Будьте осторожны, посещая лес

      Олег крепко держит в кулаке растрепавшиеся светлые пряди и ритмично и жестко насаживает чужой рот на Серёжин член. Серый на краю кровати, с широко раскинутыми ногами, запрокинутой назад головой настолько, что длинные рыжие пряди лежат на покрывале, прикрытыми глазами. Он не двигается, только вздохи его, поверхностные и прерывистые, отдаются у Олега будто где-то под ребрами. Сережа мелко подрагивает, впившись пальцами Олегу в бедро.       Олег тянет за волосы Маршалла, снимая его с члена, и заставляет запрокинуть голову. В уголках глаз у того блестят слезы, но взгляд, по-прежнему цепкий и острый, впивается в Сережу. Олегу не нравится этот взгляд, он встряхивает чужую голову и возит лицом по паху, размазывая по щекам слюну и смазку. Выдыхает Сереже на ухо:       - Посмотри на него. Он здесь для тебя. Ради тебя, - снова отводит руку назад и с удовольствием замечает, как Маршалл промаргивается и расфокусировано смотрит вверх. - Позволяет мне трахать свой рот твоим членом, - Олег длинно проводит языком по натянувшейся коже на Сережиной шее и впивается зубами ему чуть пониже уха.       Серый распахивает глаза и тянет просяще:       - Олег, пожалуйста…       Олег чуть вздрагивает от обращения, мотает головой и, не давая Маршаллу шанса задуматься, снова натягивает его губы на Сережин стояк. Маршалл издает потрясающий давящийся звук, но даже не пытается отстраниться, лишь кладет руки Сереже на бедра и расслабляется под чужим контролем.       - Олег, - четко и ясно зовет Серый. – Я хочу, чтобы ты его трахнул, Олег.         Они вваливаются в номер отеля в Изоле уже под утро: перевести дух и отпраздновать успешную вылазку. Серый обнимается со своей драгоценной статуэткой Афродиты, глядит на Олега восхищенно и благодарно, и Олег ради такого взгляда побегал бы по особняку ебанувшегося на контроле перекупа еще пару часов, совсем не сложно.       Маршалл по-хозяйски разваливается в кресле и смотрит на Серого с нескрываемым интересом. Сережа, словно не замечая, радостно трещит про Ботичелли, потом наконец обращает на того внимание:       - Я уже перевел тебе деньги, пока мы ехали. Так что спасибо за помощь, это было увлекательно.       Олег задумывается, что никогда не сможет привыкнуть к тому, как Сережа переключается за секунду: вот и сейчас, стоило только моргнуть, как из восторженного школьника тот превращается во что-то совершенно иное, чему Олег названия подобрать не мог никогда, но не мог сопротивляться. Да никто не мог. Серый склоняется плавно над Маршаллом, замерев в нескольких сантиметрах от его лица, и лениво проводит пальцем по его щеке:       - Ну если только ты не хочешь задержаться, конечно.       Конечно же, Маршалл хочет.         Уговаривать Олега не нужно, у него стоит чуть ли не с того момента, как Серый, выпутавшись из одежды, вальяжно развалился на кровати и поманил Маршалла к себе. Было бы странно, если бы подошел кто-то один.       Олег спускается на пол, перемещается Смиту за спину и резко притирается бедрами к его заднице. Тот полностью одет, и Олег явно не тот, кто будет это исправлять, его мало интересует сейчас чужой комфорт. Маршалл глухо стонет в ответ на прикосновения, закашливается и прогибается в пояснице, подставляясь. Олег стягивает с него брюки вместе с бельем, спускает их до колен – к черту, перебьется – раздвигает ягодицы ладонями и густо сплевывает на ложбинку, позволяя слюне стекать ниже. Тело под ним перетряхивает так хорошо и правильно, что Олег почти готов позволить себе забыться. Проминает пальцами подставленный зад, вталкивается по слюне внутрь сразу двумя, улавливая чужую дрожь и длинный Сережин стон. Конечно, тот наблюдает, от его расслабленности не осталось и следа, он весь собран и напряжен, будто натянутая пружина.       Олегу хочется подразнить его еще, и он снова тянет на себя белобрысую голову, прогибая Маршалла под собой еще сильнее, и загоняет пальцы на всю длину. Тот стонет болезненно, но не пытается отстраниться, то ли понимает, что не дадут, то ли ему самому так в кайф.       Олег расстегивает свои брюки, стягивает резинку трусов под яйца: возиться с одеждой не хочется, хочется толкнуться скорее в чужое тело, разогнать сходу быстрый темп и выебать их обоих своими движениями.       - Эй! Гондон! – шипит Маршалл, и Олег, кажется, не сразу понимает, что это не оскорбление, а напоминание.       Марево спадает, приходится встать и, вспомнив, куда заботливые горничные складывают смазку и презервативы, отправиться на поиски. Краем глаза Олег замечает, как Серый самостоятельно управляется с Маршаллом, натягивает его до основания, а тот чуть ли не благодарно стонет и утыкается носом в подстриженные рыжие волосы на лобке. Черт, у парня отличный потенциал. Даже жаль.       Олег возвращается к постели, устраивается на коленях позади Смита и тянет его за бедра вверх: чужое удобство ему не важно, а вот самому ползать по полу не хочется. Льет тому смазку прямо на увлажненную слюной дырку, раскатывает презерватив по члену, и медленно протискивается внутрь. С Сережей он не позволяет себе так, даже когда обоим хочется пожестче, Олегу необходимо удостовериться, что Сереже не придется терпеть. Сейчас же ему плевать на ощущения другого, и это неожиданно освобождает. Олег вцепляется в бока Маршалла и насаживает его на себя рывком до конца. Тот дергается в хватке в первый момент, но тут же обмякает, расставляет шире колени, насколько позволяют спущенные брюки, расслабляется и принимает. Кайф.       - Серый, - зовет Олег шепотом, показывая, что принял правила игры. – Серый, смотри на меня.       Сережа распахивает глаза, ловит взгляд Олега и опускает руки на кровать, сжимает покрывало в пальцах так, что белеют ногти. Олег перехватывает Маршалла за плечо, задавая неожиданно плавный темп. Тот старательно не выпускает Сережин стояк изо рта, и теперь Олег контролирует насколько глубоко и быстро будет член погружаться в чужую глотку - не руками, но всем собой.       Серый стонет в голос, громко и прерывисто, подмахивает бедрами в такт общему ритму, и Олег чувствует, кажется, позвоночником, как тот уже близко. Олегу мало, он хочет ближе, теснее, жестче, контроль уплывает сквозь пальцы. Олег снимает Маршалла с Сережиного члена, отстраняет его от себя, жадно наблюдает, как тот с наслаждением глотает воздух и едва ли не заваливается на ковер. Серый смотрит непонимающе и чуть ли не обиженно.       - Сейчас, - говорит ему Олег одними губами. – Все будет, - и кидает ему второй презерватив.       Дважды просить не приходится, Серый раскатывает резинку по своему члену и откидывается спиной на кровать – ждет, что Олег все сделает сам.       - Что такое? – тянет Маршалл, открывший рот не для того, чтобы сосать, чуть ли не в первый раз с момента возвращения. – Ты устал?       - Нет, сладкий, - усмехается Олег. – Хочу продолжить по-другому. – Помогает ему раздеться наконец и подталкивает вперед к кровати, усаживает к Сереже на бедра.       Маршалл оглядывается на него будто обеспокоенно, но поддается направляющим рукам и опускается на Сережин член сразу до конца. Серый вцепляется ему в бедра одной рукой, второй тянет за загривок вниз, заставляя наклониться ближе, и впивается укусом куда-то в плечо. Маршалл мелко дрожит, порывается было начать двигаться, но тут же замирает, ощутив щедро смазанные пальцы Олега у своего ануса, выдает нервный смешок и расслабляется, позволяя.       Олег не пытается сделать больнее, чем это может быть, и проникает пальцами внутрь медленно, давая время привыкнуть. Смит зажимается на несколько секунд, выдыхает длинно и укладывается полностью Сереже на грудь, командует:       - Давай. Только не спеши.       Серый в приступе внезапной человечности успокаивающе гладит его спине, кажется, даже мягко целует в шею, опускает ладони ниже и раздвигает чужие ягодицы, давая Олегу лучший доступ. Олег аккуратно разрабатывает натянутые мышцы, добивается, пока три пальца не начинают вполне свободно входить рядом с членом и плавно толкается внутрь одной головкой.       Маршалл изгибается в спине с болезненным стоном, вскидывает голову и сам подается назад, насколько позволяет поза, стремясь принять больше. Олега срывает: он размашисто толкается вперед, протаскивая чужое тело по груди Сережи, вбивается резко, ощущая как тесно прижат член Сережи к его. Кажется, из глаз сейчас посыплются искры, как же, блядь, хорошо. Серый подстраивается, поддает снизу бедрами, вталкиваясь в распяленное между ними тело, на контрасте ласково зацеловывает светлую кожу на ключицах, вылизывает соски, наглаживает ладонями бока.       Маршалл вскидывается, запрокидывает голову Олегу на плечо и отрывисто выдыхает на каждое движение. Олег в порыве покрывает его шею и спину поцелуями, будто извиняясь за боль. Его внезапно накрывает первым, он хрипло стонет, прикусывая бледные плечи, и кончает на особо глубоком толчке. Не вынимая, наливает на левую ладонь смазки, и плотно обхватывает пальцами напряженный член Маршалла, кружит по увлажнившейся головке, наглаживает большим пальцем уздечку под аккомпанемент уже не прекращающихся стонов. Смит замирает, вздрагивает всем телом и изливается Сереже на живот, и выпадает из реальности, повисая в руках Олега.       Серый гипнотизирует Олега взглядом, продолжая вдалбливаться в расслабленное тело, гладит его левой рукой по предплечью, глядит просяще. Олег, продолжая удерживать Маршалла одной рукой, лезет в задний карман джинсов, вытягивает складной нож и протягивает его Серому. Тот смотрит в ответ с той неповторимой смесью восторга и восхищения, ради которой Олег готов делать абсолютно что угодно, без оглядки на мораль и последствия.       Серый раскладывает нож, прижимает его плашмя лезвием к чужой щеке, ведет до шеи. Маршалл наконец приходит в себя, матерится сдавленно, бьется в руках Олега, но тот выкручивает ему за спину запястья, фиксирует жестко, заставляя прижаться к своей груди, шепчет на ухо:       - Прости, красавчик, ничего личного.       Сережа вспарывает Маршаллу глотку одним красивым движением, сперма на его животе смешивается с кровью, и Сережа кончает в бьющееся в предсмертных судорогах тело с громким протяжным стоном. Не давая себе передышки, садится на постели, тянется к Олегу через залитое кровью плечо и впивается жестким поцелуем в губы.       Олег сталкивает с Сережи обмякшее тело и притягивает того к себе, накручивает волосы на кулак и отвечает на поцелуй с такой страстью, будто и не трахался только что.       Кажется, поспать им сегодня не удастся, бардак, который они развели проще сжечь, чем прибрать, но этого Олег уже не может позволить. Он мягко вынимает нож из дрожащих Сережиных пальцев, прижимается лбом к его лбу и некоторое время молча дышит, успокаиваясь. Ловит момент, когда Сережу отпускает, он озирается по сторонам, глаза его изумленно расширяются:       - Олег… Олег, это?       - Серый, все хорошо. Я все приберу.       Сережа сдувается как воздушный шарик, мягко трогает губами губы Олега и оседает на постель. Олег думает, что стоит поискать Сереже другого психиатра с новой концепцией лечения. О том, что, возможно, стоит сходить к врачу вместе с Сережей Олег подумает когда-нибудь потом: сейчас у него много дел.