Сердце двух титанов

Битва разгорелась в старом заброшенном городе. Автоботы и десептиконы сражались за таинственный артефакт, который, по слухам, обладал великой силой. Мегатрон громогласно заявлял, что этот артефакт станет ключом к победе десептиконов, в то время как Оптимус настаивал, что артефакт нельзя оставить в руках тирана. Бамблби уклонялся от выстрелов, пытаясь поддерживать дистанцию. Арси прикрывала его фланг, а Смоукскрин суетливо носился поблизости, громко комментируя всё происходящее. – Бамблби, прикрой меня! – крикнул Оптимус, бросаясь вперёд к артефакту. Мегатрон уже был там, его красные глаза сияли от возбуждения. – Даже не мечтай, Оптимус! Эта сила будет принадлежать мне! – Нет, Мегатрон. Она слишком опасна, чтобы оказаться в руках таких, как ты! В момент, когда два титана столкнулись прямо перед артефактом, произошло нечто странное. Артефакт засиял ослепительно ярким светом, испуская мощный энергетический импульс. Все вокруг замерли, прикрывая оптику. Когда свет потух, Бамблби открыл глаза и огляделся. Бой прекратился. Оптимус и Мегатрон стояли как вкопанные, но что-то в их взглядах было... не так. – Бамблби… – прошептал Оптимус с необычной мягкостью в голосе. – Что за… – начал было Бамблби, но тут его перебил Мегатрон. – Какой изящный, такой сильный дух… Бамблби, ты – истинное воплощение совершенства. Бамблби замер. Арси, глядя на это, опустила оружие. – Что здесь происходит? – пробормотала она. Оптимус шагнул вперёд, его металлическое лицо смягчилось в почти человечном выражении нежности. – Бамблби, ты всегда был важной частью нашей команды, но только сейчас я понял, насколько. – Оптимус? – растерянно спросил Бамблби. Мегатрон фыркнул и подошёл ближе. – Перестань говорить очевидные вещи, Оптимус. Бамблби заслуживает большего, чем быть просто частью команды. Он достоин того, чтобы быть рядом со мной. – Рядом с тобой? – Оптимус прищурился. – Я этого не позволю. – Ты меня остановишь? – ухмыльнулся Мегатрон, готовясь к очередной дуэли. Бамблби поднял руки, пытаясь предотвратить столкновение. – Эй, эй! Может, сначала разберёмся, что вообще происходит?! Но его игнорировали. Два лидера уже обнажили своё оружие, готовясь к новой битве – на этот раз за внимание маленького жёлтого скаута. Арси стояла в шоке. – Мы все умрём, – констатировала она, качая головой. Тем временем Рэтчет через коммлайн пробормотал: – Пожалуйста, скажите мне, что это просто перегрузка системы, и мне не придётся чинить их потом. Смоукскрин захихикал. – Ой, сейчас будет весело. Оптимус и Мегатрон замерли друг напротив друга. Их оружие ещё светилось энергией, но выражения лиц стали пугающе сосредоточенными. Не гнев, а что-то похожее на… ревность? – Бамблби, отойди, – твёрдо сказал Оптимус, поворачиваясь к скауту. – Я не позволю этому деспоту причинить тебе вред. – Вред? – фыркнул Мегатрон, опуская свой клинок. – Не будь смешным, Прайм. Я никогда не трону его. Напротив, я хочу дать ему то, что ты никогда не сможешь: свободу. Бамблби замотал головой, всё ещё не веря своим аудиодатчикам. – Что? Какую ещё свободу? Вы оба сошли с ума? Оптимус сделал шаг вперёд, его взгляд стал ещё более мягким, чем раньше. – Ты заслуживаешь самого лучшего, Бамблби. Ты всегда был моим надёжным товарищем, моей опорой. Но только сейчас я понял, что ты гораздо больше, чем просто боец в нашей команде. Ты… – он замялся, но затем выдавил: – ты вдохновляешь меня. Бамблби застыл. – Эм… Оптимус? Это не похоже на тебя. Мегатрон закатил глаза и тяжело вздохнул. – Какой жалкий спектакль. Ты что, пытаешься произвести на него впечатление этим пафосом? – Я говорю искренне, Мегатрон. Тебе этого не понять. – О, пойму, – прервал его Мегатрон с насмешкой. Затем он повернулся к Бамблби, его голос стал неожиданно мягким. – Ты храбр, Бамблби. У тебя воля, которую я всегда уважал, даже когда мы были врагами. Я вижу в тебе потенциал, который Оптимус так и не раскрыл. Бамблби попятился назад, оглядываясь на Арси за поддержкой. – Помогите мне! Арси моргнула несколько раз, но вместо ответа только тихо пробормотала: – Я... я не знаю, что сказать. Тем временем Смоукскрин подкрался ближе, пытаясь удержать смех. – Оптимус и Мегатрон борются за Бамблби? Это лучший день в моей жизни. – Это худший день в моей жизни, – ответила Арси, перекрещивая руки. Мегатрон снова повернулся к Оптимусу, его голос зазвенел металлом. – Довольно болтовни, Прайм. Я не намерен уступать тебе в этом вопросе. – Бамблби останется с нами, – спокойно, но твёрдо сказал Оптимус. – Это мы ещё посмотрим! – Мегатрон резко поднял оружие, но вместо того, чтобы атаковать Оптимуса, он протянул руку к Бамблби. – Пойди со мной, я покажу тебе, каково это – быть по-настоящему свободным. – Не слушай его, Бамблби! – воскликнул Оптимус, встав между ними. Скаут резко выставил руки вперёд, шагнув в сторону. – Всё! Хватит! – закричал он. – Вы оба просто прекратите! Оба титана уставились на него, каждый ожидая, что он выберет именно его сторону. Бамблби тяжело вздохнул и посмотрел в сторону яркого, но теперь неактивного артефакта. – Это всё из-за этой штуковины, да? Что-то она с вами сделала. – Ничего она не сделала, – возразил Оптимус, покачав головой. – Моё чувство абсолютно настоящее. – Впервые я согласен с Праймом, – добавил Мегатрон. Бамблби закатил глаза. – Ага, конечно. Ладно, а где Рэтчет? Кто-то же должен разобраться с этой чушью. Внезапно из коммлайна послышался раздражённый голос Рэтчета: – *"Я всё слышу, Бамблби. Проблема в том, что я уже подозреваю, что это за артефакт, и мне это совсем не нравится."* – Да что это вообще? – спросил Бамблби. – *"Если мои догадки верны, то это «Амулет Привязанности», древний объект, который усиливает эмоциональную связь с кем-то. Но он действует крайне нестабильно. Обычно эффект временный, но есть шанс, что он оставит… последствия."* – Последствия?! – воскликнул Бамблби. – Какие ещё последствия? – *"Если вовремя не разобраться, их чувства могут усилиться настолько, что..."* В этот момент Рэтчет вдруг замолчал, словно не желая произносить продолжение. – Что?! – хором спросили Бамблби и Арси. – *"Что они просто не смогут тебя оставить в покое,"* – наконец ответил Рэтчет. Бамблби почувствовал, как по его спине пробежал неприятный разряд. – Отлично, просто отлично, – пробормотал он. – Мой худший кошмар. Тем временем Оптимус и Мегатрон вновь начали обмениваться напряжёнными взглядами. Бамблби понял, что сейчас начнётся очередная дуэль, и помчался вперёд, чтобы остановить их. – Подождите! Вы двое не собираетесь снова устраивать бой, правда? Оптимус положил руку на плечо Бамблби, нежно, но твёрдо. – Я просто хочу защитить тебя, Бамблби. – А я хочу подарить ему свободу, – рявкнул Мегатрон, отворачиваясь. Бамблби громко застонал и уронил голову на руки. – Да за что мне это?! Бамблби постарался собраться с мыслями. Ситуация казалась безумной: два величайших лидера Кибертрона стояли перед ним, словно подростки, соревнуясь за чьё-то внимание. Он повернулся к Арси, которая выглядела так, будто ей хотелось исчезнуть. – Может, ты что-то скажешь? – обратился он к ней, указывая на двух титанов. Арси только покачала головой. – Я... не знаю, как к этому подступиться. Это уже выходит за все рамки. Тем временем Оптимус снова заговорил: – Бамблби, пожалуйста, не переживай. Мы всё уладим. Тебе нужно лишь довериться мне. – О, не слушай этого благородного рыцаря, – язвительно вставил Мегатрон. – Его тактика – терпение и пустые обещания. Я могу предложить тебе настоящее могущество. Бамблби тяжело вздохнул. – Слушайте, я просто хочу, чтобы это всё прекратилось. Вы можете хотя бы немного успокоиться? – Только если он откажется от претензий, – твёрдо ответил Оптимус, кивнув в сторону Мегатрона. – Никогда, – рявкнул Мегатрон. Смоукскрин не выдержал и громко захихикал. – Ох, это просто великолепно. Мы все так долго ждали, пока они наконец-то сразятся друг с другом… за любовь. – Это не смешно! – одёрнула его Арси. – Это безумие! – воскликнул Бамблби, резко оборачиваясь. – У нас тут война вообще-то! Помните? Автоботы против десептиконов? Спасение Кибертрона и всё такое? Мегатрон сложил руки на груди. – Спасение Кибертрона – это жалкая иллюзия, когда передо мной стоит такое совершенство. – Мегатрон, я сейчас серьёзно: хватит. – А я серьёзен. Оптимус тихо вздохнул, будто соглашаясь с врагом впервые за всю историю их противостояния. – Он прав. На фоне твоего присутствия, Бамблби, наша война кажется незначительной. – Да что с вами со всеми?! Прежде чем кто-то успел ответить, из-за обломков появился Старскрим. Он выглядел раздражённым и слегка ошарашенным. – Лорд Мегатрон, – начал он, прищурив свои красные оптики. – Почему вы тратите время на… это? Мегатрон повернулся к нему с неожиданным блеском в глазах. – Ах, Старскрим, если бы ты только мог понять. Это не просто время. Это судьба. Старскрим моргнул, пытаясь осмыслить сказанное, и затем недоверчиво посмотрел на Бамблби. – Неужели? – Да, – гордо заявил Мегатрон. Старскрим перевёл взгляд на Оптимуса, который просто молчал и смотрел на Бамблби с таким выражением, будто тот был ответом на все его вопросы. – Кажется, я пропустил нечто значительное. – О, не волнуйся, ты не один, – буркнула Арси. Бамблби громко хлопнул себя по шлему. – Так, хватит! Старскрим, забери своего босса. Арси, скажи что-нибудь Оптимусу. Я не могу справиться с этим сам! Старскрим нахмурился. – Если бы я только мог. Лорд Мегатрон выглядит… странно мотивированным. – Это из-за артефакта! – отчаянно объяснил Бамблби. – Он как-то воздействует на их разум! – Хм, – Старскрим задумался. – Возможно, это даже к лучшему. Если они заняты тобой, может, я наконец-то получу шанс… – Не начинай! – прорычал Мегатрон. Оптимус вдруг поднял руку, останавливая всех. – Мы потратили достаточно времени на споры. Бамблби, если ты действительно хочешь решения, то мы можем его найти. Но тебе придётся сделать выбор. – Какой ещё выбор?! – вскрикнул скаут. Оптимус посмотрел на него серьёзно. – Кому ты доверишь своё будущее? Бамблби ошарашенно открыл рот, но не нашёл слов. Мегатрон тут же ухмыльнулся. – Ты знаешь, что я буду лучшим выбором. – Или худшим, – пробормотала Арси. – Этого не будет вообще! – рявкнул Бамблби. – Я никому не выбираю! Я просто хочу, чтобы вы оба вернулись в норму! Смоукскрин, умирая от смеха, наклонился к Арси и прошептал: – А ты заметила, как они оба смотрят на него? – Если ты не замолчишь, я тебя урою, – угрожающе ответила она. Тем временем Рэтчет продолжил свою лекцию через коммлайн: – *"Если вы хотите исправить это, вам нужно вернуть артефакт на место и перезапустить его энергию. Но это не гарантирует, что они не будут помнить, что чувствовали. И поторопитесь, иначе ситуация может ухудшиться."* – Ухудшиться? – простонал Бамблби. – *"Да. Их привязанность станет ещё сильнее. Вплоть до полного одержания."* Бамблби закрыл лицо руками. – Великая Искра, помоги мне. Арси положила руку ему на плечо. – Не волнуйся, мы что-нибудь придумаем. Но, честно говоря, я не завидую тебе. Бамблби посмотрел на двух гигантов, которые снова начали переглядываться с враждебностью. Его единственной мыслью было: "Почему это всегда происходит со мной?" Бамблби не успел перевести дух, как снова разгорелась перепалка между Оптимусом и Мегатроном. – Ты даже не понимаешь, как с ним обращаться, – начал Мегатрон, махнув рукой в сторону Оптимуса. – Ты слишком мягок. Бамблби нуждается в силе, в авторитете, чтобы кто-то мог направить его в будущее. Оптимус нахмурился, но ответил спокойно: – Я не позволю тебе навязать свои тиранические методы тому, кого я так ценю. Бамблби заслуживает партнёра, который будет заботиться о нём, а не использовать. – Партнёра?! – Мегатрон громко рассмеялся. – Ты даже не можешь сказать это без покраснения, Орион! – Не называй меня так! – Ну всё, хватит! – Бамблби буквально подпрыгнул между ними, раскинув руки. – Я тут, знаете ли, тоже присутствую! Мегатрон, заметив, как близко находится Бамблби, тут же смягчил выражение лица. – Конечно, ты прав, мой дорогой. Прости, если мы напугали тебя. – *Напугали меня?* Ты серьёзно? – Скаут уставился на него, поражённый. Оптимус, похоже, почувствовал угрозу, и тут же шагнул вперед. – Бамблби, ты знаешь, что можешь всегда положиться на меня. Я всегда был рядом, даже в самые тёмные времена. – О нет, снова началось, – пробормотала Арси, отступая на шаг. Смоукскрин, прищурившись, повернулся к Арси. – Ставлю десять на то, что они сейчас начнут драться. – Не ставь, проиграешь, – устало ответила она. Но прежде чем спор действительно перерос в рукопашную, Рэтчет снова активировал свой коммлайн. – *"Вы там вообще работаете? Артефакт ещё не возвращён!"* Бамблби схватился за голову. – Рэтчет, ты не понимаешь, что здесь происходит! – *"О, я понимаю! Просто верни этот проклятый артефакт на место, пока не стало хуже!"* – Говоришь это, будто я знаю, как это сделать! – *"Это же ты его активировал, идиот!"* – **Я?!!** Мегатрон выглядел заинтригованным. – Ты активировал артефакт, мой блестящий маленький стратег? Оптимус, наоборот, обеспокоился. – Бамблби, ты не пострадал? – Так, всё! – Бамблби резко развернулся. – Если вы оба сейчас не заткнётесь, я... я... – Что ты? – ухмыльнулся Мегатрон, наклонившись ближе. – Устроишь на нас гонку? Бамблби скрестил руки. – Да! И победитель оставит меня в покое! Оптимус и Мегатрон переглянулись. – Принято, – неожиданно согласились оба. – Что?! – Бамблби не верил своим ушам. – Великолепная идея, – протянул Мегатрон, усмехаясь. – Давно я не развлекался. – Гонки – это испытание на ловкость и смекалку, – спокойно добавил Оптимус. – Мы готовы. Арси замерла, уставившись на скаута. – Ты только что предложил двум самым могущественным роботам на Кибертроне… устроить гонки? – У меня не было выбора! – прошептал Бамблби. – Ну, удачи, – усмехнулась она, отступая в сторону. Смоукскрин хлопнул в ладони. – Это будет эпично! Надеюсь, Рэтчет смотрит! – *"Не смотрю! Я занят лечением нашего глупого командира, если ты забыл!"* Тем временем Оптимус и Мегатрон уже начали готовиться, трансформируясь в свои альт-моды. Бамблби почувствовал, что где-то глубоко внутри него мелькнуло маленькое искорка злорадства. – Отлично. Первым, кто вернёт артефакт на место, я объявлю… я не знаю… победителем. Мегатрон в форме гигантского космического корабля усмехнулся: – Ты уверен, что Оптимус сможет поспевать за мной? Оптимус в грузовике слегка завибрировал двигателем. – Не недооценивай меня. Бамблби едва сдержался, чтобы не рассмеяться. – На старт... внимание... марш! Два титана сорвались с места, оставляя за собой шлейфы пыли и искр. – Ну и что теперь? – спросила Арси. Бамблби посмотрел на неё с лёгкой улыбкой. – Теперь я иду пить масло. Арси тихо засмеялась. – Ты, конечно, мастер решать проблемы. – Хей, это сработало же, да? Она покачала головой, всё ещё улыбаясь. – Посмотрим, когда они вернутся. Тем временем гонка шла на полной скорости. Оптимус и Мегатрон не уступали друг другу ни на миллиметр, каждый выжимал максимум из своих двигателей. – Ты действительно считаешь, что способен обойти меня? – проворчал Мегатрон, едва не задевая Оптимуса своим крылом, пока они пролетали через ущелье. – Я не соревнуюсь ради превосходства, – спокойно ответил Оптимус, резко завернув, чтобы избежать падения с края обрыва. – Я соревнуюсь ради Бамблби. – Пафосный, как всегда, – буркнул Мегатрон. – А я, между прочим, соревнуюсь ради победы. Но как только он сказал это, с неба внезапно упала огромная каменная глыба, заставив их обоих уклониться в разные стороны. – Что за…? – выругался Мегатрон, слегка сбавив скорость. – Природа не терпит неосторожных, – заметил Оптимус, уводя свой грузовик в другой тоннель. Мегатрон фыркнул: – Как будто она тебя поддерживает. На одной из извилистых трасс Оптимус и Мегатрон неожиданно столкнулись бок о бок, врезаясь друг в друга, будто настоящие гладиаторы. – Ты явно не справляешься с управлением, – ухмыльнулся Мегатрон, придавливая Оптимуса к стене. – Наоборот, – ответил Оптимус, резко тормозя, чтобы Мегатрон потерял равновесие. Но вместо того чтобы вырваться вперёд, Мегатрон резко развернулся и запустил боковой турбодвигатель, мгновенно сократив расстояние. В это время Бамблби, Арси и Смоукскрин уже начали принимать ставки. – Ладно, кто за Оптимуса? – спросил Смоукскрин, размахивая банкой масла. – Никто, потому что это просто глупо, – вздохнула Арси. – Они оба слишком упрямы, чтобы позволить друг другу выиграть. Бамблби тяжело вздохнул, глядя на горизонт. – Почему я вообще попал в это? Я хотел просто спокойно починить тот артефакт. – Потому что ты магнит для хаоса, – подметила Арси. – Тебе надо смириться. Тем временем на трассе гонка достигла апогея. Оптимус и Мегатрон одновременно ворвались в зал, где стоял тот самый артефакт, трансформировались в роботов и кинулись к нему. – Это моё! – рявкнул Мегатрон, протягивая руку. – Ради Бамблби я не могу отступить, – твёрдо сказал Оптимус, вытянув свой манипулятор. И вот… их руки одновременно коснулись артефакта. Вспышка света заполнила зал.

***

Когда свет рассеялся, оба лидера стояли, слегка покачиваясь. Артефакт тихо лежал на своём месте, сияя мягким голубым светом. – Ты снова помешал мне, Оптимус, – угрюмо произнёс Мегатрон. – Это ты задержал себя своей агрессией, – парировал Оптимус. Они оба выпрямились и медленно повернулись к двери. – Кто победил? – спросил Мегатрон. – Думаю, никто, – вздохнул Оптимус.

***

Когда они вернулись к Бамблби, Арси и Смоукскрину, оба выглядели немного потрёпанными, но на удивление спокойными. – Ну? – спросил Бамблби, скрестив руки. – Кто победил? Мегатрон надменно взглянул на него: – Ни один из нас. Но это только потому, что этот артефакт – обманщик. – Обманщик? – переспросила Арси. – Если бы не его магия, я бы победил, – буркнул Оптимус. – О, вы оба проиграли! – Бамблби уже не мог сдержать смех. – И знаете что? Это справедливо. Потому что я не ваш приз, ясно? Оба титана замолчали, ошеломлённые этим заявлением. – Ладно, – наконец сказал Оптимус, делая шаг назад. – Я признаю свою ошибку. – А я признаю, что ты был ближе к истине, чем я ожидал, – добавил Мегатрон, но тут же усмехнулся. – В следующий раз я докажу своё превосходство. – Никакого «следующего раза», – строго ответил Бамблби. Арси засмеялась: – Ну, кажется, ты их укротил. Бамблби лишь закатил оптику: – Если только на пять минут. Оптимус и Мегатрон, казалось, приняли временное перемирие, но напряжение между ними всё ещё витало в воздухе. Каждый пытался держаться ближе к Бамблби, словно забыл, что у скаута есть право на личное пространство. – Бамблби, – начал Оптимус, опускаясь на одно колено, чтобы оказаться на уровне его лица. – Ты должен знать, что я всегда считал тебя ключевым членом команды. Я готов пересмотреть любой свой выбор ради твоего счастья. Мегатрон тут же нахмурился. – Вот так всегда, Оптимус. Прекрасные слова, которые ничего не значат. Слушай меня, Бамблби. Я готов подарить тебе не только Кибертрон, но и галактики. Вместе мы можем... – Хватит! – перебил Бамблби, подняв руки. – Вы оба сейчас звучите как продавцы на рынке. Смоукскрин тихо фыркнул за спиной. – Это звучит слишком смешно, чтобы быть правдой. Арси, скрестив руки, улыбнулась. – На самом деле, это выглядит как спектакль. Бамблби повернулся к ним, размахивая руками. – Вы серьёзно?! Они оба пытаются меня уговорить, как будто я трофей! Смоукскрин пожал плечами. – Ну, скаут, ты стал причиной гонки. Теперь будь добр справляться с последствиями. Бамблби оглянулся на двух титанов, которые упрямо стояли, скрестив руки на груди. – Так, – Бамблби покачал головой. – Хорошо. Раз уж вы оба такие... настойчивые, то почему бы не дать мне хотя бы пару минут покоя? Мегатрон хитро прищурился. – Ты хочешь, чтобы мы оставили тебя одного? – Именно, – быстро ответил Бамблби. – Это справедливо, – вмешался Оптимус. – Если Бамблби хочет немного пространства, мы должны уважать его выбор. Мегатрон посмотрел на него с презрением. – Конечно, ты бы так сказал. – Потому что я уважаю его чувства. – Ой, да хватит! – простонал Бамблби, сжимая виски. Не успел он договорить, как из коммлинка раздался раздражённый голос Рэтчета: – *"Что там происходит? Где артефакт? Почему я до сих пор занимаюсь вашим бардаком?!"* – Всё под контролем, Рэтчет! – быстро ответил Бамблби, отчаянно пытаясь выключить связь. Но Мегатрон и Оптимус одновременно подались ближе, чтобы что-то добавить. В итоге они снова столкнулись лбами. – Ты снова встаёшь у меня на пути, Оптимус! – прорычал Мегатрон. – Это ты игнорируешь просьбу Бамблби, – парировал Оптимус. – *"Я слышу всё это, идиоты!"* – завопил Рэтчет. Бамблби в изнеможении сел на ближайший камень, пока Арси, едва сдерживая смех, подошла и положила руку ему на плечо. – Это явно будет долгий день. – Долгий? – Бамблби вздохнул. – Кажется, это будет долгая неделя. Бамблби пытался успокоиться, но его терпение явно заканчивалось. Оптимус и Мегатрон снова спорили, на этот раз о том, кто лучше способен организовать совместное времяпрепровождение с ним. – Бамблби заслуживает отдыха, – настаивал Оптимус. – Ему необходимо восстановить силы после этого хаоса. Я организую медитативный сеанс. Мегатрон презрительно хмыкнул: – Медитация? Ты предлагаешь ему сидеть в тишине и скучать? Нет, я отвезу его в бойцовскую арену. Немного адреналина — вот что нужно, чтобы развеяться! – Удар по арене никогда не был релаксацией, – спокойно ответил Оптимус, но в его голосе звучало лёгкое раздражение. – Ты бы знал, если бы сам хоть раз участвовал! – выпалил Мегатрон, демонстративно сжав кулаки. Бамблби резко вскочил. – Всё! Стоп! Вы оба просто остановитесь! Тишина длилась целых три секунды, прежде чем оба титана синхронно обратили свои взгляды к скауту. – У меня есть идея! – Бамблби поднял палец, как будто только что придумал что-то гениальное. – Почему бы вам... не договориться и не придумать что-то вместе? Мегатрон поднял бровь. – С этим чудовищным наивным идеалистом? Оптимус нахмурился: – С этим высокомерным деспотом? – Да! – отрезал Бамблби. – Потому что я устал быть вашим трофеем. Если вы не можете прийти к компромиссу, я просто уйду! Арси и Смоукскрин уже еле сдерживались, наблюдая за этим представлением. – Ладно, – тихо прошептала Арси. – На это даже Рэтчету было бы интересно посмотреть. Мегатрон наконец вздохнул, словно сдался: – Хорошо, предлагаю перемирие. Ради... общего блага. Оптимус слегка кивнул, хотя его напряжённая поза говорила об обратном: – Перемирие принято. Бамблби покачал головой: – Вот и отлично. Теперь придумайте что-нибудь... нормальное. Смоукскрин тихо добавил: – Ага, как будто они способны на это. – Ты хотел что-то сказать, Смоукскрин? – неожиданно грозно обернулся Мегатрон. – Н-ничего! Абсолютно ничего! – Смоукскрин мгновенно замолк, пряча масло за спину. Но пока Оптимус и Мегатрон пытались найти компромисс, что-то в артефакте начало светиться. Арси заметила это первой. – Эй, вы уверены, что ничего не упустили? Все разом обернулись к загадочному предмету, который теперь вибрировал и испускал странные звуки, похожие на хихиканье. Бамблби вздохнул: – Ну конечно, он ещё и издевается над нами. – Это артефакт смеётся? – спросил Смоукскрин, удивлённо смотря на прибор. Оптимус шагнул ближе: – Возможно, это реакция на наше взаимодействие. Мегатрон скрестил руки на груди: – Или это насмешка над твоей философией. – Или это просто странный магический объект, который решил усложнить мне жизнь! – Бамблби раздражённо махнул рукой. В этот момент артефакт вспыхнул сильнее, и все присутствующие застыли, ожидая нового сюрприза. – Ну что ж, – вздохнул Бамблби. – Похоже, скоро будет новая порция хаоса. Свет артефакта вспыхнул настолько ярко, что все невольно зажмурились. Когда сияние угасло, они с удивлением обнаружили, что стояли теперь посреди странного, нереального пространства. Небо над их головами переливалось разноцветными волнами, а земля, если её можно было так назвать, светилась мягким голубым светом. – Где мы? – настороженно спросил Бамблби, оглядываясь. Оптимус задумчиво склонил голову. – Это может быть какая-то проекция или карманное измерение, созданное артефактом. Мегатрон в этот момент потянулся к оружию, но его не оказалось. – Что за... – начал он, осматривая свои пустые руки. – Где моё оружие? – И моё тоже пропало, – отметил Оптимус, нахмурившись. Бамблби не удержался от саркастического комментария: – Отлично. Теперь вы оба беспомощны. Это просто мечта. Вдруг рядом с ними возник странный силуэт, похожий на вихрь света и звука. – Добро пожаловать, избранные, – прозвучал глубокий голос. – Избранные для чего? – скептически спросил Мегатрон. Существо, казалось, улыбнулось, хотя лица у него не было. – Вы все трое... связаны судьбой. – О, замечательно, – простонал Бамблби. – Ещё одна загадочная сущность, которая говорит непонятными словами. – Мы здесь не для загадок, – твёрдо заявил Оптимус. – Если ты что-то задумал, объясни это сразу. Существо проигнорировало его и обратилось к Бамблби: – Твоя искра излучает свет, который притягивает тех, кто сильнее всего жаждет баланса. – Баланса? – переспросил скаут, недоверчиво прищурившись. Мегатрон насмешливо фыркнул. – Как можно говорить о балансе, если этот мальчишка окружён хаосом? – Мальчишка? – возмутился Бамблби. – Ты вообще понимаешь, сколько я раз спасал всех, включая тебя? – Спасал? – Мегатрон ухмыльнулся. – Напомни мне, когда ты спасал меня. – Возможно, когда ты был слишком занят, чтобы заметить! Оптимус встал между ними, подняв руку. – Хватит. Сущность явно пытается что-то объяснить. – Какой ты дипломатичный, – с сарказмом бросил Мегатрон. Существо, казалось, потеряло терпение и громче сказало: – Тишина! Звук был настолько мощным, что даже оба титана замолчали. – Вы оба привязаны к этой искре, – указало оно на Бамблби. – И пока вы не сможете найти общий язык, вы останетесь здесь. – Что?! – одновременно воскликнули все трое. – Отлично, – сухо сказал Бамблби. – Это уже становится хуже, чем я мог представить. Смоукскрин, наблюдая за ними через небольшой портал, который открылся внезапно рядом с ним, не удержался от громкого смеха. – Ох, Рэтчету точно надо это увидеть! – Смоукскрин! – в унисон закричали все трое. Портал тут же закрылся, оставив их в тишине. – Ну что ж, – наконец сказал Бамблби, усаживаясь на светящуюся землю. – Похоже, придётся ждать, пока вы оба не научитесь быть нормальными. Оптимус и Мегатрон недоверчиво переглянулись. – Нормальными? – одновременно спросили они. – Да! – Бамблби раздражённо всплеснул руками. – Может, для начала перестанете спорить, кто из вас лучше, а просто попробуете вести себя как взрослые? Оптимус вздохнул, стараясь сохранить самообладание: – Возможно, Бамблби прав. Мегатрон фыркнул, но всё-таки сел рядом. – Хорошо. Но если он начнёт с медитации, я выхожу. Бамблби прикрыл лицо руками. – Это будет долгая вечность. Бамблби, устало вздохнув, скрестил ноги и попытался найти хоть немного комфорта на светящейся поверхности, которая напоминала что-то между стеклом и энергоном. Оптимус и Мегатрон всё ещё молчали, сидя по обе стороны от него, явно не горя желанием начинать разговор. – Ладно, раз уж мы тут застряли, может, попробуем хотя бы поговорить? – предложил скаут, глядя на них с укором. – О чём, Бамблби? – спросил Оптимус, его голос всё ещё звучал серьёзно. – Ну, например, о том, каким был Кибертрон до войны, – предложил Бамблби. – Вы ведь оба жили тогда. А я… я ничего этого не видел. Мегатрон, нахмурившись, задумчиво взглянул вдаль: – До войны Кибертрон был прекрасным местом. Но только если ты был частью высшего круга. Для остальных он был тюрьмой. Оптимус слегка прищурился, явно готовясь к спору. – Не всё было так однозначно, Мегатрон. Многие трудилась ради общего блага. – Трудилась? – усмехнулся бывший гладиатор. – Ты говоришь так, будто каждый был счастлив быть винтиком в гигантской машине. Ты забыл, что многие просто выживали, а не жили? Бамблби нахмурился. – Но ведь можно было что-то изменить без войны? – осторожно спросил он. Мегатрон резко обернулся к нему: – Я тоже так думал. Вначале. Но Совет слушал только тех, кто говорил то, что они хотели слышать. Мои слова были угрозой для их власти. – А твои действия стали угрозой для всего мира, – заметил Оптимус. – Как и твои, – холодно ответил Мегатрон. Бамблби поднял руку, чтобы остановить их. – Погодите. Но ведь вы оба выбрали путь, который привёл к войне. И к тому, что мой мир, мир моего поколения, оказался разрушен. Оптимус, опустив взгляд, помолчал: – Возможно, ты прав, Бамблби. Мы оба ответственны за то, что война разрушила всё, что мы любили. Мегатрон нахмурился, но, кажется, согласился: – В этом есть доля истины. Хотя я никогда не ожидал, что моя революция превратится в бесконечную войну. Бамблби горько усмехнулся: – А знаете, что самое грустное? Я никогда не видел Кибертрон таким, каким вы его описываете. Всё, что я помню – это руины, страх и необходимость выживать. Оптимус посмотрел на него с печалью: – Прости нас, Бамблби. – Прости? – повторил Бамблби, его голос дрогнул. – Вы понимаете, что из-за вашей войны у меня не было нормального детства? Ни у меня, ни у других. У нас не было шанса узнать, каким был Кибертрон. Мегатрон замолчал, опустив взгляд. – Я не думал об этом, – признался он спустя некоторое время. – Вот именно, – продолжил Бамблби, тяжело вздыхая. – Вы оба были так заняты своей борьбой, что забыли обо всех остальных. Существо, наблюдавшее за ними, снова появилось, будто ожив от их разговора. – Вы наконец начинаете понимать, – произнесло оно глубоким голосом. Оптимус поднял взгляд. – Понимать что? – Что будущее принадлежит тем, кто умеет слушать и принимать. Мегатрон скептически поднял бровь: – Ты хочешь сказать, что всё это — урок? Существо загадочно замолчало, оставляя их в очередной раз наедине с собственными мыслями. Бамблби встал, вытирая лицо рукой. – Знаете что? Если вы хотите как-то исправить всё это, начните с того, чтобы перестать думать только о себе. Оптимус кивнул, а Мегатрон, хоть и с трудом, но тоже не возразил. – Хорошо, – сказал Оптимус. – Я обещаю, что попробую найти способ искупить свою вину. – Как и я, – тихо добавил Мегатрон. Бамблби, хотя и был удивлён этим моментом, позволил себе лёгкую улыбку. – Ладно. Посмотрим, как долго это продержится. Прошло некоторое время, но атмосфера оставалась напряжённой. Стояли на грани комфорта и неловкости, словно каждый из них пытался придумать, что сказать, но ни один не решался начать. Бамблби тяжело вздохнул, раздумывая, стоит ли продолжать разговор или просто смириться с тишиной. Он уже видел, как оба титана начинают терять терпение, но это было лишь частью его задумки — он хотел, чтобы они сами осознали, как важно научиться говорить и слушать друг друга. – Ну, раз уж мы тут, может, расскажете о ваших великих свершениях? – спросил скаут, пытаясь разрядить атмосферу, хотя его голос звучал скорее саркастично. Оптимус вскинул взгляд, но прежде чем успел ответить, Мегатрон вмешался: – Ты хочешь услышать, как мы спасали миры? Или ты предпочитаешь услышать, как мы его разрушали? Бамблби вздохнул: – Ну, скажем так... Я бы предпочёл узнать, как всё пошло так наперекосяк. Вам обоим удавалось быть героями, а потом стать худшими врагами друг друга. Оптимус задумался и, наконец, тихо ответил: – Мы все были молоды и идеалисты. Кибертрон был для нас всем. Когда я стал Праймом, я был уверен, что могу изменить всё к лучшему. Но я оказался… недостаточно силён. Мегатрон засмеялся, но в этом смехе было что-то горькое. – Силен? Ты всегда был сильным, Оптимус. Но ты никогда не был готов идти на крайности, как я. Я видел, что Кибертрон умирает, но ты всё равно хотел удержать его от изменений. К сожалению, не все могут жить по твоим правилам. Бамблби кивнул, стараясь усвоить услышанное: – Вы оба ошиблись. Но только сейчас вы поняли, что война — это не ответ. Сколько времени нам нужно, чтобы начать по-настоящему исправлять свои ошибки? Оптимус глубоко вздохнул: – Мы начали слишком поздно, Бамблби. И теперь за это платят все. Мегатрон, поглаживая несуществующий подбородок, выдохнул, словно задумавшись над каждым словом: – Мне казалось, что я был тем, кто может привести Кибертрон к революции, привести его к свободе. Но в конце концов, я стал тем, от кого сам хотел избавиться. Я знал, что путь к власти тяжёл и грязен, но не думал, что в конце он приведёт к этому... пустому, разрушенному миру. Сквозь слова Мегатрона Бамблби услышал не только силу и уверенность, но и скрытую боль. Это было откровение, которое вряд ли кто-то ожидал. Он взглянул на обоих титанов и сказал: – Вы оба потеряли столько, что теперь даже не знаете, что делать с тем, что осталось. Это тяжело признать, но есть шанс, что хотя бы вы научитесь ценить то, что можете сделать, даже если это будет маленький шаг. Оптимус посмотрел на Бамблби, а затем на Мегатрона, как будто они в этот момент только начали понимать, в чём заключалась вся суть войны. – Возможно, ты прав, – сказал Прайм, обращаясь к Мегатрону. – Но мы не можем изменить то, что было. Мы можем лишь исправить, что ещё возможно. Мегатрон молчал, но его взгляд стал мягче. Он снова посмотрел на Бамблби, в глазах которого отразился свет, не тот, что создавал артефакт, а тот, который исходил от самой искры. Он не мог не признать: это существо, этот маленький, но сильный оптимист, возможно, был тем, что нужно Кибертрону. И ему самому. – Я не уверен, что мы готовы это сделать, но, возможно, это и есть наша единственная цель, – добавил Мегатрон. Бамблби сдался в своей борьбе с ними, едва заметно улыбнувшись: – Что ж, я не против быть вашим наставником. Мы все можем начать с простого... Ну, скажем так, с «помириться». Начнём с этого. Оптимус и Мегатрон обменялись взглядами. – Хорошо, – сказал Оптимус. – Если это то, что нужно для Кибертрона, то начнём с простого. Мегатрон покачал головой: – Это будет долгая и тяжёлая дорога, Бамблби. Но я готов. Скаут, приподняв уголок рта, уселся поудобнее: – Тогда поехали. Но обещаю, если вы снова начнёте спорить, я просто уйду. – Нет, не уйдёшь, – ответил Мегатрон. – Мы всё равно будем на твоей стороне. Даже если это означает, что мы будем спорить до конца времени. Бамблби фыркнул, стараясь скрыть свою улыбку. – Ладно, тогда это будет... интересный опыт. И они остались сидеть в тишине, но теперь это была не просто тишина. Это был момент, в котором всё могло измениться. Сидя в этой странной пустоте, скауту показалось, что время замедлилось. Теперь, когда они все немного выдохнули и приняли эту паузу, Бамблби почувствовал, что атмосфера действительно меняется. Оптимус и Мегатрон не спорили, как обычно. Вместо этого было что-то гораздо более мирное в их взглядах. Не доверие, конечно, но хотя бы понимание того, что они оба были в поисках чего-то большего, чем их бесконечная вражда. Бамблби поежился, поглаживая свои плечи. – Знаете, – начал он, резко меняя тему, – я иногда думаю, как бы было здорово, если бы мы могли вернуться в тот старый Кибертрон... Которого уже нет. Оптимус внимательно посмотрел на него. – Ты думаешь о времени до войны? Когда было больше надежды? – Возможно, да. – Бамблби окинул взглядом пустое пространство. – Но я не уверен, что все могли бы вернуть те времена. Я не был на Кибертроне, когда он был... ну, как вы его описываете. Но я всегда думал, что мне не хватает этого мира. Мира, где можно было бы просто жить. Где не было бы вражды, не было бы этой... жертвы на каждом шагу. Мегатрон тихо покачал головой, словно размышляя. – Война никогда не даёт возможности вернуться к старому. Она только разрушает то, что было, и оставляет после себя пустоту. Я был готов дать всё, чтобы изменить Кибертрон, но не думал, что это приведёт к тому, что произошло. Я же не хотел разрушать, я хотел изменить, но всё вышло наоборот. Оптимус, вздохнув, пожал плечами. – Мы все были готовы к изменениям. Но не знали, какую цену придётся заплатить. И иногда... даже сейчас я не уверен, что это было правильное решение. Бамблби молчал. Это было слишком много, чтобы сразу всё понять, но он чувствовал, что на их лицах был след извинений, возможно, ещё не высказанных, но в их словах было больше честности, чем он мог бы ожидать. – Вы оба... – Бамблби вздохнул. – Вы оба совершили ошибки, и никто из вас не идеален. Но вы уже научились кое-чему, что я могу по-настоящему ценить. Мы можем двигаться дальше. Мегатрон наконец посмотрел на него с искренним, почти мягким выражением лица. – Не знаю, как ты это сделал, Бамблби, но ты, похоже, стал связующим звеном между нами. Возможно, это и есть твоя роль. Бамблби широко улыбнулся, чувствуя, как напряжение немного спадает. – Это ещё не конец, Мегатрон. Мы все имеем свои слабости. Но если мы все будем работать вместе, это будет начало чего-то нового. Пускай и не идеального, но всё-таки лучше, чем мы имели до этого. Оптимус слегка кивнул. – Если бы мы могли это сделать... Кибертрон мог бы быть действительно местом, где все могли бы жить. Без войны, без разрушений. Мегатрон задумчиво посмотрел в его сторону. – И всё же, я не могу забыть, что когда-то был готов уничтожить всё, чтобы править. Это не просто так исчезнет. Мы не можем вернуть всё назад. Но, возможно, есть шанс начать всё заново. Бамблби был удивлён. Несмотря на его противоречия с Мегатроном, он начал видеть, что тот был готов меняться. Или, по крайней мере, начать этот путь. – Мы все можем быть частью этого нового мира, – сказал Бамблби, его голос был твёрдым, но с нотками лёгкой иронии. – Но помните, если вы снова начнёте ссориться, я уйду. Я не шучу. Оптимус рассмеялся. Мегатрон, улыбнувшись, тоже тихо ухмыльнулся. – Не беспокойся, Бамблби, – сказал Мегатрон. – Мы это понимаем. Похоже, нам нужно быть лучше, если ты хочешь остаться. – А то, – подхватил Бамблби с шутливым тоном. – Кто бы сомневался! Оптимус и Мегатрон обменялись взглядом, который, казалось, больше не был наполнен враждой. Было что-то новое в их отношении друг к другу, и, возможно, что-то ещё более важное, чем просто стремление победить. Это был момент, когда они могли что-то строить. – Ну, что ж, – сказал Бамблби, встав, – если вы хотите продолжать свои "великолепные" разговоры, я уйду. Но помните, что не только ваши идеи важны. Все мы должны двигаться вперёд. – Мы это понимаем, – сказал Оптимус, его голос звучал спокойно и уверенно. Мегатрон кивнул, а затем усмехнулся. – Ты ещё не знаешь, насколько мы всё можем изменить, Бамблби. Возможно, ты будешь приятно удивлён. Бамблби в ответ лишь пожал плечами, но улыбка всё ещё не сходила с его лица. Он был готов увидеть, куда их новый путь приведёт, и, возможно, это было начало чего-то гораздо более важного, чем они все могли ожидать. Бамблби оглянулся, но не торопился уходить. Он чувствовал, что это был важный момент для всех троих. В воздухе витала тишина, но она не была угрожающей — скорее, она была наполнена обещанием перемен. Он медленно направился к выходу, но не мог не остановиться и не оглянуться. – Когда я думаю о том, что мы все пережили, – начал он, не оборачиваясь, – иногда хочется верить, что на Кибертроне можно восстановить не только мир, но и доверие. Но это будет долгий путь. Вы оба должны это понять. Оптимус и Мегатрон обменялись взглядами, прежде чем Прайм, с чуть заметной улыбкой на лице, произнёс: – Мы понимаем, Бамблби. И, возможно, ты прав. Это действительно будет долгий путь. Но, возможно, он начнётся с небольших шагов. С первого слова. С первого действия. Мегатрон вздохнул, проводив взглядом уходящего скаута. – Ты действительно заставляешь нас задуматься о том, что мы могли бы быть лучше. Всё-таки, кто бы мог подумать, что тот, кого мы когда-то воспринимали как просто "помеху", может быть таким важным звеном. Бамблби обернулся с лёгким смехом. – Понимаете, это всё не так сложно. Просто... перестаньте пытаться управлять всем и попробуйте работать вместе. Да, я знаю, что это будет сложно. Но если вы всё-таки хотите, чтобы Кибертрон был лучшим, вам стоит попытаться изменить себя. И, кстати, мне не нравится слово "помеха". Он подмигнул, не давая им возможности ответить, и шагнул в коридор. Его шаги эхом отдавались в пустых залах, оставляя после себя ощущение неопределённости. Но он был уверен в одном — если все смогут научиться быть честными хотя бы с собой, это будет начало чего-то совершенно нового.

***

Прошло несколько недель, и всё начинало меняться. Оптимус и Мегатрон не были друзьями, но их отношения постепенно становились более конструктивными. Они начали искать общие точки соприкосновения, несмотря на свои давние различия. Но больше всего перемены были заметны в Бамблби. Он заметил, как они стали меньше спорить, больше обсуждать. Разногласия по поводу методов и целей всё ещё присутствовали, но теперь они искали компромиссы, искали решения, которые не вели бы к очередному кровопролитию. И хотя всё было далеко от идеала, Бамблби начал чувствовать, что, возможно, они все действительно способны на большее. Однажды, когда он вернулся в центральную командную базу, он заметил, что там был и Оптимус, и Мегатрон, стоявшие рядом, о чём-то спорившие. Это было не враждебное столкновение, а скорее, рабочее обсуждение, где были слышны и предложения, и уступки. – Что тут у нас? – спросил Бамблби с легким вызовом в голосе. Оптимус обернулся, улыбнувшись. – Мы ищем решение для одной из проблем на Кибертроне. Мегатрон предложил новый план. Мегатрон, замечая его недоверчивый взгляд, хмыкнул: – Да, да, не удивляйся. Иногда я могу предложить что-то полезное. Бамблби усмехнулся. – И кто бы мог подумать, что вы двое когда-то могли быть настолько... похожими. Оптимус и Мегатрон обменялись взглядами, и оба начали смеяться. Это было странное чувство — впервые за долгое время они не искали способа победить друг друга, а скорее нашли общий язык. – Ты, наверное, прав, Бамблби, – сказал Мегатрон, его голос звучал почти дружелюбно. – Возможно, мы и не такие уж разные, как нам хотелось бы думать. – Вряд ли, – ответил Бамблби, ухмыляясь. – Но это не имеет значения. Главное, что теперь вы хотя бы начинаете это осознавать. Это был момент, когда Бамблби понял: путь к миру был сложным и долгим, но он всё-таки был возможен. Он посмотрел на Оптимуса и Мегатрона, стоявших рядом, и понял, что их отношения стали менее чуждыми, а их общая цель, наконец, не была только борьбой за выживание, а настоящим поиском решений. – Ну что, ребята, – сказал он, – если вы решили работать вместе, давайте же наконец начнём это делать. Кибертрон не станет лучше, если вы будете сидеть и спорить. Мы все должны быть частью этого. Мегатрон кивнул, чуть скосив взгляд в сторону Оптимуса. – Возможно, ты прав. Всё-таки что-то в этом есть. Оптимус, улыбаясь, поставил руки на бёдра. – Тогда начнём. С одного шага. Бамблби засмеялся, чувствуя, как это странное, но удивительно мирное сотрудничество начинает работать. Было ясно, что впереди их ждала ещё не одна сложная задача, но сейчас они хотя бы двигались в правильном направлении. И хотя впереди было много трудных решений, Бамблби был уверен — если они смогут работать вместе, Кибертрон, возможно, наконец, начнёт исцеляться. — Ну что, как насчёт небольшой победы, — предложил он с игривым тоном, – чтобы укрепить отношения? Например, с небольшой победой над старым другом? Мегатрон и Оптимус переглянулись, но в их глазах уже не было жесткости и соперничества. Это был настоящий шаг вперёд.