Полностью, безраздельно и безгранично

— Серьезно? Цукишима Кей? — Каяо хмуро посмотрела на свою подругу. Йоко всегда казалась для нее странной. Темно-синие волосы были всегда растрепанны, а зеленые глаза сильно сонными. Каяо даже не знала что видела чаще: открытые или закрытые глаза подруги?  — Что я могу поделать? Люблю его… — И Кибэ снова опустила голову на парту. — Йоко, ты дурочка! Он же..! Камень! Нет, камни просто без эмоций… Он ядовитый высокий хрен! — Да? Наверное ты права… Но Йоко знала, что та не права. Они с Цукишимой жили на соседних улицах и часто встречались вне школы. А еще они были знакомы до нее. Это было наверное самое худшее знакомство. *** Кей крутил волейбольный мяч в руках, расстроенный их сорванной семейной тренировкой со старшим братом из-за дополнительных заданий. Акитэру был хорошим и заботливым братом, но учебу никто не отменял. Сейчас он еще не покинул волейбольный клуб. Резкий крик ребенка нарушил вечернее молчание. Мальчик поднял голову и посмотрел на забор, отделявший их участок с соседским. Плачь девочки не прекращался, было слышно, как что-то разбилось. Любопытство взяло вверх и блондин придвинулся к забору. Одна из деревяшек отходила, поэтому можно было ее чуть отодвинуть и подсмотреть, что же произошло. Но на улице никого, а значит это был очень сильный крик из дома.  Цукишима уже хотел было уйти, а может позвать кого-нибудь из взрослых, но из дома вышел мужчина, таща за предплечье ребенка. Девочка с черными волосами и зелеными глазами заливалась слезами, начав заикаться, из-за чего даже не могла говорить нормально. Мужчина, предположительно отец девочки, толкнул ее вперед так сильно, что та упала прямо на траву. А после ушел, оставив ребенка на улице. Для маленького Кея это был большой шок. Он мог видеть как дети насмехались в начальной школе друг над другом, знал, что один ребенок мог ударить другого или оскорбить, но чтобы взрослый ударил ребенка? Никогда. В их семье никто не бил друг друга. Отец с матерью любили друг друга, даже ссорились редко, а потом и своих детей они приучали к мирным решениям. Возможно поэтому Цукишима вырос с подвешенным языком.  Зачем-то парень полностью отодвинул полусгнившую деревяшку и привлек внимание незнакомой девочки. На улице он ее видел чаще играющей с одной какой-то девочкой. Но она была без родителей. Брюнетка оглянулась на дом, а после подошла к блондину. — Он избил тебя?! — Нет… Ну, он только по щеке, но это же не удар… Не удар же? Он и не избил значит, — когда на ребенка часто поднимают руку, то подзатыльники, пощечины, толкания уже не воспринимаются им, как физическое насилие. И это ужасно, когда ребенок не понимает, что его обижают. Парнишка застыл, не зная что и сказать. Ему часто было жаль слабых, но он не делал их невиновными, так как каждый должен научиться давать сдачи. Он так думал, видя только ссоры ровесников. Но тут ситуация совсем другая.  — Нет, он ударил. Если тебе больно, значит он ударил.  — Он не хотел, иногда он извиняется за это. Папа добрый, просто он злится, когда пьет.  С этого момента в доме семьи Цукишима часто бывала Кибэ. Вызывали опеку, но все что они сделали, так это покричали, что таких детей у них полным полно, а есто ведь еще и случаи по серьезнее.  *** Они оба никому не рассказывали о подозрительной связи. В школе Кей на все закатывал глаза и цокал, обожая стрелять саркастичными выражениями. Но для Кибэ он был нежным Цуки. У Йоко были друзья, но никто из них не знал об их старой дружбе с Цукишимой. Как и о проблемах ее отца с алкоголем. Блондин подпрыгнул, блокируя мяч, когда у них была тренировка. Пальцы побаливали — все из-за легкой неаккуратности. Недонапряг. Но Сугавара позаботился о том, чтобы пальцы перевязали — спепельноволосый как обычно мило заботился о всех. Карие глаза скользнули по помещению, и он насмешливо улыбнулся. Его синеволосое чудо сидело у подсобки возле менеджеров. Она пряталась в теплой серой кофте, сонно моргая. «Какая жалость, что не увидит меня в игре.» Но она рядом, этого уже достаточно, чтобы что-то теплое начало разливаться в груди, а на языке появилась новая порция смеси подколов и черного юмора в ее сторону. Но он всегда сдерживался. Самую малость.  — Доброе утро, соня. Так и будешь дремать на полу, как потерянный котенок? — Волейбольный клуб отчасти стал таким уютным местом для Кея, так что тот мог спокойно проявлять свои эмоции, пусть они все еще пропитывались язвительностью. — Нет… Не соня, — Йоко даже не постаралась открыть глаза. За сегодня она слишком устала, плюс сказывалось хроническое недосыпание. — Не соня? Тогда как мне тебя называть? — Парень наклонил голову к ней и оперся своим лбом о женский. Он этого не скажет никогда вслух, но ему действительно нравится тактильничать с этим маленьким комком несчастья. — Кукурузный стебель… — Чего?.. Пхаха! Ты серьезно? — Тут Кибэ уже резко открыла глаза, не совсем понимая сначала где она. Парень привстал и поднял ту за плечо. — Конечно нет, какой я стебель? — Ну да, скорее стебелек. — Присвистнул Цукишима, получая легкий удар локтем. — Опять не спала? — Он перебрал с алкоголем… Все в порядке, было уже поздно, так что я просто осталась на улице. Он ничего не делал. — Девушка опустила голову. Цуки и его семья были единственными, кто знал о ее ситуации в доме. Но она все еще стесняется к ним проситься на ночь. — Почему не пошла ко мне? — Я уже говорила. Было слишком поздно. — И? Моя мама не против синеволосой нефорки в моей постели, брат тем более. — А вот и подколы. Как же он смеялся, когда увидел ее впервые с синими волосами. «Мальвина» и «нефорка» уже были как родные. А Кибэ предательски покраснела. Слишком уж сильно он смущал ее. Он итак ей нравился, а тут еще и этот глупый флирт. — Мне было бы слишком стыдно тебя беспокоить.  — Значит сегодня ночуешь у меня. Мама уедет в ночную смену, а Акитэру поехал заниматься кемпингом с друзьями с универа. Папа уже несколько дней в командировке. *** Йоко с Кеем остановились у ее дома. Девушка забежала за некоторыми вещами, быстро наполняя второй рюкзак, первый был с учебниками и тетрадями. Зеленоглазая вышла быстро, спустя примерно 10 минут. Цукишима даже не удивился — она почти всегда имела при себе на половину собранную сумку. На подобные случаи, ведь старшему Кибэ Йоко меньше всего хотела попадаться на глаза.  — Дай сюда. — Карие глаза парня скользнули взглядом по портфелю с учебниками. — Нет. — Дай сюда, — тот наклонился, и пара начала перетягивать сумку, идя к дому Цукишимы, до которого было несколько метров. *** В целом неплохо. У Кея был довольно большой дом, а сейчас еще и кроме них двоих — никого. Но Йоко слишком долго мылась, из-за чего блондин уже около 20-ти минут стоял под дверью ванной. И вот наконец-то синеволоска вышла. Мокрые пряди были взъерошены и слегка капали водой на пол. Цуки не мог не приметить большую черную футболку и пушистые розовые штаны с Хеллоу Китти. Мило. — Ты так долго марафетилась в ванной, что я уже ожидал увидеть модель Виктории Сикрет. Не менее. — Много хочешь. Что у тебя есть на перекус? — Моя мама узнала, что ты придешь, поэтому приготовила онигири с паштетом. Тебе должно понравиться. — Он провел ее карими глазами, подмечая неожиданный прилив энергии, а потом услышал звук столкновения. — О, кстати, постарайся не врезаться во все косяки в этом доме хотя бы в этот раз. — У нее были сильные проблемы в ориентировке. Хорошо хоть не в ориентации. Его слова мало помогли. Под ночь энергия так и била из зеленоглазой. Домашняя ящерка Цукишимы быстро бегала по полу, пытаясь уползти, от преследующей ее Кибэ. Она то тискала чешуйчатую, то кормила, порой сильно много кормило, то вот так гналась. Та бегала за ней с наклоном, пока не повернула за угол. Только она запнулась, уже готовясь упасть вниз прямо к ящерице, как сильные руки ловко ухватили ту за плечи. — И кто же у нас тут попался? — Отпусти-и! Мне срочно надо ее поймать!  — Нет. — Отпусти, я тебе котенок что ли, чтобы ты мог меня мучить? — Цукишима закатил глаза, в уголках его рта появилась легкая ухмылка. — Не обязательно котенок, но определенно какая-то эксцентричная птица, которая не может устоять перед блестящими предметами и громкими звуками. Или, может быть, бурундук с СДВГ. Что-то в этом роде.  — Хаха, очень смешно. — Йоко расслабилась и повисла на чужих руках, пока ее не перекинули за плечо, как мешок с картошкой. — Эй! — Только та стукнула его по спине, как получила шлепок по ягодице.  — Будь тише. Как никак — я твой возлюбленный, ты должна быть на седьмом небе от счастья. — О, а она ведь была. И будет уже на восьмом, как только врежет наглому блондину. Йоко была готова поклясться, что та зеленая ящерка, что застыла на месте и смотрела на уходящую пару, по-любому пыталась подразнить ее. — Да что на тебя нашло, Цуки?! — Но Кибэ быстро замолчала, когда ее положили на чужую кровать. В его комнате всегда было красиво: убранный стол с ноутбуком, белый шкаф с книгами, большая кровать, пара плюшевых игрушек, огромный шифоньер. Зеленые глаза прошлись взглядом по полкам с растениями, которых у Цуки было действительно много, когда Кей взял чужой подбородок, заставляя смотреть на себя. — Я просто хочу, чтобы тебе было хорошо, Йоко, — его голос понизился до хриплого шепота, наполненного уязвимостью, которую он редко позволял себе показывать. — Даже если это только в данный момент, со мной ты больше не одинока. Не бойся приходить ко мне. Ты моя, и я буду дорожить каждой твоей частичкой, со всеми недостатками и тому подобным. — Наклонившись, он коснулся губами чувствительной кожи на мочке чужого уха, отчего у Кибэ по спине побежали мурашки. Это было… Неожиданно, но до бабочек в животе приятно. — Так позволь мне любить тебя, Кукурузный стебелек. Полностью, безраздельно и безгранично. — Я не Кукурузный стебелек! Забудь это прозвище! — Он все еще был «ядовитым хреном», но слишком приятным. Это была лучшая ночь, когда они впервые заснули, запутавшись друг в друге и обнимаясь. Его рука осталась в ее синих волосах, а сама Кибэ прижалась к Цукишиме. Все чаще она начала появляться в их доме. Все чаще их одноклассники начали подмечать, что Цукишима идет с Кибэ за руку до школы, а потом она идет и ждет его после занятий волейболом. «Так между этими первогодками что-то есть?» «Определенно!»  *** — Устала, вредина? — Цукишима даже в браке будет Цукишимой, а если верить словами Хинаты — настоящим Сукишимой. — Ну что опять? — Йоко выполняла 3D-визуализацию для создания трёхмерных моделей проектов. Ландшафтный дизайнер часто работал за чертежами, компьютерами и прочим, отчего постепенно шея и в принципе весь позвоночник начинали ныть от нагрузки. И Кей это знал, потому сейчас бывшая Кибэ не сдержала легкий полустон-полувздох от того, как хорошо легли руки парня, начав массировать зону между позвоночником и лопатками.  — Ямагучи и Ячи позвали посмотреть нас на игру между Адлерами и MSBY Black Jackals.  — Да? А по… Стой! Там же дебютирует Шое! — Вспомнила, котенок? Пойдешь со мной? Давно мы с ними не проводили время, наши друзья скоро совсем обидятся на нас. — И он ни капли не сдержал злорадной ухмылки. — Какой ты у меня подлый мистер-четыре-глаза. — У тебя есть десять минут. Если ты не будешь в машине, то я снова потащу тебя на плече.