Когда ваш друг Кисе Рёта

      Обычно все свои дни рождения Кисе праздновал с размахом в каком-нибудь шикарном ресторане или модном клубе с фотозоной, фотографом, конкурсами для гостей и прочей дребеденью, которую Тайга на дух не переносил, но как хороший друг всегда появлялся на мероприятии. В этот же раз тому почему-то пришло в голову отметить свое двадцатилетие дома в тихой обстановке в компании самых близких друзей. В категорию «близких» попадали и они с Аомине, поэтому, как порядочные гости, взяли выходные, чтобы не опоздать на столь важное событие.              В связи с наличием у них совместного выходного, настроение у Тайги было приподнятым с самого утра: сначала они провалялись в постели до обеда, потом занялись охуенным сексом в душе, затем покормили друг друга завтраком, в ходе которого снова оказались на горизонтальной поверхности, именуемой столом. И сжимая ногами торс Аомине, когда тот с величайшим наслаждением на лице вдалбливался в него, Тайга подумал, что сегодня самый счастливый день в его жизни и ни что не сможет его омрачить.              Следующие двадцать минут они провели за поеданием мороженого, а потом чуть ли снова не решились проверить на прочность многострадальный диван, но боясь, что тогда непременно опоздают на празднество, воздержались от пылких проявлений чувств. Они же все-таки порядочные гости.              К Кисе прибыли по расписанию, пришли как положено ровно к четырем. Но, довольные собственной пунктуальностью, не сразу заметили, что стали объектом недовольных взглядов собравшихся. Недоуменный Тайга тотчас же поспешил выяснить причину столь неприкрытого недовольства, в которую его с огромным удовольствием и посвятил Мидорима.              Под закатанные глаза Аомине и раздраженные вздохи Мидоримы Тайга, краснеющий с каждым новым предложением, выслушивал все об их недалекости и невнимательности, потому что торжество было назначено на полчетвертого, а они умудрились опоздать на целых полчаса!              Аомине же, как истинный джентльмен, коим он никогда не являлся, вступился за своего парня, высказав Мидориме все, что о нем думает. И, если бы не вмешавшийся именинник, радующийся приходу друзей и не обративший внимание на опоздание, то Тайга уже всерьез предположил, что дело могло дойти до драки. Но зная Мидориму, вряд ли бы тот стал махать кулаками, скорее задавил бы Аомине словесно.              Следом за нудящим Мидоримой, который успокоился только когда подключил свои чары Такао, вечер омрачила новость, что Кисе приобрел домашний караоке. Мало того он вознамерился спеть со всеми дуэтом, чем тут же отбил всякое желание Тайги находиться в его обществе. Попытавшись улизнуть, пока вниманием собравшихся завладело новое приобретение Кисе, он был остановлен смеющимся Аомине, который чуть ли не за шиворот втянул его в гостиную.              — Да ладно тебе, Бакагами, будет весело, — подмигнул он, а потом в самое ухо добавил. — Хочу услышать твой звонкий голосок не только, когда ты стонешь подо мной.              — Дебил, — покрывшись мурашками шикнул он, скрываясь на кухне, где наполнил пивом один из бумажных стаканчиков.              Спустя несколько секунд к нему присоединился Аомине, и уже после второго стакана оба были в той кондиции, чтобы реально начать завывать с Кисе на пару. Когда пришла очередь Аомине петь, Тайга понял две вещи: во-первых, у него, кажется, кинк на голос Аомине, а во-вторых, оказывается, возбудиться можно и без всяких прикосновений.              Стараясь, чтобы никто не обращал на него внимания, Тайга быстро выбежал на балкон, на ходу хватая третий стакан с пивом. Смешивая свежий воздух с очередной порцией алкоголя, он пытался усмирить собственное сердцебиение, а еще как-то успокоить пульсирующий член в трусах. Стараясь не думать о сексуальном голосе Аомине, он попытался представить все что угодно, главное не Аомине перед собой на коленях.              И естественно все что угодно представляться не хотелось, и голову не покидал развратный образ Аомине Дайки. А еще голос, который теперь звучал до интимного близко.              — Эй, Кагами, ты чего ушел?              — Ничего, — безразлично бросил Тайга.              — Не понравилось исполнение? — поднял бровь он.              — Понравилось, — возразил Тайга, покрываясь пунцовыми пятнами.              — А чего тогда ушел? — удивился Аомине, подходя вплотную к Тайгиной спине.              — Очень сильно понравилось, — неразборчиво выдал он, забыв, как дышать, потому что близость Аомине совершенно не помогала ему расслабиться.              Бедра Аомине упиравшиеся в его задницу совершенно не помогали ему справиться со внезапным стояком. А потом и руки, которые словно чувствуя все слабые Тайгины места, опустились на его пах. Тайга вздрогнул и глубоко вдохнул, прижимаясь плотнее к телу позади себя.              — Только не говори, что завелся от моего голоса, — хихикнул Аомине, делая поступательные движения вперед, тычась своим пахом в ложбинку между ягодицами.              Тайга кивнул, чувствуя, как жар от лица расползается по всему телу: прямо туда, где сжимались крепкие пальцы Аомине.              — Какой же ты грязный извращенец, Тайга, — хрипло протянул Аомине в его шею тем самым до безумия приятным и до головокружения будоражащим голосом. — Хочешь меня, даже когда вокруг столько людей.              Он звучал так соблазнительно, так притягательно и горячо, что Тайга не выдержал. Не смог справиться с пылающим желанием под ребрами и в паху. Развернулся резким движением, даже Аомине приводя в недоумение, и впился в его влажные манящие губы поцелуем.              Куда их может завести этот поцелуй Тайга даже не думал, его волновали лишь жадные прикосновения к любимому телу, пылкие поцелуи и собственный язык во рту Аомине. Увлеченный, он был готов трахнуть Аомине на этом балконе, не переживая о последствиях. Или же он был готов сам встать перед ним на четвереньки, не боясь быть застуканным.              Аомине хотелось до безумия, до бабочек в животе, до гулкого сердцебиения в груди и сладкого растекающегося по венам желания. С ним хотелось воедино слиться. Кричать его имя, а еще лучше слушать, как он будет выстанывать его — Тайгино — своим невероятно красивым голосом.              — Эй, Кагами, остановись, — попытался отстраниться Аомине, когда Тайга принялся расстегивать молнию на его шортах.              Тайга что-то невнятно промычал, не давая разорвать поцелуй и лишь с большей страстью прижимаясь к его телу.              — Кагами, прекрати! — уже выражая явное недовольство, оттолкнул его от себя Аомине, чем вызвал в нем крайнюю степень негодования.              — В чем дело? Тебе не нравится?              — Не надо здесь. Нас могут увидеть, — пытаясь привести в порядок собственную одежду, объяснил он.              — Хорошо, пойдем уединимся… — начал Тайга, и почти сразу был прерван.              — Нет, я не хочу. Не стоит проявлять свои чувства на публике.              — А что такого? — поправляя больно упирающийся в джинсы стояк, удивился Тайга. — Все же и так знают, что мы встречаемся.              — Ну и что. Я не собираюсь лизаться прилюдно или заниматься сексом, когда за стенкой наши друзья.              — Стесняешься, что ли? — хихикнул он. — Поверь, всем пофиг. Они там уже в стельку пьяные, даже не обратят на нас внимания. Я отсюда слышу, как Кисе с Такао на пару насилуют уши слушателей.       — Я сказал «нет», Кагами, — рыкнул Аомине, лишая свой голос былого очарования.              — Окей, я понял. Возвращайся к остальным, я сейчас вернусь.              Тайга молча ушел в ванную, где следующие минут пять провел за попытками избавиться от пульсирующего стояка. Он умылся холодной водой и сделал пятьдесят приседаний, вспоминая при этом все постыдные поцелуи с Алекс. Возбуждение как рукой сняло.              К друзьям Тайга вернулся, когда Кисе уже забыл об истинном предназначении караоке и просто в микрофон выкрикивал рандомные тосты один за другим, делая после каждого по глотку пива и побуждая к этим же действиям и остальных.              — За домашний караоке! — и хохочущий Такао поднял тост вместе с ним.              — За лучших друзей! — поддакнул и захмелевший Куроко.              — За баскетбол! — тут и Тайга с Аомине не удержались, когда дело дошло до святого.              — За мою малышку Сацукиччи! — на этих словах Кисе притянул к себе взвизгнувшую Момои и поцеловал.              Тайга засмеялся от вида Аомине, который изобразил приступ рвоты.              — Выколите мне кто-нибудь глаза, —произнес он, отвернувшись от влюбленной парочки.              — Да ладно тебе, Аомине, они уже два года вместе, пора бы привыкнуть.              — Да хоть десять лет, я никогда не пойму, почему она выбрала Кисе, — поморщился Аомине.              — Может потому, что он не стесняется проявлять свои чувства публично, — пожал плечами Тайга, после чего сразу же получил локтем под бок.              — Ой, заткнись, а!              Тайга снова рассмеялся, а потом оказался втянут в разговор с Кисе, у которого, видимо, градус алкоголя в крови превысил все нормы допустимого, потому что ему взбрела в голову совершенно бредовая идея — сыграть в бутылочку.              — Я не буду сосаться с мужиками, — скривился Аомине.              — Ой, Аоминеччи, как будто ты не гей, — закатил глаза Кисе.              — Вообще-то мне девушки с сиськами нравятся.              — А у Кагами как раз пятый размер груди, — поддержал Такао и они с Кисе на пару рассмеялись.              — Думаю, будет весело, Аомине-кун, — вдруг вступился Куроко, кажется, тоже изрядно перебравший.              Акаши на это смерил его скептическим взглядом.              Тайга тоже разделял его сомнения, но почему-то, как и все остальные, был уговорен вступить в игру. Только Мидорима открестился от столь сомнительного времяпрепровождения, прокомментировав тем, что ни за что на свете не станет участвовать в этом слюнообмене.              Честь крутить первым выпала имениннику: Кисе долго готовился к столь ответственному заданию, а когда горлышко бутылки указало на Аомине, весело захохотал:              — Иди ко мне, Аоминеччи, сейчас я узнаю, чем ты так привлек Кагамиччи, — и он повалил опешившего Аомине на пол.              Тайга и сам офигел от такого яркого выражения эмоций, уже думая, что придется оттаскивать Кисе от своего парня. Но все оказалось куда невиннее, чем могло показаться на первый взгляд: Кисе беспорядочно целовал его лицо, тычась то в щеки, то в подбородок, но при этом ни разу не коснувшись его губ.              — Фу-у, — вопил Аомине, отпинываясь от него. — Отстань от меня со своими слюнями, придурок!              — Ай, Аоминеччи, ты меня по ребрам ударил, — захныкал Кисе, отстраняясь.              — Сам виноват, идиот, — проворчал в ответ он, вытирая лицо руками. — И как ты только терпишь его, Сацуки?              Та неуверенно пожала плечами, пряча в ладонях смущенное лицо. Кажется, на нее поцелуй своего парня и лучшего друга подействовал иначе, чем на Тайгу, которому было абсолютно все равно, потому что он понимал, что это не более, чем дурачества.              Для Аомине же это, совершенно точно не было дурачеством. Потому что он принялся мстить и мстя его обещала быть ужасной! Бутылочка, запущенная его приготовившейся к мести рукой, долго не останавливалась, а когда затормозила напротив Момои, вызвала у Дайки победный клич.              — Сейчас-то я и продемонстрирую, как нужно целоваться, — зловеще усмехнулся он, глядя на Кисе, взгляд которого потемнел.              Щеки Момои запылали пуще прежнего. Кисе напрягся, как натянутая струна. А Тайга не сводил взгляда с решительного Аомине, боясь, что тот натворит глупостей.              — Расслабься, дурочка, — шепнул Аомине подруге в самые губы. — Твой парень, конечно, болван, но я не настолько идиот, чтобы использовать тебя, как орудие мести.              После этого он осторожно чмокнул ее в щечку и отстранился, глядя на то, как расслабились все трое с Тайгой во главе.              — Если ты так же целуешь Тайгу, то мне его очень жаль, — пошутил Тацуя, на что получил гневный взгляд Аомине.              — Закрой рот, — прорычал он, сжимая кулаки.              — Тацуя, не надо, — попытался успокоить названого брата Тайга, как никто другой зная, какие теплые отношения связывают его с Аомине. — Вы оба пьяны, лучше не начинай то, о чем потом можешь пожалеть.              — Давайте продолжим игру, мальчики, — постаралась разрядить обстановку Момои, глядя на то, как эти двое чуть ли не уничтожают друг друга взглядами.              За дальнейшим ходом игры Тайга почти не наблюдал, пытаясь успокоить Аомине, который не на шутку разозлился.              — Чего завелся то? — шепнул ему на ухо Тайга. — Он же просто прикалывается.              — Может и прикалывается, но язык тебе в рот засунуть все равно хочет, — ответил Аомине, переплетая его пальцы со своими.              — Глупости, — покачал головой Тайга. — Мы друзья, не более.              Аомине многозначительно хмыкнул, но промолчал, сидя при этом чернее тучи. Тацуя тоже источал негатив. Но если причиной злости Аомине была ревность, то Тацуе просто не нравился сам Аомине. Тайга знал, что тот не в восторге от того, что его выбор пал именно на Аомине, но вмешиваться в их отношения не позволял. Поэтому эти двое довольствовались лишь колющими репликами, показывая взаимную неприязнь к друг другу.              — Эй, Кагамиччи, очнись, — пихнул его в плечо сидящий рядом Кисе. — Тебя Курокоччи сейчас целовать будет.              Тайга мгновенно встрепенулся, смотря на подходящего к нему Куроко, и как-то неуверенно сжался. Он подготовился к тому, что ему придется целовать кого-то, кто не Аомине, но надеялся, что этим кем-то будет не Куроко. Целовать того, над кем хищным ястребом парил Акаши — себе дороже.              — Распустишь руки — убью, — улыбнулся Акаши своим безумным оскалом, вызывая ледяные мурашки во всем теле.              Тайга сглотнул и зажмурил глаза, когда к нему приблизились губы Куроко.              — Расслабься, Кагами-кун, Акаши-кун просто шутит, — и с этими словами он оставил нежный, невесомый и очень-очень теплый поцелуй на Тайгиных губах.              Лицо Тайги запылало, и он неуверенно посмотрел Куроко в глаза.              — Зачем было в губы то целовать?              — Таковы правила игры, — спокойно пояснил Куроко, возвращаясь на свое место.              Тайга с трудом сглотнул ком в горле, пытаясь не обращать внимания на раздраженный взгляд Акаши, но, кажется, сегодня удача была не на его стороне, потому что следующим человеком, которого Тайга должен был целовать стал именно Акаши.              — Брось, ты что боишься этого коротышку? — ободряюще похлопал его по плечу Аомине.              — Не боюсь, — вздрогнул Тайга. — Но у меня от него мурашки по коже.              Аомине вздохнул, а потом обратил взгляд к спокойному и сосредоточенному Акаши:              — Распустишь руки — убью.              Акаши усмехнулся и совершенно никак не отреагировал, когда Тайга оставил быстрый поцелуй на его щеке.              Следующим невезунчиком, который должен был целоваться с Акаши стал Тацуя. Он безразлично чмокнул того в щеку, и потом с таким же хладнокровием принялся крутить бутылочку.              В том, что удача сегодня точно не на его стороне, Тайга убедился, когда горлышко бутылки указало на него самого. И нет, его не пугала перспектива поцеловать Тацую, но его тревожил недовольно сопящий под боком Аомине.              Глубоко вдохнув, и мысленно пожелав, чтобы после этого поцелуя не было никаких негативных последствий, Тайга прикрыл веки, ожидая поцелуя от Тацуи.              — Да пошло все к черту! — услышал он голос Аомине возле себя.              А потом знакомые губы прильнули к его собственным. Тайге даже не нужно было открывать глаза, чтобы понять, кто именно его целует. Аомине нельзя было спутать ни с кем, потому что он целовал так, что у Тайги сердце сразу заходилось в безудержном ритме. Так, что низ живота приятно сводило сладким спазмом. Так, что все мысли улетучивались и хотелось лишь одного: подаваться к нему навстречу и растворяться в нем.              Ловкий язык втолкнулся в приоткрытый рот, переплетаясь с Тайгиным и знакомыми движениями лаская его. Влажный, горячий, умелый он доводил Тайгу до крайней степени безумия, когда все рамки напрочь стерлись из головы, и он только и мог, что бессознательно отвечать на настойчивые, но при этом невероятно бережные поцелуи.              — Ты только мой, никому не позволю целовать тебя, — шепнул Аомине настолько нежным и любящим голосом, что у Тайги по всему телу дрожь пробежала, а из горла вырвался тихий стон.              — Эй, ребятки, кажется, вы увлеклись. Для игры достаточно и обычного чмока в губы, — смущенно хихикнул Такао, но был благополучно проигнорирован.              — Может вам комнату выделить? — не растерялся Кисе.              И только после его слов, они все же прервали свой до неприличия долгий поцелуй.              — Не нужно, мы домой пойдем, — среагировал Аомине.              И не успел Тайга ничего толком сообразить, как Аомине уже поволок его к выходу. По пути он ловил смущенные взгляды друзей, предполагая, что и сам пылает весь от ушей до пяток.              Ничего не говоря и справляясь с внутренним предвкушением, Тайга покорно следовал за Аомине, а когда они оказались в собственной квартире (к счастью, жили недалеко), он поддался той страсти, что охватила обоих совсем недавно. В этот раз им удалось проверить на прочность и диван, и кровать, и другие горизонтальные поверхности. Не все плоскости справились с испытанием, но даже этот факт ничуть не омрачил их, довольных и вдоволь насладившихся друг другом.              Засыпая в объятиях Аомине, Тайга подумал о том, что несмотря на все казусные ситуации, сегодня действительно лучший день в его жизни. Потому что ради него — Тайги — Аомине преодолел собственное стеснение и доказал всем, а главное ему, как сильно его любит.              Когда же на утро Тайге прилетело сообщение от Кисе, он понял, что Аомине действительно был прав, и с такими друзьями лучше не проявлять чувства публично.              Но это уже будет совершенно другая история, в которой Кисе лишится не только телефона, но и желания делать фотографии исподтишка.