nuit.

По ощущениям, его будто разрывает на атомы. Снова, и снова, и снова. Каждый раз он говорит не то и не так. Джинкс раз за разом выдёргивает чеку в желании разнести всё вокруг и себя вместе с этим. Ей абсолютно точно плевать на себя. Вот только на неё не плевать Экко. Ведь из-за неё в том числе вернулся обратно, ведь именно её вспоминал с тех пор, как пути разошлись. Пусть та Паудер была прекрасная и воздушная, у него есть такая. Перебитая жизнью и событиями, не доверяющая никому и такая родная, несмотря ни на что. Имя почти срывается с языка, вот только скорая поправка не спасает, и раздаётся новый взрыв, который юноша вновь откатывает к его началу. Да сколько можно?! – С тобой всегда не просто, – медленно выдыхает парень, а со лба стекает пара капель крови. Кажется, предыдущим взрывом его всё-таки немного задело. Не важно. Это мелочи. – Я посижу здесь одну минутку. Переведу дыхание. Попробую уговорить старую подругу, чтобы не взрывала нас. Он смотрит с надеждой. Ему удалось?.. Удалось достучаться?.. Боги, нет. Она восприняла всё буквально и да, не взрывает их, но всё равно решает умереть. О п я т ь. Сколько можно? Хорошо, что последние четыре секунды бесконечные. Ведь бесконечные? Экко снова говорит, ищет доводы, аргументы, пока взгляд собеседницы цепляется за обезьянок внутри механизма. Всё так. Благодаря Паудер из того мира он оказался здесь и теперь пытается спасти Джинкс из своего. Что бы ни произошло в прошлом, можно всегда изменить будущее. Девушка опускает руки и оставляет бомбу в покое. Она смирилась? Или готова выслушать? Не важно. Отбирает опасную «игрушку» и в порыве эмоций обнимает, не ожидая, что обнимут в ответ. Вот она живая, настоящая, своя. За короткое время там он понял, как давняя подруга ему дорога. Чтобы объяснить, он рассказывает ей всё без утайки. Где был, в каком мире оказался и что может быть по-разному. И что сейчас им нужно во что бы то ни стало спасти людей. Ведь её Экко уже спас, а значит, можно подумать и об остальных. Джинкс как дикий котёнок. Не шипит, но и не открывается. Только трётся вокруг тепла и первое время молчит, слушает, пока парень рассказывает и предлагает. Он горит этой идеей, он знает, что на судьбу влияет малейшее вмешательство. А значит, нужно вмешаться по-крупному, чтобы помешать Виктору уничтожить оба города. Постепенно она оттаивает. Начинает предлагать и спорить. Даже едва улыбается, и вот теперь Экко видит в ней жизнь. Ту самую искру, из которой нужно разжечь пламя. Она справится с этим и сама, ведь уже начала придумывать, начала создавать. Другого сейчас и не надо. Перескакивая по вселенным и владея хоть и крупицей, но всё же времени, начинаешь ценить любые моменты. Всё это в голове снова кадрами, но уже куда более тёплыми, светлыми. Тот танец не забыть, но он далёкий и чужой. А здесь всё иначе. И он сам другой. Первый взмах кистью происходит случайно: Джинкс думает о том, что их аппарат стоит сделать более заметным. Иначе какое из этого представление? Но постепенно хаотичные мазки превращаются в конкретные изображения и цвета. Память об Ише, облака с её татуировки и символы Экко. Он даже отдал свой борд, чтобы девушка объединила его со своей пушкой. Всё или ничего. У них нет времени беречь то, что может помочь сейчас. Улыбается. Она улыбается и даже смеётся, пачкая краской и их обоих, оставляя яркие следы повсюду и вдруг оказываясь как-то уж слишком близко. Джинкс о таком, скорее всего, и не думала, вот только Экко уже ощутил, уже почувствовал и удержаться не смог. Касание фиолетовых губ отдаёт по коже током. Лишь мгновение, и он берёт себя в руки, отстраняясь. Извиняется как-то сумбурно и откашливается, возвращаясь к их работе. Ночь длинна, но вовсе не бесконечна, нужно успеть закончить с этим. – Спасибо, Экко. Слышит и оборачивается, а девушка снова слишком близко. Но теперь уже по своей воле. Быть может, она всё же тоже думала об этом? Время летит вперёд с бешенной скоростью, что бы ты ни делал. И именно поэтому стоит наслаждаться любой возможностью, ведь уже через мгновение её может не быть.