Авторы и Создатели

***

Суматоха, хаос, беспорядочное мельтешение. Это был не просто кошмар; это было ощущение конца, распада самой реальности. Все кричали, разбегались, спотыкаясь друг о друга, но их голоса тонули в оглушительном гуле нарастающих помех. Воздух, если его можно было так назвать в межвселенском пространстве, дрожал и вибрировал, наполняясь статичным треском. Яркие, болезненные вспышки ошибок — #ERROR# и #NULL# — прорезали визуальный ряд, как ножницы, разрезающие ткань бытия. Они мешали сосредоточиться и передвигаться, заволокли и заражали всех вокруг, распадая всё на сырой, бездушный код. - НЕТ, НАЙТ! Скелет в жёлтом, его плащ развевался как жалкое подобие знамени, спотыкаясь, бежал к скользкому осьминогу, который с ужасом смотрел, как распадаются на код его руки и как постепенно помехи распространяются на остальные участки тела. Его щупальца, обычно такие сильные и гибкие, теперь выглядели как цифровой артефакт на старом видео, рассыпаясь на пиксели. - ДР#М $ТОД! ПРоФт# я б _л н€ пР@в.... Помехи мешали говорить Кошмару. Его голос, обычно низкий и властный, теперь был искажен, как поврежденная аудиозапись. Мечта попытался обнять его в последний раз..., но его руки прошли сквозь расплывающуюся форму брата. Он успел почувствовать лишь ледяной холод цифрового распада, прежде чем тот уже распался на код, а дальше и кода тоже больше не стало.... Всё происходило с пугающей, необратимой скоростью. Ошибки, лаги и помехи, словно вирус, против которого нет антидота, распространились на всю мультивселенную. Они пожирали анти-пустоту, стирали альтернативные вселенные одну за другой, как ненужные файлы, и даже загрузочный экран, последний оплот стабильности, погас, уступив место хаосу. Всё распадалось на код и исчезало вместе с ним. ...Вот уже оставалась только анти-пустота, последний островок в океане небытия, но и он быстро таял, словно сахар в воде. Художник увидел вдалеке силуэт, покрытый лагами. Эррор стоял неподвижно, спиной к хаосу, и смотрел в пустоту. Его поза была расслабленной, почти уставшей. - ЭРРОР! Чернильница, не думая о последствиях, побежал к нему. Тот медленно обернулся на его крик. В его глазах не было ни паники, ни гнева, ни любопытства. Лишь глубокая, бездонная усталость. Словно он наблюдал эту сцену в миллиардный раз, и ей давно не осталось места в его эмоциях. Эррор не побежал. Он просто развернулся и пошёл в сторону Инка. Шаг его был ровным, неспешным, будто он шёл по парку в погожий день, а не по рушащейся реальности. Инк споткнулся, он понял, что его ноги тоже начинают покрываться помехами, кодом и исчезать с большой скоростью. Он протянул руку к приближающемуся Эррору, но его пальцы уже рассыпались в пиксели. Он не успел издать ни звука — его тело бесшумно распалось на код и исчезло. Эррор, не ускоряя шага, дошёл до того места, где только что был Инк, и остановился. Он не попытался его схватить, не произнёс ни слова. Он просто стоял и смотрел вперёд, в никуда, пустой взгляд устремлённый сквозь умирающий мир. Всё вокруг медленно поглотила густая, бархатная темнота. Анти-пустота, вселенные, сама ткань мультивселенной — всё схлопнулось в беззвучную точку. А потом — резкий, режущий глаза, абсолютно белый свет. Он заполнил собой всё, не оставляя теней, не оставляя ничего.

***

Инк открыл глаза. Резкий переход от белизны к темноте оставил в глазах цветное пятно, будто он смотрел на солнце. Ни страха, ни тревоги — только странная тяжесть в костях, как будто его залили свинцовой краской. Он медленно сел. Пальцы сами по себе подрагивали, словно кисть скользила по мокрому холсту. По рёбрам струилась холодная влага. Тело вело себя странно, будто пыталось воспроизвести чувства, которых у него не было. Этот сон приходил к нему не раз и не два. Но сегодня в нём была другая краска. Раньше Эррор в его снах был ярким, ядовитым пятном — гневным, насмешливым, живым. Сегодня же он был... выцветшим. Как чернила, размытые дождём. Как эскиз, который кто-то стёр ластиком, оставив только бледный контур. Он поднял руку, разглядывая дрожь в пальцах. Тело запомнило что-то важное, чего не мог понять разум. Пустота в груди казалась гуще обычного. Не страх. Скорее... чувство незавершённого штриха. Будто в самой реальности появилась трещина, и сквозь неё просачивался тот самый ослепительный белый свет.

***

Он знал, что после взрыва, после той белизны, было что-то ещё. Обрывок звука, ощущение... но схватить это было невозможно, как поймать дым пальцами. Память была чистой, сухой доской, на которой кто-то стёр самые важные слова. Братья эмоций не могли видеть продолжение, если сам ты не помнишь его. Они — зрители, а не сыщики. А ещё в воспоминание они не могли пройти во время его отключки — только в сны и кошмары, наблюдая лишь то, что оставалось после пробуждения. Инк чувствовал себя сломанным проектором, который проигрывает один и тот же ролик, всегда обрывающийся в самом важном месте. Утро. Рутина как якорь. Физический дискомфорт постепенно отступил. Инк спустился с кровати, его кости слегка пощёлкивали. Он подошёл к этажерке, где в идеальном порядке стояли его флакончики. Без них он был пустым сосудом, красивой, но безжизненной оболочкой. Он провёл пальцем по горлышкам, выбирая палитру на сегодня. Лизнул из жёлтого — тупая, навязчивая тревога сменилась любопытством. Лизнул из оранжевого — в костях разлилась теплота, и мир заиграл яркими красками. Лизнул из зелёного — на смену суете пришло спокойное решение действовать. Теперь он был "полным". Теперь он мог чувствовать. Его настораживало поведение Разрушителя. Воспоминание, чёткое и ясное, всплыло перед глазами, окрашенное недавно выпитой оранжевой краской.

***

Воспоминание (5 месяцев назад)

Тот день начался как обычная битва. Ярость, летящие кости, клубящиеся чернила. Эррор, как всегда, был ядовитым вихрем, его синий шарф мелькал, как язык пламени, а в глазах горел знакомый огонь разрушения. В пылу схватки Инк отступил в свой чернильный портал, но Эррор, преследуя его, споткнулся о край и кубарем полетел вслед — прямиком в Область Набросков. Сердце Инка (метафорическое) упало. Это место было святая святых, утробой всех миров. Грубые эскизы, висящие в пустоте, хрупкие, как паутина. Одного неверного движения, одного взмаха нитями Эррора — и целая AU могла рассыпаться, не успев родиться. Инк прыгнул за ним, готовый к худшему. Но картина, которая предстала его глазам, заставила его замереть на пороге. Эррор стоял, заворожённый, его нити безвольно свисали. Он не смотрел на эскизы. Он смотрел сквозь них. Его глаза, обычно суженные от насмешки, были широко раскрыты, а на лице застыла гримаса чистого, нефильтрованного ужаса. Перед ним висел комок сырого, мерцающего кода, и из этого хаоса по воле невидимого Автора постепенно выстраивался новый набросок. — Ты... что ты здесь делаешь? — голос Инка прозвучал хрипло. Эррор дёрнулся, словно его ударили током. Он обернулся, и Инк увидел в его взгляде целую бурю: ужас сменился полным негодованием, затем растерянностью, злобой... и самой невероятной вещью — огромной, почти болезненной надеждой. Словно он нашёл ответ на вопрос, который мучил его вечность, и этот ответ был одновременно спасением и проклятием. Он не сказал ни слова. Просто отшатнулся, разорвал пространство глючным порталом и исчез, бросив на поле боя ошарашенного Инка и своего командира. С того дня Эррор заперся в своей Анти-Пустоте. Он отрезал все внешние каналы так надёжно, что сама реальность, казалось, забыла о его существовании. Даже Найтмер не мог пробиться внутрь. Единственное, что он оставил открытым — связь с Дудолсферой Инка. Инк не знал, что думать об этом. Было ли это вызовом? Признаком доверия? Или ошибкой в его собственном коде? А два месяца назад Дрим стал свидетелем странной сцены: его брата, Найтмера, буквально выбросило синими нитями из Анти-Пустоты в случайную AU. Кошмар, обычно холодный и собранный, был потрясён до глубины души. Он отказывался говорить о том, что видел, и с тех пор его банда перестала нападать на миры. Для Дрима, Хранителя Положительных Чувств, это было тревожнее любой атаки. Привычный баланс пошатнулся, и он не понимал правил новой игры.

***

Настоящее. Кухня и нежданный гость.

Переодевшись в свой привычный пёстрый наряд, Инк спустился на кухню. Он заварил чай — странная привычка для скелета, лишённого пищеварительной системы. Но магия, содержащаяся в жидкости, согревала изнутри, а ритуал сам по себе успокаивал, напоминая о простых вещах, не связанных с космическими войнами и ошибками в коде. В дверь постучали. Стук был ровным, но настойчивым. В Дудолсферу, защищённую его личными чернильными печатями, могли попасть лишь двое. Инк открыл. На пороге стоял Дрим. Он был в своей бело-золотой мантии, но она казалась чуть более помятой, чем обычно, а его осанка, всегда идеально прямая, сейчас выдавала лёгкую усталость. Ну конечно, кто же ещё, — беззвучно усмехнулся Инк про себя. Он молча отступил, приглашая того войти. — Заварить чай? — спросил Инк, уже поворачиваясь к заварнику. Его голос, благодаря жёлтой краске, звучал живо и заинтересованно. — Д-да... К-конечно, — Дрим сгорбился на стуле, его пальцы бесцельно теребили край мантии. Он говорил тихо, путаясь в словах, что было для него совершенно несвойственно. Обычно он изъяснялся с пафосной чёткостью проповедника. Инк поставил перед ним дымящуюся кружку и устроился напротив, подперев голову руками. Его разноцветные зрачки, постоянно меняющие форму, с любопытством изучали хранителя. — Ну? Чего хотел? — прямо спросил художник. Дрим покраснел. Не метафорически. Его костяные щёки приобрели явный золотистый оттенок. Он отвёл взгляд, глядя куда-то в сторону холодильника. — М-м... Э-э... Да так... Совета спросить хотел... — он проговорил это так, словно признавался в тяжком преступлении. Инк наклонился ближе, изучая его. И тут его осенило. Жёлтая краска в его венах заискрилась весельем. Он откинулся на спинку стула с таким видом, будто сделал величайшее открытие в мультивселенной. — В КОГО ТЫ ВЛЮБИЛСЯ?! Дрим аж подпрыгнул на месте. Его золотой румянец стал пунцовым. Он был похож на пойманного с поличным школьника. — Я.. Ну это... — он замолчал, сглотнув. — Блу. Инк не сдержал смеха. Он всплеснул руками, и несколько брызг чернил с его кисти упали на пол. — Давно пора! Не волнуйся! Устрою вам свиданку! — он сказал это с такой театральной восторженностью, что это могло бы сойти за насмешку, если бы не искренний блеск в его глазах-хамелеонах. Дрим цыкнул. Раздражение вернуло ему часть привычной собранности. — Знал же, что плохая идея — у тебя спрашивать! — он провёл рукой по лицу. — В смысле?! За что?? — Инк притворно надулся, изображая обиду. — За всё "хорошее"! — парировал Дрим, начиная заражаться его тоном. — Щас ты лишишься всего Хо-Ро-Ше-Го! — пропел Инк, грозя ему пальцем. — Если скажешь ему, — голос Дрима внезапно стал низким и серьёзным, — то я всеми силами найду способ тебя убить. И это не шутка, Инк. — Ладно-ладно... — художник отмахнулся, но тут же наклонился и прошептал с придыханием: — Спрошу Найтмера, рад ли он будет, если станет дядей... — ИНК!!! — Дрим вскочил, и его аура на мгновение вспыхнула ослепительным светом. — Шучу я, шучу! — поспешно сдался Инк, мысленно добавив: "Наверное". Внезапно его собственное "веселье" сменилось резким, физическим недомоганием. В том месте, где должна быть душа, что-то сжалось, и по спине пробежали мурашки. Это было не чувство, а сигнал. Чистый, нефильтрованный данных сбой. Эррор. Он вышел. Дрим тоже встрепенулся, его раздражение мгновенно улетучилось. — Я чувствую Найтмера, — сказал он, прикрыв глаза, чтобы лучше сосредоточиться. — В какой-то новой, недоделанной AU... Странно. Он не наносит ущерба. Просто... находится там. — А я чувствую Эррора в той же AU, — отозвался Инк, уже вскакивая с места. Его пальцы сжали ручку Бруми. — Но тот... экспериментирует. Меняет код, вносит малейшие повреждения... Мне дурно... Но не больно, как обычно. И ещё... чувство правильности. Его никогда не было! Пошли! Он даже не стал открывать портал аккуратно. Просто взмахнул кистью, и пол под ним расплылся в лужу чёрного зеркала. Он прыгнул в него, не оглядываясь. Дрим, после секундного колебания, растворился в золотистом сиянии. Новая AU. Свидетельство перемен. Они материализовались на краю леса, который явно был собран на скорую руку: текстуры деревьев плавали, а трава под ногами отливала неестественным зелёным. Воздух пах озоном и свежей краской. Вдалеке, у ручья, текшего в гору, стояли двое. Найтмер, чьи щупальца не извивались в привычной агрессивной манере, а лежали спокойно. И Эррор. Последний выглядел... измотанным. Его шарф висел на нём, как на вешалке, а плечи были ссутулены. Он что-то делал с ручьём, но без обычного разрушительного энтузиазма. Кошмар заметил их первым. Он не напал. Не даже приготовился к бою. Он просто обернулся, и одно из его щупалец сделало чёткий, почти человеческий жест: "Тише. Смотрите." Инк и Дрим, ошеломлённые, подошли ближе. Эррор не обращал на них внимания. Он водил пальцами над водой, и там, где он касался, код ручья на мгновение распадался, обнажая ошибки в пропорциях и гравитации. Но он не уничтожал его полностью. Он... правил. И когда невидимый Автор, спохватившись, начинал переписывать код, внося правки, Эррор терпеливо ждал. А если правки были неудачными, он снова указывал на ошибку. — Не так уж и плохо, — тихо, почти одобрительно, сказал Найтмер. Эррор вздрогнул, словно забыв, что не один. — Мгх... Я бы так не сказал, — его голос, обычно громкий и пронизанный статикой, сейчас был тихим и хриплым. — Я не могу смириться с тем, что у меня в мультивселенной немного другая работа, нежели просто разрушение... И то, во что я верил, оказалось полной ложью! Его голос дрогнул на последних словах. В его глазах, поднятых на Найтмера, блеснули не глюки, а самые настоящие, неметодизированные слёзы. Звёздные переглянулись. Найтмер нервно дёрнул щупальцем, давая знак сохранять тишину. Но было поздно. — Э-э... Это что было? — растерянно прошептал Инк. Эррор обернулся на его голос. Увидел их. На его лице мелькнула паника, затем стыд, и, наконец, привычная маска отчуждения. — Найт, скажи, что я, твой брат, стал Дастом и у меня были галлюцинации? — голос Дрима пронзил эту паузу. Не дожидаясь ответа, Эррор рванул руками, разрывая реальность. Глючный портал захлопнулся за ним, оставив в воздухе запах озона и тяжёлое недоумение. Инк медленно перевёл взгляд на Найтмера, скрестив руки на груди. — Так. А теперь, Найт, объясняй. ---------------------------------------- "Я начала писать и надеюсь вам нравится Ну вдруг на этот фэндом запала с кем не бывает? Я нееее знаю смогу ли я закончить историю, но дальше 100% будет интересно!" - эти слова были написаны почти ровно год назад или больше, я так рада что начала переписывать этот фанфик, постепенно я перепишу все главы и тогда... начнётся самое интересное! P.S - олды наверно в шоке