Новая стая

      После возвращения Чонгук окружил Чимина заботой и вниманием, ежедневно доказывая, что он часть стаи, что он особенный. — Чонгук вали домой. — огрызается Юнги и выталкивает молодого альфу. — Дом будет готов через пару месяцев, вот тогда ходи домой к Чимину. А сейчас изволь проваливать. — Хён. — Чонгук пытается проскочить под рукой старшего. — Ну пусти, мы не договорили. — Считаю до трёх Чон, — уже рычит Юнги. — Или ты уматываешь к себе или я за себя не ручаюсь. — Чонгук. — ласковый голос любимого не даёт Гуку ответить. — Ступай, завтра расскажешь. — Мини… — Иди, завтра поговорим. — Хорошо.       Чимин улыбается, глядя на опущенные плечи альфы и встречается взглядом с Юнги. — Чимин, — Юнги выдыхает. — Я всё понимаю и не против ваших отношений, но прошу. Это всё-таки наш дом, и пусть Гук уходит хотя бы до ужина. — Хорошо, хён. Я поговорю с ним.       Чимин морщится. — Что-то не так? — Юнги подходит ближе. — Всё… всё нормально… Просто живот болит. — Чимин, у тебя течки бывают?       Пак поднимает взгляд. — Нет, — Чимин машет головой. — Я же бракованный. — Странно, давай завтра Тэхён сводит тебя к лекарю. — Хорошо.       Среди ночи Юнги и Тэхён проснулись от стонов, болезненных, как при… — Чимин!       Тэхён выбежал из комнаты, Юнги следом, не переставая ругать мужа: — Тэхён, а ну стоять. Вот же глупый, в твоём положении…       Юнги остановился, втянул носом воздух. Замер и Тэхён… — Юнги, беги к Чонам. — Только не в нашем…       Начал злиться Юнги, но грозный взгляд мужа не дал закончить. — Мин твою за ногу Юнги, приведи сюда Чонгука. Пусть он его хотя бы заберёт или клянусь нашим сыном, в дом ты попадёшь не раньше, чем он на свет появится. — Угроза не страшная, но за Гуком я схожу.       Скулёж из-за двери только усиливался и Юнги в одних пижамных штанах побежал звать Гука. Правда далеко идти не пришлось, на середине пути он встретил Гука, бредущего из леса, с охапкой полевых цветов. — Пошли со мной.       Юнги схватил Гука за руку. — Хён, ты чего? — У твоего омеги течка. — У… Чимин…       Гук со скоростью света рванул в сторону дома Минов. — Только попробуй сделать с ним что-то в моём доме, шею сверну!       Крикнул старший ему в спину, надеясь, что до младшего долетело хоть одно слово.       Гук чуть не снёс все двери, а когда открыл дверь в спальню Чимина, то рот наполнился слюной, а клыки сами собой увеличились. — Сейчас любовь моя, — стараюсь держаться шептал Гук, сгребая Чимина в охапку. — Твой альфа здесь и поможет тебе. — Г-Гука… больно… — Сейчас… хён кастрирует меня, если мы оскверним его дом… — Б-больно… альфа…       Гук и так с трудом соображал, а когда Чимин уткнулся носом в шею, да и ещё тереться стал…       Юнги только наблюдал, как Чон скрылся в направлении леса. — Пошли спать. — голос Тэхёна был немного нервным. — Думаю они не скоро вернуться. — Может нужно было предупредить хотя бы тётушку?       Тэхён упёр руки в бока и проговорил, не свойственным ему тоном: — Ага, давай, разбуди пожилую женщину среди ночи, расскажи, что у парня за которого она несёт ответственность началась первая в жизни течка. Что тут нет блокаторов, мерзость, и что… — Остановись, любовь моя, я понял. — Прекрасно. Утром всем расскажем, а сейчас, Бога ради, пошли спать.       Терпению Гука позавидовал бы любой альфа, но он смог дойти до домика и даже затащить Чимина туда. — Гуки… так больно… течка… я… же бракованный… — Ты самый лучший…       Гук опустил Чимина на постель, что притаилась в углу. — Я… — Ты мой омега… нежный… самый лучший… и только мой… — Гуки… — В праздник весны и новой луны ты станешь моим, по законам стаи. Таков был мой план, сейчас моё желание забрать тебя себе, пометить и наполнить твоё чрево щенками, но если ты скажешь нет, то… — Ты… всегда такой болтливый альфа? Помоги… больно… — Я поставлю метку, и ты станешь моим… навсегда. — Ты… ведь не предашь меня? — Никогда. — Тогда я буду твоим омегой.       И больше нет преград. Для Чонгука их давно нет, он с первого взгляда влюбился и уже не планировал отпустить.       Сейчас лаская податливое тело Чонгук, понимал, что он сделал правильный выбор. Феромоны Пака такие сладкие, персик с легким ароматом сливок так идеально дополняет горький шоколад Чона, что голова кружится, пьянит не хуже настойки, которую делает бабуля Ким.       А уж когда два тела сливаются воедино, то каждая клеточка альфы просто поёт от осознания, что теперь омега его.       Чимин плавится под ласками альфы, давно Пак не чувствовал себя таким нужным, любимым, таким желанным, что больше нет сомнений, что он на своём месте. Стая, куда его отправила бабушка, чтобы спасти любимого внука от гнева отца. Место, которое, казалось, не принимает его, стало самым правильным и верным.       Первый оргазм накрывает тягучей волной, а клыки альфы пронзают нежную кожу, ставя метку и сажая на узел. Чонгук перекатывается, что омега мог удобно расположиться на его груди. — Ты правда меня не бросишь?       Спустя время спрашивает Чимин у альфы. — Глупо задавать такой вопрос, после того как я поставил метку. — Прости. — Тебе не за что извиняться. Твой отец не дал тебе той любви, которую ты заслужил. Нервная обстановка не дала твоей омеге раскрыться до конца. Может потому, и твой волк не смог проявить себя. Нам с детства говорили, чтобы волк смог реализовать себя нужна комфортная обстановка. При все стараниях твоей бабушки ты испытывал давление. Тут твоему омеге стало спокойно, что позволило начаться течке.       Снова тишина, Гук почувствовал, что узел стал спадать и аккуратно покинул тело омеги. — Гук? — Думал ты спишь, отдыхай, я воды с реки принесу.       Альфа уже хочет уйти, но слышит нежный голос за спиной: — Я люблю тебя.       Гук оборачивается. Глаза Чимина светят как самые яркие звёзды. — И я люблю тебя.       Чимин улыбается в ответ, а Гук уходит за водой.       На третий день течки Чимин просит сводить его к озеру. Они выбираются из домика и уходят в глубь леса, туда, где река впадает в озеро. Кто первый ускоряет бег они даже не понимают, но спустя пару минут Гук перекидывается в своего волка и убегает вперёд. Чимин впервые чувствует настойчивое желание внутри себя. Нет, не жар течки, желание свободы. Чимин ускоряется и прыгает. Чонгук видит, как его возлюбленный прыгает через корни дерева и оборачивается прекрасным волком.       К озеру они бегут вместе. Даже мысленно Чонгук выражает полный восторг и преклонение своей паре. Они добираются к озеру и Чон оборачивается в человека. Чимин тормозит позже, но обратиться обратно не может. — Тихо, всё хорошо, — Гук присаживается перед Паком. — Чимин, выбрось все страхи из головы. Представь свой человеческий облик и прыгай.       Ни с первой попытки, но Чимину удаётся вернуться в прежний облик. — Видишь, как я и говорил твоему волку просто нужна была спокойная атмосфера. — Такое странное чувство. — Согласен. — Спасибо Гук.       Спустя ещё два дня они возвращаются в стаю. — Да неужели, — Юнги вздёргивает бровь. — Вернулись. А то Тэхён поисковый отряд отправлять собирался. — Ничего я не собрался. — Тэхён откусывает яблоко. — Просто переживал, что Чимину плохо. — Ну, плохо мне точно не было. — омега жмётся ближе к своему альфе. — Какие же вы милые. — Хосок опирается о дерево. — Метка не беспокоит? — Спасибо хён, всё хорошо. — Обряд проведём через месяц. — Сокджин рассматривает пару. — Бабушка настаивает, что вы не можете быть парой без благословения предков. — Чимину нет необходимости через обряд. — Намджун виновато смотрит на Чимина. — Он всё же человек. Достаточно свадебного обряда. — А вот тут ты ошибаешься, хён.       Чонгук улыбается и отходит чуть в сторону. Чимин улыбается и в один прыжок обращается волком. — Чёрт возьми! — Тэхён вскакивает. — Чимина, друг мой. Волк, Юнги он волк!!! Гук был прав!!! А обратно? Чимина? — Господи, — Юнги аж головой трясёт. — Что ж ты так кричишь? И прекрати прыгать, не беспокой сына. Гук, отведи Чимина домой, вряд ли ты хочешь, чтобы на его тело пол деревни смотрело. — Конечно, хён.       Чимин уходит вместе с Гуком. — Он всё же волк. — Намджун встаёт. — Пойду оповещу тётушку и старейшин. — Любимый, — Сокджин. — Ты можешь считать меня не правым, но я считаю, что на церемонию стоит пригласить только бабушку Чимина. При всём желании я не хотел бы видеть здесь его отца. Ведь сейчас мы видим, что Чимин просто нуждался в поддержке. — Мы так и поступим душа моя.

Год спустя

      Чимин долго решался на эту поездку. Его отговаривали всей стаей. Тэхён возмущался больше всех: — Дружище, зачем тебе это. Если так хочешь с бабушкой повидаться, то давай я лично привезу её сюда. — Ты сейчас Ëнджуна разбудишь папаша. — Мой сын согласиться со мной. — Тэхён, пойми меня. Я всю жизнь был для отца отбросом, он хотел уничтожить меня, когда я не стал оборотнем. — Мини… я всё понимаю, но твой отец не примет тебя. — А я и не хочу, я просто хочу показать его стае, что Пак Богом не безгрешен и может ошибаться. Так же я хочу забрать бабушку. — Мини… — Завтра, я, Чонгук и Тэмин отправляемся в стаю моего отца.       Никому так и не удалось уговорить их не ехать. Единственное на что согласились Чоны это на то, чтобы с ними поехали Мины и Хосок. — Они не дети, для чего мы едем.       Ворчал Юнги с верхней полки. — Мог бы и не ехать. — огрызался Тэхён укладывая сына. — Я говорил, что друга одного не отпущу. — Его альфа… — Прекратите. — Чимин заглядывает в купе. — Я говорил, что мы сами справимся. — Я тебя к этому монстру одного не отпущу. — Много ты можешь.       Пробурчал Юнги, Тэхён обернулся и одними губами: — Месяц без секса.       Брови альфы взлетают вверх. Чимин усмехается и выходит.       Несколько дней пути и вот за окном уже мелькает знакомый пейзаж. Чимин теребит край футболки. — Не переживай, — Чонгук обхватывает руку супруга. — Я рядом, Хосок рядом, Тэхён порвёт каждого, кто посмеет навредить тебе. Тем более мы заберём твою бабушку, чтобы осенью мы могли вернуться к обучению. Вряд ли нашему Тэмину нужны безграмотные родители. — Тётушка говорит, что ему нужны счастливые родители.       Чонгук обнимает свою пару. — Не переживай родной, вместе мы горы свернём.       Деревня встречает шумом. Сначала на группу людей не обращают внимания пока Чимина не узнаёт один из волков: — Посмотрите кого надуло ветром, — Хёнджин подходит к Чимину. — Зачем явился Пак? — Хочу поговорить с отцом. — Ты не достоин говорить с вожаком. — Я всё ещё его сын, если не хочешь проблем Хёнджин, ты позовёшь его. — Минхо! Позови вождя.       Через пару минут в центре деревни собрались все, в том числе и Богом: — Я, кажется, предупреждал, что убью тебя. — Здравствуй отец, я не задержусь надолго. Лишь хочу забрать бабушку и вернуться в свою стаю. — Какой идиот примет ущербного человека. — Не смейте так говорить о нём. — Чонгук не даст оскорблять своего омегу. — А ты ещё кто такой? — Я муж Чимина. Чон Чонгук. — Муж? — Богом усмехается. — Наверное ты человек, любой уважающий себя волк не возьмёт себе…       Чонгук не даёт закончить и оборачивается волком. — Мой супруг волк. — Чимин оборачивается и забирает сына из рук Хосока. — А это наш сын. — Ты ещё и… забирай старуху и проваливай. Иначе я отдам приказ и Хёнджин тебя уничтожит. — Только попробуй. — рычит Хосок, а Чонгук становится перед мужем. — Чимин теперь часть нашей стаи. Тронете его хоть пальцем… — Да не нужен он мне… — Тэхён, иди, помоги Хосоку собрать вещи бабушки. — Хорошо.       Никто не стремился покинуть представление. Чимин так и стоял с ребёнком на руках. Юнги держал своего сына за руку, но не спускал взгляда с ухмыляющегося Хёнджина. — Чимина, — бабушка появляется через полчаса в сопровождении Хосока и Тэхёна. — Я же просила не возвращаться. — Бабушка мы приехали забрать тебя. Твой дом готов, здесь тебя давно ничего не держит. — Уходите, пока я не передумал. — Богом подходит к женщине. — Вы всегда защищали этого…       Чимин решает, что Богом достаточно издевался над ними. Берёт бабушку за руку и машет головой Тэхёну, чтобы шли. Когда бабушка с Тэхёном отошли. — Отец, ты всегда говорил, что вожак не совершает ошибок. Ты так гордился своей безгрешностью. Однако, сегодня, как и год назад ты совершил ошибку.       И на глазах у всей деревни обращается волком. Шёпот пошёл среди стаи. Богом замер, видя сына и гордость, в которая мелькает в глазах, стоявших позади людей и волка. Чимин стоит перед стаей чувствуя невероятное облегчение.       Домой они вернулись с чувством свободы. Поздно ночью Чимин сидел на крыльце своего дома. Гук вышел к нему сел позади и обнял. — Заснул? — спросил омега. — Наш сын послушный альфа, весь в папу. — Ты не устанешь смущать меня. — Нет. — Гука? — М? — Спасибо тебе за всё. — Тебе спасибо, без тебя и нашего сына моя жизнь была бы тусклой. — Люблю тебя Гука. — Люблю тебя Чимина.       Расслабляясь в объятиях мужа, Чимин был искренне счастлив. Сев однажды в поезд он ехал на верхней полке разбитый и нужный только бабушке. Теперь у него есть семья, друзья и стая, которая была готова принять в свои ряды человека, но благодаря любви и поддержке разбудила волка.