Во власти чар

Жгучий холод пробирался под самые кости, оседал глубоко внутри. Морозный воздух неприятно обжигал щеки, заставляя их пылать розовым румянцем. Плотный слой снега приятно шуршит под ногами. Из-за быстрого шага дыхание девушки сбилось и изо рта выходил пар. Лэйн спешно возвращалась в поместье, дабы поскорее сесть за перевод Книги Апокалипсиса. Работать в монастыре стало невыносимо. Монахи то и дело постоянно заходили в храм, контролируя девушку и ангела, словно они были способны осквернить столь священное место. Они косо поглядывали на Каина, демонстрируя неприязнь к небесному созданию. Девушку это напрягало и каждый раз она хмурилась и всем своим видом показывала, что готова заступиться за своего напарника, если этого потребует ситуация. Никто не доверят бессмертным. Быстро поднимаясь по ступеням, перепрыгивая через одну, Лэйн поднялась на крыльцо и мигом зашла в поместье. Телу сразу стало теплее. Камин горел и отбрасывал на помещение тёплые оттенки красно-оранжевого. Поленья приятно потрескивали в тисках огня. На диване расположился Лестер, по-хозяйски широко расставив ноги и раскинув руки по спинке дивана. Он весело обсуждал что-то с другим, неизвестным девушке, военным. Лэйн вздохнула и, снимая на ходу чёрное пальто, направилась в их с Анной комнату. Подходя все ближе к спальне, сердце начинало биться чаще, дыхание спирало. Лэйн не хотела обнаружить в комнате Анну. При виде нее постоянно хотелось рассматривать ее, особенно ярко-голубые глаза, в которых отражались теплота и забота. Невыносимо было и смотреть на губы, которые так и манили брюнетку. Она бы не смогла полноценно сосредоточиться на работе, мыслями улетая к мечтам о сестре Генерала. В комнате шатенки не было. Лэйн облегчённо выдохнула и повесила пальто на спинку стула. Она прошла к кровати и, удобно устроившись и скрестив ноги, положила перед собой Книгу Апокалипсиса, блокнот, ручку и карандаш, и ХИС, которые отбрасывал зеленоватое свечение. Хрустнув пальцами, она принялась за работу. Тщательно изучала каждый лист, каждые слово и таинственные символы, черной ручкой делала записи в фиолетовом блокноте и перечитывала старые заметки, пытаясь найти в них помощь, что-то полезное, то, что может внести ясность хотя бы в одну страницу. Звукоизоляция в поместье была максимально слабой. Даже смех, доносящийся из гостиной, был слышен. Именно поэтому, Лэйн смогла услышать приближающиеся к комнате шаги. Этот в меру торопливый шаг напоминал поступь ее соседки. Дверь отворилась и догадки криптографа подтвердились. В комнату вошла Анна, поправляя непослушные пряди волос. — Привет, — поздоровалась она. — Здравствуй, — с непроизвольной улыбкой ответила Лэйн. Анна взглянула на нее и улыбнулась в ответ, показывая дружелюбный настрой. Брюнетка прикусила внутреннюю сторону щеки и вернула взгляд на книгу, пытаясь вновь сосредоточиться на ней. Шатенка стала переодеваться в домашнюю одежду и Лэйн изо всех сил старалась не смотреть. Однако, она не выдержала и перевела взгляд, рассматривая спину и плечи, спускаясь ниже к округлым бедрам и изящным ногам. Как только ученая была готова поворачиваться обратно, Лэйн поспешно отвела взгляд и прикусила губу, сводя брови к переносице. Не думай о ней. Не думай. Но разум никак не подчинялся этой мысли. Он отталкивал мысли о Книге Апокалипсиса на второй план, сводя их к находящейся рядом девушке. — Ты какая-то напряженная, — подметила Анна. — Совсем не поддается? — кивнув на книгу, сказала девушка. — Да, — на выдохе ответила Лэйн. — Мне кажется, что здесь недостает какого-то фрагмента, чего-то крайне важного. Анна задумалась и прищурилась, смотря на брюнетку. Ей хотелось поддержать ее в работе. Она подсела к ней и обняла ее за плечо, придвигаясь ближе. — У тебя все равно все получится. Я уверена, — с улыбкой и теплотой произнесла шатенка. Лэйн сначала посмотрела на ее руку, перекинутую через плечо, а потом на саму Анну, смотря в голубые, как небеса, глаза. Лэйн выглядела совершенно растерянной и ученая вопросительно подняла одну бровь. — Что такое? Лэйн смутилась и сглотнула. Она посмотрела на ее губы, которые так хотелось расцеловать. Криптограф боролась с желанием притянуть ее к себе, крепко обхватив талию, прикоснуться к мягким, каштановым волосам, вдохнуть их аромат. Хотелось прижаться к ней, запустив руку под теплую толстовку, ища тепла. Будто это помогло бы пробраться к ее душе, понять ее, вытащить наружу ее чувства и желания. — Знаешь, я дорожу тобой. Я никогда не думала, что буду кого-то любить и ценить настолько сильно, — сглотнув сказала брюнетка. Анна расцвела в мягкой улыбке и ответила. — Я тоже люблю тебя и очень дорожу, подруга. Подруга... Это слово эхом отозвалось в сознании и болью в сердце. Словно ей ножом полоснули по грудной клетке, в крепкой хватке сжали ее сердце, желая вырвать из груди, разрывая все сосуды. Захотелось плакать, ком застыл в горле, а глаза стали заполняться влагой. Лэйн вновь посмотрела на розовые и желанные губы. Анна продолжала улыбаться, словно не замечала подавленное состояние подруги. Желая зарыться в ее объятия, Лэйн поддалась соблазну и, обвив руками ее талию, прижалась к ней. Ученая удивилась, но обняла подругу в ответ, ласково поглаживая по спине. — Лэйн? Ты чего? — шатенка заметила, как плечи криптографа подрагивали. Ее взгляд стал взволнованным. Она искренне переживала за брюнетку. Почему она не смотрит на меня также, как и я на нее? Почему мои чувства невзаимны? Анна любила Лэйн, но не так, как хотелось криптографу. Они говорили о разном. Шатенка смотрела тепло и заботливо, но все равно не так. Брюнетка отстранилась и заглянула влажными глазами на девушку. Брови той, выражая переживания, метнулись вверх. В голове Лэйн возникла мысль. Безумная и дикая. Может, так она поймет? Серые омуты Лэйн метались по идеальному лицу Анны, разглядывая каждый милиметр. — Анна... — Что? Что такое, Лэйн? Сделав глубокий вдох, брюнетка ответила. — Я хочу сделать то, о чем возможно очень сильно пожалею. Анна подозрительно прищурилась. — О чем ты? Не надо делать что-то необдуманное. Это может быть, — девушка сделала паузу. — Опасно. Лэйн засомневалась и внутри нее отчаянно боролись разум и сердце. Череда сомнений заполнила мысли. Впервые ее окутали такие страх и волнения. Я больше не могу бороться с собой. Я не владею ни телом, ни чувствами. Она завладела мной, взяла полную власть. Я готова сгореть за свои мысли, эмоции, чувства. Чертовы чувства к этой девушке. Лэйн набралась решимости и резко, почти грубо, обхватила лицо Анны руками и прильнула ее губами, ласково целуя. Ученая застыла, не зная как реагировать. Ее глаза расширились от удивления. Лэйн, не видя ответа, медленно отстранилась и отвела взгляд. — И-извини... — Ч-что? — тихо и ошарашенно спросила Анна. Лицо шатенки покраснело и она вскочила с кровати, и выбежала из комнаты. Криптограф обхватила ноги руками и уткнулась лбом в колени. По щекам покатились слезы, полные гнева на себя и отчания. Что я наделала? Я все испортила!

***

Лэйн сидела в гостиной вместе с отрядом. Она ела лапшу быстрого приготовления, которая вкусом напоминала резину, не слушая разговоры остальных. Она совершенно потеряна. Анна не возвращалась в комнату уже несколько дней, ночевала у Киры. Зеленоглазая сияла от счастья, радуясь тому, что ученая отвернулась от криптографа. Военная считала, что вскоре Генерал сделает тоже самое и наконец заметит ее преданность и старания, сильную любовь во взгляде и, возможно, ответит взаимностью. Именно на это она надеялась. И Кира даже представить не могла, что Лэйн испытывала те же чувства, только не к Дмитрию, а к его любимой сестре, ее подруге. Анны не было в гостиной. Она отправилась вместе с Грегом куда-то и ее захлестнула жгучая волна ревности. Она накрывала ее с головой и больно царапала сердце и душу. — Лэйн, — возле уха раздался голос ангела, заставив вздрогнуть от неожиданности. — Ты в порядке? Девушка посмотрела на Каина и нервно кивнула, прикусываю щеку. — Да, в порядке. Не беспокойся. Брюнетка быстро доела еду и встала с кресла. Рукав бежевой кофты скатился с плеча, обнажая четко выраженные ключицы. Криптограф, казалось бы, не обратила на это совершеннно никакого внимания и даже не поправила. Входная дверь распахнулась и на пороге показалась Анна. Заметив Лэйн, она остановила на ней взор голубых омутов. Брюнетка грустно улыбнулась и помахала рукой. Не получив ответного жеста, она развернулась и спешно направилась в сторону комнаты. Не думай. Не думай. Не думай. Из ее рта вырвался нервный смешок, граничавший с истерикой. Нет-нет-нет... Лэйн забежала в комнату и захлопнула дверь, закрывая ее на щеколду. Она прислонилась спиной к двери и, схватившись за бешенное колотящееся сердце, тяжело задышала. Ее лицо покраснело, а глаза судорожно забегали по комнате. Через пару минут раздался стук в дверь. Лэйн тихо ахнула и пригладила черные, как смоль, волосы. — Лэйн, открой, пожалуйста, — за дверью раздался грустный голос Анны. Криптограф прокашлялась и быстро открыла дверь, а потом стала отступать к окну. Ученая вошла в комнату и оглядела ее, словно она стала уже совсем незнакомой и чужой. Но взгляд, устремленный на Лэйн, таким не был. Он был таким светлым, теплым, родным, что у брюнетки сжалось сердце. На душе сразу стало теплее. Анна свела брови к переносице и отвела взгляд. Она нервно поджала губы и стала тихо говорить. — Я думала о произошедшем, — Лэйн замерла. — Я пыталась разобраться в своих чувствах. Криптограф сглотнула ком в горле и облизнула нижнюю губу. — Получилось? — Да, — теперь голубые омуты остановились на серых, как пасмурное небо, глазах. — Я не уверена, что могу ответить на твои чувства взаимностью, но, — сделала паузу. — Я бы хотела попробовать. Ты важна для меня и не хочу терять тебя. Сердце Лэйн забилось еще быстрее. Его стук эхом отзывался в ушах. Она поразилась до глубины души. Ее учащенное дыхание раздалось по комнате. Анна забеспокоилась. — У тебя паническая атака? — она подбежала к ней и положила руки на хрупкие плечи. Лэйн, не медля, притянула ее за воротник куртки и накрыла ее губы своими. Целовала жадно, но в тоже время, нежно и ласково. От Анны пахло морозом и хвоей. Как хорошо. Анна сжала плечи брюнетки и ответила на поцелуй. Их языки сплелись в медленном танце, вальсируя друг с другом. В ее сердце что-то щелкнуло и по груди разлилось тепло, словно она наконец оказалась дома. Почувствовала что-то родное. И Лэйн чувствовала тоже самое. Внутри загорелось пламя, которое пожирало все внутри. Ее окутывали страсть и желание, но криптограф понимала, что не нужно торопить события. Она не рискнула бы сделать это сейчас. Вдруг, Анна передумает? Внутри все трепетало. Лэйн почувствовала радость, счастье, всю свою любовь, почувствовала каждое соприкосновение их губ. Мягкие уста Анны были такими нежными, податливыми. Наконец, столь желанная мечта осуществилась. Выбралась за грани разума и стала реальной.