Till On Ice

РЕЗУЛЬТАТЫ ФИНАЛА ГРАН-ПРИ: 1. ИВАН 2. ЛУКА 3. ??? … 6. ТИЛЛ Блять. БЛЯТЬ. Сжав кулаки, Тилл уставился на итоговую таблицу. Рядом с ним в зоне ожидания сидел его тренер Урак. Тот ничего не говорил, но Тилл знал: как только они окажутся вдали от посторонних глаз, его ждал разнос. Урак изображал из себя «сочувствующего, но строгого» тренера, но все, кто тренировался под его началом, знали о его истинной натуре. Он особенно жестоко относился к Тиллу, ибо «знал о его потенциале». Тилл резко поднялся, и, не дожидаясь награждения призёров, вышел из зала. Ему не хотелось видеть, как Иван целует ещё одну золотую медаль прямо у него на глазах. Урак что-то неразборчиво крикнул ему в спину, но Тилл уже рванул в туалет, спрятавшись в одной из кабинок. Он трясущимися руками прокручивал контакты в телефоне. Ему было не с кем поговорить. У него остались друзья детства дома, но… у тех были и более важные дела. Они не заслуживали слушать ещё и его нытьё. БЛЯТЬ. Тилл ударил рукой по стенке кабинки, пытаясь собрать мысли в кучу. Он не знал, сколько времени просидел там, когда дверь резко распахнулась. Шагов слышно не было, но внезапно раздался громкий БАМ в дверь его кабинки. — Чё за х… — воскликнул он, распахивая дверь и оказываясь лицом к лицу с Хёной, одной из его партнёрш на льду. Он несколько раз моргнул; края его глаз были красными, но плакать он не стал. — Хёна?? Это грёбаный мужской туал… — начал он, но её смертоносный взгляд прервал его. Она издала какой-то звук и… подождите, она что, только что цыкнула на него?? Тилл был ошарашен. Он не знал, что сказать, пока та смотрела на него с презрением. — Хватит вести себя как ребёнок и тащи свою задницу назад. Тупица, — не говоря больше ни слова, она развернулась и вышла из туалета. Хёна была одной из напарниц Тилла на катке и всегда сурово опекала его. Он даже представить себе не мог, что она чувствует — сама она даже не попала в ранг на этот раз. Но всё же она приложила усилия, чтобы попытаться… подбодрить его? Вот что это было? Тиллу стоило отдать ей должное: хотя полностью вернуть ему хорошее настроение было невозможно, она всё же придала ему немного бодрости. С новыми силами Тилл вышел из туалета. Его лицо всё ещё выглядело плачевно, но сейчас ему было всё равно. Впрочем, как только он покинул туалет, Урак, стоя в стороне, покачал головой. Закатив глаза, Тилл подошёл к своему тренеру. — Эй, Тилл. Что это, чёрт возьми, было? Ты провалил каждый из своих блядских прыжков. Даже самые простые — твои фирменные сальховы. Нам нужно… — Урак быстро закрыл рот, заметив, как мимо проходят Иван со своей командой. Тилл уставился в пол, не желая смотреть на Ивана. Ему не хотелось портить себе зрение, глядя на эту сияющую звезду успеха, которая ох как сильно превосходила его. Но он не заметил, что как только Иван вошёл в комнату, его тёмный взгляд был сосредоточен на Тилле, даже когда отвечал на вопросы папарацци, преследовавших его. Тилл несколько раз пнул по полу, а затем поднял голову, предположив, что Иван ушёл, поскольку в комнате стало немного тише. К его удивлению, хотя Иван и дошёл до другого конца комнаты, собираясь уйти, его взгляд был устремлён на Тилла. Несколько удивившись, Тилл скорчил ему рожу, чем заставил брови Ивана слегка приподняться, а затем на его лице мелькнула слабая улыбка. Вскоре он сел в ожидавший его автомобиль и исчез из виду. С исчезнувшим давлением на плечи, Урак снова начал поносить и пилить Тилла по поводу его выступления. Он никогда не был «достаточно хорош». Он никогда не выполнял номера, как того хотел от него Урак. Больше сальто, больше четверных, больше прыжков. Блять, он не был создан для такого. Он не монстр как Иван. Он мог выполнить некоторые прыжки, но если давление становилось слишком сильным, он обычно сбивался. Немного позже, когда комната опустела, они тоже покинули здание под всё непрекращаемый бубнёж Урака. Они сели в такси и направились в аэропорт, собираясь вернуться домой. Пока Урак продолжал без усталости ворчать, Тилл думал о доме. Ему не терпелось снова увидеть Мизи… Мизи, одну из его лучших подруг и одну из немногих в мире, в чьей заботе он, без малейших сомнений, был уверен. Они начали кататься на коньках в юном возрасте вместе с их подругой Суа — обычной тихой девочкой, которая и приходила в основном только потому, что там была Мизи. Тилл не знал её достаточно хорошо, но знал, что она очень заботится о Мизи, как и та о ней. Суа не могла быть плохим человеком, если уж ей нравилась Мизи. Они втроём были неразлучны и всегда прилипали к экранам, когда там шли соревнования по фигурному катанию. Среди них иногда мелькал один фигурист по имени Иван, тоже из Анакт-Гардена. Он был молод, но уже оказывал огромное влияние на общество фигуристов. Когда бы тот ни выступал, троица всегда выкраивала время для просмотра. Тилл пообещал Мизи, что однажды станет таким же крутым, как и Иван. Её глаза загорелись, и в тот момент Тилл понял, что обязан сдержать слово. Чувства Тилла к Мизи только росли, и чем ближе они становились, тем сложнее ему было скрывать свои чувства. Каждый год, смотря вместе финал Гран-при, он повторял себе, что именно в этом году наконец-таки признается. Но этого так и не случилось. Удобный случай так и не наступал, а он не хотел всё испортить. Они всё пытались повторить номер Ивана, но в итоге падали на лед и смеялись. Суа предпочитала заниматься своими делами, но не отставала от Мизи, и их отношения тоже становились лишь крепче. Однажды, в начале школьного года, Мизи с Суа пришли на каток, но между ними что-то изменилось — лицо Мизи светилось от счастья. Тилл собирался спросить её о причинах такого хорошего настроения, но увидел её руку, переплетенную с рукой Суа. О. Оу. Тилл на мгновение как будто прирос к месту. Эти двое даже не заметили его появления сзади. Он как раз отрабатывал тренировку, которую придумал сам, и с нетерпением ждал возможности похвастаться подругам — у него наконец-то получилось исполнить сальхов без ошибок. Он не знал, как к ним подойти. Стоит ли ему вести себя так, словно ничего не изменилось? Он чувствовал себя неуверенно. Он должен был заметить всё раньше: эти двое всегда были неразлучны, и то, как Суа не выпускала Мизи из виду… Чёрт. Мизи и Суа наконец заметили его, как и то, что он остановился на месте, не решаясь подойти. Мизи, не раздумывая ни секунды и не отпуская руку Суа, окликнула его: — Тилл? Всё хорошо? — На её лице мелькнуло беспокойство, и Тилл сразу отодвинул свои чувства. Ему не хотелось портить Мизи настроение: он желал, чтобы она была счастлива. Отвлёкшись на мгновение, он, слегка улыбнувшись, встретился с ней взглядом: — Да ничего такого, я просто забежал поздороваться. У меня… э-э-э, наконец-то вышел сальхов. Показать? — Усмехнувшись во все зубы, он развернулся и угнал обратно на лёд. Что бы он ни чувствовал, ему хотелось увидеть лицо Мизи, когда у него получится. Переглянувшись и кивнув друг другу, Мизи с Суа быстро бросились за ним. Пока те завязывали коньки, Тилл начал разминаться, делая круги на льду. Когда они вышли из раздевалки, Тилл одарил их слабой улыбкой и продолжил свой "разогрев" (если это можно было так назвать). Медленно, но верно, он проехался по своей мини-разминке, чувствуя на себе взгляд Мизи. Когда она смотрит на него, ему кажется, что он способен на всё. Поддержка и любовь Мизи помогли ему справиться с множеством трудностей. Глубоко вздохнув, Тилл прыгает: в процессе чуть не потеряв равновесие, он всё же приземляется без проблем. Как только его коньки коснулись льда, до него донеслись восторжённые крики Мизи и лёгкие аплодисменты Суа. Замедлив движения, он повернулся к двум своим самым преданным поклонницам: у Мизи в глазах были слёзы радости, а Суа слегка улыбалась ему. Она обычно улыбалась только Мизи, и редко кому-либо ещё. Тилл быстро проскользил к краю катка, где и был сбит с ног Мизи, которая крепко обняла его со всех сил. — Твою мать, Тилл, это было ПОТРЯСАЮЩЕ!! Ты ультанул, не могу представить, сколько ты над этим работал!! Уверена на все 100%, ты обязательно добьёшься успехов!! Вернувшись к реальности, Тилл почувствовал резкую боль в груди. Мизи… как давно они не виделись. Он уехал много лет назад тренироваться с этим ублюдочным Ураком, надеясь, что тот поможет ему «добиться успеха». Ага, как же это было глупо. На первый взгляд тренировки Урака казались вполне нормальными для фигуристов. Но как только ты попадаешь под его опеку — он превращается в настоящее чудовище. Существовали и тренеры-"демоны", но те всё же заботились о благополучии своих учеников, а вот Урак был совсем иным — он думал только о своей выгоде. Тилл мог сосчитать на пальцах одной руки, сколько раз Урак искренне высказывал свой отзыв или мнение. Даже сейчас этот подонок жаловался, что его репутация пострадала из-за Тилла, потому что один из его подопечных занял последнее место. К чёрту это всё, — подумал Тилл. Как только вернёмся домой, разорву этот кошмарный контракт. Ему не хотелось оставлять друзей, но терпеть издевательства больше не было сил. Хотелось бы, чтобы все ушли с ним, но было ясно, что у некоторых подписаны контракты. Тиллу повезло — его контракт продлевался только при условии набора высоких очков на финале Гран-при. Это было одновременно благословением и проклятием. Сбежать от Урака в таком случае проще — тому не нужен «балласт», но если Тилл собрался бы дальше выступать, ему необходимо больше тренироваться и держать себя в руках. Единственное хорошее, что сделал ему Урак — это составил расписание и организовал соревнования. Паника начала охватывать его, и Тилл спрятал дрожащие руки под бедрами. Блять. Может, ему стоит просто бросить всё? Нет смысла продолжать соревнования, правда ведь? Он никогда не достигнет уровня Ивана, а если и достигнет, тот наверняка рассмеётся ему в лицо. Кто вообще добивается успеха в любой из сфер без тренера? Но он больше не мог терпеть Урака. Он ни за что не подпишет контракт на следующий год с этим чудовищем. Поездка домой оказалась настоящим испытанием: Урак не прекращая орал ему в ухо, постоянно тыкал в лицо статьи о его выступлении — всё стремился убедить Тилла в его ничтожности. И хотя тот не желал это признавать, у Урака получилось — он чувствовал себя никчёмным, глупым, абсолютным неудачником. Как он вообще мог надеяться на славу? Он никто, просто кусок грязи, созданный для того, чтобы люди топтались по нему. Стоя в аэропорту, он не отрывал взгляда от пола. Урак упомянул, что они сразу же отправятся на каток дабы потренироваться, но Тилл не сходил с места. — Чем ты занимаешься? Тилл, у нас нет целого дня. Нам нужно исправлять ошибки. Моя репутация… — Я ухожу. — В воздухе повисло молчание. Урак уставился на него в недоумении. — Что прости? — теперь Тилл развернулся к нему. Именно такой реакции он и ожидал. Он специально выбрал аэропорт для заявы, потому что тут многолюдно. Здесь Урак не смог бы причинить ему вред. — Я сказал, что ухожу. С меня хватит. Ты уволен. — Тилл откуда-то почерпнул смелости взглянуть тому в глаза, дерзко увольняя своего наставника, с которым провёл много времени. Урак ошеломлённо молчал, а затем рассмеялся. Его рука крепко вцепилась в плечо Тилла, заставив того вздрогнуть. Со стороны это выглядело как дружеское сжатие, но давление на его плечо говорило об обратном. Было даже довольно больно. — Парниша, прости что? Ты уходишь? Ахаха… Ох, ты забавный, Тилл. Ты не можешь меня уволить, я — твоё всё. Ты ничто без меня. Н-И-Ч-Т-О. Тилл знал, что всё так и произойдёт, но всё равно больно слышать подтверждение своих страхов от тренера. Гадство. Он понимал, что бесполезен, что для него не осталось места в этом мире. Но он... не мог больше так продолжать. Он не мог дать Ураку продолжать причинять ему боль. — Я серьёзно. Наш контракт закончился в конце ФГП. Я не прошёл, и дальше меня ждут лишь мелкие соревнования. Я не хочу снова проходить через то же на пути к ФГП в следующем году. Я займусь всем сам, чёрт возьми. — выругался Тилл, сбросив с плеча мёртвую хватку Урака и направившись к багажу. Он чувствовал, как взгляд мужчины задержался на нем, когда тот снова разразился хохотом. Тилл не собирался оборачиваться и менять своё решение.