Так всё-таки герой или мститель?

— Господин Циёиси, давайте начнём всё с самого начала, — этот до жути бесячий и спокойный голос доктора Аой выводит меня из себя. Я сотни раз рассказывал всё как есть, я сотни раз вспоминал об этом, и никогда легче от этого не становилось. Тупые идиоты. Говорят о мнимой надежде. Верят в лучшее, говорят не опускать руки. Но тут НЕТ надежды! Её не было и никогда не будет! Надежда — это не более чем инструмент сдерживания, красная кнопка, которую псевдоспасатели нажимают каждый раз, когда всё идёт не так, как они хотят. Ебанные клоуны, их место в могилах, и место этой докторши абсолютно там же. — Я сотни раз рассказывал вам о том, что произошло! Нихуя не помогает! Вы только и делаете, что говорите мне о надежде! Мне не нужна надежда! — последнее я непроизвольно прокричал, остальное прорычал. Эти твари заставляют меня вести себя как какое-то животное. Они выводят меня из себя одним только видом, одним только фактом своего существования. Как же меня всё бесит, как же все они меня бесят! Я ору на неё, а эта пара голубых глаз даже не изменилась, не дрогнула. Ей словно плевать! Бесит! — Господин Циёиси, давайте не будем выражаться в кабинете у психолога, — гнида, тварь, ненавижу, всех ненавижу. Она знает, как меня это бесит, она знает, как меня всё бесит! Она специально делает акцент на том, что я у мозгоправа в коморке. Знает, что я это ненавижу. — Расскажите хотя бы в двух словах. Спешу напомнить, я ваш новый психолог, и я ещё не слышала вашу историю. — Её голос спокойный, равномерный. Ей вообще плевать на то, что я тут рычал на неё, ей плевать на мою агрессию и злобу. Это бесит ещё сильнее. Но раз ей плевать, то нет смысла даже что-то предпринимать. Расскажу ей то, что она хочет услышать, и я отправлюсь домой заниматься чем-то действительно важным, а не рассказывать о своих травмах. — Ладно, я расскажу один раз, и больше ногой, блять, в этот кабинет не войду! — уголки её губ дрогнули в еле заметную довольную улыбку. Стерва. Радуется своей небольшой победе. Но плевать, плевать! Расскажу уже ей, что она хочет, и забуду это всё как очередной кошмар! — Прекрасно. Начинайте. Если почувствуете, что вам тяжело, в этом нет ничего страшного. — Я, по её мнению, похож на какого-то слабака? Мне не нужна чья-то помощь, мне не будет тяжело рассказать об этом! Что было, то, блять, уже прошло! — Хорошо, тебе лучше слушать внимательно. Я не буду повторять два раза, — я постарался успокоиться, но вышло так, что я опять рычал как животное. А этой стерве было плевать, она словно и другого ответа не ожидала. — Мы были в парке... --- — Карамелька, ну не беги ты так! Мамочка за тобой не успевает, — смеётся мама. Она идёт с папой где-то позади, пока я уже далеко впереди, спешу на детскую площадку играть с другими детьми. Я бы, может, их и подождал, но мы пришли в парк ненадолго — мне с мамой и папой надо идти в гости к тёте Наоми. Хотя я не сильно хочу, выбора мне никто не дал. — Ну мааам! Я не карамелька! — Мама с папой хихикают в ответ на это. Что я смешного сказал? Почему они вообще называют меня карамелькой? Я что, карамельный мальчик, что ли? Как унизительно. Моя честь как будущего героя пошатнулась. — Как скажешь, солнышко, — улыбнувшись, произнесла мама. От её улыбки мне самому захотелось улыбнуться. Блин, как это работает? Почему, когда улыбаются они, сразу хочется улыбаться и мне? Нечестно. — Я пойду на площадку играть, — родители лишь кивают мне, давая своё молчаливое согласие. И потому я бегу вперёд. Вдалеке уже видны знакомые фигуры друзей и очертания детской площадки. Качели, песочница, горки, карусель. Когда я уже почти подбежал, и осталось совсем чуть-чуть, Рой махает мне рукой. Я машу в ответ. — Циёиси! Ты же говорил вчера, что не сможешь выйти погулять! — обиженно произносит Рой первым делом, когда я подбежал к нему. Но меня не проведёшь. Мы с ним ещё с пелёнок дружим, я прекрасно знаю, что он шутит и издевается надо мной. Просто из-за его прирождённого мастерства быть актёром "обижался" он очень реалистично. Мы обнялись. — Я уговорил маму с папой, и мы всё-таки пришли сюда на чуть-чуть. — Мы улыбаемся друг другу и идём играть в песочницу с другими детьми. Было весело: догонялки, игры в злодеев и героев, карусель, с которой я улетел от того, насколько быстро её раскачали. Обычные детские игры. --- — Воды? — Мой не самый приятный рассказ из прошлого прервал голос доктора-стервы. — А? — Это выглядело как очередное издевательство. Я свою душу изливаю, а она ко мне доебалась со своей водой. С чего она вообще решила, что я хочу воды? — Ты вжался в кресло и напрягся так, словно бегаешь стометровку на время, — спокойно объяснила она, продолжая смотреть на меня и, кажется, даже не моргая. Кому из нас двоих тут психолог нужен — надо ещё подумать. А, нет, моргнула, какой, первый раз за минуты три? — Тебе не хочется рассказывать об этом. Я понимаю. Но мы оба знаем, что так надо. — Нет, блять! Так не надо! Надо отпустить меня домой к матери и отстать от меня уже! Ещё и с такой уверенностью говорит об этом, словно мысли мои читает и знает, что думаю я по этому поводу. — Нихуя мне не надо! Сиди и слушай! — Я постарался ответить ей как можно спокойнее. По крайней мере, пытался. Но вышло не совсем спокойно. Однако она даже не повела и глазом, а лишь кивнула, давая мне право продолжить. Ненавижу её. --- — Эй, Циё-кун! Ты водишь! — сказал Акухара, весело улыбнувшись, и дал драпака подальше от меня. Остальные тоже посмеялись и радостно стали убегать. Ну, мне два раза повторять не надо — сказали догнать, я догоню. Я хорошо помню, что первой попалась девочка по имени Ая. У неё были тёмно-зелёные, длинные, красивые, шелковые волосы и голубые глаза. Уже тогда за ней бегали все мальчики. Я схватил её за руку, когда она сама забежала в тупик. — Блин, Циё-кун! Ты такой быстрый! — обиженно произнесла она, надула щеки, села на карусель и стала ждать остальных. — Прости, Ая-чан. Ничего не могу поделать с собой, — с улыбкой ответил я. Мне весело. Я рад. У меня полно друзей, с которыми я весело провожу время и играю. Всё как в сказке. Настоящий воздушный замок. — М, — она обиженно хмыкнула и отвела взгляд в сторону, показывая, как сильно она расстроена тем, что попалась первой. — Циё-чан, давай быстрее! — крикнул кто-то весело. Я улыбнулся и начал оглядываться по сторонам, чтобы найти смельчака, покусившегося на мою честь. — Эй! Я не Циё-чан! — стараюсь выглядеть злым, но улыбка и хихиканье выдают, что я рад и счастлив. Остальные тоже рады и счастливы. Говорю же — всё как в сказке. Следующим попался, конечно же, Рой, который и назвал меня Циё-чан. Я отомстил и отстоял свою честь. — Так нечестно! Ты вечно бегаешь только за мной! — сказал он обиженно, стараясь дышать ровно и спокойно, чтобы восстановить дыхание. Он устал, ведь я гонялся только за ним. — Победителей не судят, Рой-чан, — сказал я и засмеялся. Искренне и радостно. Рой улыбнулся и обиженно отвернулся от меня, хотя видно было, что ему самому смешно и весело. — Ладно, Циё-чан, 1:1, — произнёс он, садясь рядом с Аей. У них быстро завязался разговор, и они начали болтать о том и о сём, пока я бегал, отлавливая остальных. В жмурки мне равных нет. Когда всех поймали, мы стали делиться на команды для игры в героев и злодеев. — Так, я, Ая-чан, Зенджи-кун и, конечно же, Циё-чан — злодеи! А вы будете героями, — объявил Рой. Я ткнул его в бок, от чего он засмеялся и хлопнул меня по ладони. — Прекрати, Циёиси! Мне щекотно! — я ткнул его ещё раз, и ещё. Он опять засмеялся и пытался сопротивляться. Остальные тоже смеялись. Наконец, Рой сказал: — Ладно, ладно, ладно! Ты не Циё-чан. Ты Циёиси. Понял! Хватит щекотать! — кое-как произнёс он. На его глазах уже слёзы навернулись от смеха. — Так бы сразу, — наконец я прекратил его щекотать. Он вытер слёзы рукавом и посмотрел на меня, а затем ткнул в бок в ответ. — Ты такой вредный, Циёиси, — сказал он, стараясь меня задеть. Я только победно улыбнулся и отвёл взгляд в сторону. — Рой ты такая Вредина После этого мы окончательно поделились на команды и начали играть. Цель героев — защитить горку, а цель злодеев, то есть наша, — эту горку захватить. Мы отошли в сторонку, чтобы придумать гениальный злодейский план. Зенджи и Ая должны были отвлекать героев от горки, а мы с Роем должны были зайти с тыла. Мы бы забрались на горку сзади, и тогда победили бы, ведь считалось бы, что горка — наша. Гениальный злодейский план. Пока Ая-чан и Зенджи-кун спорили, решая, кто пойдёт первым, а Рой просто смотрел на бабочку, что летала вокруг нас, я увидел маму с папой. Они шли по одной из дорог парка в сторону площадки. В руках у них было мороженое. Надеюсь, они купили моё любимое карамельное, ведь я обожаю карамель. — Ты чего завис, Циё-кун? — спросила Ая, тыкая меня в плечо. Я непроизвольно вздрогнул, чем вызвал смешки в моей команде. Наверное, я засмотрелся на родителей. — А, не, ничё, — быстро пролепетал я, а затем оглядел друзей. "Адский пёс" Зенджи, "Кровавая принцесса" Ая, "Тягучий" Рой и я, "Человек-танк" Циё. Интересные злодейские имена. Одно так и вовсе похоже на название коктейля. Нам весело. Нашим "врагам", обороняющим горку, тоже весело. Родители болтают о чём-то и смеются. Ну, точнее, смеётся вечно только мама. Всё и правда похоже на воздушный замок. Пока не раздался взрыв. Я до сих пор не знаю, был ли это взрыв или какой-то сильный хлопок. Но он был где-то на выходе из парка. Откуда я знаю? С той стороны подули порывы ветра, и поднялась пыль. Родители и остальные тут же замолчали и просто уставились в ту сторону. Я тоже посмотрел туда, как по инерции, но из-за деревьев ничего не было видно. Так прошла, наверное, самая напряжённая и молчаливая минута в моей жизни. Даже птицы заткнулись. Мы просто смотрели туда и молчали. Рой и Ая испугались. Кажется, они встали поближе ко мне, ведь во всей компании я был самым безстрашным. Зенджи почесал затылок и открыл рот, чтобы что-то спросить. Но послышался очередной взрыв, значительно ближе. Порывы ветра сбили с наших голов кепки и панамы. Некоторые мелкие игрушки даже послетали с мест. Нам пришлось руками прикрывать глаза от пыли, её в этот раз было больше. А затем вновь тишина. Но продлилась она недолго. Раздался чей-то крик, а затем вопль. Я ничего понять не успел. В один миг все родители быстро схватили детей и стали спешно уходить. Ая и Зенджи тоже быстро ушли с родителями, а я своих найти так и не смог. К нам сзади подбежала мама Роя. Наши семьи дружат, ведь я часто оставался у них на ночёвке, как и Рой у меня. Её, кажется, звали Ханако. Да, точно, тётя Ханако. Ханако взяла Роя за руку и хотела уже потащить куда-то, когда повернулась ко мне и спросила: — Эй, Циё-чан, а где твои мама с папой? Я пожал плечами. Вопрос был у меня тот же, и ответа всё не было и не было. Немного подумав, тётя Ханако огляделась и, наверное, не увидев моих родителей, протянула мне руку: — Идём, солнышко, тут не безопасно. — А где мама с папой? — тут же спросил я. Если тут не безопасно, им тоже надо уходить. — Ох, ну, они, наверное, помогают остальным, — ответила она. Маленький я поверил, мой папа был сущим альтруистом, наверное, потому и работал героем, впрочем, мама тоже. Я гордился ими, гордился до того дня. Мы шли недолго. Точнее, по направлению ко входу в парк. Что логично, взрывы-то слышались с выхода из парка, потому идти туда явно было затеей идиотской. На входе-выходе стояли полицейские и герои и что то рассказывали. Это отвлекло меня. Некоторых героев я знал, они ведь работали с отцом и потому иногда появлялись в гостях у нас дома. Тут, кстати, уже была толпа людей, которые тоже сбежали от взрывов, что, как оказалось, разносились по всему парку. Полицейский стоявший рядом, что-то рассказывал, но я уже, по правде говоря, не слушал. Тут ведь столько разных героев было, и мы с Роем наровились поболтать с каждым. Этим мы, собственно, и занимались: болтали с героями, полицейскими, в общем-то, со всеми. Рой был очень общительным, поэтому завязывал разговор с каждым. А я просто слушал иногда впихивая в их диалоги свои вопросы Там мы и просидели часа два, трепясь с героями и другими людьми о всем, что в голову приходило. Аю-чан и Зенджи мы так и не нашли, наверное, они уже уехали домой. Когда пошёл третий час нашего нахождения там, взрывы стихли. Только тогда мы вообще вспомнили о том, что что-то, в общем-то, взрывалось. Обернувшись, я тихо ойкнул, а Рой пискнул. С центра парка валил чёрный дым огромными клубами, люди продолжали, кстати, приходить. Кто-то был напуган, а кто-то ранен. Мелкий глупый я все ещё не мог смекнуть, что к чему, даже Рой не мог понять, к чему всё идёт, а он вообще то был намного умнее меня. Увидев это, тётя Ханако взяла меня и Роя за руки, после чего повела к машине. Сев внутрь, она написала кому-то, а затем повернулась к нам и спросила, стараясь выглядеть спокойной: — Ребятки, мороженое будете? — Мы закивали энергично головами. Конечно, будем, мы с Роем обожаем мороженое. — Только предупредите маму с папой, что я с вами. А то они могут волноваться, — тётя Ханако, услышав это, стала выглядеть более нервной. Однако она кивнула, завела машину, и мы поехали. --- — Воды. — Что? — удивилась доктор Аой. Она взглянула на меня, и впервые её глаза показали что-то, кроме блядского спокойствия. — Воды, — нетерпеливо повторил я. Доктор кивнула и протянула мне стакан воды. Осушив его почти залпом, я продолжил рассказ: --- Когда мы приехали в магазин, тётя Ханако ненадолго ушла, чтобы купить нам вкусняшку. А я с Роем остались беситься в машине. — Рой. — А? Я ткнул его пальцем в бок, отчего тот пискнул. Боже, как же уморительно его щекотать. Он всегда смеётся так громко и заразительно. — Циёиси! Не щекочи меня! — обиженно надулся он и отсел подальше. Я улыбнулся и подсел к нему поближе опять. — Не дуйся, — я потормошил его за руку, стараясь сделать так, чтобы он обратил внимание на меня и взглянул. Но вредина Рой продолжил дуться и смотреть в окно. Ну, видит Бог, я не хотел. Я вновь стал щекотать его. Рой тут же залился звонким смехом. Заразительный смехом. Ведь затем тут же засмеялся и я. — Циё! Перестань! — Рой старался отмахнуться от меня. Но настойчивая щекотка не оставляла ему и шанса. Пытку Роя прервала его мама. Она вновь села в машину и, взглянув на весёлых и смеющихся нас, кажется, успокоилась: — Циё-чан, Рой взорвётся от смеха, если ты продолжишь так его щекотать. — Лаааадно, — я перестал щекотать Роя. После этого он сел поудобнее и вытер слёзы с глаз, что появились от смеха и щекотки. Затем нам вручили по мороженому. Тётя Ханако прекрасно помнила, что я люблю карамельное. Именно карамельное я и получил. Рою досталось его любимое клубничное. — Циё-чан, мы поедем к нам домой. А родители тебя у меня заберут, хорошо? — я кивнул и стал уплетать мороженое. Рой тоже не отставал и так же наворачивал клубничное мороженое за обе щеки. Ехали мы долго, Рой жил далеко от парка. И когда его мама отвлеклась на телефонный звонок, я решил опять достать Роя. — Рой. — М? — Ты же знаешь, что с друзьями надо делиться? — Да. Услышав его ответ, я, довольный как кот, наклонился и откусил кусок его мороженного. Рой смотрел некоторое время на это, а затем улыбнулся. — Циёиси. — М? — Ты же знаешь, что с друзьями надо делиться? — Да. Если бы в детстве у меня было что-то наподобие мозгов, возможно, я бы многое понял в тот день. А самое главное — понял, к чему клонит Рой. В общем да, он наклонился и откусил кусок уже моего мороженного. За это я ткнул его в бочок, и он опять захихикал. В общем, шаг за шагом, и когда тётя Ханако обернулась, чтобы сказать, что мы приехали, я сидел уже, держа в руках мороженое Роя, а он держал моё карамельное. Из-за этого тётя Ханако улыбнулась и, прикрыв рот рукой, захихикала. Сидели мы у неё дома до вечера. Затем она включила нам телевизор, чтобы мы не бесились и не уничтожали их дом своими играми, а сама ушла куда-то. В общем, смотрели мы ящик недолго. Просто в один момент новости про погоду сменились новостями про сражение со злодеями в парке. Сначала я и Рой ничего не понимали, но нам стало интересно послушать про героев. Да, так я и узнал правду. Сначала выяснилось, что это был наш парк, потом выяснилось, что это было сегодня. А затем диктор сообщил, что некоторые герои погибли. Мы с Роем испугались, а потом стало грустно. А потом... А потом на экране показали снимки и имена погибших героев. Я думаю, мне не стоит говорить о том, чьи имена и фото находились сразу же в списке. Правильно. Мама и папа. Я даже сначала того и не понял. Просто сидел и смотрел, как баран на новые ворота. И только когда стали рассказывать о том, из-за чего произошло сражение и как всё было, меня вновь вернуло в реальность. --- — Потом я мало что помню. Помню, что плакал. Помню, как тётя Ханако пришла на шум, и, увидев новости, тут же выключила телевизор. Помню, как меня успокаивали все: кот Роя, его мама с папой, и сам Рой. Но помогало мало. Наступила тишина, которую я и прервал вновь. — Потом уже вскрылась причина их смерти. Почему они умерли и по чьей вине. Вновь наступила тишина, которую уже никто и не пытался нарушить. Доктор писала что-то у себя в планшете, иногда глядя на меня. Спустя пару минут она кивнула, сняла очки, убрала их в сторону и сказала: — Спасибо, господин Циёиси, что рассказали мне. Я действительно признательна. Если вам понадобиться помощь в дальнейшем, мой номер есть у ваших опекунов, звоните и обращайтесь в любое время. Честно сказать, хотелось как-то нагрубить опять, но сил не было. Вот почему я не люблю копаться в прошлом. После него на душе слишком плохо. Опять вспоминать тот день, опять вспоминать, как я по своей же глупости прочитал некролог, опять вспоминать это. Больно, но прошлое уже прошло, и его не изменить, можно только забыть. Потому я просто кивнул и вышел из кабинета, убрав руки в карманы...