Your voice

Просыпаясь, Техно совершено не чувствует себя отдохнувшим. Виски болезненно пульсируют, а во всем теле ужасная слабость. Двигаться не хочется от слова совсем, будто его придавило чертовым камнем. Могильным. Сколько прошло времени? Блейд лениво поднимает голову с подушки и зевает во весь рот, после сонно морщась и потирая глаза. В доме стоит звенящая подозрительная тишина, и он хмурится, садясь на кровати. Голоса молчат, что очень странно - после спячки они обычно активно приветствуют его, и радуются, что он не помер во сне, словно коты, выпрашивающие еды, а в этот раз не слышно ни одного. В тапки они нагадить не могут, спрятавшись от кары хозяина, а значит что-то не так. Не знай Техно их природы, подумал бы, что те сбежали, но это невозможно - из головы старого шизофреника никуда не деться. Техно хмыкает, потягивается, кряхтя и хрустя костями, и спускается на первый этаж выпить воды, старательно избегая мыслей о мёртвом союзнике, как бы стремительно они не заполняли его голову. Это ощущение можно сравнить с дрейфующей дырявой лодкой в открытом океане. У тебя в руках небольшой ковш, который продлевает тебе и потрепанной лодке жизнь. Силы на исходе, а берега все нет и нет. Осознание уже пришло, но вот на принятие придётся некоторое время ещё потратить. Главное, чтобы не начался шторм, который поглотит его, утащив на самое дно. Ничего, Техно не впервой терять близких, он всегда справлялся, справится и в этот раз. Вот только когда наступит последний? Должно быть, ему осталось потерять только себя. В попытке отвлечь себя от тревоги, он занимается приготовлением завтрака, то и дело зевая и прислушиваясь к звукам вокруг. Без постоянно гудящих в голове голосов, тишина кажется слишком оглушающей, несмотря на треск огня в печи, звон столовых приборов и прочие звуки готовки. Тишина в его случае слишком неестественна и неправильна. Словно в один день ты проснулся полуслепым, мир все еще виден, но совершенно другой, неполный и чуждый. От этого невольно мурашки бегут по спине. Любой был бы рад, чтобы сомнительные голоса в голове исчезли, но кто останется у Техноблейда, если его покинут даже они? Против воли в воспоминаниях всплывает голос админа – весёлый, угрожающий, равнодушный, во всех его красках, которые и делают его тем, кем так дорожит Техно, вернее дорожил. На душе скребут кошки, когда Техно вспоминает его смех. Да так сильно, что задевают ребра и уязвимую плоть, вырываясь приглушенным ревом наружу. Поначалу громкий, напоминающий свист чайника смех нервирует до морщин на лбу, а потом привыкаешь и невольно улыбаешься, слыша привычный звук. Когда все вокруг желают убить тебя или использовать в своих целях, родной и донельзя глупый смех согревает душу, успокаивает каждую тварь в мыслях и душе. Вернее, успокаивал. Вздыхая, Техноблейд откладывает приготовление завтрака, медленно одевается, и выходит на улицу с топором – нужно наколоть дров, физическая работа точно поможет ему отвлечься, да и дома пригодится. Вокруг завывает ветер, во все стороны вокруг огражденной территории Блейда простирается белое покрывало тундры. Вдали темнеют деревья тайги, с другой стороны возвышаются покатые холмы, укрытые пушистыми сугробами. Они напоминают белых медведей, которые улеглись кверху пузом, чтобы насладиться небесной красотой. На ярко-голубом небе заметны редкие мягкие облака. Кажется, если подпрыгнешь и заключишь их в объятия, то почувствуешь прикосновение к плюшу. Техно любит этот пейзаж. За время проживания здесь он стал роднее горячих просторов опасного Незера. Несмотря на то, что пиглины обычно плохо переносят холод, он сумел приспособиться, и это позволило ему выжить в суровых условиях севера. В целом приспособляемость это то, что уже спасало ему жизнь не раз и не два. Неясно почему, но Блейда, в отличие от его родичей, всегда манил холодный покой снежных регионов. Замершая, будто мертвая природа, на самом деле продолжает свою тихую скрытую жизнь, не нарушая спокойствия всего окружающего. Порой погода в здешних краях сурова, она рвет и мечет все что, попадется под костлявую ледяную руку суровых ветров, окутанную густым и непроходимым снегом. Несмотря на жестокость природы, здесь, на севере, его окутывает ленивый уют. Здесь он один, вдали от всех, но это именно то, чего желала его израненная бесконечными битвами душа. Покой, которого невозможно достичь в окружении людей, в любой момент готовых предать, использовать, и бросить на произвол судьбы. Изо рта вырываются облака пара, на мгновение блокируя обзор. А ведь он был иным, тем еще придурком, но справедливым и честным в этом деле по отношению к Техно. Его раздражающая, но честная улыбка вновь вплывает в сознании. Техноблейд хмурится и замахивается топором. Дрова разлетаются в разные стороны, мерный стук топора успокаивает. Сам процесс превращается в ритуал очищения, не хватает только песни запеть, чтобы окончательно выбросить ненужное в долгий ящик. Подобным занимаются моряки на беспощадной и тяжелый работе, ритм песни точно мантра спасает их от гонений разума и страдания тела. Однако этот метод работает ровно до того момента, как взгляд Техно падает на могилу в углу его территории. Занесенное снегом, одинокое грубое надгробие выглядит почти жалко. В очередной раз Блейд вздыхает, понимая, что ему не спрятаться и не убежать от собственных мыслей. Не сбежать от белоснежной маски и двух точек вместо глаз. Но какие же они, черт возьми, пронзительные. Тебе не нужно видеть глаза владельца этой маски, и без этого чувствуешь, как он видит тебя насквозь. Но когда Дрим смотрел на него, Техноблейд не чувствовал давления, хотя чужой взгляд он замечал часто. Голоса знали, что если Дрим находится рядом и способен видеть Блейда, прикоснуться к нему, то все будет хорошо, даже если вокруг кромешный ад. Отложив топор в сторону, он садится на пень, который использовал для того, чтобы колоть дрова и смотрит вдаль. Ему кажется, что он до сих пор может слышать отголоски речи Дрима где-то далеко в уголках своего сознания… – Техно?… – Тишина нарушается. Блейд замирает и щурится, пытаясь понять не показалось ли. Галлюцинаций только ему еще не хватало, лучше голоса верните. – Техно, это не галлюцинации. Это я. – промаргиваясь, Блейд пытается осознать происходящее. Нет, он явно не спит, а значит это реальность. Дерьмовая одинокая реальность. – Дрим? Как… Какого черта? – Голос админа только что прозвучал в его голове, утверждая, что это не галлюцинация. Но что тогда? — Это я, слышишь? Я здесь. Не знаю как и почему, но я здесь, так же как те твои другие голоса. – Техно кажется, что он бредит. Внезапно голоса, до этого хранившие молчание, взрываются криками, шумят, радуются непонятно чему. Они тысячью фейерверков взрываются в его сознании, обжигая его. Резкий шум после продолжительной тишины вынуждает Блейда зажмуриться и схватиться за голову, наклонившись вперед. Голоса словно разрывают череп изнутри, кажется что вот-вот из носа пойдет кровь от давления, и он тихо болезненно мычит. Голоса, заметив наконец, что доставляют дискомфорт своему носителю, немного притихают, но продолжают ликовать, очевидно, потому что админ все же не мертв, хоть и не сказать, что жив. Пиглин поднимается, распрямляет плечи и пытается сосредоточиться на голосе мертвеца, когда задаёт вопрос. — Что произошло? Где... Ты находишься? Ещё некоторое время неуемные голоса шумят, вызывая мигрень, но Дрим умудряется успокоить их. Ненадолго, правда, но достаточно, чтобы поговорить. — Ну... Полагаю, я умер. И даже не смей тыкать мне в то, как тупо это случилось, я сам не ожидал этого. — В голосе отчётливо читается раздражение, и Техно это даже забавит. — У всех бывают промахи, ясно? Всё, с этим разобрались. Я умер, и, так как это была последняя жизнь, я должен был попасть в лимбо и мучиться там что-то типа до скончания веков. Но вот какая штука, я, можно сказать, очнулся, а меня нет. Как бы тебе это объяснить? Было такое ощущение, что я нахожусь одновременно везде и нигде, всегда и никогда. Это сложно для понимания, да, я сам с трудом могу это вспомнить. Но потом, я вдруг начал слышать разговоры. Сначала ни о чем, потом вдруг я услышал твоё имя, и зацепился за него, потому что это было единственное знакомое мне слово. И после этого я увидел Незер. Других пиглинов, я увидел, как ты общаешься с ними, как ты живёшь там, и- Техно прервал его, вдруг испугавшись. Его спина покрылась потом, одежда противно прилипла к ней. А лицо поменяло оттенки, становясь то бледным, то зеленым, то красным. — Ты видел мои воспоминания?! Дрим, кажется, немного смутился, но подтвердил его догадку, будто понимая за какие конкретно воспоминания лицо пиглина обретало иной цвет. — Ну, полагаю что да. Однако потом они прервались какими-то странными видениями и болтовнёй, думаю, это были твои сны и голоса — При их упоминании несносные черти снова начали шуметь, громко радуясь пополнению шизы своего хозяина. — ...Да. А затем ты проснулся, иии... Я попытался позвать тебя. И вот мы здесь. Понятия не имею как и почему. — не слишком удовлетворённый рассказом, Блейд, хмурясь и пытаясь переварить произошедшее, вернулся в дом. Видимо, сегодня у него не получится ничего из запланированного. Да и катись оно к другому черту. Потрясение от произошедшего вытесняет собой остальные эмоции и мысли, вынуждает крутить в голове всё только что сказанное Дримом. Как много он видел? Как оказался в такой ситуации? Что им обоим теперь делать? Техно напрягается, слыша вздох Дрима сквозь гул болтовни остальных – Слушай, мы должны что-то с этим делать. Я не хочу сидеть у тебя в башке до твоей смерти, здесь жутко скучно и шумно… Хотя иногда кое-что повергает меня в шок. Блейд прерывает его, бледнея лицом и краснея ушами. – Скажи мне, ты видел все мои воспоминания? Как много ты теперь знаешь? – О, ну... Я не то чтобы сосредотачивался на этом, большую часть того что я видел и слышал составляют твои сны. Однако, думаю, я могу шариться в твоей памяти. Хороший способ узнать тебя ближе, а, дружище? Техно вздыхает уже невесть какой раз за этот день, окончательно убеждаясь в том, что это действительно Дрим, и что даже после смерти он остался наглым придурком, каких поискать. А ведь в самом начале знакомства был такой вежливый, учтивый, восхищался им. Вместе на том же самом МСС они были непобедимы, их дуэта боялись многие, если не все. Они смерчем сносили других и также молниеносно справлялись с невзгодами. Но самое главное они наслаждались компанией друг друга, не лукавя. А теперь… Теперь они настолько близки, что Дрим видел то, чего не следовало. Эти тайны должны были умереть вместе с Техноблейдом. Пиглин не видит его, но готов поспорить на свою порочную жизнь, что этот засранец ехидно ухмыляется. Голос Дрима становится более тихим. – Не беспокойся, я никому не смогу рассказать, даже если захочу. Но если вдруг я вновь смогу ходить по этой земле, то с радостью подарю тебе парочку новых мечей. Или тебе больше по вкусу слизни? Техноблейд взвыл, закрывая лицо руками. – Если ты это сделаешь, я самолично отправлю тебя на тот свет еще раз. Но Дрима уже было не остановить, он вошел во вкус, смакуя смущение Техноблейда точно дорогое вино. – А я ведь думал ты как монашка местная, но, видимо, те, кто к тебе подкатывал, просто не были в твоем вкусе? Техно пожалел о том, что не может выключить звук мыслей, потушить их как свечу. Ее бы он потухшую с радостью засунул в рот одному придурку, чтобы он наконец заткнулся. Дрим хищно улыбнулся. И нет, он не понимает, как видит улыбку того, кто мертв. – Ну что ты, у меня таких пристрастий нет. – Давай закроем эту тему хотя бы на время? Если ты не заткнешься, я упаду в обморок от злости и переизбытка эмоций. – Каким бы ублюдком не был Дрим, он всегда слушает его. Этот раз не стал исключением. Пусть до этого Дрим и разъедал его мозг своим ехидством, напоминая о том, что Техно предпочел бы забыть навсегда, его тишина звучит так уютно, будто Дрим поддерживает его одним своим присутствием. Пожалуй, ему стоит сказать то, что он хотел все это время. Потому что уже настало то самое «поздно». Лишь одной судьбе он благодарен, что запоздало сказав дорогому человеку, он может услышать ответ. Голос Техно дрожит, он собрал всю волю в кулак, чтобы признаться в этом. – Знаешь, пусть прошло всего немного времени, но я соскучился, правда. А еще… Еще… Я не хочу прощаться. – Я тоже, дружище, я тоже. Будем считать это началом после конца?