Кошка

      Находясь в тёплой постели на мягких подушках было приятно и интересно изучать научную фантастику о будущем.       Где-то мир пошёл тропой технологий, превращаясь в утопию, где-то наоборот в антиутопию. Были и такие, где человечество было погребено под толстым слоем проблем, борясь за каждый новый день в опасном мире… Увлекательно одним словом.       Во всяком случае было.       На моё счастье я не помню первые годы своей новой жизни. Да и если быть откровенной последние прошлой тоже. Наверное, подсознание решило, что такой пиздец нам ни к чему и отрубило парочку блоков памяти… Да оно и к лучшему. Что полезного может быть в памяти маленького ребёнка? Ничего, что я не смогла бы наверстать самостоятельно.       К чему такое длинное предисловие? А лишь к тому, чтобы отвлечься от поедания тушки крысы.       Хорошо ещё, что не совсем сырой.       Мрачно жуя, стараясь не обращать внимания на вкусовые рецепторы и всплывающие в памяти болезни, что разносят эти млекопитающие, продолжала поглощать свой завтрак… Или обед… А может и ужин. Здесь, в постоянной темноте, не поймёшь какое время суток.       А часы беспризорникам нынче не по карману… Да и опасно их носить. Ещё чего доброго пырнут из-за необычной цацки... Да и не видела я их здесь.       Весёлое будущее… Мрачный город, мрачная жизнь… Ну, пока всё сходится.       Очередной хрящик не дался моим зубам и встала дилемма — проглатывать или выплюнуть? Не факт, что смогу в ближайшее время так спокойно поесть. С другой стороны - чего там этой крысы?       Переборов внутреннее отторжение, проглотила небольшой ком неподатливый еды вместе с подступающим рвотным порывом.       Думала ли я когда нибудь, что буду есть крысу? Ха. Да никогда… Никогда.       Занесло меня, ох, сказать по правде не знаю. То ли будущее, то ли параллельный мир, а может прошлое, но факт, что место начинается на "Ж" с большой буквы и заканчивается на "ОПА" тоже с большой буквы стало понятно очень быстро.       Этот город, я всё ещё надеюсь не мир, представлял собой сюреалистичную картину, сочетающую между собой противоположности. С одной стороны были высокие строения, даже с моего - не очень просвещённого в архитектуре - взгляда, с трудом укладывалось, как можно строить здание на здании, само наличие инфраструктуры и необычных приборов, которые я обходила стороной, неоновые вывески, которые всё же можно было иногда разглядеть, говорили, если о не высоком - то приличном уровне развития общества. С другой стороны были захламлённые мусором и нечистотами улицы, ужасный запах, от которого ноздри переставали работать, летающая копоть, что облепляли кожу и обожала попадать в глаза, почти не умолкающие звуки выстрелов, ужасающее количество различных мелких паразитов, насилие каждые пол часа, если повезёт... Наверное, это можно назвать анархией. Очень опасной анархией.       Со злостью заработала челюстями активнее. Жёсткое и жилистое слегка поджаренное мясо отдавало кровью и запахом животного в перемешку с внутренностями и жидкостями жизнедеятельности... Впрочем, и он быстро пропал.       О воде и супе можно забыть... как и о фруктах.       Запах вызывал брезгливость, отвращение и некое чувство жалости к себе, что быстро превращалось в злость. И голод... Который верно отвечал, что быть привередливой - смерти подобно и лучше растянуть эту агонию подольше.       Как тут выжить, тем более если ты ребёнок - логичный вопрос. И я им частенько задаюсь! Иногда даже возникает мысль, а не ад ли это? Однако это всё пустое, особенно на фоне постоянной борьбы за выживание.        Ну, во-первых, я хочу жить. До банального сильно. Во-вторых, у меня другие мозги. Попробуй угадай, что я выкину. В-третьих, я ребёнок. Это, конечно, минус, но этот самый минус играет мне на руку. Кто будет серьёзно остерегаться ребёнка? В-четвёртых, бережёного бог бережёт… В моём случае паранойя, паранойя и ещё раз паранойя… И последнее, у меня совершенно нет желания коммуницировать с местными.       Со злостью оторвав зубами полу-сырой кусок мяса, так что оные загудели от усилий, принялась его жевать.       Если бы не мясо, не высовывалась и вовсе. Ну или почти не высовывались. Всё же есть неприятная мысль, что оставаться долгое время на одном месте может быть опасно.       Тихо вздохнув, от безысходности, продолжила поглощать жёсткую пищу.       "Это пиздец, детка", - пропела в голове с откровенным американским акцентом.       Не став обгладывать сырые кости, осторожно поднялась, осматриваясь.       И этот пиздец повсюду.