Часть 1
28 ноября 2024 г., 14:50
Тьма сгустилась вокруг Сяо, проникая в каждый уголок его сознания. Казалось, что сама ночь решила забрать его навсегда. Земля под ним была холодной, как лёд, а воздух тяжёлым, словно он дышал пеплом. Тело не откликалось. Боль отступила, уступив место пустоте, которая разъедала изнутри.
Он смотрел в небо, где мерцали звёзды — чуждые и безразличные к его страданиям. Сколько веков прошло? Сколько жизней он спас, так и не найдя покоя? Все его усилия тонули в бесконечном водовороте жестокости и утрат.
— Так вот, как всё заканчивается, — горькая улыбка скользнула по губам. Голос его был хриплым, почти безжизненным. — Тихо и незаметно.
Мысли, как тени, потянулись к прошлому. Он видел себя на полях сражений, среди воплей боли и агонии. Лица тех, кого он защищал, давно стерлись из памяти. Остались только тяжёлые оковы долга.
Он был оружием, а не человеком.
И теперь это оружие сломано.
— Сколько ещё я должен вынести? — шёпот растворился в ночи.
Глаза начали закрываться, когда вдруг, сквозь хаос и мрак, раздалась мелодия. Сначала едва уловимая, словно далёкий отголосок воспоминания, но с каждым мгновением всё яснее и отчётливее.
Это была не просто музыка. Это был зов.
Лёгкие, воздушные звуки лиры проникали прямо в душу, пробуждая в ней что-то давно забытое. Мелодия не плакала о боли и страданиях — она говорила о надежде, о свободе и о жизни. В ней был свет, которого Сяо не знал уже века.
Его сердце дрогнуло.
— Почему я слышу это сейчас? — прохрипел он, приподняв голову.
Воспоминания вспыхнули, как искры в темноте. Образы Ли Юэ, залитого золотым светом заката. Шум ветра, качающего ветви древних деревьев. Смешливые голоса детей на площади. Жизнь. Та самая, за которую он сражался.
Музыка становилась всё громче. Она обвивалась вокруг него, вытягивая из бездны. В каждом звуке чувствовалась чья-то сила. Чья-то вера.
— Кто же ты? — прошептал Сяо.
Внутри него что-то изменилось. Тяжесть, давившая на грудь, начала отступать. Огонь, почти угасший, вновь зажёгся. Тёплый и упрямый.
Он с трудом поднялся на ноги. Каждое движение отзывалось болью, но он уже не мог остановиться. Сяо не знал, куда ведёт его эта мелодия, но был уверен: он должен найти её источник. Найти того, кто даровал ему этот миг света в бесконечной тьме.
— Я не сдамся. — Его голос звучал твёрже, чем прежде.
Ветер поднялся, подхватывая последние ноты. Он прошептал что-то едва слышное, но Сяо понял.
«Иди дальше. Живи.»
***
—Вы когда-нибудь стояли на краю безысходности так близко, что готовы были принять любой исход?
—
На центральной площади Монштадта, залитой мягким светом заходящего солнца, тонкие пальцы барда нежно касались струн арфы. Мелодия, сотканная из легких аккордов и трепетных переливов, словно воздушный поток, скользила по каменным улочкам города. Казалось, что сама природа затаила дыхание. Звуки, уносимые ветром, взлетали выше башен и терялись среди облаков, переплетаясь с последними лучами заката. Незамысловатая мелодия словно пробуждала город: рабочие, моющие окна таверны, замерли в восхищении. Одна из тряпок выскользнула из рук и упала прямо на мордашку бродячей собаки. Пёс встрепенулся и, словно в панике, заметался по улицам, создавая хаос и веселье среди прохожих. Как вдруг, из толпы слышно знакомый, пищавый голосок. — Вот она! Непослушная бродяга! — пронзительно вскрикнула Паймон, указывая на черную собаку. Маленькая фея стремительно сняла с животного тряпку, размахивая ею как трофеем. — Я уже подумал, что ты меня не заметишь. — протянулся голос откуда-то сверху. Бард сидел на балконе таверны. Его лёгкие движения казались такими же невесомыми, как и ветер вокруг. Он небрежно черкал что-то в блокноте, нахмурившись и погружённый в мысли. Глаза блестели задумчивостью, словно отражая целые вселенные. — Что? Откуда ты здесь?! — Паймон взмахнула руками, облетая Итэра. — Значит, всё-таки не заметила? — Венти чуть приподнял бровь, усмехнулся и грациозно спрыгнул вниз. Его полёт напоминал танец: воздух становился невидимой опорой, а каждое движение — наполнено лёгкостью. — У тебя снова не получилось написать то, что ты хочешь увидеть ? — Итэр, будто прочитав мысли барда, посмотрел на него с лёгкой укоризной. — А ты уже не веришь в мои способности? — Венти хмыкнул, скрестив руки на груди. Его взгляд приобрёл оттенок грусти, будто речь шла не только о музыке. — Хотя, возможно, ты прав. Но есть шанс, что вдохновение вернётся на фестивале. — На фестивале? — Паймон заинтересованно склонила голову. — Да, — Венти улыбнулся, доставая из кармана письмо с гербом Ли Юэ. — Меня пригласили выступить. Сыграть для всех тех, кто верит в ветер и музыку. Итэр молча кивнул, а потом, почесав затылок, достал из кармана небольшой блокнот. Внутри — аккуратные записи маршрутов и задач, переплетение обязанностей и личных целей. — Наконец-то хоть какое-то приключение! — Паймон взвилась в воздухе, кружась. — И Паймон сможет отдохнуть от этого однообразия! --- Дорога была долгой. Венти, едва держась на ногах, раздражённо отмахнулся от очередной шутки Паймон. Его укачивало на лошадях — каждый скачок отдавался болью в голове и скручивал живот. Решение идти пешком казалось единственным выходом, хоть и делало путешествие ещё более изнурительным. Чтобы жизнь не казалась слишком сладкой, их с Итэром и Паймон попросили доставить письмо Катерине в Ли Юэ. Документ был важен: он подтверждал участие делегации из Мондштадта в межгосударственном состязании на грядущем фестивале. Но, конечно, путь оказался далеко не мирным. Хиличурлы, спрятавшиеся за скалами, выскочили на тропу с яростными криками. Их глаза блестели алчностью, а взгляды жадно приковывались к шляпе барда — трофей, стоящий внимания. — Вы серьёзно? Из-за шляпы?! — Венти приподнял бровь и насмешливо посмотрел на противников. — Должно быть, у вас совсем плохой вкус. Один из хиличурлов, размахивая горящей дубинкой, бросился прямо на Итэра. Его бешеный взгляд говорил о том, что он готов биться насмерть, хоть и не совсем понимал, за что. Под ногами хрустит гравий, дубинка с глухим стуком ударяет по камню рядом с путешественником. — Ну и цирк, — хмыкнул Итэр, уворачиваясь. Тем временем в стороне, у небольшого озера, тихо сидел маг Бездны. Его фигура в черном плаще была сгорблена, словно сама тьма давила на плечи. Домик рядом пустовал: люди давно оставили его из-за постоянного шума ритуалов и заклинаний, доносящихся из леса. Щит мага был крепким. Без огненного бойца это стало настоящей проблемой. Итэр невольно подумал о Беннете и вздохнул. — Нам бы сейчас твою помощь, друг, — пробормотал он себе под нос, ощущая укол сожаления. — Ничего, мы ещё обойдём эти снежные горы вместе. Возле постоялого двора «Ваншу» их снова ждали трудности. Охранник попросил разобраться с чудовищами поблизости. А странный рыбак… Он уговаривал уничтожить руинного охотника, который не умирал, а просто исчезал, словно растворяясь в воздухе. — Кто он вообще такой? — тихо спросил Венти, глядя на рыбака. Чувство тревоги постепенно нарастало. Закат застал их уставшими, но довольными. Архонт Ветров наконец присел на деревянный стул в уличном кафе, наслаждаясь стаканом свежего сидра пока Итэр и Паймон отправились передать бумаги. — Мой друг… Ты не умеешь отказывать людям. Как далеко тебя это заведёт? — задумчиво прошептал он, допивая последний глоток. — Хотя… Ведь и я пользуюсь твоей добротой. Он оставил пару монет на столе, перекинул через плечо сумку с арфой и направился вглубь города. Вдохновение ждало где-то там, среди каменных улиц и теней. *Город был переполнен звуками: шум водопадов, шелест листьев и отдалённые голоса моря сливались в гармонию. Венти шёл, вспоминая своё прошлое. Когда-то здесь, в Ли Юэ, он пил вино с Мораксом. — Знаю, такого больше не найти, но мондштадтское вино из одуванчиков по-прежнему прекрасно, — сказал он. Теперь же, стоя у статуи Гео Архонта, Венти достал из сумки ту самую бутылку, внимательно рассматривая её, нет ли нигде трещин. — Надеюсь, тебе понравится, друг, когда мы снова встретимся, — улыбнулся он. Как вдруг, произошло что-то странное. — Как ты смеешь осквернять землю Великого Архонта своими мыслями о выпивке? — раздался грубый голос позади. Венти медленно обернулся. Мужчина в маске и с копьём приближался с каждым словом. — Парень, я не буду повторять дважды. Внезапно копьё метнулось вперёд, намереваясь разбить бутылку. Венти успел вовремя: поток ветра подхватил его, и он взлетел на верхушку статуи. — У тебя есть Глаз Бога? Странно видеть его у такого, как ты. Немедленно слезай! — А если не слезу? — Венти усмехнулся, играя струнами арфы. — Что ты сделаешь? Мужчина сжал копьё сильнее, готовясь к атаке. — Стой. Давай договоримся. Если моя музыка понравится тебе, ты отпустишь меня. Если нет — веди к своему главному. Венти закатал рукава и начал играть. Звуки арфы проникали в ночь, ломая её тишину. Мелодия ожила, кружась в воздухе, а голос барда вплетался в неё тонкой нитью. **Слова звучали на древнем языке:***— Proditione lunares virgines…*
(*Предательство лунных дев.*)
*— Somnium occisus est…*
(*Была убита мечта.*)
*— Et post… Tu quoque occisus est.*
(*А после… Ты тоже был убит.*)
Мужчина замер, сняв маску. Это был Сяо. Он смотрел на Венти с неожиданной мягкостью. — Эта мелодия… — прошептал он. — Звучит очень знакомо.
***
proditione lunares virgines» предательство лунных дев «Somnium occisus est» была убита мечта «Et post: et post» а после, а после «tu quoque occisus est» ты тоже был убит «cur puellae» почему почему
В плену?
Спасение?
— Венти, просыпайся! Мы тебя здесь оставим, если продолжишь спать! — знакомый голос Паймон эхом разнёсся по каменной комнате. Венти нехотя открыл глаза, потянулся и увидел Паймон и Итэра за решёткой. Охранник, ворча, открыл дверь. — Тебя нельзя оставить одного! Мы столько народу на уши подняли, чтобы вытащить тебя! — возмущалась Паймон. — Я всё понял, всё понял, обещаю больше не спорить с адептами. На улице Венти остановился, вдохнул свежий воздух и посмотрел на своих друзей. — Расскажешь, как оказался за решёткой? — спросил Итэр. Венти пожал плечами и с улыбкой начал свой рассказ, опуская лишь моменты про текст песни. — Кажется, я знаю, кто это, — задумчиво произнёс Итэр, услышав описание. — Это Сяо, один из адептов. — Сяо? — переспросил Венти, запоминая имя. Паймон нахмурилась, подлетела ближе и добавила: — Но почему ты не сказал об этом раньше? Паймон не хочет ещё раз вытаскивать тебя из тюрьмы! Итэр поднял палец, предупреждая: — Будьте осторожны с именами. В этом городе слова могут привести к неприятностям. Венти, чувствуя себя виноватым, кивнул. По улице начали зажигаться фонари, люди украшали дома и готовились к фестивалю. Венти задумчиво посмотрел на праздничные огни и тихо спросил: — Кстати, а где можно встретить Гео Архонта?Свобода радости или свобода печали?
Рычание музыки и тишина дыхание ветра лишено всех фраз сквозь легкие тучи летит глубина чьих-то прекрасных янтарных глаз
День клонился к закату. Сяо сидел на краю крыши, свесив ноги вниз и заслоняя рукой палящее солнце. Город был неспокоен. Торговцы из Снежной, казалось, заполонили все пространство. Телеги скрипели, перегруженные деревянные ящики угрожающе качались в такт ухабам. Рядом с ними двигались измотанные рабочие. Один из них, худой, с ободранными коленями и кровоточащими ладонями, перетаскивал тяжелый ящик, едва переставляя ноги. Сзади, на лошади, ехал человек, чье состояние явно позволяло избегать тяжёлого труда. Он выкрикивал приказы резким голосом, похожим на треск сухих веток. Его маленькие глазки блестели жадностью, а руки то и дело шарили по ящикам, "незаметно" пряча найденное в карманы бушлата. Сяо смотрел на происходящее с презрением и странной смесью усталости и печали. Взгляд его задержался на помощнике этого человека — ухмыляющемся мужчине с суаньпанем. Он механически щёлкал костяшками счётов, в такт чужим шагам, будто считал не числа, а чужие страдания. — Чужаков слишком много... — хмуро пробормотал адепт. Слова звучали как приговор. Свобода. Для него это слово было больше, чем просто идеей. Это была цель, к которой он шёл сквозь боль и сомнения. Но что значила свобода для этих людей внизу? Были ли они свободны? Или просто смирились с цепями, которые не видны глазу? Ветер приносил запах моря и чего-то сладкого. Возможно, шелковица цвела неподалёку. Сяо глубоко вдохнул этот воздух, надеясь вытеснить из головы тяжёлые мысли. Но они не уходили.***
«Веселый малец бежал по полю, уверенностью и целью убеждал любого, смелый и отважный, но не справился с ролью — остается теперь коленки натирать солью. Больно, но вольно, Встаёт он — бежит. Ведь кто-то им ещё дорожит. Но не успевает малец, Падает в яму, В последний миг вспоминает маму. Парень-то взрослым был, но лишь для неё остался ребёнком, что не вернётся в жильё.» Итэр перевернул страницу блокнота. — Венти, — удивлённо поднял он бровь. — Ты никогда не рассказывал, что пишешь что-то подобное. Совсем не в твоём стиле. Про кого это? Венти, сидя на краю стола, лениво смотрел в потолок, покачивая ногой. Услышав вопрос, он улыбнулся и склонил голову набок. — Ах, дорогой мой друг, — Бард положил руку на сердце, как будто собирался произнести клятву, — творческая натура не обязана иметь объект вдохновения. Мои стихи живут сами по себе. Итэр скептически прищурился. — Возможно, однажды я расскажу тебе. Но не сегодня, — добавил Венти с таинственной улыбкой. — Кстати, где твоя маленькая спутница? — быстро сменил тему Архонт. Итэр кивнул в сторону шкафа. За ним на мягком кресле мирно спала Паймон, прижимая к себе недоеденную булочку. Её тихое сопение разносилось по комнате. Парни переглянулись и, не сговариваясь, улыбнулись. — Мы ведь должны были встретиться с Мораксом, — напомнил Венти, понизив голос, чтобы не разбудить малышку. Венти редко говорил о прошлом. Но иногда, когда город засыпал, а ветер приносил с собой запахи далеких странствий, его можно было найти в долине Ветров. Тогда он пел. Грустные баллады, полные потерь и надежд. Итэр слышал его однажды. И видел, как тот, сидя на ветке дерева, тихо плакал, стирая слёзы ладонью. "Почему ты всегда один?" — хотел спросить Итэр, но знал, что не получит ответа.***
Поздним вечером в Ли Юэ, за столом одного из ресторанчиков, собрались друзья. Чжун Ли рассказывал очередную древнюю легенду о драконах и богах. Его голос был спокойным и размеренным, словно течение реки. Напротив него сидел Аякс, слушая вполуха и периодически перебивая своими историями о сражениях. Венти принес бутылку вина и разлил его по чашкам. Чжун Ли осторожно взял чашку, пригубил и с удовольствием кивнул. Вкус был знакомым, как воспоминание о чем-то давнем, о доме. Сяо, сидевший чуть поодаль, казался чужим среди друзей. Его руки были скрещены на груди, взгляд упрямо устремлён куда-то вглубь ночи. Вокруг царила теплая атмосфера — тихий смех, запах жареного мяса и лёгкий гул фонарей Ли Юэ. Но внутри Сяо всё было иначе: тишина, тяжесть, привычная тьма. Венти, поднимая очередную чашку вина, бросил на него хитрый взгляд. Адепт выглядел особенно мрачным, словно тучи над горными вершинами. Барда это забавляло. — Что такой мрачный? — спросил Венти, подсев ближе и слегка наклонив голову. — Ты будто тень, что потерялась среди света. Сяо не ответил сразу. Его янтарные глаза скользнули по лицу Венти — лукавому, почти насмешливому. Но за этой маской всегда скрывалось что-то большее. — Я не привык… к таким собраниям, — коротко бросил он, отводя взгляд. — Это… бесполезная трата времени. — На самом деле ты напоминаешь мне царевну Несмеяну. Сяо поднял бровь. — В сказках тех, кто рассмешит царевну, выдают за неё замуж. Венти расплылся в довольной улыбке. — Не переживай, я заранее договорюсь с Чжун Ли. Тот, до этого спокойно попивавший чай, поднял глаза и тихо рассмеялся, адепт, понимаяя в какой ситуации оказался из-за Венти, нахмурился и скрестил руки еще сильнее, будто обнимая самого себя цепями, с желаением закрыться от всего мира и никого не подпускать. Как раздраженный кот, готов был зашипеть на нового знакомого. Венти фыркнул, подперев подбородок рукой. — Ты всегда так серьёзен. Слишком серьёзен. Словно каждый миг должен быть пропитан смыслом. Но разве ты не понимаешь? Иногда самое важное — это просто быть рядом. Сяо помолчал, всматриваясь в мерцание огней. — Быть рядом? — его голос был тихим, почти задумчивым. — Ради чего? Чтобы услышать очередные глупости? Венти ухмыльнулся, но на этот раз мягче, без привычной насмешки. — Ради того, чтобы напомнить себе: мы не одни. Даже если кажется иначе. Сяо сжал кулаки. Слова Барда задели что-то внутри, где обитала боль, слишком старая, чтобы её забыть. Он привык к одиночеству. Оно было его щитом, его проклятием и спасением. — Легко говорить тому, кто всегда улыбается, — пробормотал он. Венти усмехнулся, но в его глазах мелькнула тень грусти. Он сделал глоток вина и тихо сказал: — Ты ошибаешься. Я улыбаюсь не потому, что мне легко. А потому, что знаю цену каждой улыбке. Эти слова повисли в воздухе, словно нотки старой песни. Сяо не ответил, но его взгляд смягчился. Он больше не отводил глаз, позволяя себе хоть на мгновение прислушаться. Венти вздохнул, встал и протянул руку Сяо. — Пойдём. Может, научишься хотя бы одному танцу. Сяо бросил на него хмурый взгляд, но в глубине души чувствовал — отказывать не хочется. Это была не просьба, а тихое предложение: не быть одному. Пусть всего на мгновение. — Я не танцую, — отрезал Сяо, но руку всё же взял, осторожно и слегка нерешительно. Венти, довольный победой, потянул его за собой к остальным. — Ничего страшного. Главное — чувствовать музыку. А с этим я помогу. И на миг Сяо показалось, что Венти говорит не только о танце. Теплый ветер шевелил занавески, а с улицы доносились песни уличных музыкантов. И в этот миг Сяо вдруг понял: свобода — это не только отсутствие цепей. Это умение улыбаться.***
Звуки ветра и шёпот луны —-Песнь ветра наполнят пустоту,
Стихи расскажут о том, что забылось,
Где-то вдалеке звучит флейта –
Анемо шепчет о том, что случилось.
—-
Ночь спустилась на Ли Юэ, мягко окутывая город серебристым светом луны. На террасе одинокого дома, подле крошечного сада с благоухающими цветами, Сяо стоял, устремив взгляд в звездное небо. Город внизу сиял огнями, но здесь, наверху, царила тишина, нарушаемая лишь редкими порывами прохладного ветерка. Сяо вдыхал свежий воздух, в котором смешались запахи морской соли и сладкой нотки цветущих деревьев. "Ты всё время здесь один," – раздался знакомый голос. Сяо не обернулся, но внутри почувствовал легкое раздражение – и странное, тёплое спокойствие. Венти, как всегда, появился неожиданно, словно сам был частью ветра. Он небрежно оперся о балюстраду рядом с Сяо, сложив руки на груди и хитро прищурив глаза. — Я не один, — хмуро ответил Сяо. — Ветер всегда со мной. — Хм, интересный способ оправдать одиночество, — усмехнулся Венти и, легонько толкнув Сяо плечом, добавил: — Может, ветер — это я? Сяо вздохнул и перевёл взгляд на луну. — Ты что-то хотел? Венти опустил взгляд на землю и потеребил край своей накидки. — Просто хотел немного поговорить. Песни и мелодии — это, конечно, хорошо, но иногда нужны слова. Особенно те, которые нельзя положить на музыку. Сяо молчал. — Тяжело всегда держать на плечах весь груз мира? — Ты не понимаешь, — отозвался Сяо, не отрывая взгляда от ночного неба. — Ты — свободен. А я связан долгом. — Но разве долг — это тюрьма? Разве он не может быть крыльями? Сяо бросил на него быстрый взгляд. — Ты говоришь загадками. Венти рассмеялся, звонко, как колокольчик на ветру. — Это поэтическая привычка. Но я серьёзно. Свобода — это не отсутствие долга. Это возможность выбрать, как ты его исполняешь. Сяо отвернулся, будто раздумывая над словами Венти. «Ветра шёпот укажет путь, Не бойся идти за ним, Ведь за каждой бурей – утро, И свет вновь озарит тёмный край.» Венти внезапно сорвался с места и легко запрыгнул на перила, раскинув руки, словно собирался взлететь. — Знаешь, Сяо, ты когда-нибудь просто... летал? Без цели, без мыслей? Сяо прищурился. — Полёты — не для меня. — Ошибаешься! — Венти улыбнулся и протянул руку. — Давай, попробуй. Поймай ветер! Адепт колебался, но что-то в голосе Венти — или, может, в самом ветре — заставило его сделать шаг вперёд. Венти схватил его за руку, и оба сорвались вниз с крыши. Сяо ощутил, как ветер подхватил их, мягко поддерживая, словно невидимые крылья. На миг Сяо позволил себе расслабиться. Они летели над спящим городом, над улицами и площадями, над светящимися фонарями и водопадами. Венти смеялся, свободный и беззаботный, а Сяо просто наблюдал за этим чувством, что внезапно охватило его изнутри. Они приземлились у статуи Архонта, в долине Ветров. Венти мягко опустился на землю, слегка разжав руку. — Видишь? Это и есть свобода, — шепнул он. Сяо посмотрел на него, впервые замечая, как ветер словно окутывает Венти, играя с прядями его волос и подолом накидки. В этот момент бард казался частью самого ночного неба — свободным, лёгким и необременённым временем. — Ты всегда такой? — спросил Сяо тихо, глядя в его глаза, которые отражали лунный свет. Венти, всё ещё улыбаясь, задумчиво покачал головой. — Нет. Бывают моменты, когда и я становлюсь серьезным. — Он поднял глаза к небу. — Иногда тяжесть прошлого настигает даже тех, кто должен быть воплощением свободы. — Прошлое… Оно не даёт покоя? — Оно — часть нас, но не должно быть цепями, — ответил Венти. — Важно научиться жить дальше. Слова эхом отразились в душе Сяо, как напоминание о его собственных потерях и вечной борьбе. Он знал, что прошлое никогда не отпустит его полностью, но в этот момент он ощутил проблеск понимания — может быть, не всё потеряно. ***Прошлое тянет нас назад,
Но ветер зовёт всё дальше.
Найдёшь ли ты силы шагнуть
В новый рассвет без фальши?
*** Венти снова подошёл ближе, касаясь плеча Сяо. — Хочешь знать секрет? Сяо слегка кивнул, хотя не был уверен, что готов услышать ответ. — Ветер всегда знает, куда дуть. Он подсказывает путь, но только тем, кто готов слушать. Сяо задумался. — А если я не слышу его? Венти улыбнулся, сжимая его плечо чуть крепче. — Тогда я помогу. Они стояли молча, слушая звуки ночи. Тишина больше не казалась такой давящей. Венти достал из-за спины свою лиру и, опустившись на траву, начал наигрывать тихую мелодию. Звуки были лёгкими, почти незаметными, но каждая нота словно обнимала окружающее пространство. Сяо присел рядом, прислушиваясь к музыке. В его голове начали выстраиваться образы: зелёные холмы, безмятежное море и… свобода.«Вечерний бриз, тихий мотив,Затихает печаль в твоём сердце.Позволь себе верить, позволь себе жить
И сможет все как в сказке быть».
— Ты правда веришь, что свобода способна излечить? — неожиданно спросил Сяо. Венти открыл глаза и посмотрел на него мягко и серьёзно. — Свобода — это не лекарство. Это выбор. Она не убирает боль, но даёт силы пережить её. Сяо кивнул, опуская взгляд на траву. Его мысли были далеки, но слова Венти застряли где-то глубоко внутри. — Знаешь, — продолжил Венти, — я когда-то тоже потерял кого-то. Ветер принёс мне лишь воспоминания, но они стали моими песнями. И это… помогает. Сяо взглянул на него вновь, на этот раз с ноткой понимания. — Ты и правда странный, Венти. Бард снова рассмеялся. — А ты упрямый. Но знаешь что? Упрямство иногда помогает. Они сидели ещё долго, пока луна не скрылась за горизонтом. Сяо не знал, что ждёт его впереди, но одно он понял точно: этот странный бард, с его песнями и странными речами, действительно принёс ветер перемен. И Сяо, может быть, впервые в жизни, решил просто позволить ему быть рядом. — А что дальше? — наконец спросил Сяо, нарушив молчание, когда первые лучи солнца коснулись горизонта. Венти, по-прежнему сидящий с лирой на коленях, улыбнулся своему собеседнику. Его глаза светились мягким светом рассвета. — Дальше? Ветер укажет путь, а мы просто будем следовать за ним, — ответил он, глядя вдаль. — Иногда не нужно знать, что впереди. Достаточно просто довериться моменту. Сяо молча смотрел на горизонт, где небо окрашивалось в розово-золотистые оттенки. Это был новый день — такой же, как тысячи других. Но на этот раз всё казалось иным. Легче. — Я не умею доверять, — тихо признался он, будто самому себе. Венти перевёл взгляд на Сяо, мягко улыбаясь. — Это не приходит сразу. Но с чего-то нужно начинать. Они снова замолчали. Ветер мягко играл с прядями волос обоих, и казалось, что весь мир замер в ожидании. — Ты всегда будешь рядом? — вдруг спросил Сяо, не глядя на Венти. Бард задумался на мгновение, а затем с лёгкой улыбкой ответил: — Ветер всегда рядом с теми, кто готов его услышать. Сяо кивнул, позволяя этим словам осесть глубоко в душе. Может быть, они и правда были началом чего-то нового — чего-то, что он ещё не мог понять. Но теперь в этом была капля надежды. И когда первые солнечные лучи озарили Ли Юэ, Сяо, впервые за долгое время, почувствовал, что тьма внутри него отступает. Впереди была дорога — долгая, неизвестная, но теперь он знал: он не один. Венти поднялся, встряхнул лиру и весело подмигнул. — А теперь, Сяо, готов ли ты встретить новый день? Сяо посмотрел на него и, чуть помедлив, кивнул. — Да. Готов.
