Charcoal and Confessions

      Сегодня будильник звенел особенно раздражающе. Дарья вслепую начала хлопать по кнопке, но попала только с третьего раза. Она полежала ещё чуть-чуть, раскинув руки и глядя в потолок, прежде чем с тяжёлым вздохом потянуться к очкам на тумбочке. Утро обещало быть стандартно безрадостным, но мысль о Джейн её согревала.       Она попыталась погасить этот огонек, но безрезультатно. Каждый раз, когда мысль о Джейн приходила ей на ум, где-то внутри закручивался маленький, упрямый вихрь. Тёплый, настойчивый, пугающе живой.       За завтраком её ждала привычная утренняя какофония: Джейк, увлечённый газетой и своим кофе; Квин, рассматривающая свои ногти под разными углами; и Хелен с неизменным телефоном, который будто бы прирос к её уху.       — Утро, малыш, — сказал Джейк, мельком взглянув на Дарью. — Ты видела, какая потрясающая погода? Настоящий день для... эээ, чего-нибудь весёлого!       — Да, например, для контрольной по биологии. Или, может, для рекламной кампании, — пробормотала Дарья, наливая себе кофе.       — Рекламная кампания? — Хелен все-таки оторвалась от телефона и повернулась к дочери.       — Да, школа решила, что самый лучший способ повысить качество образования — это заставить нас пить газировку.       Дарья поставила кружку и села. На столе лежал хлеб, чуть подгоревший, благодаря Джейку, который с утра явно воевал с тостером. Дарья потянулась к тосту, бросив взгляд на часы. Не то чтобы она действительно спешила, но…       — Ну, зато у школы появилось финансирование, — Хелен сделала глоток кофе.       — Отличная идея. Скоро перейдём к уравнениям типа «две банки по цене одной» на уроках математики, — прокомментировала Дарья, хмуро отпивая из кружки.       — Дарья, — Хелен вздохнула, но не смогла скрыть лёгкую улыбку. — Иногда даже такие вещи могут привести к чему-то хорошему.       — Возможно. Например, к потере всех зубов и радостному выбору между пюре и протезами.       Джейк хихикнул, но тут же притих под взглядом жены. Дарья уже была готова развернуть длинный саркастичный монолог, но почувствовала, как взгляд матери задержался на ней чуть дольше.       — Ты сегодня раньше, чем обычно, — заметила Хелен, прищурившись.       Дарья откинулась на спинку стула и взяла кружку, избегая прямо смотреть на мать.       — Возможно, я решила стать ответственным гражданином и начать приходить в школу вовремя. Или мне просто нравится, как звучит будильник в шесть сорок пять.       Квин громко фыркнула. Хелен слегка приподняла бровь, но не стала настаивать.       — Ладно. Но, помни, я всегда рядом, если захочешь обсудить что-то важное.       Дарья чувствовала себя немного неловко под этим внимательным взглядом. Она быстро доела половинку тоста, прикончила кофе одним глотком и поднялась, закидывая рюкзак на плечо.       Да, она действительно выходила раньше. И да, причина была очевидна. «Значит, я теперь та, кто начинает день раньше ради кого-то другого. Интересно, сколько шагов осталось до полной утраты своей индивидуальности?» — подумала Дарья, но вместо саркастической ухмылки, её губы слегка растянула улыбка.       Джейн ждала её за углом, прислонившись к столбу. Руки были засунуты в карманы пиджака, а взгляд — сосредоточен на тусклом осеннем небе. Как всегда. И как всегда — чуть замирающее сердце при этом виде.       — Ты опоздала на целых две минуты, — заметила Джейн, едва Дарья подошла ближе, но её голос звучал скорее дразняще, чем укоризненно.       — Знаешь, Лейн, ты считаешь минуты до встречи с таким энтузиазмом, что у меня появилось подозрение, что ты устроилась на работу в службу точного времени, — усмехнулась Дарья, приподнимая бровь.       Джейн хмыкнула, оттолкнулась от столба и двинулась рядом с ней.       — Только если ты станешь моим единственным клиентом. Могу напоминать тебе, когда приходить на наши свидания. Кстати, записывай: полвосьмого в будние дни.       — Так рано? Не думаю, что я подпишусь на это. Лучше уж запишу тебя на курсы терпения. Там, говорят, тоже по минутам всё считают, — парировала Дарья, ухмыльнувшись.       — Звучит заманчиво. Но у меня эти часы заняты медитацией, чтобы справляться со школьными рекламными кампаниями. Могу и тебя записать.       Дарья фыркнула.       — К сожалению, я больше склоняюсь к идее написать колонку «Как выжить среди капиталистического идиотизма» и раздавать её на переменах.       — Боюсь, тебе придётся конкурировать с мистером ДеМартино. У него явно уже готова лекция на эту тему.       Они продолжали болтать, пока школа не появилась на горизонте. Девушки вошли в школу и сразу остановились, как вкопанные.       Холл выглядел… иначе. Повсюду стояли автоматы с яркими, кричащими логотипами Ультра-колы. Стены, которые когда-то были покрыты унылой школьной краской, теперь зеленели рекламными плакатами.       — У меня проблемы со зрением или тут что-то сильно не так? — прищурилась Джейн, сложив руки на груди.       — Дарья! Джейн! Привет! — с воодушевлением помахал им рукой Кевин, стоя рядом с Бритни и держа в каждой руке по яркой зеленой банке.       — Правда, здорово, что нам поставили столько автоматов с газировкой, — добавила Бритни, сияя. — Теперь так легко получить баночку!       — И диабет, — сухо заметила Джейн.       — Мне нравятся эти автоматы, — радостно сообщил Кевин, делая глоток. — Они такие яркие. Такие завораживающие. А ещё нам поставят новое табло на стадион и кучу оборудования!       — Новые помпоны и всё такое! — добавила Бритни, делая эффектный взмах руками, словно уже репетировала с воображаемыми помпонами.       — Всё, что от вас требуется, это назвать своего первенца в честь Ультра-колы, — невозмутимо сказала Дарья, посмотрев на парочку.       — Что? — Кевин удивленно встрепенулся.       Джейн хитро ухмыльнулась:       — А ты надеялся назвать его Кевин-младший?       Бритни обеспокоенно положила руку на плечо Кевина:       — Кеви, надеюсь, ты не расстроился?       Но Кевин вдруг просиял, видимо, эта мысль его захватила. Он бросил воображаемый мяч:       — Ультра. Ультра Томпсон. Новый полузащитник «Майами Долфинс». Вперёд, Ультра! А что, круто звучит!       Дарья молча посмотрела на Джейн. Та посмотрела в ответ, и обе одновременно рассмеялись.       — Ну, по крайней мере, — сказала Джейн, — мы в этом не участвуем.       ***       — О, так мы всё-таки участвуем, — вздохнула Джейн в знак покорности судьбе.       Дарья хмыкнула и толкнула дверь библиотеки. У окна, с идеально прямой осанкой и тремя раскрытыми учебниками перед собой, сидела Джоди. Она подняла голову, услышав шаги, но Дарья не дала ей и слова сказать.       — Ты должна с этим что-то сделать, — вместо приветствия сказала Дарья, усаживаясь рядом.       Видя непонимание на её лице, Дарья ткнула в ближайший плакат Ультра-колы, хорошо, что искать долго не пришлось. И Джоди, тот самый непримиримый борец за справедливость, только пожала плечами. Дарья разочарованно вздернула бровь.       — Не знаю. Школе нужны деньги, — Джоди потерла виски, удивленно глядя на девушек. — А вы явно не те, кто обычно в такое ввязывается. Это какой-то новый этап в жизни?       — Скорее временный сбой системы, — сдержанно прокомментировала Дарья.       Джейн устроилась рядом, закинув одну ногу на другую и смерив Джоди лениво-внимательным взглядом.       — Ну, давай, Джоди, расскажи нам, почему мы должны полюбить газировку и забыть про образование.       Джоди вздохнула, убирая книгу в сторону.       — Слушайте, я понимаю, что это не самая лучшая идея, но реальность такова: без их спонсорства мы бы не смогли оплатить поездку делегации в Вашингтон. А это действительно важно. И их деньги идут не только на поездки. Мы получили новое оборудование для лабораторий, наглядные пособия для младших классов, а спортивный инвентарь наконец-то обновили. Да, это реклама, но она приносит реальную пользу школе.       — А ничего, что за эти деньги мы продаём свою совесть? — Дарья скрестила руки на груди.       — Это не так уж страшно, как ты думаешь, — Джоди прищурилась. — Никто не заставляет тебя пить эту газировку. Просто прими это как неизбежный компромисс и перестань жаловаться.       — Я не жалуюсь, я анализирую.       Джоди проигнорировала ее замечание.       — Может, вместо жалоб, ты сама сходишь к председателю правления школ? — предложила она, откинувшись на спинку стула.       — К председателю? — брови Дарьи взметнулись вверх.       — Да. Если это тебя так задевает, попробуй что-то изменить.       Джейн подалась вперёд, её глаза загорелись насмешливым огоньком.       — Ты только посмотри, Дарья. Даже Джоди считает, что ты можешь изменить мир. Ну, или хотя бы школьное меню.       Джоди посмотрела на них с лёгкой улыбкой и, после небольшой паузы, мягко сказала:       — Знаешь, Дарья, а ты изменилась. В хорошем смысле. Может, компания Джейн тебе на пользу?       Дарья мельком глянула на Джейн, чувствуя лёгкое тепло в груди, но быстро вернула своему лицу привычное невозмутимое выражение.       — Ага, Джейн — мой личный гуру по эмоциональному развитию, — ответила она, почувствовав лёгкое смущение, но никак это не показала.       Джейн легко коснулась плеча Дарьи, её голос прозвучал чуть теплее обычного:       — Ладно, Моргендорфер, идём, пока тебя не заставили стать лицом кампании за школьное счастье. Пока, Джоди.       Дарья закатила глаза, но пошла следом, и отступать она не планировала.       ***       Джейн уселась на жёсткий стул в приемной, хмуро скрестив руки на груди. Дарья бросила еще один короткий взгляд на часы на стене. Секунды тянулись медленнее, чем очередь в школьной столовой. Взгляд Джейн выражал смесь скуки и раздражения, и, к удивлению Дарьи, это вызвало у неё нечто похожее на умиление. Она вдруг поймала себя на том, что подсознательно улыбается, наблюдая, как Джейн нервно постукивает ногой по линолеуму. «Ну вот. Даже этот цирк становится терпимее, если рядом сидит она.»       — Ты втянула меня в школьную политику. Теперь обязана компенсировать мне моральный ущерб до конца моих дней, — сказала Джейн, её тон был настолько драматичным, что Дарья едва удержалась от смешка.       — Начнём с простого. Ужин. Я. Ты. Место с плохой музыкой, но приличной едой.       Джейн с усмешкой покачала головой:       — Ты требовательнее, чем я думала.       — Жди, пока я не начну торговаться насчёт десерта.       — Опять пытаешься меня зомбировать? Это не сработает, — Джейн назидательно выставила палец. — Или ты нервничаешь?       Дарья подняла бровь, притворно задумавшись.       — Вовсе нет.       — Значит, я ошиблась. Хотя твои плечи выдают тебя с головой, — добавила Джейн тише, уже почти нежно.       А вот разговор с председателем городского правления школ не оправдал ожиданий Дарьи. Вместо конструктивного диалога она столкнулась с подозрениями. Председатель, скрестив руки, заявил, что такие внезапные проявления активности в общественной жизни школы зачастую являются попытками улучшить свою характеристику для колледжа.       Дарья вышла из кабинета в расстроенных чувствах.       — Ну? — Джейн встала с места.       Та вздохнула, бросив усталый и разочарованный взгляд.       — Это был полный провал. Кажется, теперь я официально активист с корыстным мотивом. Напомни мне больше никогда не вмешиваться в школьную политику.       Джейн коснулась её локтя.       — Пойдём, активист-симулянт, ты заслужила десерт.       ***       Яркие зелёные плакаты с логотипами Ультра-колы, которые теперь висели буквально повсюду, прямо заявляли о том, что мисс Ли, видимо, решила ничем не гнушаться ради финансирования. «Как будто нас уже недостаточно угнетают тестами», — подумала Дарья, бросив взгляд на Джейн, которая лениво водила карандашом по бумаге, явно незаинтересованная в происходящем.       — Сегодняшняя тема — как эмоции влияют на наши действия, — начал мистер О'Нил своим привычным неуверенным голосом. — Например, подумайте, что вы чувствуете, когда пьёте освежающую Ультра-колу? Она дарит вам энергию, счастье и вдохновение...       Дарья не удержалась и язвительно произнесла:       — А если у меня от неё только сахарный кризис и чувство глубокого разочарования в системе образования?       Класс засмеялся, а мистер О'Нил растерянно огляделся, пытаясь найти слова.       — Дарья, — пробормотал он с укором, — это не конструктивно. Мы здесь, чтобы учиться, а не разрушать позитивный настрой.       Дарья слегка склонила голову и парировала:        — Учиться чему? Вместо знаний мы теперь будем впитывать газировку? Как это сочетается с вашим посылом о личностном росте?       Смех в классе усилился, и мистер О'Нил покраснел, явно не зная, как вернуть контроль. Тут вмешалась Джейн, поднимая руку:       — Я думаю, Ультра-кола прекрасно иллюстрирует тему эмоций. Например, чувство вины за то, что ты продался за автомат с дешевыми напитками.       Класс разразился аплодисментами, а Дарья поймала себя на том, что, несмотря на нервозность от всеобщего внимания, она улыбается. Джейн бросила ей заговорщический взгляд, и Дарья почувствовала, как её раздражение немного утихает.       В перерыве между объяснениями мистера О'Нила Джейн наклонилась к своей тетради и начала быстро что-то рисовать. Через пару минут она повернула блокнот к Дарье. На рисунке была карикатура на мисс Ли с огромным логотипом Ультра-колы на галстуке. Внизу красовалась подпись: «Сколько банок нужно, чтобы купить аттестат?».       Дарья фыркнула, наклоняясь ближе, чтобы рассмотреть рисунок. Они начали вполголоса придумывать саркастические слоганы для школы. Джейн предложила:       — «Лондейл Хай — пей Ультра-Колу или вылетишь из школы».       — Или: «Школа Лондейла: продаём знания оптом и дешёво» — добавила Дарья.       После звонка Дарья и Джейн вышли в коридор, который теперь больше напоминал фестиваль газировки, чем образовательное учреждение. Всё вокруг сияло в жёлто-зелёной гамме: даже пол был перекрашен. Вдоль стен стояли автоматы с Ультра-колой, слоганы сверкали в свете ламп. В коридоре раздался резкий треск громкоговорителя, и монотонный голос директрисы мисс Ли заполнил всё здание:       — Доброе утро с Ультра-колой. Я рада объявить об изменениях в расписании. Теперь перемены между уроками увеличатся с пяти до десяти минут. У вас будет больше времени, чтобы дойти до своих шкафчиков Ультра-кола и насладиться волшебным вкусом Ультра-колы. Ультра-кола — с ней легче учиться.       Дарья ушам своим поверить не могла. Джейн, стоявшая рядом, тоже уставилась на громкоговоритель, будто пыталась осознать услышанное.       Дарья закатила глаза:       — С ней легче учиться. Интересно, как давно школу можно официально называть филиалом компании?       Джейн кивнула на один из многочисленных плакатов, висящих на стене.       — Думаю, с момента появления этих шедевров. О, кстати, смотри, новый лозунг: «Пей. Учись. Побеждай!».       — Интересно, а мистера ДеМартино они тоже заставят использовать Ультра-колу на его занятиях? — задумчиво произнесла Джейн, осматривая новый «декор».       Дарья остановилась, приоткрыв дверь кабинета истории. Внутри виднелся мистер ДеМартино, который, судя по его гневным движениям, явно не разделял восторга администрации.       — Проклятая, проклятая газировка! — бушевал учитель, его голос был насыщен привычной злостью. Он схватил цилиндрический глобус, стилизованный под банку Ультра-колы, и с криком ярости швырнул его в сторону окна. Глобус ударился о стену, покатился обратно и остановился у его ног. — Проклятая газировка!       Дарья аккуратно закрыла дверь и вернулась к Джейн.       — Ты что-то спрашивала? — спросила она с лёгким сарказмом.       Дарья прислонилась к стене рядом с баннером Ультра-колы, наблюдая за происходящим. В коридоре царил хаос: ученики кричали, пели нелепые рекламные песенки и с радостными воплями соревновались, кто сможет выпить банку газировки быстрее. Она с недоверием наблюдала за происходящим, скрестив руки на груди.       — Знаешь, Дарья, иногда я думаю, что эта школа — самый большой сатирический проект века, — Джейн стояла рядом, привалившись к стене, с ленивой усмешкой наблюдая за зрелищем. Девушки переглянулись, обменявшись молчаливым комментарием, который не нуждался в словах.       Дарья, тяжело вздохнув, сказала:       — Если бы у меня не было тебя, я бы сошла с ума от этого цирка.       Джейн, стоящая рядом, повернулась к ней с прищуром, её губы растянулись в хитрой улыбке.       — Смелое заявление, Моргендорфер.       Дарья замерла, осознавая, что только что произнесла. Её глаза нервно метнулись в сторону, и тут она заметила Кевина и Бритни, которые остановились в шаге от них.       — Дарья, это так мило! — пропищала Бритни, искренне улыбаясь. — Я всегда знала, что у тебя есть сердце.       — Сердце? Клёво! — лицо Кевина озарилось лучезарной улыбкой.       Дарья перевела взгляд на Джейн, все еще ощущая панику, но та только весело подмигнула, явно наслаждаясь ситуацией. Модный клуб, проходящий мимо, не собирался упускать шанс вставить своё слово.       Сэнди презрительно приподняла бровь:       — Ого, это что-то новенькое.       — Это так неожиданно... и так мило. Мне даже немного завидно, — с энтузиазмом подхватила Стэйси, её глаза светились восторгом.       Тиффани, медленно качая головой, протянула:       — Я... думала, что она... вообще... бездушная.       Квин, стоящая чуть позади, закатила глаза и устало бросила:       — Девочки, может, хватит? Это просто... Дарья.       Дарья перевела взгляд на Квин, подняв бровь, словно проверяя, не почудилось ли ей. Та заметила её реакцию и только пожала плечами. Дарья слегка усмехнулась, снова удивляясь, как иногда Квин может быть на удивление... нормальной.       И тут в разговор встрял Тошнотик, который оказался неподалёку, словно специально поджидавший такой момент. Его ухмылка растянулась до ушей:       — Эй, Моргендорфер, не думал, что ты выберешь школьный коридор для признания. Правда, классика жанра.       Дарья уже была готова ответить, но Джейн опередила её. Она шагнула вперёд, сложив руки на груди, и с холодной иронией заявила:       — Не переживай, Чарльз, классика жанра — это смотреть, как ты снова упускаешь шанс быть хоть немного значимым.       Смех Бритни и Стэйси разнёсся по коридору, а Тошнотик покраснел и что-то пробормотал, пытаясь сохранить лицо. Смущение сменилось облегчением, когда Джейн мягко тронула Дарью за руку. Прикосновение было тёплым и уверенным. Этот простой жест будто раздвинул хаос вокруг и создал их собственный пузырь спокойствия.       — Да-а, — тихо протянула Джейн, её голос стал ниже и мягче, — ты точно знаешь, как устроить переполох.       Дарья слабо улыбнулась. Она встретила её взгляд и заметила что-то едва уловимое, перекатывающееся игривыми искорками в глубине глаз Джейн. Дарья почти ощутила, как Джейн мысленно возвращается к тому моменту, когда, будучи под градусом, поцеловала Джейн на Альтернапаллузе — прямо на глазах у потрясённых членов Модного клуба. И дело было не в алкоголе. Не совсем. Точнее, совсем не в нём. И это напоминание сейчас горело в глазах Джейн, которая, кажется, всё прекрасно понимала.       Дарья сдержанно улыбнулась, глядя на ухмыляющихся одноклассников, которые раньше показались бы ей угрожающей толпой свидетелей. Но сейчас всё выглядело иначе. Да, их отношения больше не были тайной, и да, это пугало её в какой-то степени. Но с Джейн рядом, всё казалось не таким опасным.       Дарья выдохнула и мысленно отметила, что её внутренний монолог вряд ли мог бы прозвучать на её привычной саркастической волне. Она украдкой взглянула на Джейн, которая чуть прищурилась, словно читая её мысли, и подумала, что это стоит того. Все взгляды, все шепотки и даже откровенные комментарии Тошнотика. Всё это стоило того, чтобы вот так стоять рядом с ней.       ***       Школа ещё не успела прийти в себя после утреннего хаоса. Мисс Ли, доведённая до крайней точки нервного истощения, устроила настоящий апокалипсис, размахивая топором и громя автоматы с газировкой. Учащиеся радостно вопили и собирали банки Ультра-колы из разломанных автоматов. Дарья и Джейн наблюдали за этим, переглядываясь с едва сдерживаемыми усмешками.       Когда появился председатель правления школ, увиденное наверняка стало для него потрясением. Наглядная агитация, избыточные рекламные слоганы и буквально искрящиеся от безумия глаза мисс Ли, которую в итоге увезли в больницу, создали впечатление, что школа буквально утонула в газировке. Дарья мельком подумала, что этот момент вполне заслуживал быть увековеченным в виде карикатуры Джейн.       После этого суматошного представления они вместе сбежали на крышу — единственное место, где можно было найти тишину и немного осмыслить происходящее. Дарья сидела на краю, свесив ноги вниз. Отсюда открывался прекрасный вид на школьный двор, в который по-прежнему вписывалась парочка ярких банок от Ультра-колы, валяющихся под кустами.       — Ну, что скажешь? — Джейн остановилась рядом, облокотившись на ограждение. — Автоматы с газировкой покинули наши коридоры.       — Но остались в столовой, — мрачно прокомментировала Дарья, глядя вдаль.       — Рекламу сняли со стен, — продолжила Джейн, как будто не замечая её тона.       — Но оставили в школьной газете, — добавила Дарья, чуть склонив голову.       Джейн ухмыльнулась, присела рядом и подперла подбородок рукой.       — Логотип Ультра-колы убрали с формы.       — Но оставили на билетах, — отозвалась Дарья, и её голос прозвучал немного мягче.       — Похоже, ты не считаешь это окончательной победой сил добра, — с лукавой улыбкой подытожила Джейн, скосив на неё взгляд.       Дарья пожала плечами и чуть насмешливо сказала:       — А мисс Ли уже выпустили из больницы?       Джейн тихо засмеялась:       — Тем не менее, контракт изменили. Теперь рекламу нельзя размещать внутри школы. А благодаря припадку мисс Ли никто не догадывается о твоей роли в этом. Это ведь тоже победа.       Дарья фыркнула и встала, перекидывая рюкзак через плечо.       — Не знаю. Учитывая, что вся крыша – одна большая реклама Ультра-колы, лучше спросить у тех, кто сверху.       Она подняла голову, глядя на небо. Этот жест выглядел одновременно саркастическим и задумчивым. Джейн, наблюдая за ней, встала следом.       — Ты иногда выглядишь такой одухотворенной, что мне хочется нарисовать тебя с нимбом, — пошутила она, вытянув руку, чтобы взять Дарью за руку.       Дарья позволила ей это и слегка сжала её пальцы. Они молча спустились с крыши и направились к выходу. В какой-то момент Джейн нарушила тишину:       — Спасибо, кстати. За то, что ты сделала. Даже если ты, возможно, не захочешь это признавать.       Дарья бросила на неё взгляд и сдержанно улыбнулась.       — Ты просто чересчур заразительна в своём энтузиазме, Лейн. Это, знаешь ли, опасная черта.       Джейн усмехнулась и чуть крепче сжала её руку. Они шагали по дорожке, где вдалеке можно было различить редкие остатки желто-зелёного кошмара. Но сейчас это казалось далёким и неважным.       Их шаги были лёгкими, почти синхронными, и Дарья поймала себя на мысли, что впервые за долгое время чувствует себя удивительно спокойно.