм, который этот друг привез своей сестре, и правда хорош. — Принесешь это завтра с подписью матери, – проворчал Виктор, протягивая бумажку Джейсу, пока тот стоял в ступоре. В раздевалку ворвались девчонки. Скай увидела замершего от страха друга. — Эй, рот закрой, а то ворона залетит! В раздевалке начался сущий аншлаг. Каждый то и дело подкидывал очередную разрывную смешинку. — Ладно-ладно, смейтесь! А вот возьму и уколюсь! — На слабо берешь нас? Ты в прошлом году месяц прятался от родителей, лишь бы тебе не сделали прививку от гриппа. Директриса на уши всю школу поставила, мы думали, ты умер, – ехидно сказал Экко. — Да-да, убежал в лес, упал в яму, жрал крыс. Спасибо, что хотя бы мылся. Под дождем, – задыхаясь от смеха сказала Вай. — Ага, а потом еще месяц ваялся с осложнениями после гриппа, – вкинул Итачи. Все засмеялись. Покрасневший, от хохотулек над собой, Джейс махнул рукой, взял свой молотоподик и пошел в зал. На весь этот праздник жизни с завистью смотрел Виктор, сжимая в руках оставшиеся разрешения на прививку. Казалось, что его темная аура растет, заглушая все звуки, проникая в каждого стоящего рядом, лишь бы они только заткнулись. Если ты не можешь победить зло, остается только примкнуть к нему. Стать лучше него. Но на это нет времени, ведь столько домашки задали. Очередной урок физкультуры подходил к концу. Дмитрий Владимирович рассказывал последнюю историю из своей бурной молодости, а ребята сидели на матах и внимательно слушали: — Ну и я говорю ему, значит, а зачем ты на грудь ей насрал*? А он мне и отвечает... – класс залился смехом, но веселью не суждено длиться вечно. Злосчастный звонок наминусвайбил, подростки заныли и стали подниматься с матов. Пора переодеваться на биологию. — Ладно, ребятишки, на сегодня все, – физрук взял в рот свой свисток и свистнул в последний раз, оглушив сам себя. — Ну Дмитрий Владимирович! Ну давайте еще хотя бы пару минуточек! Ну интересно ведь! — Нет, все, мне пора в столовку. Вам, кстати, тоже. Разочарованно цокая, парнишки вышли из спортзала, а девчонки... А они и вовсе прогуляли физ-ру сегодня. Снова вечер, снова в сети. Виктор спешил домой изо всех ног, что у него еще работают, чтобы прочитать сообщения своего "друга". Он был так счастлив снова списаться с ним и весь вечер потратить на обсуждение общих интересов. Джейс не терял времени зря, он вытаскивал из Вити все больше новых спорных фактов, которые позднее использует против него. Дома строгий староста превращался в милого мурчащего котика, словно его место занимал другой человек. Таким его не знал никто, или не хотел знать. Люди судят по внешности и если ты инвалид – ты обречен на насмешки и одиночество. Если ты чем-то отличаешься от всех – ты фрик и изгой, тебя боятся. С каждой секундой общения с "другом", домашний котенок Виктор чувствует спокойствие, отступает ненависть и желание становиться абсолютным злом. В рамках класса. Хаос в голове больше не шепчет сделать какую-нибудь подлянку. Но когда ты возвращаешься в школу, все эти мысли и чувства снова здесь. <<...>> "— Но я ведь не сделал вам ничего плохого! — Вить, иди на хуй! Ха-ха-ха!" <<...>> Время близится к балу. Каждый из ребят очень рад этому событию. Но только не Виктор. Не хотелось бы пропускать такое событие, это все-таки последний бал, но и идти одному смысла нет. А тем временем Джейс за это время сотворил много разных слухов, от чего старосту все сторонятся, девочки смотрят с отвращением, а парни хихикают. Слухи дошли и до учителей. Староста в недоумении. Кто мог узнать все это? До него, кажется, начало доходить. Конец учебного дня. Закинувшись снюсиком, Экко подвинул шайбочку Джейсу, но тот отказался. — Да нет, бро, выкинь, – с ухмылкой сказал Экко. — Эй, с каких пор вы приказываете нам?, – Джейс недовольно вскрикнул. — Воу-воу, это уже расизм! За всем этим наблюдали девчонки Вай, Скай, Эш и Катюха. Девушки продумывали свои наряды, обсуждали планы по захвату короны королевы бала. Вдруг Эш вспомнила свежую сплетню: — Эй, а вы в курсе, что... кхм... Виктор в детстве мечтал стать королем бала? Вот ведь нелепость. Куда ему до короны! — Ой, и не говори, – Вай смотрелась в зеркальце и приводила в порядок свои боевые стрелки. — Кто в чем идет на бал? – интересуется Скай. — А тебе все скажи! Ты же украдешь идею, я не хочу, чтобы мы были в одинаковых платьях! – Эш была возмущена. — А что в этом такого? Мы с Катюшкой вот собираемся прийти в парных нарядах, да, кексик? Екатерина смутилась, закрыв рот рукой. К любителю одноразок подсели кентурики. Они знают, что их бро делает – ведет фейк-переписку с Виктором. — Слушай, не слишком ли это жестоко? Мне все это не нравится, у нас могут быть проблемы, – на лице Катюшки было написано, что ей не нравится, да-да, чистая правда. — Да ладно вам, что такого может случиться? Пусть этот пидор гнойный ответит за свои слова! — Но... он же ничего вам не сказал, – справедливо заметила Вай. — Ну... эм... Не душни, ладно? Экко чуть помолчал, глотая снюсовую слюну. Несколькими неделями ранее Джейс все же не смог уколоться, а значит проиграл спор, который устроили парни и Экко напомнил об этом: — Броу, помнишь наш спор? Я долго думал о твоем наказании и наконец придумал! — Ну неужели! И что же ты там такое надумал? Надеюсь, ты не заставишь меня есть плесень на спор... — Ну, в какой-то степени тебе не привыкать, – рассмеялась Эш. Экко показал пальцем на сидящего позади Виктора, тот доедал свои брокколи в одиночестве. Интересно, о чем думал человек, глотая обиду, кусочки капустных деревьев и морковь? — И... что ты хочешь чтобы я сделал? Тебе разве не достаточно того веселья, что мы уже получили? — Поцелуй его, – приказал Экко, перебирая в руке шкурки от апельсина. Стол компании этих ребят загудел, ребята стали бить по столешнице и кричать "Давай", зная, что Джейс пойдет на все, чтобы не разочаровать людей и показать свою мужественность. Чтобы поцеловать мужика нужна величайшая сила воли и мужественность и Джейс готов пойти на это. Шоу вот-вот начнется. Сюрпризу для Джейса, похоже, не бывать. Прямо сейчас к одиноко сидящему Виктору не спеша подходит он – уверенный в себе мужчина, амбассадор гетеросексуальности и просто чилловый парень. У него есть план, как сделать жизнь старосты еще хуже. Виктор удивился и задал логичный вопрос: — Чего тебе? — Ой, что так грубо?, – Джейс уселся на соседний стульчик, наполовину повернувшись к Виктору. Одной ручку под щечку, для загадочности и элегантности, второй рукой он провел по краешку губ своего врага. Дойдя до морковной крошки, он вытирает ее и облизывает палец, чем заставляет Витю нервно потеть и трястись. Беднягу парализовало от неожиданности. Это ведь очередная тупая шутка? Нужно просто переждать. Виктор начал молиться у себя в голове: "Ему надоест и он уйдет, ему надоест и он уйдет, ему надоест и он уйдет", но молитвы не были услышаны. Бог сегодня не отвечает на звонки. А тем временем Джейс продолжил фильтровать, ой, флиртовать с бледным от страха врагом. Виктор забыл как дышать, забыл как жевать, забыл как думать. "Друг" сменил позу, полностью повернувшись к своей бейбе. На этот раз одна его рука легла на ногу Виктора, плавно двигаясь к междуножному храму, вторая рука лежала на спинке Витиного стула. Медленно и аккуратно руинер Джейс приближался к губам своей жертвы. Маленький, несчастный, загнанный в угол котенок почувствовал аромат всех десяти уходовых средств, которыми ежедневно пользуется Джейс. Приятные ароматы перебивал запах одноразки. Все эти запахи заставили тошноте выйти на сцену, ведь все ее друзья здесь: стресс, паника, страх, запах курева. Разочарованно тошнота отступила, когда губы Джейса коснулись губ твоего хозяина. Сегодня без французского поцелуя, а-ля мамочка птичка кормит детенышей. Эти несколько секунд длились безумно долго для Виктора. И все эти секунды в столовой стояла мертвая тишина, подростки молча лицезрели этот ивент, также забыв как дышать. Экко сгрыз шайбочку снюса от волнения и угара, Хеймер закрыл лицо руками, Вай и Екатерина целовались, а Итачи умер две недели назад. Наконец пытка окончена, Джейсуля как ни в чем не бывало оторвался от губ партнера, а тот наконец отошел от шока. Осмотревшись по сторонам и видя удивленные взгляды толпы подростков, Виктор вскочил с места. От этого стыда и позора не отмываться никогда, темная аура ненависти нависает над ним, слезы сами покатились из глаз, словно большие виноградины. Бедняга в панике выбежал из столовой. Катая во рту лимонную дольку, Джейс наслаждался своим триумфом, но привкус горечи все же присутствовал. То ли была виновата шкурка, которую юный гений не убрал перед употреблением, то ли его мучила совесть. Не сильно мучила, осколки убитой когда-то в детстве совести зашевелились. Штиль сожаления стал легким ветерком, который разносит частички когда-то разбитой мертвой совести, собирая их вместе в один водоворот. Все эти дни, что они общались, Джейс будто стал сближаться со своим заклятым врагом. Врагом, которого создал он сам? Зависть порождает злость, злость переходит от человека к человеку, создавая цепочку ненависти. Нужно было закончить это еще тогда, Хеймер их предупреждал. Лежа в кровати и вспоминая прошедший день и успешное шоу, Джейс никак не мог выбросить из головы этот поцелуй. "Неужели у меня все-таки есть совесть? Неужели мне это понравилось? Это и правда было слишком жестоко, лучше бы я плесени навернул". А что же там с Витей? Он пулей выбежал из здания, забыв о своих личных вещах и недугах. Ноги не слушались, но он пытался бежать так далеко, как только мог. Спотыкаясь, падая, хромая. Ему было чертовски больно и неприятно, но хотя бы физическая боль могла заглушить ту, что внутри. Маленький напуганный котенок проиграл бой маленькому "Матизу", не заметив его из-за слез. До бала осталось немного. Виктор не сможет прийти. Только приехать. Для него это не большая потеря, рано или поздно он бы не смог ходить сам. Ему не хочется подавать новый повод для насмешек. Но неожиданно для всех его пришла проведать Скай. — Выглядишь как труп, – в ординаторской начался сущий ад, медсестры, услышав шутку, смеялись так, что аж хрюкали. — Почему ты здесь?, – Виктор был безэмоционален. Ну, а вы бы не были? Вас как бы машина сбила, чего веселиться? — Я принесла угощения, ты будешь кушать угощения*? — Хватит говорить мемами*. Скай отрезала кусочек яблочка и начала изображать вертолет. — Врум-вру-у-ум, открой ротик, летит вертолетик! — Это не смешно. Скай неловко положила яблочко обратно в миску. — А помнишь, как мы в детстве-... — Что тебе нужно? Пришла посмеяться? — Нет, что ты, я думала тебе будет приятно, если... — Скоро бал, нет нужды торчать тут, лучше займись делами поважнее. Оставь меня в покое. Виктор выглядел так, будто скоро откинется. Бледное худое тело, пара седых волос, большие грустные глаза, в которых угасла всякая надежда. Он думал о том, что произошло тогда в столовой. Кто-нибудь переживает? Ждут ли они? Скай ничего не оставалось, как просто уйти, предварительно поправив одеяло умирающему старосте. Похоже, она единственный здравомыслящий человек в этой стае стервятников. А она – человек. До бала считанные часы. Джейс стоял у зеркала и любовался собой. Пять уходовых вкуснопахнущих средств на мне, еще двадцать на подходе! Но что-то было не так. Какой-то дискомфорт окутывал тело и разум. Либо это мать снова жарит минтая в кляре, либо... Вот ведь, Виктор! Даже после того, как от тебя избавились, ты все еще гадишь! Почему не стало легче после твоего "изгнания"? Этого ведь мы хотели? ... Минутка сожаления. Все не так, мы это уже проходили! Мне правда жаль, что так вышло, но не хватает смелости навестить его в больнице. Ладно, деньги ведь обычно все решают? Я просто приду и-и-и... В спешке Джейс пытался каким-то образом опровергнуть все слухи, выставив все шуткой, но было уже слишком поздно – тряска началась. Дело даже не в поцелуе. Это правда была неудачная шутка. Люди помнят нелепые моменты чужой жизни. Плюс сплетен в том, что люди быстро забывают все это, когда появляется свежая сплетня о ком-то другом. Минусы сплетен – если слили личную информацию такого неудачника, как Виктор – это конец, они прилипнут до конца твоих дней. Лежа в больничной палате, все мысли только о нем. Вспоминается поцелуй. Как же стыдно, что твой первый поцелуй с НИМ. Воспоминания о "друге" немного греют душу. Воспоминания о поцелуе заставляют волноваться. "Вот ведь, Джейс! Даже находясь за много километров от меня он продолжает гадить". Витя закрыл лицо руками и лег на бок. "друг" больше не поддержит. Была ли в этом "друге" частичка искренности Джейса? Неприятный сюрприз ждал юного руинера около ворот школы. Бал под УГРОЗОЙ отмены — Кто-то поломал оборудование, есть УГРОЗА возгорания. Но когда это кого-то останавливало, пральна? Увидев Джейса, шпана подошла ближе. — Пора уже сказать ему правду. — Да, из-за вас, мальчики, чуть не погиб человек! – Хеймер тут как тут. — Шутка неприлично затянулась. Я не хочу быть соучастником! – отрекся Экко. — Соучастником чего? — Доведение до суицида... — Его никто не просил прыгать под "Матиз", ладно!? Он мог прыгнуть под "Rolls-Royce Ghost Extended", еще бы и денег залутал! – прокричал Джейс. — А тебя никто не заставлял прятаться от прививки! Никто не заставлял тебя жить в лесу и подтираться листьями!... Если ты вообще подтирался, говнистый ты парень. Ты тоже убегал от стрессовой ситуации. Тебе тоже было страшно, – рассудила Катюха. — Не все решают деньги. Душевные раны затягиваются очень долго, оставляя след на всю жизнь, – очередная мудрая мысль от Хеймера. Я собираюсь признаться во всем прямо сейчас. Джейс сел в свою "Камри" три и пять, "Камри" три и пять, любви достойна только мать и "Камри" три и пять, и отправился к умирающему телу. — Эй... все не настолько плохо, я не умираю..! Свет фар освещал влажный асфальт. Капельки отступающего дождя скатывались по стеклу. Левая капелька оказалась быстрее. Автомобиль мчался, игнорируя светофоры и пешеходов. До больницы не так уж и далеко, есть время придумать, что я скажу ему. "Виктор" "Блять, почему Виктор то?*" "Витёк, Висёсик, Витёчек... Ви...Витя, во, Витя" "Витя, помнишь когда наши губы соприкоснулись в столовой... Блять, долго это..." "Витя, вот я, мои извинения... При чем здесь "вот я"? Витя, я здесь, чтобы..." "Нет, это все не то, надо сказать как-то проще... Витя, прости. Витя, прости. Витя, прости" Если бы в жизни давали достижения за каждую сбитую бабку – состояние Джейса не изменилось бы, он и так при деньгах. Представившись парнем Виктора, Джейс влетел в лифт. Он еще никогда в жизни так не волновался. Сердце вот-вот выпрыгнет из груди, а легкие вырвутся, начнут сдуваться, как воздушные шарики и улетят. Руки трясутся, кишечник, не подведи. Первые три секунды поездки он думал о своем волнении, остальное время потратил на вопрос: "Зачем же я представился его парнем?". Наконец-то железная ездящая коробка привезла горе-любовника на нужный этаж, наконец нужная палата. Вылетаю из такси, боже, как же я красив. В кресле у окна сидел он, пальцами перебирая одеяло. — Виктор, ты.. ты жив! Виктор повернул голову, почти издавая звук скелетов из майнкрафта. Его глаза были пустыми. Как такой надменный и бессердечный человек, как Джейс, смог получить пулю в, казалось бы, несуществующее сердце? Взгляд этого человека словно пустил стрелу, пулю, нож, что влетел точно куда нужно. Это сожаление? Совесть? Любовь? Что мне делать? Смеяться? Плакать? — Почему ты-то здесь?.. я же просил оставить меня. — Я... Я* пришел навестить тебя. Знаешь, я.. Так долго думал. Мои действия были лишены всякой логики... Я думал, что это и правда смешно и забавно. Виктор слушал этот бред без всякого интереса. Он привык к издевкам и снова ждал какого-то подвоха, так что он отрешенно отвернулся от распинающегося "друга" и продолжил разглядывать вечерний дворик больницы. — ...Просто, знаешь, это реально бесит, чертовски бесит! Ты в центре внимания у всей школы! Учителя ставят тебе оценки не глядя, директриса тебя просто обожает! Ты ведешь каждое мероприятие, и... и... — Чему ты завидуешь? Вниманию? Что мне это дало? Любовь "надзирателей" не дала мне ничего, кроме одиночества. Все вокруг видят во мне подлизу и зазнайку, а я просто пытаюсь делать то, что должен: помогаю, учусь, участвую в школьных концертах и олимпиадах, повышаю статус этого места своим умом, да вот только я не железный. Это чертовски утомляет. Виктор сделал паузу, ожидая ответа. Видимо, поток слов был слишком велик, что черепной механизм-хеханизм Джейса дал сбой. Вздохнув, калека продолжил мысль: — Я хотел быть как ты. На твоем месте круто, у тебя есть друзья, семья. Скажи, почему я не делал тебе подлянок, когда ты бесил меня? — В смысле? А кто дал мне списать так, что у тебя вышла 5, а у меня... — Так это была твоя тетрадь? — Чт... Подожди, ты читал ее? — Мне нужно было узнать имя. Я прочитал немного, но достаточно. — Зачем ты выкинул ее!? В ответ Виктор лишь промолчал. — Уходи, чего ты ждешь? — Ну уж нет, знаешь, я столько лет... столько лет пытался достучаться до тебя!.. <<...>> Вернувшись в класс, староста вынул тетрадь из мусорного ведра, дабы углубиться в лор "себя". Иногда бывает интересно посмотреть на себя со стороны. Что ты видишь? Почему здесь только ты. На каждой странице замечания и жалобы на тебя. На каждой странице фигурируют два имени – твое и его. А одна страница и вовсе исписана твоим именем. Сто сорок два раза "Виктор" и все это перечёркнуто. На странице пара мокрых пятен. Не мог же он так усердно водить ручкой, чтобы вспотеть? Перелистывая страницу ты замечаешь... свой портрет. Оказывается гавнюки тоже умеют рисовать? Красиво... <<...>> Шатаясь и хромая, Витя подошел к тумбочке и достал лист со своим портретом. — Почему..? — Ты... почему ты хранишь это? — Никто никогда не рисовал меня... я правда так выгляжу для тебя? Спасибо... Хмурый, травмированный котенок слегка улыбнулся. Джейсу снова не хватило смелости извиниться и рассказать, что никакого "друга" нет и не было. Все это время "другом" был ОН. По щеке потекла слеза. — Почему ты плачешь? Жалеешь о чем-то? — Я... Я не плачу, совсем нет, – плакса вытер слезку рукавом, шмыгнул носа и сделал шаг вперед. — Что-то еще? — Да, я... Джейс подбирался все ближе и ближе. И вот когда он уже был около ног Виктора, страдалец и король драмы сел рядом и положил свою голову на колени бывшего врага. — Прости меня, Виктор! Я столько лет пытался привлечь твое внимание, я принимал неверные решения, я боялся ИХ осуждения, я слушал ИХ мнение. Я знаю, эти слова ничего не решают и ты вряд ли меня простишь, но, пожалуйста, послушай, – Джейс поднял голову, чтобы взглянуть в лицо Виктора. Его лицо было... удивленным. Кажется, будто в глазах снова загорелся огонек. Да, он пока маленький, но если быть аккуратным и внимательным, огонек станет огромным пламенем, которое не будет кусаться, оно будет согревать, дарить радость и освещать путь. Нет ничего более выразительного, чем глаза, только они могут сказать то, чего сам человек не в силах вымямлить. Немая сцена продлилась достаточно, чтобы опоздать на бал, но Джейса это не волновало, он наконец чувствовал себя любимым, как и Виктор, который мог наконец позволить себе осторожно коснуться головы "друга", поглаживая ее, перебирая мягкие темные волосы. — Это... Так необычно. Постой, ты опаздываешь на бал! — Ну и что? — Но... Ты же долго к нему готовился... — Хочешь поехать со мной на бал? Находясь рядом с этим котиком настолько близко, настолько рядом, Джейс чувствовал себя на своем месте, он чувствовал себя собой. Может, воспитание или дурное влияние друзей так сказалось на нем, что он задирал своего одноклассника по надуманным причинам? Легким движением, силач схватил худенького, нецелованного, до недавнего времени, партнера и потащил по больничному коридору. На руках. Он выкрал своего нового друга, чтобы осчастливить. Столько дерьма пришлось сожрать за эти годы, и это не про Джейса в лесу, когда он прятался от прививки! Только в машине Виктор вспомнил о костюме на бал, но его друг уже позаботился об этом. Чего только нет в этом автомобиле. Пусть они и не станут королями бала, зато они наконец будут собой. То, чего они желали столько лет. И вот. Мы вместе. Только ты, я и музыка. Тебе тяжело двигаться, я помогу. Держись крепче. Одноклассники смотрели на эту картину и даже радовались. Неужели их самолюбивый дружок-пирожок перестал быть тварью? Но мучает один вопрос: как Виктор вообще простил его? Подростки пили напитки, обсуждали предстоящие экзамены и университеты, в которые планировали поступать. Радость резко сменилась массовой паникой. То, из-за чего хотели сорвать бал произошло. Проводка наминусвайбила, искры покатились по прожекторам, спускаясь плавно на пол, поджигая ковры, пол, мебель. Огонь становится все сильнее. Крики, молодежь бежит со всех ног, дабы спасти свои безупречные наряды. Молодые, красивые столпились на улице и смотрели, как догорает их любимая средняя общеобразовательная школа номер восемь. Как быстро распространяется огонь, как за секунды рушится все то, что строилось годами... Пара продолжила кружиться в своем последнем танце. Медленно, болезненно. Мы исчезнем с первыми лучами солнца, а наш прах разлетится по ветру, мы вместе посетим самые забавные, самые интересные и живописные места. Даже порыв сильного штормового ветра не сможет разлучить нас.