Будничные лолоцесты

Джон скучал. Никогда бы он не сказал это прямо, лично, открыто, но он действительно скучал по Лололошке. По этому неучу, который все же стал ему близким и родным человеком. За то время, что они провели вместе, Джон привык к нему. Привык к этому глупому виду и голосу. Привык к тому, что рядом всегда был кто-то близкий. Привык чувствовать кого-то настолько сильно, что по телу проходились приятные мурашки. Привык слышать чужие мысли. Привык чувствовать чужое тепло. Привык чувствовать чужую иску. Все это включал в себя Ло, который стоял тут, прямо перед ним. И к которому можно было подойти, улыбнуться и расставить руки в стороны, как и при их первом возобновлении. Обниматься было приятно. — Я скучал, — из уст Ло это звучит так искренне и нежно, что Джон тает, желая оказаться еще ближе. О, он так рад. Чувствовать его вновь было так хорошо... Так правильно...? Пальцы сжимали плечи крепче, прижимаясь, желая снова ощутить эту эйфорию от их слияния. Но ничего не происходило. — Лололошка? — непонимающе смотрит Джон, разжимая пальцы и немного отходя, чтобы видеть собеседника полностью. — Да? — Слишком ровно отзывается Ло и скрещивает руки на груди. Джон не понимает. Это... Кажется странным. — Почему мы не слились? — о, теперь он звучит встревоженно и сам от себя в шоке. Но сейчас он поддается эмоциям и хочет выяснить, что за черт произошёл и какого хрена? — Потому что не получится, — голос звучит таким чужим и далеким, что Джон сводит брови к переносице, явно недовольный тем, что происходит. Непонимание всего этого сводит с ума сильнее и начинает по-настоящему раздражать. — А если отвечать на вопрос более развернуто и понятно? — уже не выдерживает Джон. В глубине души ему неприятно, что он срывается на Ло в его же первые секунды появления, но иначе он не может понять, что за чертовщина тут происходит. — Что ты хочешь услышать, Джон? — этот вопрос отдаётся в его голове и Джон... Чувствует себя очень-очень странно. Мысли не должны быть такими реальными и громкими. Да тут явно творится что-то неадекватное и Ло явно принимает в этом какое-то участие. Может быть, розыгрыш за то, что все по итогу вышло вот так? — Нормальный ответ, — все же не выдерживает Джон и уже не сдерживает раздражение в голосе. Над ним явно шутят. — Я не могу тебе его дать, — медленно, как ребенку объясняет Ло, заканчивая это фразой: Ты и сам знаешь ответ. Чего? Да Джон понятия не имеет о чем ему сейчас говорят. Он тупо уставился на Ло, наконец-то обращая внимание на его внешний вид. Все вроде нормально. Абсолютно нормально. Но Джон цепляется за чужую одежду. Она... Все та же, что и при их путешествии, но прошло много времени. Ну не мог же он все время в одном ходить, ну ей-Богу. Хотя... Наверное стоит брать в расчёт, что это не рандомный парень, а Ло, который свою одежду постирает если повезет. Мало ли, где он был. Все остальное... Все как обычно. Не изменил вообще ничего. — Я не понимаю, что ты имеешь ввиду, — глаза продолжают бегать по парню напротив, выискивая вообще все, что угодно. Все, что может дать ему хоть малейшую подсказку. — Прости, но ты должен сам прийти к этому. И снова странная фраза... Но теперь Джон действительно нацелен найти то, что от него хочет Ло. Да и Харрис сам желает получить этот ответ уже чисто из своего любопытства. Взгляд снова пробегается по одежде, по лицу, по оружию, снова по лицу... Глаза. Джон понял, что они единственный отличаются от привычного образа Ло. Эти глаза, они такие... Бездушные. Мертвые. Пустые. В голове просыпаются две мысли: одна про то, что его путешествие было, как бы мягко говоря, отвратительным, а вторая очень гадкая и противная, такая, которую Харрис не хочет принимать сейчас и верить в нее тоже не хочет. Но он всегда был реалистом. — Ты... Не Лололошка, верно? Эта жалкая копия грустно улыбается и становится такой похожей на него, что Джону практически физически больно. — Как всегда догадливо, — копия стоит и смотрит. Джон не смеет отводить взгляд, не хочет. Пожалуйста, ну почему это так? И чем дольше они пялятся друг на друга, тем больше изменений происходит в самом Ло. Он становится... Прозрачным, кажется. Но глаза. Складывается такое ощущение, будто они поменялись, стали злее. И конечно, зрение Харриса не подвело. — Ты стал таким жалким, Джон. Что с тобой? — он пошел и Джон хотел отшатнуться, но не смог, ноги будто приклеены. — круги под глазами, эта вера в его живучесть. Самому не противно? Так еще и все вновь повторяется, — это звучит в самой голове, так громко и отчетливо, что Джон вздрагивает. Копия смеется и Джон не может поверить, что его мозг способен нарисовать такую картину. — Ло умер. Ты сам убил его, забыл? — Что? Нет, конечно, Джон не думал о таком. Ну может очень глубоко в душе. Или не так глубоко... — Он жив, — говорит Харрис и сам удивляется как тихо звувит собственный голос. — Ты не веришь в это. И Джон теряется. Он не знает что ответить, потому что он действительно в полной неизвестности. Что с ним, где он? Да без понятия! Это так давитдавитдавит. — Как я, точнее ты, и думал, — это звучит так легко, с такой насмешкой. — Убирайся. — А мне казалось, ты был рад меня видеть. — Ты - не он. Я просто в бреду. — Не буду врать. Между ними повисла пауза и прежде чем раствориться, этот силуэт все же улыбнулся, как улыбался настоящий Ло. Джону это было нужно. — Блять, — сипло произносит Джон и просто скидывает все свои бумаги на пол, поднимая шум. Руки мелко трясутся и он хочет провалиться под землю. Нет, он не хочет, чтобы Ло уходил. Вернись. Хотя бы ты. Пожалуйста. Жаль, что галлюцинации не появляются от одного желания.