Сопутствующий ущерб

Встреча с Незу первым делом с утра — не то, что Шота считает хорошим времяпрепровождением. Крыса позвонила ему накануне вечером и попросила прийти и поговорить с ним перед уроками. Не очень-то весело. Директор даже не потрудился сообщить герою, о чём они будут говорить. Поэтому Айзава идёт вслепую, не зная, какого проблемного ребёнка они будут обсуждать. Хагакурэ снова бегала по школе голышом, Тодороки заморозил кого-то, кто его разозлил, так называемый Бакусквад опять сделал что-то глупое и вредное... Может быть, если он будет идти так медленно, как только может, он никогда не доберётся до офиса? Шота открывает дверь, не дожидаясь, пока его впустят, зная, что Незу всегда держит её открытой. Он садится в одно из невероятно мягких кресел напротив директора. Сам Незу уже там, попивает чай и просматривает различные папки. Не отвлекаясь от документов, директор указал на кружку кофе, приготовленную для Шоты. Тот с удовольствием сделал глоток, наслаждаясь теплом напитка. – В чём дело, Незу? - спросил Айзава. Директор сделал несвойственный ему глубокий вдох, как будто его что-то тяготило. – Всемогущий сказал, что Бакуго с начала года ведёт себя с ним крайне агрессивно. Шота приподнимает бровь. – Это обычное поведение Бакуго. Незу вздохнул. – И это серьёзная проблема. Он проигнорировал Всемогущего во время тренировки, и из-за этого Яойрозу сломала ногу. К счастью, Исцеляющей Девочке удалось её вылечить. Айзава выпрямился, обдумывая новую информацию. Он сказал правду, Бакуго со всеми ведёт себя агрессивно. Парень постоянно кричит и спорит с людьми. Шота думает, что он бы постоянно затевал драки, если бы не боялся, что его исключат. Но Кацуки никогда не игнорирует прямой приказ. Даже во время USJ. Тогда Бакуго хотел броситься прямо на злодеев и взорвать их к чёртовой матери. Но когда Шота приказал ему отвести своих раненых товарищей в безопасное место, парень сделал это без колебаний. Если он считает, что его учителя неправы, он говорит им об этом, но не игнорирует их. – Почему? — Неясно, — сказал Незу. — Я просмотрел записи с камер. Инструкции, которые дал Всемогущий, были довольно простыми. Я не знаю, почему Бакуго игнорирует их, но это уже не первый раз. И, похоже, Всемогущий — единственный, к кому он так относится. Я хочу, чтобы ты поговорил с ним и выяснил, что мы можем сделать, чтобы решить эту проблему. Айзава кивает и выходит из офиса, прихватив с собой кофе. Он чувствует, что он ему ещё понадобится. __________________________________ День пролетает быстро. Хотя и не без напряжения. Яойорозу выглядит спокойной и немного уставшей. Но Урарака, Джиро, Шинсо, Иида и Тодороки, кажется, сильно злятся из-за случившегося. Бакуго не обращает внимания на то, что те сверлят его взглядом, и решительно смотрит вперёд. Остальные ученики уже успели успокоиться, но не до конца. Близится конец дня, и класс начинает собираться, когда Шота поворачивается к Кацуки. – Бакуго, останешься после уроков на минутку? Парень заканчивает собирать вещи, но остаётся сидеть на своём месте. Бакусквад обеспокоенно оглядывается на него, но он отмахивается от них. Как только в классе не остаётся учеников, Айзава встаёт и подходит к Бакуго, прислонившись к его парте. Они смотрят друг другу в глаза, и Шота первым нарушает тишину. – Что случилось на сегодняшней тренировке? — Я ошибся, Конский Хвост пострадала, я всё понимаю, я облажался, — выпаливает Кацуки. — Ты правильно подметил, что облажался, но мы поговорим о том, где ты ошибся, в другой раз, – говорит Шота. — А сейчас я хочу знать, почему ты проигнорировал прямой приказ своего учителя. Плечи Бакуго напрягаются, и он отводит взгляд. – Это задание полная чушь. Айзава глубоко вздыхает. – Ладно. Послушай, ты имеешь полное право недолюбливать одного из своих учителей, Ками, у меня самого было также, но если из-за этого ты причиняешь вред кому-то из своих одноклассников, то нам нужно всё уладить. Блондин упорно продолжал пялиться в окно. — Бакуго, в чём дело? Что вы с ним не поделили? Красные глаза парня вспыхивают яростью, и он наконец смотрит на Шоту. – Он дерьмовый герой. Ему нужно спуститься с небес на землю и признать, что он не так идеален, как все говорят. Айзава ошеломлён не только его словами, но и ядом, которым они пропитаны. – Всемогущий помог многим людям, у него один из самых высоких показателей спасённых за последние десять лет. — Да, но он не спасает всех подряд, — бормочет Бакуго. Чуткие уши Шоты улавливают это. — Так вот в чём дело? – взгляд героя смягчается. Он понимает этот гнев. — Кого он не смог спасти? Кацуки вскакивает со стула с такой скоростью, что тот отлетает обратно к столу Шинсо. – Не «не мог», а «не захотел»! Это большая разница, чёрт возьми! Шота скрывает удивление от его вспышки. Можно было бы предположить, что после почти двух месяцев обучения Бакуго он не удивится его вспыльчивости, но разница в том, что обычно парень вспыхивает из-за какой-то ерунды. Ничего серьёзного. Но когда обсуждаются реальные проблемы, когда реальность действительно вызывает беспокойство, Бакуго сохраняет удивительное хладнокровие. — Он сделал выбор! — закричал Кацуки. — Проклятый выбор! Этот сукин сын убил его! Мне пришлось сообщать об этом его маме! Пришлось вызвать полицию и скорую, когда он потерял сознание! – Что случилось? Что-то в Бакуго ломается. Он выглядит так, словно никто никогда не спрашивал его о том, что тогда произошло. — Какой-то придурок, — вздыхает он, — тело из слизи, напал на него. Всемогущий спас его. Но слизистый придурок освободился, напал на меня и взял в заложники. Герои спасли меня только потому, что он побежал, пытаясь помочь мне. Они стояли там как идиоты, потому что ни у кого из них не было причуды, подходящей для борьбы. Потом я ушёл от скорой помощи и нашёл его. Я кричал, злясь, что он побежал туда как идиот. Я ничего не подозревал, пока он не начал кашлять. Он пытался дышать, но что-то будто застряло у него в горле. Он умер ещё до того, как мы добрались до больницы. Задохнулся от жидкости в лёгких. Пока Кацуки объясняет, Шота приходит в ужас. Всемогущий не оказал пострадавшему медицинскую помощь. Одна из первых вещей, которую вы узнаёте, будучи учеником-героем, — независимо от того, выглядит ли гражданский здоровым, сколько бы раз он ни говорил вам, что чувствует себя хорошо или что его не задели, вы всегда везёте его в больницу. Перед глазами Айзавы мелькает образ Бакуго, который держит своего друга, пока тот задыхается. — Бакуго, мне так жаль... Больше ему нечего сказать. — Оставь это для кого-нибудь другого, — огрызается он. — Никто даже не знает, что случилось на самом деле. Вскрытие ничего не показало. Врачи понятия не имели, как это дерьмо вообще попало в его лёгкие. Но я искал. Нашел записи с камер наблюдения и пытался рассказать, показать людям, что Всемогущий даже не попытался отвезти его в больницу или хотя бы найти другого героя, который бы присмотрел за ним. Никто не верит, что символ мира мог позволить ребёнку умереть. — Я верю, — на вопросительный взгляд Бакуго Шота вздыхает и поясняет. — Ты много кто, но не лжец. Я тебе верю. – О... – И я должен рассказать всё Незу. – Зачем? Айзава усмехается, глядя на растерянного Кацуки, в основном потому, что если он не будет смеяться, то расплачется. – Может, Незу и любит издеваться над людьми, но у него есть слабость к детям, особенно к тем, кого не испортило наше общество. – Комиссия по делам героев не позволит Незу уволить Всемогущего, — бормочет Бакуго. Это правда. Незу изначально не хотел нанимать Всемогущего, учитывая, что у того не было педагогического образования, но комиссия заставила его. Они не позволят директору уволить героя. – Но Незу устроит ему взбучку. Кто знает, может, он сам решит уволиться. — Ага, конечно, этот ублюдок слишком горд, чтобы сделать это, — фыркает Кацуки. — Не будь так уверен, Незу — эксперт в области психологической войны. Шото видит, как Бакуго улыбается. Но он должен спросить ещё кое-что, даже если парень не хочет этого говорить. — Как его звали? – Что? – Твой друг. Как его звали?

Изуку Мидория