Вкус пьяной ночи

Хёнджин никогда не был любителем пьяных вечеринок и шумных компаний, но в тот вечер что-то явно пошло не так. Возможно, вся причина крылась в его друге, который предложил не самую лучшую идею. Хан Джисон был настоящим человеком-праздником. Его энергия и харизма не оставляли никого равнодушным, а вечеринки он обожал так же сильно, как Хван Хёнджин любил тишину и уют своей комнаты. Они дружили с первого курса, несмотря на то, что были полными противоположностями. Именно это и делало их дружбу такой особенной. Когда Джисон решил устроить грандиозный поход в клуб, он даже не мог представить эту компанию без Хёнджина. — Хёнджин! Суббота, десять вечера, клуб “Neon Lights”. Мы идём, и точка, — заявил Джисон, внезапно вырывая друга из мыслей над учебниками. Хёнджин, занятый подготовкой к экзамену, оторвался от тетради и скептически поднял бровь: — Я? В клуб? Ты серьёзно? — Его голос был полон сомнения. — Это не моё. — Ой, брось, не будь занудой! Ты так зациклился на учёбе, что уже забыл, как это — веселиться, — Джисон улыбнулся своей фирменной обаятельной улыбкой. — Мне и так хорошо, — коротко ответил Хёнджин, пытаясь вернуться к своим конспектам. Он надеялся, что этим закончится, но он явно недооценил настойчивость Джисона. Всю неделю Джисон пытался убедить друга. Он приставал к нему с утра до вечера, используя все возможные аргументы. Однако, чем больше он пытался, тем меньше эта идея нравилась самому Хёнджину. — Ты даже не представляешь, что пропустишь! Это будет самая крутая вечеринка года! — говорил Джисон, обнимая его за плечи по пути на пары. — Когда ты в последний раз выходил из дома ради чего-то, кроме учёбы? — Ты же красивый! А такие, как ты, всегда в центре внимания, — шутил он, наблюдая, как Хёнджин устало закатывает глаза. Но Джисон не сдавался. В какой-то момент он даже попытался сыграть на чувствах: — Хёнджин, ты же мой лучший друг. Ты что, хочешь, чтобы я пошёл один? — А как же твои другие друзья? — спросил Хёнджин, уже едва сдерживая раздражение. — Я с ними не настолько близок. Да и вдруг что случится, они тут же бросят! А ты — мой талисман, — драматично вздохнул Джисон, словно от присутствия Хёнджина зависел успех всей вечеринки. После недели уговоров Хёнджин, измученный настойчивостью друга, наконец, сдался. — Ладно, ладно! Я пойду, но только чтобы ты наконец оставил меня в покое! — Ура! Ты не пожалеешь, клянусь! — радостно воскликнул Джисон, чуть ли не подпрыгивая от счастья. Хёнджин лишь тяжело вздохнул, предчувствуя катастрофу. Его чутьё редко его подводило, и в этот раз тревожность охватила его ещё до того, как он успел сделать первый шаг. Но обещание есть обещание, и нарушать его он не собирался. Да и в конце концов, ему вовсе не обязательно напиваться в хлам. Напротив, он мог бы просто присмотреть за Джисоном — вечной белкой в колесе, которая только и искала повод найти приключения на свою голову. Стоя перед шкафом, Хёнджин безразлично перебирал вешалки с одеждой. Идея с клубом по-прежнему казалась ему глупой, но он решил хотя бы выглядеть прилично. Не для себя — для Джисона, чтобы тот не начал подкалывать его за отсутствие стиля. — Почему я вообще это делаю? — пробормотал он себе под нос, доставая чёрную рубашку. Простую, но достаточно эффектную для такого случая. Ещё до начала вечера он уже жалел о своём решении. Ему никогда не нравились громкие места с толпами людей, где разговоры превращались в бессмысленный шум, а о личном пространстве и вовсе не могло быть речи. Идея пить у Джисона перед клубом казалась ему ещё более сомнительной. Он почти не пил, разве что немного на семейных праздниках, чтобы не обидеть родственников. «Ты справишься. Это всего одна ночь,» — успокаивал он себя, застёгивая рубашку. Но мысли продолжали бегать по кругу. Он представлял, как неуместно будет чувствовать себя среди шумных друзей Джисона, как, скорее всего, окажется тем самым человеком, который сидит в углу и наблюдает за чужим весельем. — Почему нельзя было просто устроить спокойный вечер? — пробормотал он, надевая джинсы и бросая на себя последний взгляд в зеркало. Да, возможно, он звучал как зануда, но что поделать, если Джисон не воспринимает слово «нет»? Хёнджин вздохнул, убедив себя, что согласился на это исключительно ради друга. Собравшись, он взял телефон, кошелёк и ключи. Для верности бросил в сумку бутылку воды ("на всякий случай", решил он). Квартира Джисона находилась недалеко, но, пока Хёнджин шёл, внутренний монолог не прекращался. Его беспокойство и сомнения гудели в голове, словно напоминая о том, что он не создан для таких вечеров. Но отступать было поздно. Поднявшись к квартире Джисона, Хёнджин сделал глубокий вдох и постучал в дверь. — Ооо, вот и мой герой вечера! — громогласно заявил Джисон, распахивая дверь. Он был одет в яркую рубашку, на фоне которой Хёнджин выглядел мрачным и скромным. — Ты в порядке? — спросил Джисон, заметив, как Хёнджин нерешительно топчется в дверях. — Да… Просто думаю, зачем мне всё это, — пробормотал тот, заходя внутрь. — Эй, расслабься! Мы выпьем, ты обо всём забудешь, а к утру скажешь мне спасибо. Хёнджин усмехнулся, сомневаясь, что утро принесёт ему хоть что-то, кроме головной боли и сожалений. Зайдя на кухню, он застыл на месте, поражённый увиденным. Арсенал, приготовленный Джисоном, выглядел устрашающе. На кухонном столе стояли бутылки с алкоголем — ром, текила, ликёры и даже лимончелло. Всё это было окружено банками с энергетиками и пакетами с соками для коктейлей. — Ты серьезно?.. — только и смог вымолвить Хёнджин, осознавая весь настрой Джисона на сегодняшний вечер. — Итак, начнем с чего-нибудь лёгкого, чтобы ты не сбежал раньше времени, — ухмыльнулся Джисон, разливая прозрачный напиток по стопкам. — Это что? — с подозрением спросил Хёнджин, глядя на жидкость. — Водка с лимонным соком. Ты даже не почувствуешь, — подмигнул Джисон, поднимая свою стопку. — За удачную ночь! Хёнджин не был уверен, что ночь окажется удачной, но, поддавшись общей атмосфере, выпил. Горечь обожгла горло, но лимонный сок действительно смягчил вкус. — Видишь, ничего страшного, — весело сказал Джисон, тут же принимаясь наливать что-то новое, добавляя ликёр. — А теперь пробуем это. — Слушай, я не привык столько пить… — начал было Хёнджин, но Джисон только отмахнулся. — Расслабься, ты же здесь со мной! К тому же, мы экономим, чтобы в клубе не разоряться на их дурацкие коктейли. — Давай, пей. Хёнджин хотел возразить, но спорить было бессмысленно. Один коктейль сменился вторым, затем третьим. Алкоголь начинал действовать: тело становилось тёплым, мысли — лёгкими и расплывчатыми. Атмосфера действительно становилась более расслабленной. Заразительный смех Джисона и его нелепые истории вытесняли тревожные мысли. Даже Хёнджин, привыкший к сдержанности, не мог сдерживать искренний смех. — А помнишь, как я пытался подкатить к тому преподу? — смеялся Джисон, разливая ещё. — О, ужас! Я уже хотел прекратить с тобой общаться, — весело отозвался Хёнджин, вспоминая, насколько нелепо выглядел тогда его друг. — Ну ладно, ладно. За тебя, мой лучший друг! — провозгласил Джисон, протягивая ещё один стакан. Хёнджин лишь покачал головой, но выпил, поддерживая беззаботный ритм вечера. И в какой-то момент Хёнджин и вовсе перестал следить за количеством. Джисон, словно профессиональный бармен, всегда следил за тем, чтобы его стакан был полон. — Ого, ты так хорошо держишься! — похвалил Джисон, хотя сам уже заметно пошатывался. — Я... думаю, что мне достаточно, — пробормотал Хёнджин, ощущая, как голова начинает кружиться. — Да ладно тебе, это же последний! За нашу дружбу! — Джисон поставил перед ним ещё одну рюмку, и Хёнджин, уже почти не соображая, выпил. Через какое-то время он понял, что язык больше не слушается, а ноги стали ватными. Он засмеялся без причины, упираясь локтями в стол. — Я... я что-то... совсем, — заплетающимся языком сказал он, пытаясь сфокусироваться на лице Джисона. — Вот и отлично! Теперь ты готов к настоящему веселью, — радостно заявил Джисон, явно довольный результатом. Хёнджин уже не был уверен, что способен дойти до клуба, не говоря о том, чтобы веселиться. Алкоголь снял последние остатки напряжения, и он позволил себе расслабиться. Он даже начал шутить, поддразнивая Джисона, который в коридоре никак не мог обуться. На улицах ночного города неоновый свет клубов и рекламных вывесок отражался в мокром асфальте. Парни, шатаясь, шагали в сторону клуба, их смех разносился по пустой улице, будто это была самая весёлая прогулка в их жизни. — Слушай, а я ведь всё-таки гений… — протянул Джисон, цепляясь за плечо Хёнджина, чтобы не упасть. — Сначала напоить тебя, а потом тащить в клуб. Гениально, правда? — Гениально было бы, если бы ты сам стоял на ногах, — проворчал Хёнджин, стараясь сохранять равновесие. Джисон выглядел ещё хуже. Он то и дело спотыкался, громко смеялся и, судя по всему, использовал Хёнджина как ходячую опору. Сам Хёнджин едва держался, а от внезапной тошноты мир вокруг стал казаться ещё более зыбким. — Смотри, мы почти дошли! — радостно выкрикнул Джисон, махнув рукой в сторону светящегося фасада клуба. Но стоило ему сделать ещё один шаг, как ноги подкосились, и он с глухим стуком осел на асфальт. — Эй! Ты что, совсем? — Хёнджин тут же наклонился, чтобы помочь другу встать. — Нормально… Я в порядке! — отмахнулся Джисон, но при попытке подняться снова упал. На этот раз он уже лежал, смеясь как безумный. Хёнджин закатил глаза, но в груди защемило беспокойство. Они были оба пьяны, но Джисон явно был на грани. — Джисон, вставай. Мы не можем здесь сидеть, — тихо сказал он, поднимая друга под локти. — Да ладно тебе, пол — это нормально! Он даже… удобный, — пробормотал Джисон, снова хихикая. Хёнджин тяжело вздохнул. Его самого едва держали ноги, но он приложил усилие, чтобы хоть как-то поднять Джисона. Однако стоило ему отпустить, как тот вновь покачнулся и упал. — Это бесполезно, — пробормотал Хёнджин, качая головой. — Ты вообще понимаешь, в каком ты состоянии? — Конечно! Я… я могу петь! — Джисон вдруг начал напевать какую-то песню, его голос разносился по пустой улице, пока Хёнджин снова не схватил его за руку. — Хватит. Мы возвращаемся, — твёрдо сказал Хёнджин. — Что? Нет! Мы… мы почти там! — попытался возразить Джисон, указывая на клуб, но силы покинули его, и он обмяк в руках Хёнджина. — Джисон, мы не дойдём. Ты даже стоять не можешь, — продолжал Хёнджин, снова поднимая его с земли. Джисон что-то неразборчиво пробормотал, а потом снова захихикал, облокотившись на друга. Хёнджин, качая головой, почувствовал, как остатки его собственной злости растворяются в жалости и в желание очистить желудок. — Всё, поход отменяется. Ты меня уговорил на это, а теперь валишься с ног. Мы идём домой, — твёрдо заявил он, подхватывая друга под руку. — Ладно… но только если дома есть водичка… — пробормотал Джисон, наконец сдаваясь. Но стоило Хёнджину поднять Джисона и сделать несколько шагов, как тот снова едва не рухнул на асфальт. Хван понимал, что самостоятельно дотащить друга до дома будет практически чудом. Сам он держался из последних сил, а Джисона то и дело шатало в разные стороны, словно его ноги жили собственной жизнью. Их состояние оставляло желать лучшего. Если бы не громкие, заразительные хохоты Джисона, случайные прохожие, вероятно, уже вызвали бы полицию, приняв их за совсем уж потерянных. Хёнджин только покачал головой, тяжело вздыхая, но всё равно, он не мог бросить друга. — Эй, вы в порядке? — вдруг раздался голос позади. Хёнджин обернулся, увидев двух парней — соседей Джисона из соседней квартиры. Это были Чон Джэхён и Ким Сынмин, которые иногда пересекались с ним на этаже. — О, это же Хёнджин и Хан, — узнал его Джэхён, подходя ближе. — Что с тобой и твоим другом? — Джисон… он совсем, — выдохнул Хёнджин, пытаясь удержать падающее тело друга. — Я… я тоже не очень… Но мы… мы домой... Сынмин прищурился, оценивая их состояние. — Вы двое в полном отрубе. Давай, помогу. Напомни номер квартиры? — спросил он, подхватывая Джисона под одну руку. — На... третьем этаже, квартира 305, — невнятно пробормотал Хёнджин, чувствуя, как собственная голова плывёт. — Отлично. Сынмин, бери его с другой стороны. Этот парень, кажется, совсем вырубится, — скомандовал Джэхён. С небольшими усилиями они подняли Джисона, который, словно тряпичная кукла, повис на их руках. Его состояние вызывало лишь улыбку — Джисон что-то бормотал о том, как вкусно пахнет асфальт. Хёнджин, поддерживаемый на ногах лишь отчаянной попыткой не упасть, указал направление к дому. Соседи молча подняли Джисона на этаж, оставив Хёнджина у двери. — Вот, мы его положили. Ты как, сам дойдёшь? — спросил Сынмин, подходя ближе к парню. — Я… нормально. Спасибо вам, ребята, — неуклюже пробормотал Хёнджин, чувствуя себя слишком пьяным, чтобы чётко думать. — Уверен? — уточнил Джэхён, но Хёнджин отмахнулся. — Да, я уже рядом… — пробормотал он и пошёл, шатаясь. Ночной город встретил Хёнджина прохладным ветром и редкими звуками отдалённых машин. Его тело пошатывалось, двигалось почти на автопилоте, а взгляд пытался сосредоточиться на размытых контурах дороги. Неоновые вывески и свет уличных фонарей превращались в пеструю какофонию пятен, которые безудержно плясали перед глазами. Каждый шаг давался с трудом. Ноги подкашивались, голова кружилась так сильно, что Хёнджин не всегда замечал, куда именно ступает. — Дом… почти… — пробормотал он, пытаясь вселить в себя решимость. Алкоголь, однако, не прощал ошибок. Тошнота становилась всё сильнее, будто подступала к самому горлу. Хёнджин почувствовал, как его желудок протестует, и на секунду остановился, схватившись за живот. Глубокий вдох не помог — всё внутри сжалось в болезненный ком. — Чёрт… — выдавил он, наклоняясь и цепляясь взглядом за травяную обочину. Добравшись до небольшой полоски зелени, он опустился на колени, едва удерживая равновесие. Его вырвало. Всё внутри пульсировало от неприятной тяжести, тело казалось ватным, а в голове гудело, словно кто-то включил белый шум. Некоторое время он сидел так, опершись ладонями о землю, надеясь, что станет легче. Но твёрдая поверхность под ним давила сильнее, чем он ожидал, а улица всё равно кружилась перед глазами. Попытавшись подняться, он пошатнулся, едва не упав, но всё же сделал несколько шагов. Однако дальше идти он уже не мог — ноги отказывались подчиняться. Его пьяное тело медленно сдавалось. — Не могу… — выдохнул он, признавая своё поражение. Он опустился на асфальт, прислонившись спиной к ближайшему столбу. Закрытые глаза будто приглушали реальность, а ледяной холод дорожного покрытия стал единственным ощущением, заставляющим его осознавать, что он всё ещё здесь. — Ладно… здесь тоже неплохо, — тихо пробормотал он, чувствуя, как последние силы уходят вместе с дыханием.

─── ⋆⋅☆⋅⋆ ───

Ли Минхо завершал свою ночную смену, патрулируя тихие улицы города. Обычно это время было спокойным, но он знал, что выходные часто приносят сюрпризы: пьяные компании, шумные вечеринки, заблудившиеся горожане. Его внимание привлекло что-то необычное — фигура, сидящая на асфальте возле уличного столба. Минхо прищурился, подойдя ближе, и заметил молодого парня в явно нетрезвом состоянии. Его небрежно растрёпанные светлые волосы и дорогая одежда выделялись даже в тусклом свете фонаря. — Эй, ты в порядке? — Минхо опустился на корточки перед парнем, пристально глядя на него. Хёнджин поднял голову, и на секунду его замутнённый взгляд прояснился. Перед ним присел высокий мужчина в форме — строгая полицейская форма подчёркивала его широкие плечи, а чёткие черты лица казались вырезанными из мрамора. Красивый, до абсурда красивый. — А ты… настоящий? — пробормотал Хёнджин, прищуриваясь, чтобы убедиться, что это не его воображение. Минхо чуть усмехнулся, заметив, как парень буквально задержал дыхание, разглядывая его. — Да, я настоящий. И ты явно перебрал. Как тебя зовут? — спросил он, не скрывая лёгкого профессионального беспокойства. — Хёнджин… Хван Хёнджин, — ответил тот, попытался выпрямиться, но только сильнее качнулся и ухватился за столб. Минхо подхватил его за плечо, чтобы тот не упал. — Ты в состоянии добраться домой? Или мне вызывать помощь? — холодный, но заботливый тон полицейского заставил Хёнджина почувствовать себя чуть увереннее. — Я… я смогу, — пробормотал он, но тут же понял, что это ложь. Его ноги словно отказывались подчиняться. — Не уверен, что это хорошая идея. — Минхо вздохнул, помогая парню встать. — Ты такой красивый… — внезапно вырвалось у Хёнджина, и его глаза на мгновение заблестели живым интересом. Минхо замер, удивлённо приподняв бровь. — Что? — Я сказал, что ты… офицер мечты… — продолжил Хёнджин, заплетающимся языком. Алкоголь делал своё дело, и он совершенно не фильтровал слова, как и действия, ведь потянувшись рукой к мужчине, его пальцы совсем слегка коснулись чужих волос, но тут же подсознательно остановил себя. Минхо закатил глаза, но уголки его губ всё же слегка дрогнули от сдерживаемой улыбки. — Похоже, ты точно не можешь идти сам. Ладно, раз ты не в состоянии объяснить, где живёшь, придётся придумать, что с тобой делать, — сказал он, перекидывая руку Хёнджина себе через плечо, чтобы помочь ему удержаться на ногах. — О, я счастлив… — тихо пробормотал Хёнджин, едва не облокачиваясь на грудь Минхо. — Это ведь судьба, да? — Нет, это моя работа, — сухо ответил Минхо, но внутри невольно почувствовал лёгкое смущение от такого явного восхищения. Хёнджин, покачиваясь на ногах и держась за Минхо, вдруг поднял голову, и в его взгляде мелькнула тревога. — А к-куда вы меня отвезете? — спросил он, голос дрогнул, будто в голове уже нарисовалась ужасная картина. — Вытрезвитель, если ты продолжишь стоять посреди улицы в таком состоянии, — спокойно ответил Минхо, удерживая парня за плечо. Эти слова подействовали на Хёнджина как удар. Он замер, широко раскрыв глаза, а потом резко попытался отстраниться, хотя и был слишком слаб, чтобы вырваться. — Н-нет… нет, только не туда! — вдруг громко выкрикнул он, голос сорвался, а глаза наполнились слезами. — Эй, эй, успокойся. — Минхо тут же ослабил хватку, но не отпустил, чувствуя, как Хёнджин начинает дрожать. — Я… я не хотел так сильно пить! Это всё Джисон… он… — голос Хёнджина прерывался всхлипываниями. Он закрыл лицо руками, будто пытаясь спрятаться от всего мира. — Это так… позорно… Слёзы текли по его лицу, и слова стали бессвязными. — Я не такой… я правда не хотел! — Хёнджин сдавленно всхлипнул, его плечи вздрагивали, дыхание стало рваным. Минхо насторожился. Он видел людей в панике раньше, но не ожидал такого от пьяного студента. — Эй, послушай меня, — сказал он твёрдо, наклоняясь так, чтобы их глаза встретились. — Ты не попадёшь в вытрезвитель. Никто не узнает. Всё нормально. — Вы… вы правда? — хрипло спросил Хёнджин, цепляясь за взгляд Минхо, словно за спасательный круг. — Обещаю. — Голос Минхо стал мягче. Он крепче обхватил Хёнджина за плечи, давая понять, что тот под защитой. Хёнджин судорожно вдохнул, но всё ещё не мог успокоиться. Минхо вздохнул, оглянулся вокруг и, не найдя лучшего места, отвёл Хёнджина к ближайшей скамейке. — Сядь. Давай, медленно. — Он помог парню устроиться, оставаясь рядом. — Но… что теперь? — Хёнджин вытер слёзы рукавом, его дыхание всё ещё было прерывистым. — Теперь мы сделаем так: ты сидишь и дышишь глубже. Вдохни на четыре, задержи дыхание на четыре и выдохни на четыре. Я с тобой, понял? — Минхо говорил спокойно, чуть сдерживая свои собственные эмоции. Хёнджин попытался подчиниться. Он всхлипнул, но всё же сделал несколько глубоких вдохов, и постепенно его дрожь начала утихать. Минхо присел рядом, внимательно следя за ним. — Вот видишь, ты справляешься. Никакого вытрезвителя. Но ты должен сказать мне, где ты живёшь, или я отвезу тебя к себе, чтобы ты смог прийти в себя. — К-куда угодно… только не… не вытрезвитель, — пробормотал Хёнджин, шумно шмыгая носом. А буквально через пару секунд снова затрясся, как будто алкоголь снова контролировал его тело и разум. Он опустил голову, пряча лицо в ладонях, и слёзы снова начали струиться по щекам. — Я не хотел… я не хотел пить так много! — его голос сорвался, и он чуть не задыхался от паники. — Это всё Джисон, он заставил меня… я не такой! Мне так плохо… мне больно… Минхо видел, как тело парня вздрагивает, и его плечи снова начинают трястись от рыданий. Паника, вызванная алкоголем, стала сильнее, и Хёнджин казался сломленным, потерянным в собственном мире. — Всё в порядке, ты справишься, — сказал Минхо спокойно, но его голос был полон теплоты и заботы. Он наклонился к нему чуть ближе, кладя руку на его спину, пытаясь его успокоить. — С кем не бывает, честно. Бывает, что мы ошибаемся. Ты не виноват. Ты не один, я с тобой. Хёнджин с силой всхлипнул, его дыхание стало ещё более прерывистым. Алкоголь продолжал накатывать волнами, и он снова расплакался, не в силах остановить поток слёз. — Я… я так не могу больше. Так больно… мне так стыдно! — шептал он, слёзы капали прямо на его руки. — Я не хочу, чтобы меня кто-то видел вот таким. Я не такой… я не буду таким! Минхо, чувствуя, как пьяный парень снова теряет контроль, осторожно приобнял его, чтобы дать почувствовать свою опору. — Ты не сделал ничего плохого, Хёнджин. Все ошибаются. Не думай о стыде. Это нормально, когда ты хочешь развеяться с друзьями. Иногда мы теряем контроль, но это не делает нас плохими людьми. Ты не плохой, не стыдись этого, — его слова были мягкими и успокаивающими, он как будто был готов держать его так долго, как это будет нужно. Хёнджин закашлялся, пытаясь успокоиться, но слёзы всё не прекращались, хотя дыхание постепенно выравнивалось. — А если меня кто-то увидит таким? — пробормотал он, будто обращаясь к самому себе, но Минхо услышал. — Что подумают обо мне? — Ничего не подумают. Никто не будет осуждать тебя за то, что ты сделал ошибку. Твои друзья… они понимают, да и люди, в конце концов, тоже. Мы все не идеальны. Прости себя, Хёнджин, — успокаивал Минхо, не отпуская его. Хёнджин положил голову на плечо Минхо, снова зарыдав, но в этот раз уже более сдержанно. Он чувствовал поддержку, которую не мог бы получить от любого другого. Это был единственный момент в жизни, когда кто-то был рядом в такой уязвимой ситуации, и это было нечто большее, чем просто помощь. Минхо стал его опорой. — Я не хочу больше так… — прошептал Хёнджин, пытаясь собрать остатки сил, чтобы контролировать себя. — Не хочешь — и не будешь, — мягко ответил Минхо, его слова были уверенными, как камень. — Я здесь, и ты больше не один. Всё будет хорошо, Хёнджин. Слова Минхо, его уверенность и забота, словно мягкий, тёплый одеяло, накрыли Хёнджина, успокаивая его дрожащую душу. Чувства, которые ещё минуту назад были запутаны в пьяной панике, теперь начали утихать, а с ними и его слёзы. Он снова начал дышать ровнее, но внутри оставалась странная растерянность. Этот мужчина, который помогал ему, был настолько не похож на всех других. Парень слегка поднял голову, ещё теряя остатки своего смущения и рассеянности. Он почувствовал, как сердце сжалось, как нечто нежное, почти трогательное, пробивалось в груди. — Ты… ты правда хороший, — тихо произнёс он, не отрывая взгляда от Минхо. Он сам не знал, что его так подтолкнуло к этим словам, но это было искренне, как будто его чувства наконец прорвались наружу. Минхо слегка замер, не ожидая такой откровенности от пьяного парня. Он почувствовал, как его грудь сжалась от неожиданного признания. Это было что-то большее, чем просто благодарность. — Я просто делаю свою работу, Хёнджин, — сказал Минхо, немного смущаясь. Он попытался отстраниться, но при этом не отпускал его. Этот момент был странно важным, и он чувствовал, как его сердце ускоряет ритм от таких слов. — Нет, я… я знаю. Но ты… ты даже не осуждаешь меня. — Хёнджин не мог больше сдерживать своего внутреннего ощущения. — Все так часто… смотрят на меня, как на кого-то, кто всегда должен быть идеальным. А ты… ты не судишь меня. Ты просто здесь. Минхо был потрясён такими словами. Это было одновременно трогательно и немного неожиданно. Он почувствовал, как его собственные эмоции начинают мягко подниматься на поверхность. — Ты не должен быть идеальным, Хёнджин. В этом нет ничего плохого — ошибаться. Это нормально. Ты человек, и все мы такие. Не нужно быть идеальным, чтобы быть хорошим человеком, — Минхо наклонился немного ближе, стараясь утешить его, но чувствуя, что его собственные чувства тоже выходят на поверхность. Хёнджин тихо вздохнул, снова потерялся в его глазах, но теперь его взгляд был не таким растерянным. Он чувствовал, что Минхо искренне заботится о нём, и это ощущение было странно успокаивающим. — Я не думал, что кто-то будет рядом. Я не думал, что мне кто-то поможет… — продолжил Хёнджин, теперь более спокойно, хотя всё ещё чувствовал остаточное тепло от слёз. Он почувствовал себя маленьким, уязвимым, но одновременно нужным, потому что кто-то был с ним в этом моменте. — Я не знал, что может быть так… тепло и спокойно, когда кто-то просто рядом. Минхо сдержал вздох, на секунду закрыл глаза, понимая, что это ощущение не было просто помощью. Это было чем-то большим. Как если бы каждый шаг, который он делал, чтобы успокоить Хёнджина, оказался важным для него самого. — Ты не один, Хёнджин, — прошептал Минхо, и его голос стал мягче. — Ты можешь всегда обратиться ко мне. Минхо почувствовал, как напряжение в его теле немного ослабло, когда Хван начал успокаиваться. Он понимал, что сейчас, если оставит его на улице или направит в другое место, это может привести к проблемам. Его рабочий день подошёл к концу, и теперь он мог позволить себе немного выйти за рамки службы. — Я отвезу тебя к себе, — сказал Минхо, мягко поднимаясь с места и помогая Хёнджину встать. — Вытрезвитель не для тебя сегодня. Тебе нужно отдохнуть и прийти в себя. Хёнджин немного ошарашенно посмотрел на него, но всё равно почувствовал облегчение. Он не хотел ни в какие учреждения, а Минхо стал тем, кто смог дать ему тот тёплый уголок спокойствия, о котором он так нуждался. — Ты уверен? — с неуверенностью спросил Хёнджин, всё ещё немного шатаясь, но уже уверенно стоя на ногах. Минхо кивнул. — Да, уверен. Я живу недалеко, тебе будет удобнее. Хёнджин снова почувствовал, как его сердце бьётся быстрее, не совсем понимая почему. Он не мог отрицать, что ему нравилось это внимание, и что этот полицейский был не просто человеком, который должен был выполнять свою работу. Его слова, его поступки, их близость в этот момент были чем-то гораздо большим. — Ты… ты правда хороший. Спасибо, что не оставил меня на улице, — произнёс Хёнджин с искренностью, неожиданной для себя. Минхо мягко улыбнулся. — Это моя работа, просто помогать людям, — сказал он, но в его глазах мелькнуло что-то большее, чем просто профессиональная дистанция. Он открыл для Хёнджина что-то новое: ту человеческую сторону, которая всегда была рядом, но обычно скрыта под тяжёлым слоем обязанностей и правил. Хёнджин почувствовал, как к груди приливает волна тепла от этих слов. Он вновь встретил взгляд Минхо и уже более уверенно произнёс: — А как тебя зовут? Как мне тебя потом отблагодарить, если я даже не знаю, кто ты. Минхо слегка удивился, что Хёнджин не поинтересовался этим раньше, но не стал этого показывать. Вместо этого он ответил спокойно и с лёгкой улыбкой. — Ли Минхо, — сказал он, чуть наклонив голову. — Полицейский. Но сегодня просто… Минхо. Хёнджин задумался на мгновение, обрабатывая имя, и почувствовал, как оно звучит непривычно, но одновременно подходяще для человека, который так спокойно и уверенно управляется с ситуацией. Он слабо улыбнулся. — Ли Минхо, — повторил Хёнджин, наслаждаясь этим именем, как будто оно теперь стало чем-то личным и важным. — Я… рад, что встретил тебя. Минхо мягко хлопнул его по плечу, подталкивая идти. — И я рад, что смог помочь. Пойдём, отвезу тебя в тёплое место. Дорога к дому Минхо была спокойной и короткой, но Хёнджин почти не замечал окружающего мира. Его голова всё ещё была тяжелой от алкоголя, а чувство беспокойства не покидало его, несмотря на уверенность Минхо. Машина плавно каталась по ночному городу, и в салоне царила тишина, нарушаемая только редкими уличными звуками. Минхо внимательно следил за Хёнджиным, который сидел с закрытыми глазами, пытаясь собраться, но вряд ли ему удавалось полностью прийти в себя. — Ты в порядке? — спросил Минхо, его голос был мягким и заботливым. Хёнджин открыл глаза и, несколько секунд борясь с головокружением, чуть не зацепился за дверцу машины, чтобы не упасть. Он хмыкнул в ответ, но в его глазах было что-то растерянное. — Да… я вроде бы… не знаю… — его голос был тихим и замедленным. — Просто… так сильно кружится голова. Минхо кивнул и увеличил скорость, подбираясь к своему дому. Улица становилась всё тише, и вскоре они подъехали к многоквартирному дому, где Минхо жил. — Мы почти пришли, — произнёс Минхо, переводя взгляд на парня. — Осталось совсем немного. Хёнджин едва заметно кивнул, но его тело всё сильнее теряло контроль. Внезапно он почувствовал, как его зрение стало расплываться, и ноги перестали держать его. В какой-то момент, едва успев приоткрыть дверь машины, он слабо вскрикнул, пытаясь встать, но это было слишком поздно. Минхо заметил это сразу и поспешил выбраться из машины, успев подхватить Хёнджина за плечи, когда тот уже терял сознание. — Хёнджин, эй! — Минхо ловко поддержал его, пытаясь не дать парню упасть на асфальт. — Ты в порядке? Хёнджин не ответил. Его глаза были закрыты, тело расслабилось в руках Минхо. Он не успел даже разглядеть окружающую обстановку — просто утратил способность контролировать себя от того, сколько выпил. Минхо знал, что с ним случится, если не помочь сейчас — и быстро. Сердце Минхо заколотилось, когда он, не раздумывая, перевёл Хёнджина в свои объятия, удерживая его так, чтобы не уронить. В руках парня чувствовалась тяжесть, как будто тот уже больше не мог бороться с последствиями своего состояния. Минхо аккуратно вывел его из машины, стараясь не спешить, чтобы не дать Хёнджину почувствовать дополнительное беспокойство. Когда они подошли к лестнице, мужчина открыл дверь своей квартиры и, опираясь на своё тело, осторожно повёл Хёнджина внутрь. Хван всё ещё не шевелился, лишь слегка похрапывая, когда Минхо устроил его на диване. Он снял с него куртку, аккуратно устраивая его в комнате, убедившись, что тот не упадёт и не причинит себе вреда в бессознательном состоянии. Минхо тихо выдохнул, чувствуя усталость, но одновременно удовлетворение. Он сделал всё, что мог. Теперь главное было не позволить Хёнджину проснуться и обнаружить, где он находится, пока не придёт в себя. Убедившись, что парень погружён в глубокий сон, решил заняться своими делами перед тем как тоже уйти спать. Он тихо вышел из комнаты, стараясь не потревожить студента, и направился в ванную. Мысли о прошедшем дне и неожиданной помощи заполнили его сознание, но его привычная рутина всё же давала чувство стабильности. Минхо принял душ, вытерся полотенцем, а когда вернулся в квартиру, ощущал, что, вероятно, Хёнджин останется спать до утра. Вышел из ванной, надеясь, что ночь всё же принесёт ему отдых, но вдруг услышал лёгкий шум из гостиной. Его сердце пропустило удар, и он сразу понял, что Хёнджин, похоже, проснулся. В голове у Минхо мелькнула мысль, что парень мог запаниковать, не понимая, где он находится, и всё-таки мог бы устроить какой-то беспорядок. Быстро направившись в комнату, он увидел, как Хёнджин шатко стоит в дверях, ещё не до конца соображая, что происходит. Стоило Хвану заметить Минхо, как его глаза сразу расплылись в пьяной, почти детской улыбке. Он с трудом поднял руки и, шатаясь, подошёл к полицейскому. Минхо едва успел сделать шаг вперёд, как Хёнджин, совершенно не обращая внимания на свою шаткость, буквально повис на его шее, прижимаясь к нему с невероятной лёгкостью и искренней привязанностью. — Минхо, — пробормотал Хёнджин, не сводя с него своего взгляда, а после обнимая его крепче, будто пытаясь найти опору. — Ты… ты такой хороший… я не думал, что встречу такого человека, как ты. Минхо слегка застыл, пытаясь удержать парня, который по-настоящему не контролировал свои движения. Его дыхание было тяжёлым, а запах алкоголя всё ещё не уходил. Однако, несмотря на это, Минхо почувствовал, как в груди начинает подниматься странное тепло. Он осторожно поддержал Хёнджина, не зная, как реагировать на его откровенность и на то, что парень так сильно цеплялся за него. — Хёнджин, тебе нужно успокоиться, — тихо произнёс Минхо, стараясь не смутиться от того, насколько близко они оказались. Но Хёнджин не отступал, всё так же улыбаясь, как будто совершенно не замечая дистанции между ними. — Нет, ты не понимаешь! Я тебе… я тебе так благодарен, — прошептал Хёнджин, почти мурлыча, с головой на его плече. Его слова становились всё менее чёткими, но в них было что-то искреннее. — Я никогда не думал, что мне кто-то так поможет. Я не хотел так пить, но ты… ты здесь. Ты мне не чужой, Минхо. Я… я тебя не отпущу. Минхо снова почувствовал, как его сердце немного сбивается, а дыхание становится быстрее. Неожиданно для себя, он ощутил странную ответственность за этого пьяного парня, который теперь не выпускал его из объятий. — Хёнджин, ты слишком много выпил. Давай, я помогу тебе вернуться на диван, ты должен отдохнуть, — сказал Минхо, стараясь мягко вывести Хёнджина из этого состояния переполненной благодарности. Но Хёнджин, кажется, не хотел отпускать его. Он просто крепче обнимал Минхо, как будто в этом моменте был весь смысл его нахождения здесь, в чужом доме. — Я хочу спать вместе с красивым полицейским! Я не могу уснуть.. хочу с тобой спать,— замечая некое замешательство на лице Ли, Хёнджин лишь слабо захихикал. Собственная рука сама потянулась к темным волосам на затылке Минхо. Хвану с лёгкостью удавалось удерживать внимание мужчины на себе, но вдруг его пьяный разум загорелся другой мыслью. — Минхо… — парень немного отстранился и слабо вздохнул. — Мне нужно… немного умыться. Я так пьян, что не могу даже зубы почистить… Ты можешь помочь? Минхо немного удивился, но тут же понял, что парень действительно не в состоянии справиться с такими простыми задачами, как умывание. Он не мог отказать, и, несмотря на всю неловкость ситуации, его забота о Хёнджине только усилилась. — Конечно, — ответил Минхо с мягкой улыбкой,— Давай, помогу. Ты немного расслабься, сейчас всё сделаю,— удерживая того за плечи, повел в ванную комнату. Минхо включил воду и помог Хёнджину умыться, спрыскивая лицо прохладной водой. Хёнджин закрыл глаза, чувствуя, как его сознание немного проясняется, а шок от перепоя хоть немного отступает. — Ох, как же это помогает… — пробормотал он, когда Минхо аккуратно протирал ему лицо полотенцем, ощущая, как тяжёлое чувство пьяной сонливости начинает отпускать его. Затем Минхо взял зубную щётку и осторожно помог почистить зубы Хёнджину, почти не задавая вопросов. Он делал это быстро и без лишних слов, всё ещё ощущая его присутствие рядом, его теплоту и эту неожиданную близость, которая как-то плавно сформировалась за вечер. — Всё готово, — сказал Минхо, отставив зубную щётку и вытирая руки полотенцем. — Теперь ты освежился, но тебе нужно отдохнуть. — Неправда! — вдруг возразил Хёнджин, глаза которого блестели, несмотря на его пьяное состояние. — Мне не спать надо, а... тебя поцеловать. Минхо замер. Слова Хёнджина прозвучали настолько неожиданно, что он даже забыл, как дышать. А когда мягкие губы парня коснулись его собственных, реальность словно растворилась. Всё казалось настолько невозможным, что он невольно поддался, желая убедиться, что это не сон. Но для Хёнджина это стало приглашением. Его руки обвились вокруг шеи Минхо, тело чуть покачнулось, а голова прижалась ближе. Ли едва успел схватить его за талию, чтобы удержать равновесие. Момент, наполненный теплом и мягкостью, прошёл сквозь них, как электрический ток. Это было хорошо. Слишком хорошо. Но Минхо не мог позволить себе большего. Он знал, что Хёнджин сейчас не в состоянии принимать осознанные решения. Мягко, но решительно, он отстранился, глядя на Хёнджина с лёгкой, понимающей улыбкой. Его пальцы аккуратно поправили завившийся локон на светлых волосах. — Пойдём в комнату, Джинни. Тебе нужно отдохнуть. Хёнджин только кивнул, сдавшись без сопротивления. Минхо помог ему добраться к дивану и укутал пледом, заботливо поправляя края. Как только парень закрыл глаза, сон мгновенно поглотил его, а дыхание стало ровным и спокойным. Минхо остался сидеть рядом, наблюдая за безмятежным лицом Хёнджина. В этот момент он чувствовал глубокое удовлетворение от того, что мог быть рядом, когда тот нуждался в помощи. Его сердце защемило от трогательной привязанности. Впереди могло быть всё что угодно — их пути могли разойтись уже утром. Но в душе зародилась тихая надежда. Надежда на то, что, когда они снова встретятся, им не придётся прощаться.