Братец

- Да направо сейчас, Боб! - раздался раздражённый вопль уставшего от дороги Чеса откуда-то справа. Глэм медленно открыл глаза и оглянулся. Спереди за рулем Пантеры сидел Боб, время от времени подглядывающий в карту, расположившуюся в руках Лорди. Парни о чем-то громко спорили, но сквозь еще несошедшую пелену сна блондин не смог разобрать смысла всех слов. На коленях расположилась оборванная тетрадь, украшенная тёмной надписью "дневник". Где-то под боков жалобно затрещала протекшая ручка. Глэм отвернул взгляд к окну. Мимо промелькали редкие дома, смешанные с лесными пятнами. Вся картинка переплеталась между собой так, что нельзя было разглядеть ничего, кроме этого. Чистое небо медленно приобретало кроваво-красный оттенок. Последние лучи солнца выглядывали из-за крон деревьев, прощаясь с сегодняшним днем. Переведя взгляд в сторону Чеса, в окне Глэм разглядел изредко появляющиеся звезды. В только проснувшийся мозг резко врезались воспоминания этой ночи. Несчастная, растерянная сестра, небольшая сумка с вещами в ее руках и застилавшие взгляд слезы. Кажется, никогда до этого он не видел ее такой беспомощной и изнеможденной. Наверняка отец постарался. При мысли об утерянной семье, Глэм медленно опустил взгляд в ноги, прокручивая в голове редкие счастливые воспоминания из детства. Их было мало. Но они были. Каким бы жестоким не был отец, и как бы молчалива не была мать, они желали лишь лучшего для них. Идеального будущего. Но кое-кому это не понравилось. Глубокие рассуждения Глэма прервал вновь закричавший во всю глотку Чес. - Ну заебись. Мы так всю дорогу прохерачим по каким-то окольным дорогам! - брюнет недовольно поёжился на своем месте и отвернул голову к своему окну. - Да если бы не твои "короткие дороги" мы бы уже часа 4 назад были бы на месте блять! - Боб, резко взмахнув руками в знак своего недовольства, на секунду отпустил руль и машина нервно дернулась, будто отображая обстановку внутри. Хотел бы Глэм сказать, что нервничает из-за нарастающей ссоры, но, так же, как и абсолютно спокойный Лорди, прекрасно помнил, насколько бытовыми для их компании являются подобные срачи. Они, в какой-то степени, даже смешили его. - Так может вообще никуда нахуй не поедем?! Заебись же план! - Блядь... - Боб устало потер переносицу и перевел глаза обратно на дорогу, видимо, слишком вымотавшись за последние часов 8 езды. - Может, переночуем в мотеле по дороге? Там на карте отмечено одно место, - Глэм чуть придвинулся вперед и указал пальцем на небольшую точку на бумаге, - отдохнем все и завтра решим, какая дорога будет лучше.. - Глэм. Ну наконец-то! Сколько дрыхнуть можно! - Чес придвинулся в сторону Глэма, взглянув на его руку, - Пожалуй, соглашусь. - Я тоже, - Боб медленно выдохнул и повернул руль вправо, сворачивая к парковке. *** Старый уличный фонарь окатил группу подростков дрожащим светом. В редких окнах потрепанного здания загорелся свет. Небольшая территория парковки с мотелем были окружены непроходимыми лесами, поглядывающими на людишек с презрением. Со стороны дороги подул еле ощутимый ветер, подхватывающий волосы. Вокруг стояла мертвая тишина, будто все живое вокруг старой Пантеры давно погибло. Чес небрежно почесал голову и быстрым шагом направился к дверям. - Ну чего встали? Я жрать хочу, пошли скорее, - брюнет пригласительно махнул ладонью и, схватив Глэма за плечо, потащил компанию ко входу. За небольшой стойкой сидела миловидная бабушка, мирно вяжущая из пряжи. В морщинистых руках стучались друг о друга металлические спицы, а на коленях расположилась длинное мягкое полотно. На фоне из потрепанного временем пузатого телевизора шли новости, на которые женщина время от времени отводила взгляд. На маленькой тумбочке мирно валялся черно-белый кот, наблюдавший за действиями хозяйки. Деревянные стены приятно отдавали дубовым запахом, а красные ковры с узорами невольно заставляли вспомнить о дачных домах. - Эм. Кхм кхм. Прошу прощения, - Глэм медленно подошел к старушке, выглядывая иза яркого экрана, - мы бы хотели снять комнаты на 4 человека. По 2 постели. Женщина испуганно вздрогнула в кресле, обращая взор на блондина. Она с недоверием оглядела компанию, однако поднялась со своего места и медленно побрела к маленькому шкафчику у стены, в котором хранились ключи от номеров. - Ребятки, а вы как тут оказались то? С вами хоть кто из старших то есть? - женщина положила ключи на деревянную стойку и присела обратно на свое место. - Да мы тут проездом. Будущие рок звезды устраивают свой первый настоящий концерт! - Чес резко придвинулся к стойке и начал в красках расписывать несчастной старушке всю историю создания их группы. Глэм мысленно поблагодарил друга, что тот не стал затрагивать тему родителей. Пусть парень и не спрашивал, как у Чеса прошел разговор с матерью, однако по его лицу все и так было прекрасно понятно. Ничем хорошим это не кончилось. Лорди с Бобом устало глянули в сторону неумолкающего друга и медленно побрели в сторону коридора комнат. Глэм безмолвно кивнул им, желая спокойной ночи, и погладил подошедшего к нему кота. На красной ошейнике красовалось незамысловатое имя. Барсик. Глэм всегда мечтал о домашнем животном. Изредко, когда отец вытаскивал его на разные мероприятия, он встречался с прочими богатыми сливками общества, имеющими животных. Больше всего его поразила добродушная вдова, пришедшая с огромной пантерой на благотворительный бал. В тот вечер он не сдержался и подошел к ним, попросив погладить животное. Дама тихонько хихикнула и отпустила поводок. Кошка оказалась на удивление ласковым и кротким существом, любящим, когда ее гладят по шее. Себастьян тогда очень удивился, ведь его представление о, казалось, самом мире резко перевернулось. Ровд отзывался о животных, как о мерзких, глупых и везде гадящих существах. Отцу он и вопроса задать боялся, но по его лицу всегда все было понятно. Глэм навсегда запомнил, как пантера из, на первый взгляд, дикого хищника в мгновение ока превратилась в ласковую кошку, требующую теплоты и внимания. А еще он запомнил гораздо более дикое и разъяренное лицо отца, несущегося к нему через весь зал. В тот вечер Себастьян долго сидел на кровати, заматывая окровавленную руку всегда имеющимися в тумбочке бинтами. Но в тот вечер он понял, что ни о чем не пожалел. Из, пускай и неприятных, но до боли родных воспоминаний парня вырвал громкий шлепок Чеса по его спине и радостный крик. - Тогда обязательно приходите на наш концерт! Будет круто! - Чес улыбнулся во все 2... Или 3 зуба. Глэм не считал. И потянул друга в ту же сторону, куда ранее ушли Лорди с Бобом. Блондин на минуту приостановился, отправиви друга к комнате. - Кстати, а сколько с нас за одну ночь? - старушка добродушно улыбнулась юноше. Кажется, разговор с Чесом ее совсем не вымотал, а только развеселил. Бедняжка. Наверное, ей совсем не с кем поговорить. Мысленно произнес Глэм, доставая из кармана джинс кошелек. *** Приоткрыв дверь, Глэм ожидал увидеть Чеса на кровати или в ванной. Однако обшарпанная комната встретила его угнетающей пустотой. Вещи друга беспорядочно валялись на кровати, а ботинки стояли у шкафа. Зелёная кожанка, которую Чес снимал разве что перед сном, покоилась на подушке. Глэм вышел из комнаты и пошел к Лорди и Бобу, но они его тоже не встречали. Парень обошел главный холл, улицу, даже у старушки спросил. Но друга и след простыл. Глэм ещё с самого начала его поисков начал паниковать, но старался успокоить себя. Однако под конец дрожь в руках и жуткие мысли уже не собирались так просто отставать от него. Коридор, в котором он оказался под конец, показался бесконечным тоннелем, входа и выхода из которого уже не существует. Свет вокруг начал приглушённо мигать, а из-за дверей послышались тихие человеческие разговоры, сливающиеся в бешеную какафорию неразборчивых звуков, надвигающихся на зажатого парня. Волосы на его голове встали дыбом, кадык дернулся, а зрачки сузились настолько, что радужка полностью заполнила обезумевшие глаза. Колени предательски дрогнули и Глэм опустился на пол. Желание разрыдаться прямо здесь захватило все мысли, вырывая землю из под ног. Ладонями Глэм до боли сжал колени, оставляя на них неприятную жечь от ногтей. В голове пульсирующей болью отзывались самые страшные мысли о друге. Перед глазами мелькали образы, воссозданные обезумевшим сознанием. Лес. Мертвое тело. Сине-красный свет. Белая ткань. Воображение рисовала все больше и больше кровавых ошметков, разбросанных в разные стороны. А последним образом был отец, стоявший на влажной земле. И револьвер. Серебристый. Подсвеченный луной. Совершивший свой самый точный выстрел. На плече резко почувствовалось необычайно контрастирующее с окружающей прохладой тепло. Грубоватая рука начала нервно дергать ослабленное тело, валяющееся посередине коридора. Глэм мгновенно распахнул покрасневшие глаза и ошарашено взглянул на друга. - Хей, чувак, с тобой все ок? Может тебе спирт понюхать? - Чес недоуменно глядел в глаза блондина, периодически сводя брови к переносице. - Господи, Чес, ты где, мать твою, был?! Я же все здание уже оббежал! - Да я на крыше решил потусоваться. Там прикольный вид на дорогу открывается, - брюнет вновь кинул на парня обеспокоенный взгляд, выпрямился и, приспустив голову вскрикнул, - а погнали со мной! - Куда? На крышу?! - Глэм невольно вздрогнул, медленно поднимаясь на исхудавшие ноги. - Чувак, ты, чтобы из своей комнаты на улицу спуститься, лез по веревке с высоты 3-его этажа. Че тебе бояться то? - Но дело ведь не в этом! Да, я делал это. Но, в отличии от моих спусков, ходьба по крышам зданий является незаконным. Мы не можем этого сделать! Чес устало выдохнул, вглядываясь в обескураженные радужки Глэма. До него быстро дошло, что уговаривать друга сейчас абсолютно бесполезно, потому просто схватил его за запястье и потащил к лестнице. Блондин не стал долго препираться и вскоре, пару раз восклицательно прикрикнув на друга, мирно побрел вслед за ним. Тяжелый люк крыши с омерзительным скрипом медленно отворилась. Из темноты вышли два силуэта, освещённые одними лишь звездами. Крыша чуть возвышалась над еловыми кронами. Откуда-то справа велась тонкая нить дороги, по которой они ехали несколько часов назад. Слева расположились каменные холмы, за которыми скрывались последние лучи закатного солнца. Все небо было усеяно густыми облаками, тонкими полосами лежащие вдоль дороги. А под ними расположились мазки синих красок. Небесное полотно переливалось из ярко-розовых оттенков уходящего дня в темные глубины фиолетовых оттенков ночи. Глэм застыл на месте, не в силах оторвать взгляда от неба. Сзади раздался уставший смешок. Чес подошел к краю крыши и присел на него, свесив ноги вниз. Голову он чуть опустил, однако взгляд так же устремился вдаль. Посторонние звуки резко стихли. Птицы улетели под кроны деревьев, готовясь ко сну. Бурные ветра резко смолкли, огибая обнажённую крышу стороной. Гробовую тишину оборвало шуршание куртки, из кармана которой брюнет достал помятую пачку сигарет. В мозолистых руках щёлкнула зажигалка и из рук заструился полупрозрачными волнами тяжелый дым. Чес медленно поднес сигарету к потрескавшимся губам и сделал длинную затяжку. На другом конце загорелся крошечный огонек, ярко выделяющийся среди темных облаков. - Да ты прямо девочка со спичкой, - Глэм устало усмехнулся, аккуратно присаживаясь рядом с другом. - Э, я не понял, ты меня сейчас бабой что ли обозвал?! - Чес злобно посмотрел на блондина, севшего чуть поодаль от края, и слегка пихнул его в плечо. - Нет, нет. Что ты, - притворно удивленно воскликнул Глэм. - Зачем же я буду тебя так обзывать? Ты и так ею являешься... В ответ на маленькую шутку Чес накинулся на него с лицом разъяренного берсерка и, уже не так разъяренно, начал щекотать. Глэм залился в громком, почти девчачьем, смехе, извиваясь на каменной плитке. Руками он пытался оттолкнуть друга, но сил хватало только на попытку защиты. Атаки шли не шуточные. Коленями брюнет заблокировал ноги Глэма, одной рукой схватил два его запястья, а второй продолжал мучительную пытку. Блондин кричал в голос, не то от смеха, не то он истерики, пока Чес, видимо, окончательно вымотавшись, остановился и сел обратно на свое место. - Ты че так орал то? Как будто никогда щекотки не чувствовал. Хехе. Глэм, истерично посмеиваясь, плюхнулся рядом с другом, немного задумавшись. А его когда-нибудь щекотали? Последним подобным воспоминанием всплыла Лидия. Еще лет так 10 назад. Тогда она была практически настолько же несносной как Чес. Любила бегать, подшучивать над отцом, играть с ним. Но щекотала редко. Знала, что если кто-то засмеется слишком громко, придет отец. И не поздоровится тогда всем. И все же с ощущением дикого смеха, рвущегося из ребер, Себастьян знаком был. Но Глэм познакомился с ним заного. Уже по-другому. В новом месте. И с новым человеком. - Пошли ка домой, братец, - Глэм поднялся со своего места, аккуратно отряхнул помятые брюки и протянул руку Чесу. - Как ты меня назвал? - брюнет поднял на него удивленные глаза, подавая свою руку. - Братец. А что? Не нравится? Могу не называть! - Да нет, все норм, - Чес от чего-то грустно усмехнулся и медленно побрел в сторону приоткрытого люка, - просто всегда мечтал иметь брата. Глэм, казалось, впервые за последнюю неделю искренне улыбнулся и побежал вслед за ним. Вслед за жизнью с семьей.