В поисках потерянного

Холодный свет луны серебрил гладь озера, словно кто-то рассыпал тысячи мелких звёзд по его поверхности. Гермиона Грейнджер шла вдоль берега, укутанная в плащ. Вокруг не было ни души; школа магии давно погрузилась в сон. Она любила такие ночи — тишина, нарушаемая лишь шорохом волн, была здесь вечной спутницей. Но в этот раз атмосфера была нарушена. Незнакомец сделал несколько шагов и остановился, затем присел и приглушённо выдохнул. — Проклятье... Бледный лунный свет выхватил часть его лица, которое Гермиона сразу же узнала. На краю озера сидел Драко Малфой. Руки его судорожно перебирали песок, а плечи были напряжены так, будто он нёс на них всю тяжесть мира. — Малфой? — окликнула она, слегка приподняв бровь. Драко вздрогнул и обернулся, его серебристые волосы блеснули в свете луны. — Грейнджер, — коротко ответил он, затем снова отвернулся. — Иди своей дорогой. Вместо ответа она шагнула ближе. Взгляд Гермионы упал на его руки. Серебряная цепочка старинного медальона блеснула в лунном свете. — Что ты ищешь? — Тебя не касается, Грейнджер, — его голос прозвучал грубо, но в нём было больше отчаяния, чем злости. Гермиона молчала, пристально глядя на него. Затем подняла палочку. — Люмос виктис. Тёплый свет окутал её руки, закружился в воздухе, создавая множество маленьких искр, подобных крошечным светлячкам. Легкие огоньки лениво поплыли к воде, высвечивая каждый камень, каждую песчинку. Драко выдохнул, его платиновые волосы слегка поблёскивали в лунном свете, но выражение лица оставалось хмурым. — Что ты делаешь? — настороженно спросил он, приподняв бровь. — Помогаю, — коротко ответила она, не сводя глаз с магического свечения. Искры замерли у кромки воды. Через несколько секунд одна из них вспыхнула ярче остальных. Гермиона подошла ближе, опустилась на колени и, погрузив руку в песок, вытащила серебряный медальон, покрытый каплями воды. Его глаза расширились от удивления, когда он увидел находку. — Как ты это сделала? — Магия часто приходит к тем, кто готов принять её помощь, — мягко ответила она, присаживаясь рядом. — Моя мать... — неожиданно произнёс Драко, сжимая находку в руках. — Когда-то она сказала, что два этих медальона всегда будут находить друг друга, как бы далеко они ни были. Гермиона молчала, понимая, что любые слова здесь будут лишними. — Спасибо, — сказал он спустя минуту и взглянул на неё. В его серых глазах больше не было ни колкости, ни пренебрежения — только благодарность. Она тепло улыбнулась. — Ты ведь потерял не только его, верно? — спросила Гермиона. Он посмотрел на неё так, будто хотел что-то сказать, но передумал. Вместо этого едва усмехнулся. — Ты слишком много видишь, Грейнджер. — Это не так сложно, — улыбнулась она одними уголками губ. — Ты выглядишь так, будто сам себя потерял. Драко отвернулся, найденный медальон звякнул цепочкой в его дрогнувших пальцах. Лунный свет выхватывал его профиль, и теперь он казался Гермионе не высокомерным, а... уязвимым. — Может быть, я действительно что-то теряю. А может, ты просто слишком любишь лезть в чужие дела. Она чуть улыбнулась, но не ответила. Вместо этого села на песок рядом. — Если хочешь поговорить, я здесь. Драко замер. Он не был готов к этому — к её простому присутствию, к словам, не несущим ни насмешки, ни упрёка. Впервые за долгое время он почувствовал, что кто-то видит его таким, какой он есть. И это забытое чувство понравилось ему. — Знаешь, Грейнджер, — тихо сказал он, отводя взгляд, и вдруг резко встал. — Оставь его себе. Гермиона почувствовала, как влажная цепочка скользнула по её шее. Она машинально сжала медальон в руках — он оказался небольшим, но тяжёлым, и всё ещё хранил тепло его пальцев. — Но... Он молча развернулся и шагнул в темноту густых деревьев, растворяясь в ночной тени. Она удивлённо проследила за ним взглядом, а потом на её губах появилась мягкая улыбка. Большим и указательным пальцами Гермиона осторожно повернула блеснувший серебром медальон. — Значит, ты не будешь против, если я случайно встречу тебя снова?.. — прошептала она.