Microffee

Странный какой-то парень. Минхо любит странности, но впервые встречает человека именно с такими. Тому не хватало трости и шляпы из девятнадцатого века — тогда был бы полнейший отвал. Заканчивая свой рабочий день, он только посмеивается над этой абсурдностью. На дворе двадцать первый век, а их разговор не то, чтобы раздражал, нет. Диалог был забавен, несколько комичен и немного проходил мурашками по всему телу. Это вызывает заинтересованность. Забирая Дуни в переноске, Минхо выходит из кондитерской, закрывает ее на ключ, а потом на железный замок. Для надежности. Своего рыжика он берет с собой каждый день, потому что, как ему кажется, Дуни дома невероятно скучно: не на кого поглазеть, понюхать, поиграть. А тут каждый день сотня разных людей, и каждый из них пахнет по-разному. Социализация. Прождав около получаса своего автобуса, Минхо наконец-то садится в него и даже успевает занять сидячее месте. Он лезет за телефоном в карман куртки и открывает приложение, продолжая переписку: «Тогда прости, что Дуни дотронулся к тебе своей лапой», и отправляет, смотря на Дуни, который никак не реагирует, стараясь не шевелиться и согреть себя после холода. han: Ты что, шутишь? Я только рад общаться с животными, особенно с кошками.

irino: Тогда обменяемся номерами телефонов? Неудобно так общаться.

han: Давай, я не против. Оба пишут друг другу свои телефоны, а потом Минхо задается вопросом: "«Не слишком ли рано он дал свой номер незнакомому человеку?». Но что-то так и тянуло его к этому контакту в приложении. Хотя написать или позвонить сейчас вызывало у него трясучку. После обмена контактами, так никто из них не подал признаков жизни. Доехав домой, Минхо выпустил Дуни на свободу, а сам занялся готовкой ужина. За нарезанием ингредиентов мысли не утихали. Они кружились вокруг этого незнакомого знакомца. Джисон действительно интересный, начиная с внешности, заканчивая личностью. За своими размышлениями Минхо не успел опомниться, как приготовил ужин. Поев и вымыв посуду, он решил включить телевизор и сесть на диван в гостиной. Листая каналы, Минхо находит какой-то сериал. Он не особо вдается в подробности сюжета, потому что усталость даёт о себе знать. Не досмотрев серию, Минхо засыпает.

📸📸📸

Утром он просыпается и понимает, что мысли кружились вокруг этого странного парня, как Джисон. Ему даже снилось, что они подружились и все больше времени проводили вместе. На самом деле, со всей честностью, Минхо признается сам себе, что хотел бы снова увидеть его в автобусе. Поэтому, стоя в очереди на остановке, он оборачивается каждую минуту, чтобы посмотреть на пришедших людей и найти его; чтобы снова вместе ехать в автобусе; чтобы не переписываться в этом чертовом приложении. Оно только раздражает. А, точно! У него же теперь есть его номер. Но написать или позвонить не хватает смелости. Все ещё не хватает... Но делать нечего, и Минхо садится в подъехавший автобус, обязательно на сидение, потому что с Дуни стоя не поездишь. Он машинально открывает приложение, но там ни смс-ки от него, ни горящего «в сети» профиля. Настроение медленно портится. А потом Минхо думает о том, почему же его настроение меняется от этого человека, и чуть не пропускает свою остановку. Вовремя посмотрел в окно, хотя там на улице кромешный мрак. Все еще раннее утро. Выходя из автобуса, он спотыкается и чуть ли не падает. Дуни взвывает, но резко замолкает, когда понимает, что не падает больше. Их спасают чьи-то руки, удерживающие за плечи Минхо. Он приходит в себя и встает на ноги, кланяясь и извиняясь, что принес неудобства. — Тогда угостите вашим вкусным малиновым чаем? — знакомый голос врезается в уши. — Джисон? — быстро поднимает голову и смотрит удивленными глазами. — Как ты тут оказался? Мы же не ехали вместе в этот раз. — Не ехали, ты прав. Я просто тут стоял, — секундная пауза, — ждал тебя. Что? — Что? — повторяется Минхо, и не может понять, это Джисон так шутит или всерьез говорит. — Повтори, я, может быть, неправильно тебя услышал. Тут шумно из-за транспорта. — Все верно ты услышал. Я тебя ждал. Хотел проводить до кондитерской и взять утренний кофе. Нельзя? — в игривости наклоняет голову вбок и испытующе смотрит. — Можно. Идем, — они переходят дорогу по зебре и идут вдоль домов. — Ты не подумал, что я мог бы быть уже на работе? — У меня была такая мысль... — на что Минхо говорит «Вот видишь». — Но я бы постоял еще несколько минут. Если бы тебя не было на следующих автобусах, то ушел бы на работу. — Следующих — это скольких? — кажется, Джисон сейчас его ошарашит. — Ну, двух-трех? — он задумывается. — Может быть, четырех. Все. Это конечная. Конечная Минхо. «Прошу на выход» — мелькает перед его глазами и он на секунду останавливается, закрывая глаза. — Что случилось? Тебе плохо? — взволнованно спрашивает Джисон и смотрит на него. Минхо хочется сейчас просто закричать, но сдерживает себя, из-за него, ну еще и из-за того, что слишком рано, чтобы будить спящий район. Он не такой бесстыдник. — Нет, все хорошо, — показательно улыбается, пытаясь перекрыть волнение. — Я просто на секунду задумался о Дуни, — переводит тему. — Кстати, ты как, чудо? — Джисон присаживается на корточки перед ним и сует палец в сетку переноски. Минхо смотрит на это действие и затаивает дыхание. Вот это, конечно, бесстыдство. Так, стоп! Нет, Минхо, ты не будешь думать о всяких непристойностях! Это всего лишь Джисон и твой кот Дуни. Ничего больше не происходит. Ему хочется захныкать и уткнуться в свои ладони, чтобы перекрыть горящие щеки. А они, наверняка, пылают. Хорошо, что не видно в свете уличных ламп. Но что ему делать, когда они придут в кондитерскую? Кот отвечает Джисону мяуканьем. Рыжий какой-то разговорчивый становится с ним. Будто, чувствует родственную душу? Минхо тоже это ощущает. Его тянет к нему. И непонятно, почему. — Идем, а то холодно на улице. Поговорите внутри кондитерской, — Джисон с неохотой отстраняется. — Тут осталось всего несколько метров, — это правда. Им стоит только перейти дорогу и здание будет у них под носом. Дойдя до теплого помещения, Минхо быстро открывает двери и запускает замерших. Опускает переноску на пол и расстегивает сетку. Дуни, почувствовавший тепло и знакомый запах, вылазит быстро, по-хозяйски ступая по ламинату. Джисон присаживается на корточки, снова. Но уже не напротив Минхо, а рядом с Дуни, позволяя тому обнюхать его. Но кот сразу полез обтираться и ластиться. Что за..? Минхо тихо достает свой телефон с кармана куртки и делает несколько снимков, пока его не замечает Джисон с Дуни на руках. Вот это новость! Рыжий, который не любит чужих людей, но все еще любопытен до запахов, спокойно сидит на ручках Джисона и мурчит... Мурчит? У Минхо сегодня день шока и невероятных событий. — Ты что, сфотографировал меня? — пытливо спрашивает Джисон, подходя ближе к нему. Дуни все еще у него. — Нет, — быстро проговаривает Минхо, тут же отворачиваясь от него к окнам кондитерской, чтобы пройтись по периметру и открыть жалюзи. — Правда? — допытывается, следуя за ним по пятам. — Что ты хочешь от меня? — разворачивается и спрашивает в лоб. Их лица находятся в двадцати сантиметрах. — Да, я сфоткал, — признается, — но не тебя, а Дуни, а ты попал в кадр, потому что находился рядом, — выкрутился из сложной ситуации. — Покажи, — но тот добивает его. — Зачем? А если я не хочу? Дуни мой кот, понятное дело, что я его фотографирую, — он становится за прилавок и ставит греться чайник, чтобы заварить листья малины и сами ягоды. Как-то слишком машинально это происходит. — Потому что на фото есть и я. Это конфиденциальная информация, потому что на ней мое лицо, — пытается доказать. — Прости, но там один Дуни. Из твоего только спина, — он пытается чем-то себя занять, протирая столы. Джисон все еще ходит за ним хвостиком, но уже без кота. Тот где-то гуляет по кондитерской. — Ты должен мне показать, чтобы я убедился в правдивости твоих слов. — Я не буду их никуда выставлять, если ты беспокоишься за это, — Минхо надоело, что они не могут понять друг друга. — Чего ты так волнуешься? О чем переживаешь? — спокойно спрашивает и внимательно смотрит на него. Джисон притих и смотрит себе под ноги. Пальцы одной руки перебирают другие, показывая нервозность. Минхо все это немного напрягает и он берет его за ладони, медленно усаживая на столик, а сам уходит на свое рабочее место, чтобы сделать горячий малиновый чай с листочком мелиссы для успокоения и взять кусочек лимонного тортика. Он ставит все это перед Джисоном и садится напротив него. — Спасибо, — тихо проговаривает он и берется ладонями за кружку, обхватывая ее. — Ты что творишь? Обожжешься ведь, — Минхо быстро, но аккуратно убирает руки Джисона от горячей посуды, смотря на них. Проверяет, нет ли ожога. А потом вздыхает, когда не находит повреждений. — Я понимаю, что мое поведение вызывает сомнения, но поверь, — он отрывается от разглядывания кружки и поднимает свои глаза на Минхо, — на то есть свои причины. Я не хочу пока о них говорить. Пойми меня. — Хорошо, — соглашается Минхо. — Ты хочешь проверить фотографии? — спокойно и с пониманием спрашивает, на что видит маленький кивок. — Держи, — протягивает ему свой телефон, где открыта галерея. Джисон берет мобильное устройство в руки и пролистывает фотографии одну за другой, понимая, что действительно на них виден только Дуни, а его лица нет — только спина, как и сказал Минхо. Это его успокоило, кажется. Он откладывает телефон и немного улыбается, беря в руку кружку и отпивая из нее малиновый чай. — Прости, что сомневался в тебе. Я по-другому не смог бы... — Ничего страшного, не переживай, — успокаивает его Минхо. — Попробуй торт. — Сладкое с утра вредно, — с ухмылкой произносит Джисон, но поступает наперекор своим же словам — берет вилку и откалывает кусочек лимонного торта, отправляя ее в рот. Мычит и вздыхает, с наслаждением закрывая глаза. Мысли Минхо снова ушли не в ту степь. — Тааак, мне пора работать, — вынырнув из своего подсознания, он на ватных ногах пытается встать и уйти в подсобку, чтобы переодеться и начать свой рабочий день. — Сколько я тебе должен? — спрашивает Джисон, когда Минхо вышел в рабочей одежде и перевернул табличку на входе с «Закрыто» на «Открыто». — Как-то уже неправильно брать с тебя деньги, — сомневается. — Минхо-хен! — серьезный взгляд впивается в него, не оставляя выбора. — Ладно-ладно, не убивай только, — а потом на его лице появляется хитрая улыбка. — С вас две с половиной тысячи вон, молодой человек, — и улыбается рабочей улыбкой, а у самого черти в глазах пляшут. — Тогда сделайте мне, пожалуйста, еще один американо и пирожное с шоколадом и малиной. С собой, — Джисон, кажется принял правила игры. — Подождите, пожалуйста, несколько минут. Вы можете пройти в зону отдыха и поиграть с Дуни, если вам так нравится, — он рукой указывает на рыжее чудо, который вальяжно развалился на коврике, где стоит наряженная ёлка. — И вы каждому встречному предлагаете поиграть с вашим котом? — удивляется Джисон, кажется, по-настоящему. — Мой кот сам себе хозяин, и чужаков не любит. Если он примет вас, то я не против, — а сам себе под нос добавляет: «Вот только тебя одного он и принял». — Кажется, ему и без меня хорошо. Пусть отдыхает, рыжий-полосатый. А я пока побуду с вами. Мне нравится ваша компания, — и подмигивает. Минхо давится слюной, кашляет и неожиданно всплескивает горячее кофе. Оно разлетается, и капли попадают ему на руку. — А-гх, — глухой отзвук произошедшего и искривленное лицо. Джисон тут же становится серьезным, забывая про свою игру. Он быстрым шагом обходит прилавок и берет его ладонь, чтобы осмотреть рану. Дует воздухом и подсовывает под кран, открывая холодную воду, причитая. — Ну как же так... Это я виноват? Прости. Больше не буду, — тараторит. — Все нормально. Это небольшая производственная травма. Такое случается с каждым вторым. — Ты не должен быть «каждым вторым», — грустно отзывается Джисон и осматривает руку снова, когда вытаскивает из-под воды. — Аптечка есть? — Да все хорошо, не переживай ты так, — тихо смеется. — Аптечка есть? — твердо спрашивает Джисон, понижая голос на несколько тонов. Минхо понимает, что шутить с ним таким не стоит. И мысленно записывает в заметки, чтобы запомнить. — Есть, сейчас принесу. — Сиди, я сам принесу. Только скажи, где она, — этот заботливо-грубый тон... Минхо плохо. — На холодильнике белый контейнер, — немного повышает голос, чтобы в подсобке было слышно. — У тебя там столько холодильников, я пока нашел, то заблудился пару раз, — разбавляет ситуацию Джисон. Минхо тихо хихикает, действительно забывая об испытывающей боли. Джисон обрабатывает ему ожоги специальной мазью, а затем наносит спрей, чтобы точно все быстро зажило. Он аккуратно прикасается к его руке, будто она фарфор, который при малейшем неправильном прикосновении потрескается и разобьется. Это греет немного сердце. — Все хорошо? — спрашивает Джисон и обеспокоенно смотрит ему в глаза. — Да, конечно, — с улыбкой отвечает Минхо. — Иди уже на работу, — и отпихивает его от себя. Ну ему же надо пространство для себя? Слишком много для утра. — Точно? — уточняет и выходит в общий зал из его пространства. — Да, точно. — Тогда, пойдешь со мной на каток? Хочу научиться кататься на коньках, — сияющие глаза и молящий взгляд. Ему бы еще руки сложить в молитвенной позе. Минхо бы на это посмотрел. — Кыш, покупатель пришел, — странно, что их раньше не было. — Ты оставишь меня без ответа? Ну ладно, я обиделся, — Джисон забирает пакет с пирожным и кофе, идя на выход. — Джисон! — кричит Минхо через несколько секунд. Тот разворачивается в надежде. — Пойду, — громко проговаривает и видит на чужом лице широкую улыбку и глаза-полумесяцы. — Я напишу тебе ближе к вечеру, — радостно выкрикивает Джисон и выходит из кондитерской, оставляя Минхо в недоумении. Что? Напишет? Но у него нет его номера. Как?